Неправильные выводы

В наушниках Драко Малфоя играет: Tiscore — Drunk.

Драко Малфой, раскрасневшийся, растрепанный и, очевидно, совсем не трезвый, громко хохотал, уткнувшись в плечо какому-то пожилому мужчине в бордовом пиджаке. Одна из ладоней его спутника покоилась на обтянутой джинсой острой коленке. Гарри даже не нужно было изображать ярость, когда он пробирался сквозь декоративные клумбы на зеленеющей — спасибо климатическим чарам — лужайке какого-то старого мэнора на юге Франции. Вокруг переливались рубиновыми каплями бесконечные ряды виноградников. — О, милый, ты приехал, — возвопил Драко так радостно и слащаво, что Гарри подумал, что того стоит немедленно окунуть в декоративный фонтанчик поодаль. В центре фонтанчика пузатыми брюшками прижимались друг к другу пучеглазые каменные рыбехи, выпускавшие изо ртов тонкие струйки воды. Малфой с его широко распахнутыми поплывшими глазами чем-то их напоминал. — Что ты тут делаешь? — прошипел он, поймал Малфоя за запястье и дернул на себя. Тот почти завалился на него — тяжелый и какой-то острый. Поттер обратился к бордовому пиджаку: — Прошу прощения, забираю свое на разговор. Отвратительная фраза, но нужно было держать образ. Пиджаку же фраза показалась уместной, видимо, раз он решил не спорить. Впрочем, возможно, это аврорские нотки внушали должное ощущение, что лезть сейчас не надо. Гарри все же притащил висевшего на нем Драко к фонтанчику, поставил на обе ноги и заглянул в глаза. Серьезные, трезвые и сверкавшие яркими всполохами смешинок. Актер, чтоб его! Собрал бы все награды магической киноакадемии. — Что ты тут устроил? — громко произнес Поттер. Малфой тут же шатнулся — очень натурально — и закинул ему руки на шею, прижимаясь к уху. Терпкий запах вина и горького шоколада. — Я следил за вторым агентом, но тот что-то заподозрил. Пришлось знакомиться и изображать богатого и скучающего мальчика, — полился горячий шепот в ухо. — Он притащил меня сюда, кстати, отличное вино, надо будет забрать бутылку как сувенир, и… И видимо, здесь какая-то европейская околокриминальная тусовка собралась, потому что он решил прям тут отдать документы заказчику. Китайский магпосол, я узнал его, хотя, Мерлин, прятаться под виноградниками неудобно. Наши дипломаты уже разбираются, самодеятельность ли это китайских спецслужб или у наших азиатских партнеров есть какие-то опасения… Но, очевидно, Интеграции ничего не помешает, Китай либо озвучит свои условия, либо закончит операцию, если вообще ее санкционировал. — Ты опять поперся один, — процедил Поттер, остро чувствуя прижимающегося к нему Малфоя. — Ты бы на моем месте тоже пошел, — парировал Драко. — Не ори. Мы закончили дело. — Я не могу орать, — поправил Поттер и выдохнул куда-то в малфоевскую шею. Горечь шоколада ощущалась очень явно. — Мысленно орешь, — Драко прижался еще ближе, — пахнешь офигенно. Но у нас есть некоторый нюанс… Когда я попытался уехать, мне доходчиво объяснили, что зайти может каждый, а вот выход тут строго по спискам. Видимо, помимо наших дел, тут еще что-то крупное происходит… — Дележка магловских брюликов, — буркнул Поттер, который узнал пару лиц по старой аврорской памяти. — Тут есть несколько известных Аврорату личностей. — Нам бы свалить тихо. Можно, конечно, прорваться сквозь охрану, но не нужно агентам столько внимания… — Ты только что меня укусил? — Не удержался, извини, — Поттер услышал тихую ухмылку, — когда у меня еще выдастся возможность сразу перейти к интересной части, а не слушать твои угрозы со свиданиями. — Точно не во время миссии. — Она закончилась, — радостно объявил Малфой. — Теперь этап эвакуации, так что миссис Дэвис будет спокойна, протоколы не нарушены. — Меньше всего я волнуюсь о миссис Дэвис. Малфой чуть отстранился и поймал его взгляд. Однозначный такой, пронизывающий. Но прежде чем Поттер решил, что «эвакуация» — это все же не миссия, ему в спину прилетело оглушающее и мир тут же почернел.

