Глупости

Еще в такси Лань Ванцзи вспомнил про котенка и ужаснулся - из-за него Тьма осталась без ужина и завтрака. “Вот же безответственный идиот!” Настроение, и так испорченное утренними событиями, окончательно упало. Как назло, лифт не работал. Лань Ванцзи спешно поднимался по лестнице, а внутри было тревожно - всё ли благополучно с котёнком? Уже проворачивая ключ, он услышал глухое требовательное “мяу”. Лань Чжань захлопнул за собой дверь, кинул телефон и ключи на тумбу и присел. - Ну прости меня, - тихо бормотал он, поглаживая доверчиво ластившуюся к его ладоням Тьму. - Прости, оставил тебя одну, не кормил, не гладил… - Мяу! - подтвердил котенок, которого явно увлекли новые запахи - от обнюхивания рук он перешел к проверке обуви. Лань Ванцзи подхватил кошку на руки и прошел на кухню. - Сейчас, сейчас, - приговаривал он, споласкивая ладони и открывая холодильник, - сейчас покормлю тебя, моя бедная… Телефон в прихожей зазвонил. “Наверняка Вэй Ин.” Лань Чжань понял, что так и застыл с пакетом корма для котят в руке. Брать трубку категорически не хотелось. Он поставил блюдце на пол чуть более резко, чем собирался. Котенок даже не обнюхал еду - жадно принялся за угощение. Телефон, наконец, умолк - только для того, чтобы зазвонить снова спустя минуту. Лань Ванцзи не выдержал, вышел в прихожую, медленно подошёл к тумбочке. На экране светилось “Вэй Ин”. Лань Чжань аккуратно взял гаджет - так, будто он был заминирован. Он смотрел на экран, а в голове творился полный хаос. Ответить? Но Вэй Усянь наверняка спросит, почему Лань Чжань так внезапно ушел. А может быть, и того хуже - начнет извиняться и уверять, что всё в порядке. Но всё совершенно точно было НЕ В ПОРЯДКЕ. И Лань Ванцзи хотел… Хотел, чтобы от него отстали? Хотел подумать? Да, возможно. “Да”, - с облегчением решил Лань Чжань, - “мне просто надо над всем этим подумать”. Он бросил телефон на диван в гостиной и поспешил в ванную. Сквозь шум включенного душа Лань Чжань снова услышал телефонный звонок. Он с раздражением рванул вверх белый свитер, который едва уловимо пах парфюмом Вэй Ина, содрал с себя брюки, бельё - всё полетело в корзину для грязного белья, а сам Лань Чжань шагнул под едва теплые струи душа. Он бездумно стоял где-то с минуту, запрокинув голову, затем сделал воду погорячее. Раздражение на Усяня и прежде всего на самого себя понемногу утихало. Он схватил первое попавшееся полотенце - и замер, когда поднес к лицу. Всё тот же едва уловимый запах! Но откуда он здесь? Память тут же подкинула образ - голая спина Вэй Ина, темные пряди волос до самой поясницы, длинные ноги… Наверняка Усянь использовал это же полотенце в день, когда притащил ему котенка. Уши обдало жаром. Лань Чжань зачем-то уткнулся в него лицом, жадно втягивая знакомый аромат. - Что за глупости я творю? - пробормотал он спустя мгновение - и полотенце отправилось в ту же корзину, что и свитер. После душа Лань Чжань сварил себе крепкий кофе, мельком глянул новости, запустил стиральную машинку и на скорую руку нарезал салат. Вэй Усянь больше не звонил. Лань Чжань не спеша поел, поиграл с котёнком, даже взялся за гуцинь - но мелодия не шла. Он поймал себя на том, что поглядывает на диван, где валялся телефон. Телефон, который молчал. Вместо утреннего раздражения, паники и злости теперь внутри поселилось неприятное тянущее