По тонкому льду

Пульс колотил по вискам. Скользкий материал костюма болезненно скользил по его гусиной коже. Вэй Усянь сглотнул. Какой-то мальчишка докатывал свою короткую программу. Ему выходить следующим. Юнец юрко перемещался по льду под что-то веселенькое — похоже, саундтрек из какого-то мультика. Яркие цвета костюма, непослушные кудри, сравнительно небольшой рост — вот он, эталон вчерашнего юниора. Такие мальчишки с задорным румянцем появлялись только на платных соревнованиях, пытаясь привлечь к своей персоне внимание какой-нибудь шишки из ISU. На крупные международные чемпионаты уверенными, тяжеловесными шагами проходили утвердившиеся профессионалы, бывшие и будущие чемпионы, чьи лица были известны публике. Вэй Усянь сжимал и разжимал ладони, разгоняя кровь по замершим кончикам пальцев. Еще ни одна хореография за сегодня не приблизилась по степени безумства к тому, что он собирался показать. — Эй, дыши. Вэй Усянь обернулся. — Тони, как я выгляжу? — Так, как и задумывалось, — Грайс поправил бутафорский микрофон у линии его скулы. — Я буду здесь, смотри не врежься в бортик. И не смажь макияж. Вэй Усянь нервно хихикнул. — Ну что за ребенок, — Энтони положил руки ему на плечи и принялся их растирать. — Хватит стучать зубами. Как ты будешь отыгрывать образ? — Мне всегда холодно, когда я нервничаю, — криво улыбнулся тот. — Не о чем тебе волноваться. Катай чисто — больше и не требуется. — Тони, какой же ты все-таки хороший. — Кхм! Давай шуруй к бортику! Вэй Усянь взволнованно поежился и повернулся ко входу на лед. Мимо него прошмыгнул завершивший программу участник. Он тяжело дыша, но все же улыбаясь до ушей, прижимал к себе сброшенные с трибун игрушки. Парень соскочил с катка прямо в объятия тренеру. — Марко! Умница! — женщина сжала его, как одну из подаренных ему плюшевых игрушек. — Эмми, клянусь: это мой лучший прокат! — лучезарно улыбнулся мальчишка. Вэй Усянь меланхолично покачал головой: один в один его шестнадцать. — Ой! — Марко неуклюже развернулся и встретился лицом к лицу с Вэй Усянем. — Ничего, — тот удержал его от падения за локоть. — Из какого мультфильма была твоя музыка? — …«Тайна Коко», — Марко растерянно моргал в ответ. — Я так и думал, — Вэй Усянь похлопал его по плечу. — Удачи. Он отпустил парня и направился на лед. Спустя пару мгновений у него за спиной раздались голоса: — Эмми, а это кто? — Не знаю. Похоже, из Кореи. Вэй Усянь подъехал к бортику с внутренней стороны и встал напротив Энтони. — Как я выгляжу? — Ты уже спрашивал. — Да, точно. — Выдыхай, — Грайс сунул чехлы от коньков Вэй Усяня подмышку. — Самое тяжелое — ожидание. — Да, ты прав, — решительно кивнул Вэй Усянь. — Чего они там так долго? Энтони оглянулся на зону Kiss and Cry — юный Марко со своим тренером приветливо махали в камеру, ожидая результатов. Вэй Усянь опустил голову и потупился на лед, тыча в него носком лезвия. — Score for figure skater Marco Legarde, — объявили в динамиках. — Seventy six point ninety two points. С трибун посыпались щедрые аплодисменты. — Хм, а неплохо ему дали, — услышал Вэй Усянь голос Энтони. — Все, давай. Пошел. Вэй Усянь вскинул голову и услышал, как под крышей арены эхом разошлось его имя: — Figure skater from China, Wei Wuxian. Music ‘Stayed Gone’, Sam Haft. Теле-зрители услышали голоса ведущих и краткую выжимку о спортсмене: Найл: Итак, а вот и второй возвращенец на лед — Вэй Усянь из Китайской Республики. Вэй Усянь является серебряным призером Национального чемпионата Китая среди юниоров… Лора: Дважды серебряным призером. Найл: Да, точно. В две тысячи пятнадцатом он получил свое первое серебро на национальном уровне, однако через два года, за пару месяцев до перехода во взрослый разряд, получил травму спины и ушел из спорта. Лора, чего мы ожидаем от этого участника? Лора: В первую очередь, стоит отметить сам факт, что спустя столько лет было принято решение вернуться. Трудно сказать, было ли оно удачным: сегодня