***

Острые иглы каленым железом проткнули висок, и Поттер резко открыл глаза. Незнакомый потолок с лепниной. Лежал он на чем-то мягком. Похоже, диван. В затылке пульсирующая боль — видимо, еще и головой приложило, но несильно, судя по ощущениям. Руки и ноги шевелятся — повезло. Из окна рядом в комнату проникал едва заметный розоватый свет — закат, то есть он был в отключке всего пару часов. — Проснулся, сладкий? — раздалось откуда-то сбоку. Гарри резко сел и сфокусировал взгляд на Малфое — тот сидел в кресле и крутил в руках сигарету. Прежде чем Поттер смог что-то сказать, тот указал глазами куда-то наверх. И снова состроил беззаботное лицо. Гарри проследил взгляд и заметил магическое око — аналог магловской камеры. — Кажется, мы заложники, милый, — пропел он бархатисто. — Вода около тебя. В прозрачном стакане действительно оказалась вода, и Поттер сделал несколько жадных глотков, чувствуя, как пульсация отступала. — И какого же хуя?.. — Я просто хотел поразвлечься, пока ты работаешь, — сказал Драко все тем же противным тоном, отчего Гарри стиснул зубы. — Меня не было два часа! Развлекся? — рявкнул Поттер, которому даже не надо было изображать гнев. Для возможных наблюдающих это должно было звучать как диалог парочки, попавшей в неожиданную неприятность. Недалекий блондинчик поперся на какую-то странную вечеринку, да. Но бесился Гарри искренне, сильно. В том числе из-за себя самого, из-за мальчишеской выходки узнать про историю «Барби», швырнуть Драко это в лицо, затащить на свидание. Показать, как он, Гарри, хорош. Мерлин, будто подросток, которому надо поражать воображение предмету воздыхания, а не аврор. Агент. Очевидно же, что Малфой ринулся бы под перекрестный огонь. И не стоило его оставлять одного. Да. — Ну не злись… Они сейчас поймут, что это ошибка, и обязательно нас отпустят. Какой же тошнотворно-сладкий у Драко был тон. Будто сахар на зубах скрипел. — Мы могли бы уже быть дома, а вместо этого я вытаскиваю тебя из очередной… — Поттер тщетно поискал слово и сдался через полминуты, так ничего и не придумав. — Задницы, милый. Это так называется, — любезно подсказал Драко. Его глаза искрились весельем, иррациональным, но, кажется, искренним. Вот!.. Поттер потер виски. Медленно вдохнул. Выдохнул. Надо выбираться из задницы. Он потом доходчиво объяснит Драко, почему тот не прав. Он точно не будет больше его «боевой парой», так как, очевидно, не мыслит достаточно трезво рядом. Но это потом. А сейчас… — Нас Барбара ждет к обеду? — навскидку бросил Гарри, чтобы уточнить, есть ли вероятность, что у них будет подкрепление. Или же придется выбираться самостоятельно? — Ой, ну ты ее знаешь… Она уверена, что у всех свои дела, и раньше обещанного воскресенья про нас и не вспомнит. Значит, вариант с эвакуацией с помощью агентов Авроры, которым они вовремя не подадут сигнал, отпадает. Где-то в глубине души Поттер почувствовал призрачную радость. Это внутренняя темнота довольно шептала, что его ждет новая порция адреналина, который дает столь нужное ощущение жизни. Ждать подмогу — это правильно, но скучно. И сейчас тьма сыграла бы на его стороне — он умел выбираться. Всегда. Надо только решить как. Гарри прикрыл глаза, размял шею. — Ну прости, — раздалось вдруг совсем рядом. — Ты знаешь, я умею извиняться. И прежде чем Поттер успел хоть как-то среагировать, Малфой вдруг оказался у него на коленях. Прохладные пальцы на шее. И горячий шепот прямо в ухо: — Не делай такую рожу, Поттер, это единственное, как они нас не услышат, если вдруг решили наблюдать постоянно. Гарри выругался. В отместку опустил руки на малфоевскую задницу и очень крепко сжал. Совсем не ласково. Конечно, как же он забыл! Малфой не будет сидеть и ждать. Он будет действовать, остро, быстро, как и на ринге, нанося невидимые мгновенные удары. Эту манеру поведения напарника тоже нужно учитывать. — Можешь еще шлепнуть, — игриво и нарочито громко произнес Драко. Поттер подумал, что проще было бы его придушить. Но вместо этого поднялся, все еще держа Малфоя за обтянутые джинсой ягодицы — тот был тяжелый, несмотря на все эти выступающие кости — развернулся и швырнул его на диван, тут же придавливая сверху и стискивая одной рукой тонкие запястья над головой. — Знаешь, нам повезло, что нас сразу не убили, — прошипел он в покрасневшее малфоевское ухо. Прикусил, чувствуя странную смесь адреналина, злости и возбуждения. — Давай лучше обсудим, как выбираться, — раздалась тихая фраза, и Драко вдруг обхватил его ногами, притягивая к