Practical Arrangement

Тэхён спускается первый — бежит по лестнице вниз, не оборачиваясь назад, и бьёт ладошкой себя по лбу. Что он там устроил?.. Взял и поцеловал. Откуда вообще такая уверенность? Он же ни разу до этого даже за руки ни с кем не держался. А тут сразу губы к губам со взрослым, уважаемым мужчиной. Боже… Смотреть в глаза безумно стыдно. Разговаривать тем более, поэтому вся поездка до дома проходит в тишине. А на редкие вопросы господина Чона о бытовых вещах, Тэхён лишь вежливо кивает, не отрывая взгляда от окна. Пока внутри всё лопается фейерверками от пережитых эмоций. Первый поцелуй. Тэхён подарил свой первый поцелуй господину Чону. Спонтанно, нелепо, но со всей искренностью, на которое способно юношеское сердце. Потому что хотелось. Очень хотелось поцеловать того, кто так трепетно смотрел ему в глаза всю церемонию, кто бережно и нежно надевал кольцо на палец… Как же дурманяще сладко он ласкал губы в ответ. Стоило предположить, что такой взрослый мужчина будет умелым в этих делах. Будет чувствоваться так горячо под грудной клеткой и в паху… Тэхён сокрушённо бьётся головой о стекло автомобиля, прикрывая глаза. Почему эта тягучая сладость внизу живота никак не утихает? Почему там, между ягодиц, так пульсирует и мокнет? Почему от одних мыслей всё тело слабеет?.. — Тэхён? — вырывает его из мыслей чужой голос, и парень дёргается на месте, резко поворачивая голову. — Да? — испуганно в ответ. Господин Чон же не умеет читать мысли?.. — Я спросил, что бы вы хотели на ужин, чтобы отпраздновать наш… — Я, кажется, нехорошо себя чувствую, — Тэхён плавится от того, как сильно горят его щёки, глаза аж слезятся. — Давайте отпразднуем как-нибудь в другой раз?.. — и снова отворачивается, чтобы перестать пялиться на зацелованные им же губы мужчины… Какая-то шестерёнка в голове точно работает неисправно. И Тэхён слышит улыбку в чужом голосе, когда Чон говорит: — Хорошо. Всё, что пожелает мой муж, — и всё внутри омеги рушится от такого обращения. Как карточный домик падает, оглушительно ударяясь о самое дно. Тэхён зарывается лицом в свои ладони, охлаждая щёки, и всем корпусом отворачивается от Чона, якобы внимательно рассматривая горизонт за окном. А внутри всё рвётся отчаянно кричать. Весь оставшийся вечер Тэхён проводит с братом: пока тот делает уроки, омега готовит доклад в университет, а глаза время от времени опускаются на безымянный. Кольцо, выбранное господином Чоном, сидит идеально. И, казалось бы, они друг друга практически не знают, но он сумел найти то, которое уже имеет для них обоих особое значение. То, которое уже хранит в себе их общие воспоминания. И эта мысль не отпускает омегу до самой ночи. Становится стыдно, что Тэхён вот так сбежал сразу после возвращения. Они даже не успели ничего обсудить. Хотя что тут обсуждать?.. Кажется, Тэхён сдал с потрохами всё своё невозмутимое “Я не собираюсь вас любить”. Сбросил, как ненужный балласт, и забыл, почему вообще это ляпнул. С самой же первой встречи чувствовал что-то особенное. Но гордость взяла своё. И теперь Тэхён чувствует себя ещё более нелепо. — Тэхён? — слышится шёпотом за спиной. Омега поворачивается. Он сжимает в руках полотенце и невольно прислоняется к стене, когда мужчина подходит ближе. Джэхён уже давно спит. На часах явно перевалило за полночь, и в коридоре второго этажа горят лишь приглушённые бра. — Да?.. — парень поднимает глаза на Чона и всеми силами старается удержать сердцебиение в привычном темпе. Тщетно. Тэхён благодарит себя из недалёкого прошлого за то, что вместо пижамных шортиков и майки на нём длинная безразмерная футболка и домашние штаны. Хотя бы об этом не нужно беспокоиться. — Вам