По тонкому льду

Ох, Вэй Усянь был совсем не в форме. Лань Ванцзи делал ласточку, и ткань его брюк туго обтягивала крепкую задницу. За те месяцы, что они провели вместе, врач научился стабильно скользить по льду на весьма убедительной скорости. Прыгать тулупы он, конечно, не собирался, но его природная пластичность и уверенное скольжение не могли не притягивать внимание. Вэй Усянь залипал на него в открытую, не видя никакого смысла это скрывать. — Ты чего ворон считаешь? — встал рядом Энтони. — Я внимательно смотрю, — и Вэй Усянь, впрочем, не солгал: он не мог оторвать глаз. Ох. Все же видеть эту задницу каждый день и не думать о всяком становилось все сложнее.

***

— Жасмин, меня не будет всего три дня! — Хватит. Я ее забираю. — Мне правда очень жаль! Ванцзи тебя не обидит! — Сичень, мне кажется, ей все равно. — Ванцзи! Она просто сдерживается! — Тебе пора в аэропорт. Иди, такси ждет. — Ай, пока! — Лань Сичень наклонился и клюнул брата в щеку. — Обязательно присылай мне фотографии! — Обязательно. Пока. — Пока! Дверь за страшим братом Лань Ванцзи, преисполнившись трагизма, закрылась, и врач опустил перевозку с животным на пол. — Кажется, тебе пора принять витамины. Лань Ванцзи открыл замок, и кошка, боднув дверцу перевозки головой, целомудренно выползла на свет. Видя белую, густую шерсть, Лань Ванцзи подумал, что после её пребывания придется сделать, как минимум, двойную влажную уборку. Сичэнь, конечно, каждый день вычесывал свою красавицу и ежемесячно оставлял в груминге круглую сумму, но животное есть животное. Оставлять за собой шерсть лучше, чем килотонны мусора и выбросов — человечеству стоило бы поучиться у четырехлапых. Лань Ванцзи скормил кошке маленькую таблетку, налил ей в миску воды и оставил на кухне. Он прилег на диван, подобрав с тумбочки мобильный. Сегодня у него был выходной, но ближе к вечеру ему нужно будет выйти из дома, чтобы помочь Вэй Усяню с растяжкой. В произвольной программе, которую тот задумал, имел место весьма позерский элемент, требующий большой нагрузки на спину. Несколько дней назад, не подумав, Вэй Усянь лихо выгнулся, но на следующий день на катке его уже не было — спина взвыла волком. Лань Ванцзи открыл новостную ленту. Уже почти два месяца он с интересом изучал особенности мира фигурного катания, открывая для себя потенциальных конкурентов Вэй Усяня. На глаза ему попалось короткое видео, снятое тренером Эрика Броссо. Не обращать внимания на канадца стало практически невозможно — практически каждый день в сети появлялись видео с его тренировок. Тот, очевидно, восстановил свой поломанный палец и на показ под ободрительные крики тренера прыгал каскад из какого-то невообразимого множества прыжков. Сказать по правде, Лань Ванцзи было тяжело представить, чтобы Вэй Усянь занимался чем-то подобным. Совсем не потому, что ему было нечего показать в ответ или из-за скромного характера — по характеру тот как раз идеально подходил для подобных выходок; а потому, что хвастать на камеру или вообще просто хвастать в Пекине ему было некогда. Заучивание новых программ вышло за рамки эксперимента и стало их реальностью: Вэй Усянь проявил чудеса спортивной закалки и справился с хореографией чуть больше, чем за неделю, но оттачивание новых элементов занимало куда больше времени. Вэй Усянь приходил на каток в семь утра и уходил в одиннадцать вечера — дольше кататься ему не разрешал ни Лань Ванцзи, ни Грайс: пять часов на восстановление после целого дня физических нагрузок было мало даже для такого уникума, как их подопечный. Канадец закончил и широко улыбнулся в камеру, показывая большой палец вверх. На фоне показался Илья Могилко из России — Лань Ванцзи не мог не узнать белокурую макушку и шрам на налившихся красным щеках — и еще пара человек, которых было сложно идентифицировать из-за съемки. Похоже, они катались на каком-то тренировочном съезде. Раз ни Энтони, ни Вэй Усянь ничего об этом не знали, на вечеринку, судя по всему, пригласили только «своих». Так или иначе, терапевт не почувствовал раздражения. Он искренне считал, что Вэй Усянь им ни в чем не уступал. Конечно, результаты второго этапа Гран-при расставят все по своим местам, определив финалистов конкурса, но упорство Вэй Усяня, с которым он двигался сквозь огонь и воду к Чемпионату Мира, больше не вызывало усмешек. Лань Ванцзи почувствовал, как хвост Жасмин коснулся его ноги. Терапевт отложил телефон. Самое время было свериться с ее личным расписанием.

