Дракон Даскендейла

Когда Эйлор Таргариен устраивал пир, он, мать его, устраивал пир. Вассалам принца потребовалось полторы недели, чтобы собрать свои войска и прибыть в Сумеречный Дол и его окрестности. За это время он каким-то образом пополнил кладовую огромным количеством мясом кабана и оленя, заручился услугами барда Селладора из Белой Гавани и труппы акробатов Тироша, а также выковал новый клинок для каждого из своих преданных вассалов и личных рыцарей. Прямо сейчас сир Гуллиан Элвуд и Алестер увлеченно обсуждали свои мечи, хотя оба к тому времени выпили достаточно, чтобы разговор сводился к повторению одних и тех же деталей снова и снова, под бурный смех тех, кто ещё оставался сколь либо трезв. Бард-северянин играл, а труппа Тироша очаровывала публику сальто и другими ловкими трюками; каждый номер вызывал всё больше аплодисментов, а гости всё глубже погружались в свои кубки с выпивкой. Эйлор Таргариен, несмотря на то что не притронулся к вину, улыбался шире, чем кто-либо другой в зале. — Во Имя Матери, Ренфред, улыбнись. Лорд Ренфред Риккер, в отличие от своего сеньора и друга, выглядел так, словно предпочел бы сразиться в смертельной дуэли с самим Воином, чем находиться здесь. — Я не знаю, смогу ли это сделать, Эйлор. Таргариен рассмеялся, и его фиалковые глаза наполнились весёлыми искорками. — Ну, теперь уже поздно отступать. Свадьба состоялась, а постель еще впереди! Ренфред покраснел, что в купе с темно-синим дублетом создавало весьма интересный контраст. — Именно. — Да брось, Ренфред. Половина служанок в Красном замке ещё с твоих четырнадцати лет знала, что ты в постели умеешь не только спать, а судя по тому, что рассказала мне Святая Хэлли, ты и сейчас не потерял хватку. Ренфред покраснел вдвойне при упоминании о чрезвычайно дорогой куртизанке, которую Эйлор, накануне вечером, подсунул в покои своего друга. Ну, в качестве своеобразного свадебного подарка. Ситуация переросла в совсем уже комичную — лицо Риккера стало пунцовым, почти такого же цвета, как сигил Таргариенов. Эйлор повернулся к столу из алькова и жестом указал на сидевшую там хорошенькую, пухленькую девушку, смеявшуюся вместе с несколькими другими молодыми дамами. — Взгляни на Малиссу. Она прекрасно проводит время, а ведь это девушка, и, осмелюсь сказать, что ей стоит опасаться сегодняшнего вечера гораздо больше, чем тебе. — Старшая дочь лорда Баквелла выглядела совершенно спокойной и уверенной в себе с того самого момента, как приехала утром. По факту, это даже бросало тень на её будущего мужа, который уже как третий день ходит сам не свой, а сейчас ёрзает на месте и волнуется, будто девственник какой-то. — У меня нет опыта общения с девами. Эйлор озорно усмехнулся. — Ну, как говорил нам Виллем Дарри: практика — это путь к совершенству. — Прежде чем Риккер успел остановить его, Эйлор выскочил на середину зала и обратился к встрепенувшимся лордам и леди. — Пора! Проклятия Ренфреда утонули в криках толпы: мужчины направились к Малиссе, дамы — к Риккеру, а леди Берч уже трудилась над его бриджами, словно всю ночь ждала этого шанса. Усмехнувшись, Эйлор понял, что, вероятно, так оно и было. Сам принц не двинулся к мужчинам, окружавших Малиссу Баквелл, оставив снятие одежды тем, кто был более пьян, но одобрительно кивнул сиру Манфреду Дарку. Рыцарь, крупнее Риккера и вдвое ниже ростом, пробился сквозь толпу, поднял на руки уже почти обнаженную девицу и направился к её комнате, а за ним, спотыкаясь, двинулись остальные участники вечеринки. Эйлор поручил этому человеку проследить, чтобы Малисса добралась до покоев... невредимой, и, пусть сир Манфред был вечно