его первый старт после перерыва. О состоянии его травмы также ничего неизвестно, но мы точно знаем, что его тренером стал Энтони Грайс, бронзовый олимпийский призер тысяча девятьсот девяносто четвертого года. Найл: Что ж, сомнительный выбор. Лора: Найл! Найл: Грайс известен своими высокими стандартами, однако он так и не довел ни одного своего спортсмена хотя бы до Чемпионата четырех континентов. К тому же, его бывшие подопечные отзываются о нем как о тренере с невыносимым характером. Лора: Что ж! Так или иначе, дебютным возвращением Вэй Усяня на лед станет катание под саундтрек из анимационного сериала «Отель Хазбин». Найл: Марко Легард тоже катался под оригинальный саундтрек из мультфильма? Лора: Верно. Найл: Что ж, невольно хочется сравнить этих двух спортсменов. Посмотрите: у них даже костюмы похожие! Лора: Действительно. Разве костюм Вэй Усяня не напоминает одного из персонажей? Найл: Может быть! Итак, Вэй Усянь с композицией ‘Stayed Gone’! Вэй Усянь медленно перевел дыхание, замирая на льду. Его голова была покорно опущена, таз отведен в сторону, руки расслабенны. Накладные плечики его пиджака заострились. Тревожная тишина осела ему на макушку. — Ну поехали, — прошептал он и закрыл глаза. «That f**ker is back!» Фигурист резко вскинул голову. Музыка грохнула залу по ушам. Пронзительный писк цензуры заставил добрую половину зала заткнуть уши. «Yeah, I thought he was gone for good too…» Вэй Усянь резко повернул шею, бросая красноречивый взгляд на трибуны. Размеренный ритм фортепиано контрастировал с его недовольным выражением лица. «It’s been seven years!» — повторил он одними губами. В чертах его лица застыло крайнее возмущение. «You’re still pissed he almost beat you that time?» «Uh, f**k you!» «Just saying…» «Things have changed a lot since he left town!» «That’s for sure» «I gotta send a message of who’s really in charge of things now!» «Welcome home!» — диалог двух голосов сменился вокальной партией одного из персонажей. Вэй Усянь ловко развернулся на своей оси. «I’m gonna make you wish that you’d stayed gone!» — спортсмен подарил зрителям коварную улыбку. «Say 'hello' to the new status quo!» — Вэй Усянь глумливо поднял руку в приветственном жесте. «Everyone knows that there’s a brand new dawn!» Спортсмен витиевато полосовал лед. Головы камер поворачивались за ним вслед. «Turn the TV on!» — персонаж агрессивно прорычал, и Вэй Усянь искусно повторил его мимику: брови, разделенные глубокой складкой, сошлись на переносице, нос покрылся мелкими морщинками, рот скривился в требовательном «On!». «Camera speeds, rolling in three, two…» «Welcome to the show!» — в глазах Вэй Усяня, подведенных красными, острыми стрелками, промелькнула хитринка. Он ловким движением стянул с себя пиджак и, не оборачиваясь, отправил в полет себе за спину. Фигурист ухмыльнулся и приспустил бутафорский микрофон к своему рту. Что ж, пора веселиться. «Top of the hour, and we’re discussing a certain has-been who has been spotted cavorting around town after seven years absence…» Вэй Усянь превратился в харизматичного, слегка сумасшедшего ведущего вечернего шоу. Рукава его белой рубашки были закатаны до локтей, расслабленный галстук извивался огненным змеем. «Did anybody miss him?» — открывались его губы вслед за словами Вокса. «Did anybody notice?» — обращался он к аудитории стремительным речетативом. «More on tonight’s program!» — анонсировал он. Вэй Усянь вещал в накладной микрофон и двигался так необычайно ловко и уместно, что ироничная, откровенно взрослая музыка не смущала зрителей — происходящее на льду так быстро сменялось одно другим, что времени на осуждение просто не оставалось. «So, the radio demon is back in town», — начал Вэй Усянь повествование, вводя зрителей в курс дела. Беззаботное фортепиано отыгрывало легкий, заводной мотив. «Why is he hanging around?» — задавал он вопросы, не скрывая довольной ухмылки. «What does it mean for your family?» — он