чувство. Всё равно ведь ему придется встретиться с Вэй Ином! Да и глупо было убегать вот так. Глупо. По-детски. Но Лань Чжань совершенно не представлял себе, как смотреть Усяню в глаза после всего того… непотребства. Стыд за себя мешался с чувством вины. В конце концов, Вэй Ин не виноват в том, что зачем-то решил завести знакомство с асоциальным типом, который не умеет ни общаться, ни пить, ни… В общем, всего того, что самому Усяню явно было дано с избытком. Он не выдержал, подошёл к дивану, схватил телефон. Палец замер над именем “Вэй Ин”. “Ну и что я собираюсь ему сказать?” В конце концов Лань Ванцзи заключил сам с собой сомнительный компромисс - позвонил брату. Им явно нужно было многое друг другу рассказать. Вэй Усянь любил бывать в родительском доме. Любил, потому что он действительно был ему родным. Здесь его искренне любили, здесь прошло всё его детство - это и правда было то место, куда ему хотелось возвращаться. Всегда. До последних пор. Он шагал по песчаной дорожке и тоскливо раздумывал над тем, когда всё изменилось. Неужели в тот момент, когда он решил выбрать для себя другой путь? Или… раньше? Конечно, они с Цзян Чэном никогда не были этакими примерными братьями, но всё же… Но всё же раньше Усянь не замечал за ним такого эгоизма. “Нет, надо всё-таки нормально поговорить” - убеждал себя Вэй Ин, хотя он действительно не знал, что ещё может сказать брату. Наверняка, даже если тот и дома, то не станет слушать - наорёт и убежит, в своей привычной манере. Но попробовать стоило. В конце концов, должен же он понять! - А-Сянь! - Шицзе! С каждым днём всё прекраснее, ну куда это годится! - рассмеялся Вэй Ин, бережно беря ладошки сестры в свои. - Ох, А-Сянь, зато ты ничуть не меняешься! - лукаво улыбнулась Цзян Яньли. - Всё такой же льстец. - Ага, а ещё всё такой же голодный! - Ну, это мы исправим! - Слушай, шицзе… - они вошли в дом, и Усянь невольно огляделся вокруг - всё было таким родным и привычным, что почему-то тоскливо защемило в груди. - Цзян Чэн дома? - Ещё нет, - сестра обернулась, тихонько вздохнула. - Он в последнее время почти не бывает дома. Постоянно занят - то в питомнике, то с отцом в Пристани Лотоса… С тех пор как ты ушел, забот только прибавилось. Вэй Усянь нервно потер лоб. - Не надо, А-Сянь, - сестра подошла поближе, взглянула прямо в глаза. - Ты не виноват. - Считаешь, я поступил верно?... - пробормотал Вэй Ин, опускаясь в кресло. - А вот Цзян Чэн совсем так не думает. - Ох, ну ты же знаешь А-Чэна, - Яньли пожала плечами. - Он наверняка и сам понимает, что зря сердится, но никогда этого не скажет. - Да уж…. Характер у него ещё тот, - Вэй Ин очень надеялся, что улыбка вышла не слишком искусственной. - Всё будет хорошо, - Яньли успокаивающе потрепала его по макушке. - Так, я на кухню. Вымой руки и приходи обедать. - Слушаюсь, шицзе! - шутливо отсалютовал Вэй Усянь. Широкая улыбка погасла сразу, как только сестра шагнула за дверь. Усянь медленно обошел холл, поднялся по знакомой лестнице наверх, туда, где были их с Цзян Чэном комнаты. В его комнате всё осталось ровно так, как было на момент его ухода из дома. Небрежно брошенные на кровати книги по живописи; набор для каллиграфии на столе; коллекция фигурок заклинателей из популярного аниме - наследие подростковых увлечений. Усянь подошёл к полке, взял одну из фигурок в