Глупости

Вэй Усянь открыл глаза и сначала даже не понял, где это он. Сквозь белые занавеси светило яркое солнце, а значит, было уже довольно поздно. - Вот блин, - пробормотал он, садясь. Интересно, почему Лань Чжань не разбудил его вчера? Не то, чтобы Вэй Усянь был против этой неожиданной ночёвки - очень даже за! Тем более, после такого шикарного вечера. Вэй Ин поморщился и вытянул из-за пояса забытую вчера флейту - за ночь она ощутимо надавила под ребра, даже бок слегка онемел. Машинально крутанув ее меж пальцами, он встал и с хрустом потянулся. В квартире было тихо. Он привык просыпаться под бормотание видео на телефоне - Вэй Ин часто включал на ночь лекции по научпопу, под которые отлично спалось, - под голоса где-то в коридоре общаги или тихие шаги Вэнь Нина. Но в доме у Лань Чжаня царил какой-то особый вид тишины. Она не давила на уши - скорее, мягко обволакивала, ложилась вокруг, как падающий снег. Вэй Ин потянулся к телефону глянуть время. Мать честная, почти полдень! Неудивительно, что так тихо - Лань Чжань наверняка давно на занятиях, а он, стало быть, пока что застрял тут. Ну и ладно. Вэй Ин ничуть не был этим расстроен - в конце концов, у него нарисовалась отличная возможность осмотреться и сунуть свой любопытный нос в те комнаты, которые он вчера не видел. И он совершенно не собирался отказываться от этой увлекательной экскурсии. В конце концов, Лань Чжань сам виноват - оставил его тут, даже не разбудил! Он же не рассчитывал на то, что Вэй Ин просто просидит на диване, смиренно ожидая его возвращения? Первым делом Вэй Усянь отправился в ванную - благо, помнил, где она находится. Умывание помогло окончательно прийти в себя. Он немного посомневался на тему, стоит ли принять душ, но лень победила - так что следующей точкой маршрута стала кухня. На столе не осталось и следа вчерашних блюд. Всё выглядело так, словно сейчас должен был явиться фотограф для сессии в стиле “ваша идеальная кухня”. Царящий вокруг порядок нарушала только одиноко лежащая посередине стола записка. “Вернусь в три. Тьму не кормить”. - А меня кормить? - поинтересовался у записки Вэй Усянь. Вся эта ситуация одновременно забавляла его и немного смущала. Неужели Лань Чжань совсем не переживал о том, что оставляет в своей идеальной квартире такое идеальное бедствие, как Вэй Ин? Он что, всем так доверяет? Или… Тут мысли Усяня сбились в какую-то совсем другую реальность, в которой он, Вэй Ин, был для Лань Чжаня кем-то… особенным. Кем-то гораздо большим,чем просто друг. И эта реальность ему совершенно точно очень и очень нравилась. Вэй Усянь поймал себя на размышлениях о том, как было бы просыпаться в этой квартире вместе с Лань Чжанем. Как было бы - выбираться из его сонных объятий, пить вместе кофе на этой уютной кухне, попутно гладить Тьму. Затем разбегаться по своим делам - чтобы вечером снова оказаться здесь, делиться впечатлениями, смотреть фильмы, вместе готовить ужин, принимать душ, делить радости и заботы. Он тряхнул головой, приходя в себя. - Глупости, - невесело фыркнул Усянь, нервно ткнув кнопку кофемашины. Какие там отношения, если Вэй Усянь не был уверен даже в том, что Лань Чжань действительно считал его кем-то вроде друга! Вэй Ин впервые встречал на своем пути такого загадочного, закрытого человека - человека, который с недавних пор занимал изрядную долю его мыслей. И не то, чтобы он не знал, что делать - в конце концов, у него уже несколько раз были отношения с девушками. Но, во-первых, там всё обычно кончалось на этапе поцелуев: это, скорее, были попытки отношений, а не что-то серьезное. А во-вторых… Во-вторых, стоило, наконец, признаться себе. Ни одна девушка и рядом не стояла с