груб и столь же зол, он при этом являлся человеком верным и благочестивым. Пожалуй, самым благочестивым из всех, кого Эйлор встречал. Новая леди Риккер доберется до покоев целой и невредимой, даже если для этого, невысокому и широкоплечему рыцарю придется сломать кому-нибудь пару носов. Эйлор уже было со смехом последовал за толпой пирующих, но тут, словно из ниоткуда, возник сир Барристан. — Ваша Светлость, у меня есть новости. Принц кивнул, еще раз усмехнувшись, прежде чем повернуться к своему наставнику. — Хорошие или плохие? — Ожидаемые, Ваша Светлость. — Королевский гвардеец жестом указал на другого человека, одетого в тяжелые сапоги и помятый плащ. — Человек из Чаячьего Города в Долине, прибыл на галере этой ночью. Эйлор кивнул. Веселье сошло с его лица и сменилось стиснутой челюстью и нахмуренными бровями. Именно такое выражение принц принимал, когда сосредотачивался на важных вопросах. — Как вас зовут? Мужчина, — ещё почти мальчик, — был невысокого роста и хилого телосложения, с вьющимися волосами и заячьей губой, которая дрожала, когда он нервно взглатывал. — Рональд, милорд. У меня есть информация. Эйлор кивнул. — С нетерпением жду рассказа. *** Соляр Эйлора был меньше, чем можно ожидать от такого замка, как Сумеречный Форт. Однако, словно в качестве компенсации, с его балкона открывался прекрасный вид на столь же прекрасный город. Рональд нервно ерзал на месте, не зная, на что ему смотреть: на вид из соляра, на тарелку с жареным кабаном перед ним, или на сидящего напротив него прекрасного повелителя драконов? Принц, одним словом-приказом, развеял его неуверенность. — Ешь. Мужчина подчинился, хотя продолжил периодически бросать нервные взгляды то на Эйлора, то на сира Барристана, который стоял позади принца со сложенными руками. — Ты утверждаешь, что располагаешь некой информацией. — Начал повелитель драконов через некоторое время. Когда Рональд кивнул, Эйлор слегка наклонился вперед. — Относительно чего? Рональд сглотнул и занервничал пуще прежнего. — Лорда Аррена, милорд. — Ваша Светлость. — Поправил Барристан из-за спины Эйлор. — В-ваша милость. — Быстро исправился мужчина. — Простите, ваша милость. — Успокойся, Рональд. Я — не мой отец. — Мужчина, слишком грузный для крестьянина, но слишком нервничающий для того, кто часто имел дело с дворянами, слегка успокоился, хотя из его глаз не исчезла настороженность, а колено продолжило быстро двигаться вверх-вниз. — Откуда ты? — Из Чаячьего Города, ваша светлость. — И чем ты там занимаешься? — Мой отец — управляющий сира Арстана Сола, ваша милость. Я помогаю ему. Сир Барристан вклинился, дополняя: — Это рыцарская семья, присягнувший Дому Графтон. Они управляют башней, охраняющей одни из ворот Чаячьего Города. Эйлор кивнул. — А ты, Рональд, решил сесть на галеру и плыть сюда, в Сумеречный Дол, с информацией для принца Эйлора Таргариена. Что ж, вот ты здесь, и вот я здесь. Я слушаю. Рональд снова сглотнул; его взгляд метался между двумя другими мужчинами в комнате. Эйлор знал, что какой бы информацией ни обладал парень, он намеревался получить за нее вознаграждение. Он всё понимал и не держал зла за подобное: в этом мире ничто не достается даром, а информация... она порой бывает ценнее всего золота Западных Земель. И, несмотря на то что Рональд, само-собой, получит вознаграждение, — если его информация окажется стоящей потраченного принцем времени, — Эйлор не собирался ничего обещать. Шпионы и отступники полезны, но от их натуры у него бурлило в животе. Эйлор заострил взгляд, позволяя темному фиолетовому цвету смешаться с тенями от свечей и угрожающе омрачить его лицо. — Я