уже лучше? — господин Чон склоняет голову набок и заглядывает в потерянные глаза напротив. — Д-да, да, — чешет затылок Тэхён, — лучше, — и нелепо улыбается, пряча взгляд от альфы. Перед глазами всплывает картина, как он целует его в том кабинете ЗАГСа, и парень тут же мотает головой, отбрасывая губительные мысли. Господин Чон делает шаг ближе. Смотрит сверху вниз и цепляет ладонью руку Тэхёна, поднимая её выше. — Не большое? Я совсем забыл спросить у вас размер, пришлось выбирать по памяти, — и его улыбка так плавит, что омега не сразу слышит вопрос. — Нет, в самый раз, — Тэхён не чувствует, как сам невольно улыбается в ответ. — На вас оно смотрится в разы лучше, чем я себе представлял, — как же пьянит этот жасмин. Это господин Чон становится ближе или Тэхён тянется к нему сам?.. — Ваше тоже очень красивое, — и омега опускает взгляд на руку мужчины. Тянется своими пальчиками, но коснуться не решается — сначала одними глазами просит разрешения, и в ответ получает лишь улыбку. Тэхён несмело касается грубой руки Чона, приподнимая её на своей ладони, и на мгновение с силой прикусывает собственную губу от одной мысли, как эта тяжёлая рука хорошо бы сжимала его талию… Омега уже не раз чувствовал её тепло на своей пояснице. Но как же этого мало… — Тэхён? — голос мужчины звучит ниже и гораздо ближе, чем до этого. И омега поднимает взгляд, чтобы в этом убедиться. — Мм? — еле слышно мычит в ответ. Глаза альфы скользят по его лицу, спускаются на их руки и снова поднимаются, но уже к губам. — Мы даже это не обсудим? — между ними остаётся лишь полметра, и голова Чона снова пытливо склоняется вбок, вынуждая омегу тяжело выдохнуть. — Что?.. — решает прикинуться глупым. И Тэхён не успевает ничего понять, когда его губ касаются в быстром поцелуе. Лишь глаза вмиг становятся шире, а сердце ударяет по барабанным перепонкам. — Наш поцелуй, — мужчина делает ещё один шаг вперёд, и Тэхён уже всем телом вжимается в стену позади себя. Ещё одно касание губ. — Какой?.. — омега прикрывает глаза, когда чувствует жар чужой ладони, медленно окутывающий его талию. Ещё поцелуй, и временные промежутки между ними становятся всё короче. — Вот этот, — мужчина снова касается припухших омежьих губ и обдаёт их своим горячим дыханием. Тэхён сам не замечает, как начинает подаваться вперёд и послушно приоткрывать рот. — Или тот в ЗАГСе, — и снова поцелуй, а руки альфы обхватывают всё крепче, так правильно прижимая хрупкое тело к себе. — Или вот этот, — горячий язык скользит по нижней губе юноши, ласкает, дразнит, и с его рта срывается еле слышный скулёж, который заглушает уже более несдержанный поцелуй с лёгким укусом в конце. Нежные пальчики упираются в твёрдую грудь, нетерпеливо поднимаются выше и обвивают крепкую шею, находя в ней опору. Тэхён виснет на мужчине, но тот даже не прогибается под его весом, словно держит в своих руках пушинку, бережно склоняясь над ней. — Господин Чон… — бормочет еле связно между короткими поцелуями. Кажется, мужчина бредит. — Тэхён, — влажный чмок в уголок губ, и альфа трётся своим носом о горящую щёку. — Из ваших уст это звучит губительно, — и Чонгук не замечает, как под конец фразы срывается на рык. Он бессовестно, но так нежно и невесомо целует омегу, прижимает к себе — ещё чуть-чуть и готов будет поймать его под бёдрами и усадить на свою талию. Тэхён такой хрупкий в его руках… — Господин Чон, — мужчина болезненно мычит — слова ударяют прямо в пах. Как дико. — Ах… Господин Чон, — и Тэхён сам чмокает в ответ, сам лижет чужой ласковый язык, сам наслаждается живой реакцией такого властного, сильного мужчины на его простые слова. — Мне снова нехорошо… Омега приоткрывает глаза и