себе. Спасибо Мерлину, что они хотя бы одеты. Поттеровские нервы точно не были железными. — Дверь заперта, палочки забрали. Сука. Малфой под ним ощущался очень хорошо. Правильно. Гарри свободной рукой аккуратно провел по его бедру, помня, что за ними могут наблюдать. Поймал хриплый выдох. Адреналин предвкушения опасности мешался с почти болезненной близостью Драко. — Стекла на окнах проверил? — Под чарами. Разбить можно, но они узнают тут же, если вдруг не наблюдают за нами неотрывно. И это было неплохо. План, который Поттер решил пока не озвучивать, складывался. Драко отвлекал, и, Мерлин, это было слишком хорошее отвлечение. Драко попробовал выдернуть руки, но Поттер лишь сильнее сжал пальцы. Малфой пах горьким шоколадом, еще чем-то очень сложным и дышал часто. И эта его открытая беззащитная шея совсем рядом. Надо было отстраниться. — За окном что? — Кусты какие-то, второй этаж. — Драко аккуратно потянулся и укусил Поттера за подбородок. Тоже совсем не ласково. — Но дальше открытая местность, заметят. — Не кусайся, — буркнул Гарри, на которого укусы действовали вполне определенным образом. Таким, от которого очень не хотелось думать и дыхание сбивалось, и горький шоколадный запах заполнял легкие, отчего в голове становилось пусто и горячо. Спасибо годам опыта, что он умел все же себя контролировать. — Просто проявляю взаимность. Нравится? — И снова смешинки в серых глазах, и такой очень откровенный взгляд. Малфой толкнулся бедрами вперед, прижимаясь крепко. — Когда за нами, возможно, наблюдают международные криминальные шишки? Малфой снова его укусил, и прикосновение прошлось дрожью по позвоночнику. — Вряд ли они смотрят неотрывно, это предосторожность, — прошептал ему в губы Драко. Легко коснулся, едва уловимо. — Но тебе стоит меня поцеловать для поддержания легенды. Увидят, что мы просто сгорающие от страсти любовники-идиоты, и ослабят бдительность. А пока нам надо убедить тех, кто, возможно, за нами наблюдает, что мы очень заняты и ни о каких побегах не думаем. — Нужно быть идиотами, чтобы поверить, что мы начали трахаться через час после того, как в неизвестном доме нас заперли без палочек, предварительно стукнув меня по голове, — отрезал Поттер. Гарри вспомнилось почему-то зелье забвения — он принялся в голове перечислять его ингредиенты и перечислять про себя, сколько там каких помешиваний в разные стороны. Драко еще сильнее стиснул его ногами и выгнулся, прижимаясь. Чертова одежда. — Дай мне минуту подумать, — попросил Гарри, удивляясь, какой хриплый у него голос. — Ты разучился целоваться? — тут же поддел Драко, и в полумраке его глаза сверкнули дьявольскими искрами. Поттер посильнее стиснул запястья, уверенный, что давать волю рукам Малфоя очень плохая идея. — Мне надо решить, как нас вытаскивать отсюда. — Я уже все придумал, — улыбнулся Драко игриво. Попробовал высвободить запястья. Гарри держал крепко и ловил малфоевский взгляд. — Мы с тобой сейчас поругаемся, я швырну вазу в окно. Им придется подняться, чтобы как минимум заделать дыру и убедиться, что мы не сбежим. Дальше забираем палочку, делаем вид, будто убегаем через дом, выводим из строя Око и уходим через окно. Пока сообразят — хватит времени. Если же сразу в Око швырять — могут и не подняться, и оцепить внизу, и палочку сложнее будет достать. — Нужно дождаться темноты, — отстраненно произнес Гарри, попробовал отстраниться. Драко не поддался. Дразнит, значит. Весело ему. Они буквально в заднице, а Малфой его подначивал. Ладно, Поттер тоже умел играть. Гарри подался вперед, прикусывая и ловя удивленный вдох. Отпустил малфоевские запястья, сжал его шею, ловя собственный адреналин. Окей, целоваться захотел, значит? И Поттер поцеловал, вкладывая все, что не мог произнести: всю злость и все «какого черта ты творишь, Малфой?». Свободной рукой под тонкую футболку — Мерлин, кожа Драко покрывалась мурашками от прикосновений. Гарри с силой провел по выпирающим ребрам. Быстро, пока тот еще не пришел в себя, протиснул пальцы между их телами, скользнул по ширинке — нажал, погладил. Поймал тихий выдох и снова поцеловал, так, чтобы никаких мыслей уже не осталось. — Достаточно шоу? — произнес Гарри в покрасневший, влажный рот. — Издеваешься? Такой Поттер мне по вкусу. — И снова укусил. — Я еще даже не начинал. И снова поцелуй, такой же откровенный, мокрый: вкус шоколада и сигарет на языке, чужое горячее дыхание, от которого по спине будто проходило электричество. Малфоевские пальцы как-то очень быстро расправились с пуговицами