руки. Тонко прорисованные черты лица, длинное белое ханьфу и гуцинь за плечами… - Черт, да это вылитый Лань Чжань! - пробормотал он, рассматривая фигурку так, будто видел впервые. - Волосы подлиннее, одежду поменять…. Лань Чжань… Мысли мгновенно перескочили на утренние события. Как там Лань Чжань? Злится на него, обижается, или ему всё равно? Вэй Ину очень захотелось прямо сейчас вызвать такси и рвануть в общежитие, к недорисованной картине - потому что он четко понял, увидел, каким именно должен быть на ней Лань Ванцзы. Усянь поставил фигурку и метнулся к столу - там валялся его старый рабочий блокнот. Он лихорадочно, широкими штрихами карандаша набросал знакомые черты, сделал волосы длиннее, обозначил широкие полы ханьфу… Но чего-то не хватало. Образ был словно … неполным. Усянь впился глазами в рисунок, нервно грызя навершие карандаша - старая детская привычка, от которой никак не мог избавиться. Звук открывшейся двери заставил его поднять голову. - Надо же! Сам Вэй Ин, собственной персоной. Порисовать сюда пришел? Цзян Чэн прислонился к дверному косяку и скривил губы в подобии улыбки. - Неа, - хмыкнул Усянь, откладывая блокнот и поднимаясь. - Поесть задарма. - А что, в общаге не кормят? - А-Чэн! - раздался укоризненный возглас Яньли из коридора. - Ну зачем ты так? Идите вниз, уже всё готово! Цзян Чэн фыркнул и развернулся. - М-да, кажется, это будет тяжелее, чем я думал…. - пробормотал Вэй Ин, выходя из комнаты. После обеда, прошедшего в полнейшем молчании, Цзян Чэн резко отодвинул стул и поднялся. - Спасибо, А-Ли. - Куда ты? А-Чэн, ты же только что пришел… - Дел много, - Цзян Чэн искоса глянул на Усяня и пошел к лестнице. Яньли вздохнула. - Не переживай, шицзе, - заговорщицки шепнул Усянь, поднимаясь следом. - Я всё равно с ним поговорю. - Вы всегда мирились, - тихо сказала она. - Помнишь, как вы в детстве после очередной ссоры потерялись в парке? - Конечно, - улыбнулся Усянь. - Цзян Чэн тогда не хотел делиться воздушными шарами, а я.. Я просто убежал. Знаешь, я хотел найти несколько монеток и купить себе целую кучу воздушных шаров! - А-Чэн тогда сильно испугался. Видел бы ты, как он плакал… Пока мы тебя искали, он всё время говорил, что всегда будет с тобой всем делиться. Всегда, понимаешь? Яньли подняла на Вэй Усяня глаза. - Я пойду за ним, ладно? - внутри болезненно заныло, но Вэй Ин заставил себя улыбнуться. Может, он и в самом деле просто эгоистичный мудак? Именно он, не Цзян Чэн. Дядя Фэнмянь рассчитывал на его участие в управлении рестораном; он не раз обещал названному брату, что они вместе займутся делами; тетушка Юй уже планировала, как они вдвоем с мужем поедут, наконец, на отдых…. Стоило ли желание рисовать этих жертв? Стоило ли чувств самых близких ему людей? Дверь в его комнату была открыта. Цзян Чэн рассматривал набросок в блокноте. - И вот ради этого… - глухо сказал он, не поворачиваясь, - ради этого ты нас бросил? Бросил меня одного? Он резко выдрал листок, смял в кулаке и кинул на пол. - Цзян Чэн! - внутри мгновенно вскипел гнев и обида. - Пошел прочь, - выплюнул Цзян Чэн. Он вылетел из комнаты как молния, ощутимо пихнув Усяня плечом. Вэй Ин медленно прошел к кровати и сел. Затем поднял с пола мятый листок, бережно расправил его и положил рядом. - Что же мне делать, Лань Чжань? - тихо прошептал он, не отводя взгляда от рисунка.