не могу стоять здесь всю ночь, парень. Да, я не мой отец, но очень не люблю, когда меня заставляют ждать. — Принц впился взглядом в сидящего напротив него юношу и сжал челюсти, чем подчеркнул скулы Работать лицом и мимикой, активно пользуясь полученными с рождения дарами, он научился едва ли не первым делом. Что бы Рональд ни намеревался попросить в обмен на информацию, он вдруг счёл это неважным, потому что весьма быстро начал излагать: — Лорд Аррен созвал свои знамена, Ваша Светлость. В Чаячьем Города ходят слухи, что он выступает против вашего отца. Эйлор кивнул. «Похоже, я был прав насчет войны. Боги, как же я ненавижу иногда быть правым» — А лорд Графтон? — Он собирается ответить на призыв к оружию, Ваша Светлость. Он уже приказал сиру Солу и его сыновьям собрать войска. — Что еще? — Рональд нервно пожал плечами. — Это всё, что я знаю, Ваша Светлость. — Есть слухи о том, что какие-нибудь лорды остались верны короне? Слухи о наемниках? В целом, новости такого рода? — Нет, Ваша Светлость, клянусь. Я рассказал вам всё, что знаю. Эйлор откинулся назад, холодно глядя на сидящего напротив него молодого человека. — Очевидно, ты знаешь не так уж много, Рональд. Однако признаю, что твоя информация всё же полезна. — Эйлор перевёл взгляд в сторону двери соляра. — Сир Манфред! Широкоплечий и уродливый рыцарь сразу же открыл дверь и шагнул внутрь. — Ваша милость? Эйлор встал, и через мгновение Рональд понял, что ему тоже следует встать. Он так и поступил, едва не опрокинув при этом стул из-за спешки. — Этот человек доказал свою преданность короне. Десять золотых драконов и кружка эля для него. — Благодарю вас, ваша светлость! — Лицо Рональда озарилось радостью, но принц этого уже не видел, поскольку прошёл мимо. Барристан следовал за ним по пятам. Когда Эйлор приблизился к сиру Манфреду, он хлопнул его плечу, слегка придвинулся к уху и проговорил: — Он прибыл в мой дом с намерением продать информацию, которую и так был обязан предоставить, как законопослушный человек короны. Он покинет Сумеречный Дол с десятью драконами, предварительно выпив эля. Но с меньшим количеством зубов, чем прибыл. Эйлор и сир Барристан вышли за дверь, прежде чем звук кулака Манфреда, соприкоснувшегося с лицом Рональда, заполнил комнату. — Возможно, это было лишним, Ваша Светлость. Рональд дал нам ценную информацию. Эйлор мысленно согласился, не замедляя шага. — Да, он дал, и вы, вероятно, правы. Наверное, в Королевской Гавани я видел слишком много предательств ради денег; это сделало меня по определению агрессивным по отношению к тем, кто бросает свою семью ради такой мелочи, как золото. — Вы никогда не испытывали недостатка в золоте, Ваша Светлость. Те, кто испытывал, смотрят на жизнь по-другому. Такое парировать было нечем. — Верное утверждение. Вот почему ты мне нравишься, Барристан, ты ставишь меня на место. Я дам ему еще по одному дракону за каждый выбитый зуб. Эйлор вернулся в обеденный зал и обнаружил, что после ужина многие гости разошлись по своим покоям. Слуги сновали вокруг, убирая разлитое и приводя в порядок хаос, который гости оставили после себя. Несколько человек помогали рыцарям и лордам подняться на ноги и уводили их в свои покои. Принц тихонько хихикнул. — Вижу, они не растерялись и продолжили праздновать без нас. Сир Барристан, хорошо отдохните. Мы встаем рано утром. Нужно начать обучение простолюдинов и лечить похмелье. Барристан Смелый кивнул. — Разумеется, Ваша Светлость. Мне созвать военный совет утром? Эйлор повернулся, дабы направиться к своим покоям у Узкого моря. — Да, старый друг. Рональд любезно подтвердил, что мы ведём войну.