Глупости

Губы Лань Чжаня оказываются на удивление горячими - а, может, всё дело в том, что он так несдержанно впивается ими в рот Вэй Ина, выбивая глухой стон? Думать не хочется ни о чем - и Вэй Ин полностью отдается этому взрыву эмоций, не боясь больше показаться слишком настойчивым. Он вплетает пальцы в волосы Ванцзи, углубляя поцелуй, и Лань Чжань в ответ несильно прикусывает его нижнюю губу. В мозгу Вэй Ина словно взрываются сверхновые - возбуждение и отчаянная жажда большего глушат любые мысли. Он даже не замечает того, что они целуются прямо на полу в коридоре. Целуются отчаянно, немного неумело, так, что почти сталкиваются зубами в попытках получить ещё больше удовольствия от касаний губ и языка. - Лань…Чжань! - бормочет, задыхаясь, Усянь, когда Ванцзи отрывается от его губ, чтобы впиться жёстким поцелуем в шею. Это, кажется, немного приводит Лань Ванцзи в себя, потому что он поднимает голову, и они несколько секунд завороженно смотрят друг другу в глаза. Усянь невольно сглатывает - зрачки Лань Чжаня расширены до предела, и только ободок радужки кажется полыхающим кольцом чистого золота. Ванцзи разрывает эту магию взглядов самым невероятным образом - поднимая Усяня на руки как ребенка, так, что Вэй Ин от неожиданности издает невнятный возглас и обхватывает ногами бедра Лань Чжаня. “Черт”, - проносится у него в голове, пока Ванцзи идёт с ним из коридора в гостиную, а затем в спальню, - “какие же у него сильные руки!” Ему немного неловко в этой позе ещё и оттого, что привставший член слишком явно упирается в живот Лань Чжаня. Его неожиданно бережно опускают спиной вперёд прямиком на кровать. Лань Чжань нависает над ним на вытянутых руках, и Усянь, дурея от собственной смелости, притягивает его к себе за шею. Идя сюда, он точно не думал, что всё закончится вот так - и теперь готов сто раз благословить этот грёбаный, приснившийся ему, кошмар. - Лань Чжань, - шепчет он почти в губы Ванцзи, - а ты… Ты уже делал это…с кем-то? Лань Ванцзи качает головой, не отрывая от Усяня совершенно собственнического, расфокусированного взгляда. От одного этого Усяня ведёт как пьяного. Собственная смелость кружит ему голову, и он приоткрывает губы, выдыхая: - Я.. тоже. Лань Ванцзи смотрит на эти яркие, припухшие от поцелуев, раскрытые для него губы - и последние остатки сдержанности смывает волной дикого желания. Он подается вперёд, жёстко накрывая губы Усяня своими, сцеловывая слабые стоны и едва сдерживаясь, чтобы не стонать в ответ. Сплетаясь языками в жаркой глубине, он чувствует животом чужое возбуждение - и от этого свое собственное взлетает на такие высоты, о которых Ванцзи и не подозревал. Усянь скользит пальцами по его плечам, обхватывает ногами бедра, притираясь совсем близко, и Лань Чжань всё-таки коротко стонет. - По …годи, - поймав момент, выдыхает сквозь поцелуй Вэй Ин. Лань Чжань проходится вереницей коротких поцелуев по его шее, пока Усянь пытается расстегнуть собственные джинсы. - Блин, - почти стонет он, воюя с пуговицей - и Лань Чжань наощупь отстраняет его пальцы, в мгновение выдирая злосчастную пуговицу “с мясом”. Усянь коротко хихикает, но когда язык Ванцзи проезжается по его соску, смех тут же сменяется ошеломленным вздохом. Лань Чжань даже не задумывается над своими действиями - просто пробует на вкус каждый сантиметр тела любимого, и его собственный член уже оттопыривает боксеры так, что слегка больно. Но его возбуждение - то, что может подождать. Сейчас, когда Усянь лежит под ним, когда он, наконец, может трогать и ласкать его, дарить ему удовольствие, Ванцзи наслаждается каждым касанием, каждым выдохом. Вэй Ин, растрёпанный, с приоткрытыми губами, зажмуривает глаза, мягкие ресницы опускаются вниз, и в сердце Лань Чжаня вспышкой расцветает какой-то невероятный восторг от этого зрелища. Он дразнит сосок Усяня, лаская пальцами второй, до тех пор, пока Вэй Ина не начинает мелко потряхивать, а затем ведёт языком вниз, обводит им пупок, удерживая бедра Вэй Ина ладонями. Усянь непроизвольно делает ими встречное движение, с его губ то и дело слетают стоны вперемешку с тяжёлым возбуждённым дыханием. Его пальцы блуждают в волосах Ванцзи, то и дело сжимая пряди, и от этого член Лань Чжаня вздрагивает, напрягаясь. Волосы Ванцзи, мягкие, густые, скользят между пальцев Усяня, и он, кажется, может кончить только от прикосновений к ним. Ванцзи стягивает джинсы и белье Усяня, следом летят майка и боксеры Лань Чжаня - пока он проделывает все это, Усянь приподнимается на локтях, скользя взглядом по фигуре Лань Ванцзи, и при виде массивного вставшего члена его глаза слегка расширяются. - Лань Чжань, - шепчет он, когда Ванцзи снова садится на его бедра, - у тебя… есть масло? - Нет нужды, - коротко говорит Ванцзи. От вопроса Вэй Ина по телу прокатывается новая волна возбуждения - потому что он ярко и красочно представляет, зачем им может пригодиться масло. “В следующий раз”, - смутно мелькает в его голове, - “нужно ..” Мысль пропадает, когда он осторожно касается губами головки члена Вэй Ина - тот судорожно вздыхает и откидывается назад. Лань Ванцзи медленно ведёт языком от головки к основанию, оставляя на члене влажную дорожку слюны, касается губами, скользит ими вверх и вниз. От вкуса Вэй Ина, пряного и слегка терпкого запаха его собственный член каменеет так, что становится больно. Ванцзи забирает его в ладонь, одновременно накрывая губами головку чужого - и эта лавина ощущений накрывает его полностью. Ему хочется просто вплавиться в любимого, заменить собой его сердце, сделать так, чтобы никогда, ни за что не выпускать из своих рук. Усянь несдержанно, громко стонет, когда губы Ванцзи раскрываются, впуская член Вэй Ина в жаркую глубину. Его колотит от накатывающих вспышек удовольствия при каждом движении этих мягких горячих губ. Лань Чжань так нежен и одновременно настойчив, что перехватывает дыхание, а с губ то и дело срывается его имя. Вэй Ин возбужден до такого предела, что почти на грани того, чтобы кончить - но сдерживается из последних сил, желая продлить это безумное наслаждение. Вэй Усянь открывает зажмуренные глаза, чуть приподнимается, чтобы увидеть, как Лань Чжань опускается губами на его член, и от этого зрелища внутри прокатывается какой-то бешеный шторм, потому что это одновременно бесстыдно, возбуждающе - и при этом невероятно чувственно. Лань Чжань ласкает его губами и языком так, будто знает тело Усяня до миллиметра. Вэй Усянь замечает, как Ванцзи обхватил свой член ладонью, видит, как от каждого движения обнажается крупная головка, блестящая от влаги - и, почти ничего уже не соображая от близости оргазма, тянет руку, накрывая ей ладонь Лань Чжаня. Эти сильные пальцы под его собственными, осознание того, что он вместе с Ванцзи делает это, собственные вспышки удовольствия от каждого погружения в горячий рот Лань Чжаня - всё это накрывает одновременно и с такой силой, что Усяня выгибает дугой, а ладони судорожно вцепляются в простынь. Он кончает так ярко, что это почти болезненное удовольствие - перед глазами мельтешат яркие пятна, в ушах шум, а тело снова и снова содрогается толчками. В горло Лань Ванцзи бьёт горячим, пряным потоком - он сглатывает, давясь, потому что это его первый раз и Ванцзи застаёт врасплох чужой оргазм. Но от громкого вскрика Усяня его собственный член пульсирует, и Лань Чжань делает рукой несколько сильных движений, не выпуская изо рта все ещё твердый член Вэй Ина. Усянь чувствует, как губы Ванцзи плотно сжимаются на основании члена, Лань Чжань глухо вскрикивает - и на ноги Усяня попадает что-то теплое. - Лань… Чжа-а-ань… - судорожно шепчет он, наслаждаясь собственным угасающим удовольствием и чувством того, что Лань Ванцзи кончил почти одновременно с ним. У Вэй Ина полное ощущение того, что тело лишилось костей - он чувствует себя вяло растекшейся лужей. Сил хватает только на то, чтобы не закрывать глаза. После всего этого его дико клонит в сон, ведь он не спал почти сутки, вымотался до предела, и потратил остаток сил на этот безумный побег до квартиры Лань Чжаня. Но ему не хочется закрывать глаза - потому что он и не мечтал увидеть Лань Чжаня таким, и теперь смотрит, чувствуя себя невероятным богачом, самым счастливым человеком в этом мире. - Куда ты? - сонно тянет он, видя, что Ванцзи встаёт. - Сейчас вернусь, - коротко говорит он, выходя из спальни. Когда Лань Чжань возвращается, неся упаковку влажных салфеток, Вэй Ин уже спит, раскинув руки. Лань Ванцзи смотрит на него, и внутри словно раскрывается цветок из нежности, заботы и чего-то ещё, названия чему люди вряд ли могут придумать - но Лань Чжань знает, что слова не так уж важны. Он тихо садится рядом, мягко ведёт подушечками пальцев по скуле, и Усянь вздыхает, улыбаясь во сне. Лань Ванцзи обтирает его салфетками, бережно, боясь потревожить - но Вэй Ин спит так крепко, что даже не реагирует. Ванцзи накрывает его одеялом и выходит.