Лань Чжанем. А это автоматически означало - опять же - две вещи. Вэй Ин влюбился в парня. И совершенно, мать его, не представлял, что с этим делать. Кофемашина звякнула, и Вэй Усянь со вздохом поставил перед собой чашку с кофе, усевшись за стол. Неизвестно откуда появившаяся Тьма нагло вспрыгнула на колени и потянулась носом к чашке. Уяснив, что человек ничего вкусного не прячет, обиженно протянула: - Мррр? - А тебя кормить запретили, - сообщил ей Усянь, почесывая кошку за ухом. Та совершенно по-человечески вздохнула и улеглась булочкой, подвернув лапы. - Ну что, - пробормотал под нос Вэй Ин, когда с кофе было покончено, - осмотрим здесь всё? Ты со мной? Он взял Тьму на руки и вышел из кухни. Коридор привел к закрытой двери, которую он легонько толкнул. Тьма вывернулась из рук и скользнула за дверь. За ней оказалась спальня - и Вэй Усянь почувствовал лёгкий укол вины. Вроде как нехорошо с его стороны так внаглую сюда заходить? Но ведь он и не собирается ничего такого делать - просто посмотрит и всё. Интересно же! Впрочем, уже через несколько минут выяснилось, что ничего особо интересного здесь нет. Довольно широкая кровать, ряд настенных полок с книгами - некоторые на вид были очень старыми, так что Усянь только бережно провел пальцами по переплету, - платяной шкаф и тумба. Вэй Усянь наугад вытащил пару старых книг и плюхнулся на аккуратно заправленную кровать. В первой не оказалось ничего интересного - он, конечно, понимал через слово, но, судя по всему, речь шла о истории какого-то клана. А вот вторая оказалась более занятной. На потертой обложке значилось лишь число - 4015. На первой же странице было выведено “Будь праведен”. - Это ещё что такое? - брови Усяня поползли вверх. Он листал страницы и глаза раскрывались всё шире. “Запрещено бегать”. “Шум запрещен.” “Злословить и сплетничать запрещено”. - О-фи-геть, - выдохнул Усянь, нервно пролистывая страницы до самой последней. Где значилось - “Общение с любым, следующим Пути Тьмы - запрещено.” Он вздрогнул от холодного покалывания в ладони, которой машинально сжимал Чэньцин. Показалось, или он действительно увидел над флейтой что-то вроде черной дымки? - Да ну, ерунда какая, - громко сказал Усянь, но книгу от греха подальше всё-таки сунул на место. Да уж, только Лань Чжань был способен хранить в собственной спальне четыре, мать его, тысячи правил из какой-то глубокой древности! Интересно, он что - реально их все выполняет? И ведь не спросишь же, иначе придется признаваться, что без спросу влез в чужую спальню. Во входную дверь деликатно стукнули. Вэй Усянь молнией метнулся из спальни и застыл в гостиной, лихорадочно раздумывая, что делать. - Ванцзи, ты дома? - спросили тем временем из-за двери. - Я не смог дозвониться. - Вот черт, - прошептал Усянь. Судя по всему, это кто-то из близких Лань Чжаня, скорее всего брат. Вряд ли он обрадуется, если вместо Лань Чжаня ему ответит из-за двери какой-то посторонний парень. Вэй Ин замер на диване, стараясь даже не дышать - хоть это было откровенной глупостью. Когда в замке мягко провернулся ключ, он обречённо выдохнул и пригладил волосы. Это и правда оказался брат Лань Чжаня - они были невероятно похожи. И прямо сейчас он ошеломленно замер в прихожей, разглядывая того, кто сидел на диване, машинально крутя в руках флейту. - Эм… добрый день? - рискнул начать диалог Вэй Усянь. - Господин Вэй, - выдохнул Лань Сичэнь, склоняясь в каком-то диком движении, которое Вэй Ин до этого видел только в дорамах. Вэй Усянь, как и обычно, когда ситуация выходила из-под контроля, тут же начал болтать всё, что пришло в голову. - Вы брат Лань Чжаня, да? Господин Лань Сичэнь? Круто, я рад с вами