Загадка. Первые поселенцы

      Вот уже больше трёх недель работники орбитальной верфи снаряжали "Слейпнира" в дальнюю дорогу, а Стася, Бруно, Лу и Герм смотрели на удивительную жизнь достаточно развитого и вполне благополучного мира. Небольшая обжитая система имела одну заселённую планету и множество современных промышленных комплексов на её орбите и спутниках. Здесь, пожалуй, можно было бы неплохо устроиться: Бруно временами рассуждал о том, чтоб ему переучиться на фитнес-тренера, а у Стаси были все шансы спустя некоторое время получить лицензию специалиста по ЛФК. У них возникло бы небольшое семейное предприятие, к ним, возможно, присоединились бы Лу и Герм. И зажили бы все неплохо...       На планете не имелось ни одного хоть сколько-то крупного предприятия, местная экология от деятельности людей практически не страдала. Тихий, пригожий мирок, одним словом.       Казалось бы, сомневаться тут было не в чем - вот оно, простое человеческое счастье, на блюдечке перед тобой лежит, ненавязчиво сверкает румяными боками - только протяни руку...       Но Стасин разум не покидали какие-то смутные, неясные, но навязчивые сомнения. Что-то не давало ей уверенно и чётко сказать себе и остальным: "Всё! Баста! Я нашла свою тихую гавань, давайте останемся здесь!"       Что-то мешало...       И в то же время было очень страшно!       Страшно покинуть всё понятное и привычное. Страшно отказаться от твёрдой почвы под ногами, от того, что само так удачно шло в руки... Ведь именно этого Стася всегда хотела. Именно об этом так мечтала, живя на руднике. Так ведь?.. За много лет Стася привыкла думать, что так, но теперь вся уверенность куда-то вдруг испарилась.       Два бывших подпольных боксёра со своими подругами очень много тут гуляли, разглядывали тихие города и посёлки, стадионы, парки, горнолыжные курорты. Всё было нарядно, красочно, необычно. И в тоже время как-то... Стася сказала бы, что слишком огромно, обширно, вольно. Она к этому не привыкла. Очень скоро девушка обнаружила у себя ощутимую агорафобию, особенно когда выходила на широкие площади, стадионы, городские окраины. Или когда стояла на смотровых площадках, а вокруг, давя на неё своей необъятностью, раскидывалось неупорядоченное, никому не подвластное, безграничное пространство.       Сказать об этом Стася не решалась даже Бруно. Не хотела огорчать, ведь он так увлёкся мыслью о том, чтоб зажить здесь тихой, мирной и счастливой жизнью. К тому же, любой страх всегда можно победить, если хорошенько и грамотно его проработать. Так ведь?       Выходило, что так...       Однако на исходе того срока, что дал беглецам на размышления капитан Янсен, в гостиницу к ним ожидаемо зашли. Это был Буров-старший. Едва пожав руки Бруно и Герму, он вдруг целенаправлено приблизился к Стасе и молча обнял её. Не объяснил ничего, но изумлённая девушка вдруг ощутила резкую, невыносимую душевную боль. То ли его, то ли свою.       Немолодой уже мужчина, много всего повидавший на своём веку, едва ли не плакал на плече у молодой девушки, и та, обескураженная этим, не знала, чем помочь его горю.       - Господин Буров... - проговорила она, обнимая "звёздного человека" и гладя его по седеющим волосам с искристой прядкой. - Что с вами такое?       - Прости, дочка, - пробормотал он, очевидно питая к Стасе какие-то особенно тёплые чувства, - но что-то очень уж тяжко с тобой и со всеми вами расставаться... Вы же помогли нам исполнить нашу мечту. Что б мы делали без вас?       - Расставаться... - повторила Стася, но ведь всё было слишком очевидным, слишком понятным, чтоб переспрашивать.       - Вам будет хорошо здесь, - мужчина так и не выпускал её из своих объятий. - Вы эту синицу в руке ни за что не променяете ни на какого журавля в небе. И будете, конечно же, правы... Наша команда нуждается в вас: в двоих крепких парнях, в медработнике, в хорошем поваре, но я не верю в то, что, не будучи такими чудаками, как мы, можно взять и улететь отсюда в полнейшую неизвестность. Мне самому и то страшновато порой, а вы - не мы, не перекати-космос... Так что я... попрощаться пришёл.       