***

Лань Чжань сидел на кухне, на столе перед ним исходила ароматным паром чашечка кофе, а сна не было ни в одном глазу. Он глянул на телефон - два часа ночи. Подумать только, всего несколько часов назад его мир был совсем иным. Лань Ванцзи казалось, что с того момента, как он лег в постель и проснулся от кошмара, прошла целая вечность, а не какие-то жалкие часы. Внизу живота поселилось блаженное тепло, а губы все ещё были слишком чувствительны - Ванцзи пригубил кофе и чуть поморщился от касания горячей чашки. Он пока что не до конца осознал то, что случилось, и сдерживал себя от желания немедленно отправиться в спальню, чтобы увидеть там Усяня. При мысли о нем поднималась настоящая буря эмоций. Он действительно целовал Вэй Ина? На самом деле слушал эти стоны, касался губами кожи, без всякого стеснения ласкал его член? Теперь, когда возбуждение улеглось, Ванцзи и сам не до конца верил в произошедшее. Он не ожидал от себя такого, но в сердце при этом не было ни капли сожалений или сомнений. Вэй Ин пришел к нему. Он беспокоился о нем, и явно видел в нем кого-то большего, нежели просто друга. К просто друзьям не прижимаются так откровенно и отчаянно. Не смотрят так, будто он, Лань Чжань, какой-то чёртов небожитель. И уж точно не провоцируют на поцелуй. - Вэй Ин, - шепнул Лань Чжань, закрыв глаза. - Люблю. И это короткое слово стало сюрпризом для него самого. А затем он вспомнил - четко и отчаянно вспомнил, что уезжает. Что это, неожиданно случившееся с ними двумя, превратит три месяца в настоящую вечность. Он залпом выпил кофе и даже не ощутил вкуса. Что ж. Если эта ночь - всё, что у него есть, он проведет ее рядом с Усянем. Что бы ни было дальше, теперь он знает, как это - целовать того, кого любишь до отчаяния, получать такие же поцелуи в ответ, обрисовывать руками линии его тела, слушать стоны и собственное имя из его губ. Он знает. И этого уже никому не отнять. Лань Ванцзи отставил пустую чашку, прошел в спальню и лег рядом с Вэй Ином. Тот что-то пробормотал во сне, повернулся и обхватил рукой грудь Ванцзи, удобно устроившись головой на его плече. Лань Чжань мягко улыбнулся, едва ощутимо касаясь губами растрёпанной макушки, прижал Вэй Усяня к себе и закрыл глаза. Он проснулся довольно поздно для себя - солнце уже расчертило полосами пол спальни, запуталось лучами в темных волосах Вэй Усяня, подсветило профиль так, что Ванцзи замер, залюбовавшись. И тут же вспышкой вспомнилось: он сегодня уезжает. В сердце словно ткнули тупой ржавой иглой. Лань Чжань сглотнул, опуская глаза, и осторожно выбрался из постели. Он принял душ, включил кофемашину, насыпал корма Тьме, и все это как будто во сне. При других обстоятельствах это утро стало бы самым счастливым утром в его жизни, но проклятый отъезд был словно тень, заслонившая солнце. - Хотя бы ты останешься со мной, - вздохнул он, ведя пальцами по мягкой шерстке Тьмы. Та, словно понимая, потянулась мордочкой, потерлась о руку Ванцзи. Он пил кофе, смотрел в окно и как будто кожей чувствовал каждую уходящую минуту. Хуже всего был предстоящий разговор с Вэй Ином. Конечно, они вроде бы и не строили никаких особых планов на лето - но как-то само собой подразумевалось, что эти планы будут. Что будут летние вечера вместе, и прогулки за город, и… - Привет, Лань Чжань! Сонный Усянь вошёл на кухню, немедленно споткнулся о кошку и влетел прямиком в руки Лань Чжаня. - Ммм, гэгэ, - хитро мурлыкнул он в шею Лань