встречается с обеспокоенным взглядом. — Что такое? — хватка рук на талии и пояснице слабеет, и господин Чон отпускает его из своих объятий. Тэхён отводит взгляд. — Где у вас болит? — и мужчина начинает осматривать его с ног до головы. Омега делает глубокий вдох. — Нигде, просто… Господин Чон, — жалобно хнычет Тэхён и прячет лицо в своих ладонях. — Я же волнуюсь, — оправдывается мужчина. — Вдруг я сделал вам больно или… — Не сделали, — и отворачивается, чтобы вдохнуть свежего воздуха и собраться с мыслями. И так же не поворачиваясь, еле слышно бормочет, пока лицо медленно заливает краской: — У меня все штаны мокрые из-за вас, господин Чон, — и не сдерживается — всё равно поднимает свой блестящий взгляд на альфу, сгорая от стыда. — Внизу… Всё скручивает и горит… Брови Чона медленно ползут вверх, а с губ слетает тяжёлый выдох. — Вы это про возбуждение?.. — и улыбка сама бессовестно садится на лицо. Глаза омеги вмиг округляются, и указательный пальчик тут же прижимается к губам Чона, чтобы заставить того замолчать. — Нас же могут услышать, — хмурится Тэхён и осматривается по сторонам, когда на щёку ложится ещё один мокрый поцелуй. — Тэхён? — с улыбкой шепчет Чон, понизив громкость голоса. Парень смотрит на него потерянно и лишь еле заметно кивает в вопросе. — Тогда в ЗАГСе… — Ну перестаньте, — жалобно бормочет себе под нос омега, поджимая губки, и мужчина в порыве нежности обхватывает ладонями его горящие щёки.. — Это был ваш первый поцелуй? — парень тихо хнычет и, быстро кивнув, зарывается лицом в большие ладони, заставляя Чона тихо усмехнуться на такое смущение. — Спасибо, — губы мужчины ложатся на лоб, и Тэхён наконец поднимает на него взгляд от растерянности. — За что?.. — За то, что подарили его мне, — и эта улыбка на свежевыбритом лице плавит. — За то, что не отталкиваете, — взгляд Чона снова опускается на припухшие губы. Тэхён чувствует себя самым желанным. Рядом с господином Чоном не получается чувствовать себя иначе — тот даже не пытается скрыть своё восхищение во взгляде. Как можно устоять перед такой обезоруживающей заботой?.. — Вы так говорите, будто это что-то особенное… И Чон шумно выдыхает на улыбке, умиляясь с юного парня. — Как же вы себя недооцениваете, — а Тэхён забывает, как дышать, когда мужчина снова склоняется над ним. Парень прикрывает глаза и сам начинает тянуться, только чтобы почувствовать лёгкое касание пальцев на своём лбу: он смотрит на господина Чона, а тот лишь убирает непослушную прядку с его лица, слишком уж самодовольно улыбаясь. Тэхён фыркает и прокашливается, отстраняясь к стене. — Спасибо… За сегодняшний день, — уголки губ скромно тянутся в улыбке, и парень поднимает с пола упавшее полотенце. — Думаю, мне уже пора… — Сладких снов, Тэхён, — мужчина делает шаг назад и с шумным выдохом старается выпустить все скопившиеся эмоции. А омега тут же кланяется и начинает уходить мелкими шагами. Пока не слышит: — Мой самый особенный муж, — и опускает голову, упираясь лбом в дверь своей комнаты. По всему телу бегают маленькие заряды. Трусы мокрые, Тэхён чувствует, как всё хлюпает и липнет внутри, и от запаха жасмина подступают слюнки. Но эта фраза определённо добивает. — Доброй ночи, — и оборачивается на альфу, чтобы абсолютно осознанно сказать тому прямо в лицо: — господин Чон, — отчего тот бесстыдно прикрывает глаза на мгновение и улыбается, прикусив губу. Тэхён тихо выдыхает в ответной улыбке и закрывает за собой дверь, медленно сползая по ней с той стороны. Пальчики робко подносятся к губам и касаются подушечками алой, заласканной кожи. Глаза бегают по полу, освещённому светильником с прикроватной тумбочки, а в голове всё мысли, мысли, мысли…