проехал мимо судейской панели и вскинул легкий взгляд из-под ресниц. «Well handily, I've got good news» «He's a loser! A fossil! And I don't mean to sound hostile…» — заход на правом ребре. «But the demon is a coward!» — двойной аксель. «You can take that as gospel», — Вэй Усянь выехал, ловко увернувшись от бортика. Его нос резко рассек воздух, и он продолжил шоу. «Pulling my viewers? Impossible!» — он закинул голову в беззвучном смехе, смело отыгрывая характер персонажа. «I'm visual, he's barely audible», — фигурист раскинул руки от ушей, давая понять, что совсем плохо слышит. «Stop giving him the time of day», — он бестактно заглядывал в лица зрителей, проезжая вдоль ближайшей трибуны. «Don't listen to a word he'd say», — ухмыляясь, закатил он глаза. «I hope he had a nice vacay», — невинно развел он руками в попытке выставить себя в лучшем свете. «But he should've stayed away!» — тройной лутц, двойной тулуп! Гладкий маневренный выезд. «While he hid in radio…» «We pivoted to video!» «Now his medium is getting bloody rare!» — Вэй Усянь оскалился камерам, минуя журналистов и фотографов. «Hell's been better since he split!» «Where's he been?» — Вэй Усянь послал очередной риторический вопрос под купол арены. «Who gives a sh*t!» — развел он руками, довольный своими выводами. Однако, Вокса неожиданно, но весьма деликатно прервал мягкий голос: «Salutations!» — Вэй Усянь послушно отсалютовал. Лестный тембр принадлежал объекту раздражения Вокса. На сцене появился Радио-демон Аластор. «Good to be back on the air!» — улыбка Вэй Усяня затмевала софиты. Кажется, Аластор в его исполнении получал искреннее наслаждение от того, что все внимание переключилось на него одного. «Yes, I know it's been a while since someone with style treated hell to a broadcast…» — тот начал рассказывать свою версию истории. «Sinners, rejoice!» — призвал его приятный, любезный голос. «What a dated voice!» — прогнусавил Вокс, вмешиваясь в чужой монолог. «Instead of a clout-chasing mediocre video podcast», — иронично осадил Аластор. «Come on!» — подражая Воксу, Вэй Усянь раздраженно закатил глаза. «Is Vox insecure? Pursuing allure?» — с издевкой обращался к зрителям Аластор. «Flitting between this fad and that, is nothing working?» «Ignore his chirping!» — ворчал Вокс. «Everyday he's got a new format!» — невинно взмахнул ресницами Аластор. «You're looking at the future! He's the sh*t that comes before that!» — воскликнул Вокс. Позиции Вокса стали сдавать. Таким исходом тот был явно недоволен. «Is Vox as strong as he purports?» — витая дорожка шагов подчеркивала природную гибкость Вэй Усяня. Аластор же не желал униматься. Посягнув однажды на его честь, не стоило ждать в ответ прощения. «Or is it based on his support?» — демон блаженно нежился под прожекторами арены и тысячей взглядов с трибун вокруг. «He'd be powerless without the other Vees!» — уверял он своих слушателей. «Oh, please!» — вышедший из себя Вокс еле себя сдерживал. «And here's the sugar on the cream», — приглашением развел руки Вэй Усянь, готовя зрителей к развязке конфликта двух жителей Ада. «He asked me to join his team!» — возликовал Аластор. «Hold on!» — запротестовал Вокс. Кажется, парня рассекретили. «I said 'no', and now he's pissy. That’s the tea!» — Вэй Усянь подмигнул ближайшей камере. «You old-timey prick!» — фортепиано заиграло совсем сбито, игриво, на грани сумбурности. Персонажи стали перебивать друг друга. «I'll show you suf..!» — выкрикнул Вокс. «Uh-oh, the TV is buffering!» — закусил кончик ногтя Вэй Усянь. «I'll destroy you..!» — электронный голос Вокса завис. Вэй Усянь приземлил тройной лутц, и музыка замолчала. «I'm afraid you've lost your signal», — констатировал Аластор. Теперь, когда на сцене ему никто не мешал, Радио-демон взял совершенно иной тон, далекий от былой беззаботности, неожиданно мрачный. «Let's begin», — безумно улыбнулся Вэй Усянь, сбавив скорость. «I'm gonna make you