Ванцзи, - вкусно пахнешь. - Бесстыдник, - хмыкнул Лань Чжань, поворачивая голову так, чтобы поймать теплые губы своими. Усянь с готовностью ответил - расслабленно скользнул языком вглубь рта Лань Чжаня, смял его нижнюю губу, нежно прикусил верхнюю. В этом поцелуе не было вчерашней страсти, но было что-то такое, отчего у Лань Чжаня сердце забилось отчаянно и больно; какая-то солнечная нежность, уют и теплая доверчивость. Отрываться от этих губ не хотелось совсем и никогда. Лань Ванцзи поймал себя на мысли, что всё это - Усянь на его коленях, залитая солнцем кухня, лёгкий запах кофе - кажется таким правильным, таким естественным, будто так было всегда. - Лань Чжань, мне надо в душ, хорошо? - Вэй Ин слез с его коленей и совершенно по-кошачьи потянулся, хрустнув спиной. - Мгм, - подтвердил Ванцзи. - Кофе? - Не откажусь, - сверкнул улыбкой Вэй Ин. Пока Усянь был в душе, Лань Чжань заварил ему кофе; подумав, сунул в тостер пару хлебцев, достал из холодильника масло и сыр. - Лань Чжань! - крикнул Вэй Ин уже из коридора. - Можно у тебя халат стащить? - В гостиной, - ответил Ванцзи. И когда через минуту в кухню вошёл Вэй Ин, держа халат - отчего-то - в руках, сначала даже не понял, что не так. - У тебя чемоданы там, - тихо сказал Вэй Усянь, комкая злосчастный халат в пальцах. - Ты… Лань Чжань, ты уезжаешь? Ванцзи встал. Серые глаза Усяня, недавно ещё лукаво блестящие, словно потухли, а на губах снова была эта чертова виноватая улыбка - словно это он был виноват в том, что Лань Чжаню не хватило духу рассказать про отъезд. - Вэй Ин, - Ванцзи опустил голову. - Я узнал вчера. Усянь так и стоял там, не подходя ближе, и Лань Чжаню отчаянно захотелось подойти самому, прижать его к себе - но он заставил себя остаться на месте. - Дяде нужна моя помощь в Гусу. - Это надолго? - Вэй Ин, наконец, натянул халат совершенно машинальным движением. - На три месяца, - тихо ответил Ванцзи. - Я не могу отказаться. Я пообещал. Улыбка Вэй Ина из виноватой превратилась в застывшую. - Три месяца? - повторил он, подходя ближе. - Лань Чжань! И это прозвучало так отчаянно, что у Ванцзи оборвалось сердце. Он шагнул навстречу, крепко обнимая того, кто стал его миром - а теперь это солнечное счастье гаснет тут, на его глазах, и он ничего не может с этим сделать. - Мы что-то придумаем, Лань Чжань, - глухо бормотал Усянь в его плечо. - Ты ведь будешь мне писать? И звонить? - Буду, - выдохнул Лань Чжань, до боли стискивая веки. - Когда ты едешь? - Вэй Усянь разжал объятия, и Лань Ванцзи ничего не оставалось, как сделать то же самое - хотя это было последнее, чего он хотел бы. Теперь, после этой ночи, все стало проще и сложнее одновременно. Проще - потому что теперь он точно знал, что они будут вместе. И сложнее - потому что Ванцзи понятия не имел, как ему пережить это чёртово лето без Вэй Ина. - Сегодня вечером. Не сговариваясь, они больше не поднимали эту тему - Усянь выпил кофе, попытался съесть тост, но честно заявил о полном отсутствии аппетита. Они упаковали, наконец, вещи Лань Чжаня, выставили чемодан в прихожую, подготовили переноску и документы для кошки. Вэй Усянь пытался шутить, но атмосфера все равно оставалась тяжёлой. Наконец он сел на диван и спрятал лицо в ладони. - Лань Чжань, - глухо сказал Вэй Усянь. - Давай просто посидим здесь вместе, ладно? Всего час остался. Ванцзи сел рядом, притянул Усяня к себе. Последние солнечные лучи покидали гостиную, и вскоре стало совсем темно.