***

Тэхёну понравилось. Безумно понравилось чувствовать себя особенным. Чувствовать тепло и заботу от такого, как казалось ему раньше, властного и серьёзного мужчины. Тот, несомненно, остался таким, но забота и тепло, которые он дарит, внимание, которого совершенно не жалеет, внушают доверие. Омега с самого утра не может перестать обводить орнамент кольца подушечками пальцев, каждый раз скромно улыбаясь. И вспоминая, как господин Чон надевал его вчера на безымянный… Тэхён теперь замужем. Поверить в это пока трудно. Они же даже никому об этом не сказали. Да и не праздновали никак, но все те поцелуи… Они кажутся более чем достойным тостом к их торжественному событию. Господин Чон уже давно на работе, Джэхён в школе, а Тэхён проснулся не так давно, потому что полночи не мог уснуть — всё крутил в голове их церемонию бракосочетания, а потом и встречу в коридоре. Интересно, господин Чон его поджидал?.. По телу даже сейчас бегут сладкие волны внутреннего трепетания, когда Тэхён сидя на диване в гостиной читает с компьютера свои конспекты. Ноги согнуты в коленях и упираются стопами в диван, спина лежит на кремовой подушке, а сбоку на журнальном столике стоит свежий американо. Но пальчики в белоснежных носочках невольно играются друг с другом, когда в голове вместо материалов с лекций один господин Чон. Как же он балует своим вниманием… Тэхён знает, насколько тот занят. Знает, что у него и без братьев Ким полно забот, но каждый раз обращается с ними так, словно они — единственная. Даже сегодня утром, — Тэхён услышал это от тётушки, — господин Чон на своей машине отвёз Джэхёна в школу по пути на работу, хотя мог просто отправить водителя. А Тэхёну… Тэхёну оставил небольшую записку на кухне, которую строго-настрого запретил читать посторонним:

“Насколько я помню, сегодняшний вечер у вас свободный, так что будьте готовы в семь. Наденьте что-нибудь праздничное, но чтобы вам было комфортно. Я заберу Джэхён-и, и мы поедем все вместе.

P.S. Кажется, вы меня уже разбаловали.

Тяжело начинать день, не увидев вас с утра.

Тэхён, вы бы меня поцеловали на прощание?

Поцелуете, когда увидите вновь?”

Сердце Тэхёна тогда упало, казалось, к самым тазовым косточкам, гирей сбивая всё на своём пути. Оно бешено билось, колени вжимались друг в друга, пока в паху так сладко ныло. А поцелует ли он?.. Тэхён понимает, что мог бы. Мог бы представить, как встречает господина Чона и брата из школы, как Джэхён убегает к себе наверх, а сам он, услышав топот на втором этаже, скромно целует уставшего мужчину, вцепившись пальчиками в ворот его рубашки. Тэхён слишком ясно это представляет. Ему снова хочется чувствовать это тепло. Чувствовать внимание господина Чона на себе, и, когда он сегодня выходил с утра из комнаты, отчасти надеялся, что мужчина решил взять работу на дом и снова увидит его в той пижаме. В той самой, в которой Тэхён спит все дни с момента переезда, и не может не вспоминать тот горящий взгляд на себе.