***

Лань Ванцзи перекинул пальто через спинку скамейки и со строго сведенными бровями направился к Энтони. — Ну не хмурься так, — усмехнулся тренер. — Это упростит катание на открытых тренировках. Сегодня на арене было беспрецедентно шумно. Лед царапали два десятка ног. На катке разворачивался тренировочный матч по… Хоккею. Лязг коньков и стук шайбы о бортики откровенно ошеломили Лань Ванцзи. Холодная, благородная тишина помещения и тихое поскрябывание одной единственной пары коньков, оказалось, стали чем-то нерушимым в его сознании. Происходившее на катке казалось варварством. Лань Ванцзи всмотрелся в фигуры на льду, выискивая взглядом Вэй Усяня. Тот на секунду показался в поле зрения и скрылся за чьей-то спиной. Бурная игра захватила каток, и фигурист юрко перемещался между кричавшими игроками, тренируя дорожку шагов. — Они скоро закончат, — прокричал ему на ухо Грайс. — Мгм, — рассеянно кивнул Лань Ванцзи. В конце концов анархии на льду пришел конец. Хоккеисты, бодаясь и громко хохоча, выкатились в раздевалку, а после дружественного рукопожатия тренеров — в клубный автобус на заднем дворе. — Лучше? — Грайс цедил кофе, пока Вэй Усянь жевал салат с тыквой из доставки. — Отлично! — сияли у того глаза. — Правда стало легче? — удивился Лань Ванцзи, наблюдая, как Вэй Усянь с аппетитом поглощает свою обеденную норму калорий. — Мгм! Надо было меня видеть в первый день открытой тренировки! Я минут двадцать пытался просто сосредоточиться. А сегодня меня вон как хорошо растрясли! Тони, это же твои какие-то знакомые? — Да, их тренер мой старый друг. — Ничего не болит? — Лань Ванцзи положил руки Вэй Усяню на плечи и начал ощупывать мышцы вдоль позвоночника. — Да нет, все нормально, вроде, — тот вопросительно поднял на него глаза. — Я сегодня не смогу надолго задержаться. Можем начать сейчас? Вэй Усянь с непониманием смотрел на Лань Ванцзи: — Что начать? — Мы договаривались о растяжке. Ты сказал, что тебе нужна помощь. — А-а-а! Лань Чжань, боже, прости! Я забыл тебе сказать! Я сегодня не буду тренировать программу, только элементы. Решил дать передохнуть спине. Прости, что не сказал! Лань Ванцзи вздохнул: — Ничего. В следующий раз постарайся предупредить заранее. — Хорошо! А ты точно не злишься? — А ты хоть раз видел, чтобы я злился? — Лань Ванцзи вскинул бровь. Вэй Усянь подумал, что вобще-то видел, но решил закусить язык. Кажется, Лань Ванцзи не был настроен на его остроты. — Ну… — протянул Вэй Усянь. — В общем, извини! У меня голова дырявая! — Все в порядке. Жду тебя завтра в кабинете. — Ага, пока!

***

От кого: Лань Чжань Ты забыл у меня свой крабик. Принесу завтра в кабинет. Вэй Усянь потупился в экран мобильного. От кого: Вэй Ин ⛸️🤭⭐ Да нет! Давай я сам зайду сегодня 😙 Я уже смирился, что где-то его посеял! Ты мой спаситель! От кого: Вэй Ин ⛸️🤭⭐ Ой, а ты не против? 😳 Ну, что зайду От кого: Лань Чжань Уже поздно. Лучше сразу езжай домой. От кого: Лань Чжань Или он тебе важен? Я не против. Можешь зайти. От кого: Вэй Ин ⛸️🤭⭐ Класс!!! Тогда зайду!) Вэй Усянь отложил телефон и поехал добивать риттбергер. Когда он вышел на улицу, улыбка быстро сползла с его лица: на улице зарядил ливень. Вэй Усянь про себя перечислил пункты, усложняющие ему дорогу: порывистый ветер, гроза, поздний час, из-за которого он даже, если бы и хотел, не смог бы поймать общественный транспорт, забытая карточка, отсутствие зонта… Кажется, жанр его истории резко принял весьма драматичный курс. Он стоял под узким козырьком, и крупные капли разбивались об асфальт перед носками его кед. Вэй Усянь покрепче сжал челюсти и пошел к Лань Ванцзи.