познакомиться! Я слушал вашу музыку, и она просто офигенная, честно! А гэ…кхм, то есть Лань Чжаня нет, он на уроках. Я тут просто ночевал, случайно вышло, вам потом Лань Чжань все расскажет. И только тут до него дошло, что брат Лань Чжаня откуда-то знает его имя. - Лань Чжань обо мне рассказывал, да? - заулыбался Усянь. Лань Сичэнь окинул его внимательным взглядом и тихо ответил: - Не было нужды. “Всё-таки они офигенно похожи” - мелькнула у Вэй Ина в голове. “Не было нужды - охренеть, да кто так говорит вообще?! И как это, блин, понимать?” Когда Лань Ванцзи вернулся домой, то первое, что он услышал - оживленную болтовню Усяня откуда-то из кухни. Вначале он подумал, что Вэй Ин говорит по телефону, но затем упёрся взглядом в очень знакомую обувь на полу прихожей. Он впервые физически ощутил выражение “упало сердце”. Оно действительно ухнуло куда-то в район пяток, и, кажется, на пару невыносимых мгновений замерло. Брат здесь? Но почему не предупредил о том, что собирается зайти? И что он теперь подумает, обнаружив в квартире Лань Ванцзи незнакомого парня? Лань Чжань на мгновение прикрыл глаза, решительно сжал губы и прошел на кухню. - Лань Чжань! - обрадованно воскликнул Вэй Ин, оборачиваясь. На плите исходил густым пряным паром свежий рис, почти красный от множества приправ. - А я как раз закончил готовить! Давай, Лань Чжань, садись, ты наверняка голодный! Я тут глянул - в твоем холодильнике одна зелень, чистый ужас! Лань Ванцзи ещё никогда не видел такого выражения на лице брата. Больше всего ему подходило определение “потрясенное смирение”. Наверное, именно с таким лицом люди смотрят на лавину, которая несётся прямо им навстречу. - Ванцзи, - вздохнул Сичэнь. - Я звонил, но твой телефон… Лань Чжань достал из кармана мобильный и обнаружил, что он сел. События вчерашнего вечера выбили из колеи настолько, что он просто забыл поставить телефон на зарядку. - Прошу прощения, дагэ. Что-то срочное? - Хотел оставить ключи, - Лань Сичэнь поднялся. - Придется уехать на пару дней, нас пригласили на благотворительный концерт в Чанпине. - О, Чанпин? - встрял Усянь. - Я там бывал. Довольно красивый город. Лань Сичэнь как-то странно покосился на него и ничего не ответил. Ванцзи коротко вздохнул. Он не планировал знакомить Вэй Ина с братом таким странным образом, но выбирать уже не приходилось. - Не беспокойся, я присмотрю за Маньтоу, - сказал он. Сичэнь благодарно кивнул и сделал пару осторожных шагов подальше от стола. - Я провожу тебя, - Лань Чжань посторонился, давая брату путь к отступлению из кухни. - Эй, а как же обед? - возмутился Вэй Ин. - Спасибо, господин Вэй, - Лань Сичэнь улыбнулся одними уголками рта. - Но мне действительно пора. Рад был с вами познакомиться. Вэй Ин коротко поклонился, кивнув головой: - Всего доброго, господин Лань. Рад нашему знакомству! Уже в прихожей Ванцзи тихо сказал: - Прости за… это. Вэй Ин хороший человек. - Он твой друг? - вопрос Сичэня прозвучал слишком резко и напряжённо. Так, словно от ответа зависело что-то важное. - Да, - не колеблясь, подтвердил Лань Ванцзи. Плечи брата, казалось, опустились вниз, но на губах остался призрак привычной мягкой улыбки. - Что ж… - он медленно повернулся у двери, глянул Лань Ванцзи в глаза. - Ты и господин Вэй… Что ж. - Брат? - недоуменно нахмурился Лань Чжань. Всё это было очень странным. Выглядело так, будто брат знал о Вэй Усяне что-то, чего не знал он, Ванцзи. - Всё в порядке, - качнул головой Сичэнь, выходя за дверь. - Поговорим, когда вернусь, хорошо? - Да. Лёгкой дороги. Сичэнь шел вниз по лестнице и не чувствовал под ногами ступеней. Все эти жизни, все бесчисленные воплощения Ванцзи безуспешно искал Вэй Ина каждый