***

— Господин Ким? — слышится за спиной, когда Тэхён осторожно сажает аккуратную сережку в мочку. — Да, тётушка? — он разворачивается полубоком от зеркала в углу комнаты и смущённо улыбается, когда та ахает от восхищения. — Господин Чон лишится дара речи, когда вас увидит, — лукаво тянет женщина и подходит ближе, чтобы рассмотреть юного парня, который еле заметно начинает краснеть. На Тэхёне белая шёлковая рубашка со вставками кружева; на ногах облегающие брюки, которые подчёркивают аккуратные ягодицы и сужаются книзу; на шее красуется минималистичная подвеска из белого золота, поблёскивающая между расстёгнутых верхних пуговиц, а безымянный палец обвивает кольцо, к которому омега никак не привыкнет. Глаза немного затемнены у внешних уголков, на губах еле заметное мерцание медового блеска, а в волосы мелкими резиночками вплетены бутоны жасмина, которые так естественно смотрятся, словно были там всегда. Не зря же срывал те цветы… — Думаете? — Тэхён вновь поворачивается к зеркалу. — Я не перестарался?.. Женщина беззлобно хмыкает в улыбке и подходит сзади, кладя руки на плечи юного господина. — Невозможно перестараться с правильным человеком. Невозможно сделать что-то не так. Уверена, господин Чон оценит ваши старания, — и Тэхён слабо улыбается, смотря на неё через отражение. — Влюблённые альфы подобны мальчишкам, — омега разворачивается на стуле, чтобы встретиться с тётушкой лицом, и та продолжает свою мысль: — совершенно не умеют скрывать своих чувств, — усмехается, поправляя бутон, запутавшийся в волосах парня. — Думаете, это влюблённость?.. — так искренне, потерянно спрашивает Ким, смотря вверх на тётушку. — Думаю, вам пора выходить, — с улыбкой тянет та, переводя тему. — Господин Чон и Джэхён-и уже ждут внизу. Тэхён кивает и смотрит напоследок в зеркало, поправляя блеск на губах подушечкой пальца. Интересно, что скажет господин Чон?.. Под тёплым взглядом тётушки он хватает последний цветок жасмина из опустошённой ранее вазочки около кровати и спешит вниз, чтобы не заставлять себя ждать. Сдержанно семенит по ступенькам, прислушиваясь к звукам — кажется, Джэхён, не выдержав ожидания, уже куда-то убежал, — и в конечном счёте спотыкается, влетая в подошедшего к лестнице мужчину. Глаза вмиг округляются, когда Тэхён падает тому в руки. Хватается за его крепкие плечи, прикрытые серой рубашкой, и испуганно смотрит в ответ на лёгкое удивление. — Так не терпелось? — еле слышно шепчет альфа и бережно обвивает свои руки вокруг тонкой талии. — Ч-чего?.. — растерянно в ответ, но Тэхён не отстраняется. Не может оторваться от манящей пропасти в чужих глазах. А господин Чон осматривает парня в своих руках и не может скрыть восхищение в глазах и улыбку, когда касается пальцами цветов в русых волосах. — Думал, вы так бежали, чтобы поцеловать меня, — с ухмылкой срывается тихое с его губ, и Тэхён несильно бьёт альфу по груди, а сам всем телом продолжает к нему прижиматься, стоя на ступеньку выше. Отводит взгляд, тая от приятного жара на щеках. — Смотрю, вы пристрастились к жасмину, — шепчет Чон ему на ухо, рисуя грубыми пальцами маленькие спирали на пояснице парня, и склоняется ещё ближе, чтобы еле слышно пробормотать: — хотите окончательно свести меня с ума? — и не дожидаясь ответа: — Вам удаётся. — Господин Чон… — хриплым шёпотом в ответ. — Да, мой нежный ангел? Круглые глаза Тэхёна вмиг переводятся на мужчину, который лишь нагло приподнимает бровь в вопросе, словно совершенно ничего не произошло. — Вы уже забыли про наши планы? — он старается держаться невозмутимым, и даже алый румянец уже удаётся игнорировать. Но не Чону. — Ни в коем случае, — с улыбкой в ответ. — Джэхён-и ушёл в уборную. Как вернётся, сразу поедем, — парень сдержанно кивает и чувствует чужие пальцы через кружева рубашки на своих плечах. — Вы великолепно выглядите, — шепчет напоследок Чон, опаляя щёку горячим дыханием, и отстраняется, выпуская омегу из своих объятий. — У меня самый красивый муж, — и Тэхён на мгновение опускает голову, прикрыв глаза, когда в теле с грохотом лопаются бутоны. — Правда? — глаза в глаза. — Я же обещал быть всегда с вами честным, — с ухмылкой на губах, и Тэхён отпускает смешок, отворачиваясь. — Спасибо, — а омега уже потихоньку пьянеет от сдержанной улыбки напротив. — Вы тоже очень хорошо выглядите, господин Чон. — Правда? — передразнивает его мужчина, улыбаясь всё шире. И Тэхён снова шумно выдыхает в смешке себе под нос. — Я вам ничего не обещал, так что думайте сами, — и отворачивается, спускаясь с лестницы. Он делает пару шагов, проходя мимо господина Чона, но спустя мгновение уже снова чувствует чужую руку на своей талии, бережно, но в то же время властно притягивающую к себе, когда с пленяющих губ срывается смешок. — Ваши глаза говорят всё за вас, — и мужчина бессовестно чмокает Тэхёна в губы. Быстро, нежно, так, что непонятно, привиделось это или нет, потому что уже в следующую секунду тепло с талии исчезает, а господин Чон самодовольно улыбается, проходя мимо. — Джэхён-и, ты там закончил? Мы с хёном тебя заждались, — и Тэхён мотает головой, не сдерживая улыбку. Как мальчишка. Он и правда ведёт себя совсем как мальчишка.