на рубашке. Поттер неаккуратно стянул его дурацкую футболку с надписью «dead inside but still horny», и, Мерлин, как же охуенно лежать кожей к коже. Малфой был очень горячим, почти раскаленным. Глаза в глаза — взгляд напротив такой поплывший, уже не дерзкий даже, а скорее какой-то просящий, и в этом было что-то… Сверх поттеровского терпения. Пальцы Драко аккуратно прошлись по спине, чуть царапнули поясницу, легко и в то же время так, что перед глазами все расплылось. Это была почти точка невозврата. Почти. Малфою нравилось собственное шоу одного актера, этюд «доведи злого аврора», сцена «а что такое, я уже все придумал». А Поттеру не всегда хватало благородства уступить победу. Точно не сейчас. Не стоило Малфою кусаться. Гарри быстро расстегнул малфоевские джинсы, сжал пульсирующий член, погладил, с чувством поцеловал шею. Поймал поплывший взгляд. Поднялся, дернул на себя. Усмехнулся, ловя удивление. — Развернись. Так удобнее. Поттер не стал уточнять, что именно удобнее. Потому что как бы ему ни хотелось, речь шла вовсе не о сексе, а о том, что магическое око фиксировало только их спины. Малфой приподнял бровь, но подчинился. Гарри толкнул его вперед, вынуждая перегнуться через спинку дивана. Якобы в порыве страсти. Хотя какое к черту якобы… Рывком навалился сверху — как же круто это ощущалось. Положил Драко ладонь прямо на лицо, вынуждая отвернуться. Будто бы в около БДСМном запале, да. И долбанул кулаком в стекло, снизу, там, где оно должно было быть менее прочным. Раздался грохот, стекло пошло мелкими трещинами. Достаточно, чтобы выбить его одним движением. Точно достаточно, чтобы сработали сигнальные чары. — Ты издеваешься? — прошипел Малфой, распахивая глаза. — Нет, я случайно приложил своего незадачливого любовника о стекло, а оно треснуло, — не удержался от шпильки Поттер. — Модификация твоего плана. Давай на позиции. Ты удивленно смотришь на окно, а я максимально близко стою к двери. — Я тебе это припомню. — Просто не надо было кусать, — подмигнул Гарри, быстро поднялся и уже не вслушивался в стенания Малфоя, который нарочито громко причитал о разбитом окне и говорил какие-то гадости о поттеровском самомнении. Тело окутала прохлада, горечь шоколада больше не заполняла легкие, и его чуть отпустило. Ровно настолько, чтобы различить за дверью шаги. Отправили всего одного. Видимо, не думали, что странная парочка — спасибо гриму и несвойственному им стилю, никто их не узнал — действительно что-то из себя представляет. «Зайдет любой, а выйдет нет», идиоты, решившие построить из своего алмазного картеля шпионский триллер. И поиграть в больших суровых магов. Разбежались. Ручка двери едва слышно скрипнула. Дальше Поттер действовал уже по инерции. Нанес быстрый удар, изобразил, что они с Малфоем выбегали в коридор, точечным заклинанием уничтожив Око. Запер дверь. Снял чары с окна, испарил стекло, спрыгнул. С амортизирующим заклинанием даже. У Поттера в аврорские будни такая роскошь нечасто получалась: банально не хватало времени. Первые осенние заморозки холодили кожу, и он накинул согревающее. — Надо забрать посла, — лавиной обрушился шепот Малфоя, приземлившегося рядом. — Раз уж он под нами оказался. В окне, рядом с которым они приземлились, действительно показался какой-то азиат в расписной мантии. — Зачем? — Упростим нашим работу. На споры времени точно не было. Поттер быстро уничтожил стекло, запустил оглушающее и прилевитировал обмякшее тело — шелковая мантия причудливо колыхалась в воздухе. Неподалеку раздались какие-то вскрики и грохот — видимо, догадались, что пленники сбежали через окно. Поттер почувствовал знакомый адреналин в венах. Глубоко вдохнул. Наколдовал Протего и множество зеркал вокруг них с Драко. Так, чтобы их видно не было, а преследователи палили сами в себя, реагируя на едва заметные движения и не осознавая, что это их отражения. — Иди с этим вперед, — произнес Гарри ровно, указывая на зависшую фигуру посла. Наложил дезиллюминационное на Малфоя. — К антиаппарационному барьеру. — Будешь развлекаться? — Отвлекать, — пожал плечами Поттер, расставляя ловушки-заклинания между зеркал и с упоением ловя летящие в них вспышки. И в очередной раз попадая оглушающим, он вдруг понял, что этот адреналин битвы больше не отравлял вены, даря мнимое ощущение жизни. Потому что уже некоторое время Гарри и так был жив. Мир, оказалось, уже давно обрел краски, и вместо белого безликого подобия всего сущего Гарри четко и ясно видел одно: изящную малфоевскую спину перед собой.