***

— …Вэй Ин? — Кхм, да. Давай крабик, и я пошлепаю домой. Лань Ванцзи не мог поверить своим глазам. Он открыл входную дверь, и за ней стоял вымокший до нитки Вэй Усянь. За ним тянулись мокрые следы от ботинок. Вэй Усянь шмыгнул, и с его волос упало несколько капель. — Никуда ты не пойдешь, — Лань Ванцзи схватил его за локоть и потянул за собой прихожую. — Разувайся, — сказал он приказным тоном. — Да ладно, ты и так меня долго ждал, — почесал затылок Вэй Усянь. У него тут же запутались пальцы в мокрых волосах. — Я сказал: разувайся. Вэй Усянь горестно вздохнул и опустился на корточки. — Лань Чжань, не злись. Мне, если честно, не очень нравится, когда ты разговариваешь таким тоном… Теперь была очередь Лань Ванцзи вздыхать: — Хорошо. Но почему ты не позвонил? Почему не на такси? — Ну… — криво улыбнулся Вэй Усянь, — я забыл свою кредитку дома. — Но телефон-то у тебя с собой. Вэй Усянь промолчал. — Вэй Ин, — смягчился голос Лань Ванцзи. — У тебя соревнования. Как можно так небрежно относиться к здоровью? А если ты заболеешь? — Не заболею, — Вэй Усянь опустил голову, как нашкодивший котенок. — У меня хороший иммунитет. — А с чувством самосохранения проблемы. Вдруг из гостиной раздался глухой звук, как будто что-то упало, и в проеме появилась заинтересованная светлая мордашка. — Ой, — у Вэй Усяня широко раскрылись глаза. — А это кто? Лань Ванцзи обернулся на животное. — Жасмин. — Я думал, ты… — Это кошка брата. Он уехал в командировку. — О-о… Можно погладить? — Только когда выйдешь из ванной. Я принесу полотенце. — Лань Чжань, ну не надо. — Надо, — хозяин квартиры покровительственно вытолкнул его из прихожей. — Иди. Ты замерз. Тебе надо отогреться. Или ты хочешь, чтобы я сам тебя помыл? Вэй Усянь туго сглотнул и быстро юркнул в ванную, поймав на себе внимательный взгляд животного. — Держи, — Лань Ванцзи постучался и приоткрыл дверь, протягивая полотенце. Вэй Усянь стягивал с себя липкую футболку. — Спасибо. Какое мягкое… — Я засекаю полчаса. Раньше отсюда не выпущу. Я буду в гостиной. Дверь в ванную закрылась. Вэй Усянь стянул холодные, мокрые джинсы и забрался под душ. Крутанул ручку крана на погорячее и закрыл лицо ладонями. Какой ужасно длинный день. Спустя несколько минут, полностью отогревшись, он отнял руки от лица и осмотрелся. По приятной кремовой плитке на стене лениво скатывались крупные капли. На вмонтированной полке ютились несколько баночек и гелей. Ага. Вэй Усянь повертел пару бутыльков, пока его взгляд не упал на надпись «с маслом сандала». Он тут же жадно поднес шампунь к носу. Вот он: Лань Чжань. Этот запах ни с чем не спутать. Глубокий, тяжелой волной, медленно расходящийся по всему телу… Вэй Усянь, закрыв глаза, представил: руки властно давят на распарившуюся кожу, крепкая спина выгибается под давлением, точеный пресс поджимается от напряжения… Глубокий, медленный толчок… Черт. Вэй Усянь толкнулся бедрами вперед. Сладкий заряд тока пробежал вниз к его паху. Длинные пальцы наматывают мокрые волосы… Голову откидывает назад. Кожа на шее натягивается… Вэй Усянь тихо простонал. Ослабшие ноги встают на цыпочки… Короткие ногти царапают кожу, оставляют тонкие следы… Вэй Усянь раскрыл глаза и опустил голову. Что ж. У него крепко стояло. Он выдавил себе на ладонь шампунь. Прозрачная, мягкая масса растеклась по ладони. Он слегка коснулся себя, и член чувствительно дрогнул. — Черт… Прости, Лань Чжань. Это все ты. Он схватил себя за самое основание и принялся яростно дрочить. Шампунь с сандалом оказался лучшей смазкой в его жизни. Тягучий, чуть прохладный и так одуряюще пахнувший. Нервные окончания в миг взвинтились. Из-за напряжение прикасаться к себе было откровенно больно, но Вэй Усянь наслаждался этой болью. Когда сперма брызнула ему в руку, он закусил губу с такой силой, что почувствовал слабый металлический вкус на языке. Под горячей водой сперма тут же стала клейкой и повисла на пальцах, смешиваясь с пеной шампуня. Ох, ну и ну. Кажется, его полчаса прошли.

***

Лань Ванцзи, слыша, как открывается замок двери ванной, взбил подушку. Он провел рукой по одеялу, разглаживая складочки, и взял Жасмин на руки, чтобы она не испугалась гостя. Лань Ванцзи не услышал чужого приближения, поэтому очень удивился, когда почувствовал, что к его спине прижались. — Вэй Ин? — он повернул голову насколько смог. Розовощекий от пара Вэй Усянь вжался лбом ему между лопаток. Кончик носа подогнулся у линии его позвоночника. Чужие руки нерешительно обхватили Лань Ванцзи за ребра, так и не набравшись смелости лечь на талию. Лань Ванцзи почувствовал, как от мокрых волос Вэй Усяня намокла его футболка. В спину тихо дышали. — Давай постоим так еще немного? Лань Ванзци молча моргнул, и в приглушенном свете гостиной его ресницы откинули длинные тени на щеки. — Все в порядке? — Нет. Жасмин боднулась Лань Ванцзи в грудь, но и с ее намеком врач бы ничего не понял.

До второго этапа серии Гран-при меньше 2 недель