Стася молчала, не в силах даже нормально дышать. В груди её неожиданно всё сдавило, она поняла, что готова схватить космического странника за одежду и никуда не отпускать его. Взять Бруно, Герма и Лу и пойти вслед за "звездным человеком" на борт его чудесного корабля и улететь в пугающую, но манящую неизвестность. Там, на "Слейпнире", в конце концов всё было таким привычно тесноватым и замкнутым, что очень хотелось вернуться в его гостеприимные "пробковые" отсеки.       Девушка оглянулась на Бруно и на друзей. Она ожидала от них того, что все однозначно согласятся с Никитой, но ничего подобного почему-то не произошло. А Лу так и вовсе взяла и вдруг выдала:       - А я бы с вами полетела!       Все недоумённо уставились на неё.       - Почему? - спросил Никита и наконец оторвался от Стаси, тяжело двигаясь в условиях непривычно высокой для себя гравитации. От неё и Стася успела здесь пострадать, два раза упав и больно ударившись о мощёные камнем дорожки, а ведь, было время, так любила посетовать на старые маломощные центрифуги рудника...       - Потому что я боюсь! Вот почему! - начала объяснять Лу, и слова её были точно выстрелы. - Мы ведь тут незаконно. Пока не запрашиваем вид на жительство, к нам и вопросов никаких, а как начнём запрашивать, то тут и выяснится, что миграционная служба на такое не подписывалась, чтоб всякий сброд с рудников принимать в своём благополучном мире... И... я знаю, что говорю. Я из таких мерзких трущоб на рудник попала, что вам всем и не снилось! Моего отца в своё время сократили и не захотели принять ни на одной нормальной планете. И здесь не захотят. И... - голос Лу задрожал. - Депортируют! А меня лучше сразу прибить, чем я на рудник вернусь. Нет! Ни за что на свете! - Лу, словно ища у Герма защиты от незавидных перспектив, доверчиво прижалась к нему. - А Герм и Бруно ещё и с криминалом связаны. А ну как их искать начнут? Вдруг возобновят эти свои бои? Тут и не знаешь, что хуже: с полицией дело иметь или с бандитами? Я бы ни того не хотела, ни другого...       - Да я бы тоже, - с непривычно серьёзным для себя видом вставил своё слово Герм. - Меньше всего хотелось бы во всё это опять вляпаться и в конце концов закончить как Барби. Не, ни за какое бабло! Да и вообще, как бы оно там ни было, а куда красотка Лу, туда и я теперь...       Между Гермом и Лу с самых первых дней пребывания здесь завязался бурный роман. Оба, что называется, цвели и пахли от этого, а сейчас и вовсе проявили поразительное даже для влюблённой пары единодушие.       Обескураженный Буров нахмурил брови, но с нескрываемой надеждой вдруг обернулся к Стасе, и та, глядя в его выразительные добрые глаза, так похожие на глаза её покойного отца, призадумалась.       В общем-то, с Лу трудно было не согласиться, хотя раньше ничего подобного Стасе и в голову не приходило. Поймав себя на мысли о том, что не так уж много знает о лучшей подруге и что сильно недооценивала её ум, она взглянула на ситуацию с совершенно иного ракурса.       Действительно, а дадут ли им тут осесть? Так ли уж много у капитана Янсена влияния на здешние власти, чтоб гарантировать четверым нелегальным мигрантам хоть какую-то уверенность в завтрашнем дне?       И не вспомнят ли устроители боёв о двоих сбежавших боксёрах? Неудачники они или нет, а всё же бывалые спортсмены, на которых всё ещё можно что-то заработать...       Не лучше ли в таком случае и впрямь убежать туда, куда не дотянутся ничьи загребущие руки, а единственным представителем власти долгое время будет разве что капитан "Слейпнира"?       - Может, и вправду лучше улететь... - Стася не спрашивала и не утверждала, а как будто бы осторожно размышляла вслух. - Вот... Вот даже если здесь у нас всё сложится удачно - ну вдруг, мало ли! - то что мы получим в итоге? Просто проживём жизнь и умрём? Но... Что если попробовать стать чем-то большим, чем просто одними из миллиардов?       - Среди твоих предков случайно не было наших? - усмехнулся Никита, глядя на Стасю с нескрываемой радостью и теплотой.       Стася в ответ лишь пожала плечами и в очередной раз оглянулась на Бруно. Ведь они с ним теперь как Лу и Герм - куда один, туда и второй. Что он-то скажет?       А он долго молчал. Взгляд его был отстранённым и задумчивым, таким, что Стасе захотелось забрать свои неосторожные слова обратно. Не хотелось ей лишать любимого человека всего того, о чём он, должно быть, давно мечтал. Стася ценила его неизмеримо выше любой своей прихоти. Она любила его, и здесь, среди беззаботно цветущего лета, прочувствовала это ещё глубже, чем в плену постылого рудника.       Она подсела поближе к Бруно и прижалась к его плечу, давая понять, что примет любое его решение. В конце концов, прожить с ним простую уютную жизнь ей хотелось не меньше, чем улететь с ним же в какую-нибудь далёкую даль.       - Знаете, - спустя некоторое время всё же заговорил он, стискивая Стасю в объятиях, точно огромный, мощный, но добрый "пещерный зверь", - я много лет жил с мыслью, что кроме бокса в этом мире ничего нет и быть не может. Но потом понял, что есть. И много чего! Я бы с удовольствием открыл, к примеру, свой фитнес-клуб, но... - он тяжело вздохнул и, как ни странно, дальше продолжил уже без тени сожаления. - Знаю, что просто не хватит денег. Все наши рабочие счета после побега заблокировали. Боксёрские гонорары оформлялись отдельно, устроителями боёв, и правление рудника к ним отношения не имеет, но мы с Гермом слишком много... прокутили в своё время, поздно начали ответственно относиться к заработкам... Там слишком мало для того, чтоб обосноваться здесь. И даже остатков денег Бар... то есть Гийома - не достанет. Так что... господин Буров, два крепких парня, медработник и повар, как я понимаю, всё же к вашим услугам!       Стася взглянула на жениха, на общих с ним друзей и поняла, что все они и впрямь готовы полететь за тридевять парсек в тридесятую туманность. Свои риски имели оба варианта, но путь "звездных людей" всё равно манил гораздо сильнее.       - Только... Это... - Герм выступил вперёд и неожиданно стал диктовать Бурову свои условия. - Я полечу с вами хоть в чёрную дыру, но только не на этом... Как его? Ну, не на грузовом. Иначе я пас! Одного раза хватило!       - Ха-ха! - весело рассмеялся Никита и дружески похлопал Герма по плечу. - Не волнуйся: в этот раз я на "Хугине", на грузопассажирском! Надеялся всё же, что вы согласитесь полететь со мной. И... Вы об этом не пожалеете, ребят, честное космическое! Кстати, "Хугин" отчалит послезавтра в семь утра, так что вы все можете тут неспеша собраться, погулять ещё, попрощаться с цивилизацией. Там, куда мы прилетим, у нас будет в распоряжении целый новый мир, но вот этого всего, - он обвёл руками пространство вокруг, - мы, наверное, больше не увидим. И, да, Стася, - добавил он, будто вспомнив о чём-то важном, - я был бы очень благодарен тебе, если б ты помогла мне завтра закупиться медикаментами. У нас в составе команды есть научная группа с кучей оборудования, они со временем наверняка наладят какое-никакое собственное производство всего необходимого, но в первое время нам всё равно придётся пользоваться тем, что привезём отсюда.       - Хорошо, - кивнула Стася и ощутила, как сильно застучало в груди от того, какое немыслимо смелое решение только что все они приняли.       А уже через двое суток все пятеро были на борту челнока и держали путь к чудо-звездолёту по имени "Слейпнир".       Полулёжа в одном из пассажирских кресел и с интересом наблюдая за тем, как бывалый перекати-космос ловко управляет "Хугином", Стася смотрела через обзорный экран на удаляющуюся планету, и перед её мысленным взором постепенно стиралась из бытия их несбывшаяся, тихая, незаметная жизнь: фитнес-клуб, кабинет лечебной физкультуры и пристроенное к ним кафе здорового и вкусного питания...