раз, когда к нему возвращалась память. Искал - и не находил. Вэй Усянь оставался в их семье отголоском странной легенды, осколком давно ушедшего мира - казалось, он ушел, чтобы больше никогда не вернуться. И Лань Сичэнь не знал, действительно не знал, что было бы лучше для брата. Он слишком хорошо помнил ту, первую жизнь. Тогда Лань Ванцзи принял на себя нелегкую ношу Верховного Заклинателя, а Вэй Ин… Его имя повторяли то там, то здесь. Кажется, не было ни единого уголка в Поднебесной, куда не забредал бы Старейшина Илина. Сильнейший из странствующих заклинателей, он оставлял после себя упокоенные кладбища и очищенные от нечисти деревеньки. Пару раз он добирался и до Облачных Глубин - и после каждого такого визита Лань Сичэнь видел, как что-то умирало в глазах Ванцзи. Словно каждый раз часть его души уходила вместе с Вэй Ином. Уходила туда, в бескрайние просторы и зелёные горы, уносилась мелодией флейты. А потом в Облачные Глубины прибыл Не Хуайсан, сохранивший все тот же лукавый взгляд из-под неизменного веера. Прибыл, чтобы лично сообщить - Вэй Усянь мертв. Сгорел от лихорадки в одной из далёких деревень. - Вот, - тихо сказал Хуайсан, протягивая знакомую подвеску с цветком лотоса. - Когда я прибыл туда, жители уже его похоронили. Осталось только это. Наверное…. - он запнулся, помолчал, - наверное, это стоит передать Ханьгуан-цзюню. - А флейта? - спросил Сичэнь. - Его Чэньцин, где она? - Похоронена с ним, - опустил глаза Не Хуайсан. - Я укажу место. Всю дорогу до той деревни Лань Сичэнь не мог оторвать взгляда от помертвевшего лица брата. Оно казалось высеченным из куска белого мрамора, глаза смотрели прямо перед собой, но вряд ли Верховный Заклинатель что-то видел. И когда они втроём подошли к простому обломку черного гранита, который крестьяне установили в зелёной роще за деревней, Лань Ванцзи глухо сказал: - Уйдите. Лань Сичэнь подался было к брату - но Хуайсан осторожно потянул его назад. - Оставьте его, Цзэу-цзюнь, - шепнул он. Они ушли обратно в деревню, договорились о съеме комнат на ночь - точнее, договаривался Не Хуайсан, пока Сичэнь нервно сжимал пальцы и то и дело потирал висок. Но Лань Ванцзи так и не вернулся. Они прождали его всю ночь, сидя в каком-то оцепенелом молчании. Лань Сичэнь впал в состояние между медитацией и нервным параличом, Хуайсан то и дело открывал веер, затем закрывал его. Наутро они, не сговариваясь, поспешили в рощу. Фигура в белом болезненно выделялась на фоне черного камня. Лань Чжань стоял на коленях, опустив голову, и когда ладонь Цзэу-дзюня мягко легла на его плечо, даже не шевельнулся. Лань Сичэнь окликнул его, затем потряс, наконец бросился на колени рядом и заглянул в лицо. Глаза были открыты, но с закушенных губ не срывалось дыхания, а руки навсегда замерли на холодной черной земле. Последующие события Лань Сичэнь помнил плохо - и, если честно, не хотел бы помнить вообще. Похороны Верховного Заклинателя превратили в какое-то пышное мероприятие, главы кланов говорили и говорили правильные, красивые слова, и все это длилось бесконечно. Сичэню очень хотелось вскочить, крикнуть: - Вы никогда не знали его! Не знали, каким он был! Вот только… он и сам, как оказалось, не знал брата полностью. Не смог оценить, не смог рассмотреть то, насколько терзала его невозможность следовать за Вэй Ином. А теперь Старейшина Илина действительно увел за собой его Ванцзи. Увел навсегда. И сейчас Лань Сичэнь глядел на весеннее небо и не знал - радоваться ли тому, что спустя столько бесконечных веков брат, наконец, отыскал Вэй Ина, или готовиться к очередной боли. Единственное, что он знал… - Дядя, - тихо сказал в трубку Лань Сичэнь. - Вэй Ин вернулся.