wish that I'd stayed gone» — подчеркнул демон, и Вэй Усянь кинул взгляд на судей исподлобья. «Tune on in…» — он направился в сторону камер, гипнотизирующе заглядывая в один из объективов. «When I'm done…» — рассказывал он с пугающим видом. «Your status quo will know its race is run», — оскалившись, обещал он. «Oh, this will be fun!» — Аластор зашелся в безумном смезе, и арена услышала хохот Вэй Усяня. Тот замер с откинутой назад головой и смеялся совсем не наигранно. Наконец оба их голоса смолкли. Спустя несколько секунд болезненной, резонирующей по залу тишины послышались первые неуверенные аплодисменты. Раздалась волна одобрительных свистов. Вэй Усянь медленно опустил голову на затекшей шее и взглянул на людей за собой. Глаза его в этот же миг загорелись. Кто-то даже вскочил и аплодировал ему стоя. Это были не самые громкие аплодисменты за сегодняшний вечер — их, конечно, забрал канадец Эрик и какой-то фигурист из Бельгии. Ему никто не сбрасывал мягких игрушек, ни у кого в руках не было плаката с его изображением, и все же на лед у одного из бортиков упала одинокая красная роза. По всей видимости, ее в последний момент достали из букета. Вэй Усянь, дыша через раз, подъехал на трясущихся ногах к трибуне и подобрал цветок. Он обернулся на зал и сделал глубокий поклон. Поднеся розу к кончику носа, он поехал к выходу со льда, улыбаясь как ребенок. — Тебе что, никогда не дарили цветов? — усмехнулся Энтони, протянув Вэй Усяню чехлы от коньков. — Это мой первый цветок в сезоне, дай порадоваться, — тот натянул на лезвия чехлы и высморкался в предложенную салфетку. — Ну как я откатал? — Лутц — недокрут. — Знаю, — вздохнул Вэй Усянь. — А аксель? — Можно было и выше. Ленишься. Вэй Усянь рассмеялся, пока они направлялись в зону Kiss and Cry: — Может быть, есть что-то, достойное похвалы? — Четверной сделаешь — там посмотрим. — Ай, Тони, как же ты меня «любишь»! — У нас, вроде бы, была договоренность о тренировках. Ни о чем другом. — Ну и бука. Ну скажи, я хотя бы не был худшим? — Баллы все покажут, — отрезал Грайс, когда они заняли место на скамье ожидания. Вэй Усянь увидел направленную на него камеру и послал свой фирменный воздушный поцелуй. — Не горбись. — Да не горблюсь. — Score for figure skater Wei Wuxian! Вэй Усянь туго сглотнул и вскинул голову к турнирной таблице. — Ну! — прошептал он. — Seventy four point fifteen points! Вэй Усянь сощурил глаза, всматриваясь в свою фамилию в списке — табличка с его именем поднялась на табло до десятого места из двенадцати. Что ж, вот он, его старт в этом сезоне. Найл: Семьдесят четыре! Очень неплохо для возвращенца! Лора: Да, как я и думала, штраф за недокрут составил полтора балла. Найл: Зато за артистизм абсолютный максимум! Лора: Да, выступление произвело впечатление на зал. Найл: Еще бы! Я уже семь лет смотрю Гран-при вживую и ни разу не видел такой актерской игры!

***

Лань Ванцзи катил за собой чемодан. На ходу он напечатал сначала брату, а потом и Вэй Усяню сдержанное сообщение о своем прилете. Врач решил остановиться в небольшой кофейне и заказал зеленый чай. Выходя, он взглянул на часы, как вдруг в кармане его пальто завибрировал мобильный. Лань Ванцзи посмотрел на экран. Ну конечно. Он знал только одного человека, имевшего привычку отвечать на сообщение звонком. — Але, Лань Чжань, ты где? — Выхожу из аэропорта. Как выступление? — Потом расскажу! Ты где? Не вижу тебя! Лань Ванцзи настороженно оглянулся. — Подожди, это ты вон там? — громко дышал в трубку Вэй Усянь. Лань Ванцзи растерянно осматривался, в упор не видя Вэй Усяня, когда тот вихрем из распущенных волос налетел на него откуда-то сбоку. — Лань Чжань! — повис он у него шее. — Я же сказал, что сам доберусь, — с укором сказал Лань Ванцзи. — Ну прости! Я скучал! Лань Ванцзи сжал губы. — Хорошо, — смягчился он. — Спасибо, что приехал. Ты на такси? — Да! — вцепился ему в руку Вэй Усянь. — Пойдем! Мне столько всего нужно тебе рассказать!