Исекай ведь работает не так!

      Знаете, я привыкла считать, что попасть в любимый роман — это круто. Ты сразу получаешь бриллиантовую ложку, имба-навык и, в принципе, всё, что пожелаешь. Как в типичном исекае. А теперь представьте как эта надёжная, как швейцарские часы, система вдруг даёт сбой. Представили? А мне и представлять не надо. Что случилось? Ну, давайте начнём по порядку.       Меня зовут Лиза Семенова, я была самой обычной студенткой, живущей самой обычной жизнью. Но кое что обо мне не знает никто. Моя жизнь до двадцати двух была очень даже хорошей. Неплохо училась в универе, иногда бегала на свидания и проводила время с друзьями. А ещё читала. Много читала. Я достаточно давно открыла для себя жанры «романтика» и «средневековье» — и влюбилась в этот идеализированный мир. Никакая новая работа, пусть и только начатая, не могла пройти мимо меня.       Однажды, я открыла для себя роман «Сквозь лед и пламя». Единственное что меня расстраивало, так это то что вышла только одна книга, а вторую автор до сих пор пишет. Первая книга этого цикла была выше всяких похвал — я буквально изолировалась от общества и проводила всё своё время на балконе, читая его, пока не прочла полностью. И с нетерпением ждала новых частей, уже начиная откладывать деньги. И, наконец, дождалась.       Автор написал в своём паблике, что новая книга уже в продаже, и я за рекордные тридцать секунд заказала свою новую дозу эндорфина. Как же хорошо, когда автор живёт с тобой в одной стране — доставка едет быстрее! Не надо ждать перевода, потом перевода в печатном издании или, что ещё хуже, сталкиваться с пыткой, когда перевода в печатном издании вовсе нет, и ценителям макулатуры приходится печатать самим!       Погода в тот день была на редкость паршивой. Утро начиналось неплохо: я с красивой укладкой шла по прохладной улице, остановка у нас была не близко, занимало десять минут ходьбы. И за эти десять минут пошёл дождь как из ведра, а потом автобус опоздал на ещё минут десять. Надо ли говорить, что стало с моей шикарной причёской, ради которой я встала на час раньше? И со стрелками, которые в кои-то веки получились одинаковыми? Кхм, я отвлеклась…       В общем, настроение опустилось ниже плинтуса, я еле просидела три пары и поехала домой. За это время на улице уже пошёл снег, и началась метель. Проклиная себя за забытые перчатки и лёгкую куртку, вернулась домой. Когда я вошла в подъезд, то уже не чувствовала пальцев и не могла нормально держать ключи от квартиры. Но все же пересилила себя.       В тот день я решила, что даже третья мировая меня из дома не вытащит, и подумала снова перечитать «Сквозь пламя и лёд». Уже села с пледом и чаем на утеплённом балконе, на минуту залюбовавшись на нетоптанный, свежий снег на улице, как на телефон пришло сообщение. Искать меня могли или МЧС, или друзья, или Мария Александровна, с пары которой я сбежала. С опаской я посмотрела в экран и поняла, что прогадала со всеми вариантами. Сообщение пришло на мессенджер.       «Ваш заказ доставлен на пункт выдачи. Номер заказа 1023,» — гласило оно.       И я тут же забыла о том, как чуть не превратилась в сосульку, когда возвращалась из универа. Эта книга стоила того, чтобы пойти за ней даже в такую погоду. Поэтому, утеплившись по максимуму, надев несколько слоёв одежды и носков, я отправилась в путь. Дорога на автобусе заняла где-то сорок минут, но ещё минут двадцать пришлось ждать, пока он приедет. Я уже перестала чувствовать своё лицо, когда транспорт соизволил появиться.       Я опять слишком затянула.       В общем, доехала я до пункта выдачи, поздоровалась с приветливой Настей из точки выдачи и под насмешливую улыбку расцеловала книгу с глянцевой обложкой, с которой улыбался нереальный красавчик! На героиню рядом с ним я даже не глянула, потому что читала только ради Ксавьера, мужского главного героя. О, сколько же я часов кружилась по квартире под музыку, представляя себя на месте Аллисандры и фантазируя, что это именно мне Ксавьер делал романтичное предложение руки и сердца.       — Ну чем она лучше меня?! — бурчала я тогда под нос, всё же глянув на новую обложку целиком.       На ней Ксавьер нежно обнимал Аллисандру и глазами, полными любви и тепла, смотрел на на неё, одетую в свадебное платье и с короной на голове.       — Эх, будь я там, он на эту Сашку и не взглянул бы… — грустно усмехнулась я и услышала резкий звук сигналки.       Всё произошло так быстро. Я почувствовала, как сердце забилось в унисон с тревожным предчувствием. В тот момент, когда я поняла, что не успею уйти, внутри возникла ледяная волна страха. Я попыталась сделать шаг назад, но ноги словно приросли к земле.       Всё вокруг стало размытым, как в замедленной съёмке. Я слышала гудение мотора и крики людей, но это казалось далеким эхом. Мои мысли метались, и я думала о том, что не успела закончить книгу, что не успела сделать все те вещи, о которых мечтала. И в следующий миг мир снова стал чётким — удар, и всё погрузилось в темноту.       Нет, я конечно представляла свою смерть, а кто нет? В детстве, когда ругалась с родителями, то представляла, как трагично умираю от раздирающей меня боли, и как все вокруг жалеют о том, что они мне говорили. И плевать, что там больше половины — правда! А потом, в более осознанном возрасте, я уже хотела смерти во сне. Безболезненной, чтобы я легла спать, да так и уснула. Но не настолько же банально!       Если вы ещё не поняли, то скажу прямо: меня сбили. Только не грузовик, как можно было подумать, а автобус, на котором я, вообще-то, должна была ехать домой. Обидно ли мне? Конечно! Ведь книга из моих рук улетела куда-то под другие автомобили, и последнее, что я видела, — как её переезжает какая-то машина. Чтоб у неё шину прорвало! А после я отключилась.       И, как вы, наверное, уже поняли, проснулась в своём любимом романе «Сквозь пламя и лёд».       Зашибись просто.

***

      К смене имени привыкать пришлось бы долго, если бы не её тело, которое само отзывалось. А вот куда я попала, определить было не сложно. Помнится, я тогда завизжала от восторга, когда именно со мной случилось то, что люди обычно называют «фэнтези». Служанки аж шарахнулись от меня, не понимая, что такого случилось, что обычно спокойная госпожа вдруг ни с того ни с сего завизжала от радости. Но мне было плевать. Все мои мечты исполнились в один миг, и я заметила, что даже ни разу не вспомнила о своих бывших друзьях — настолько они стали неважными.       Как и полагается попаданке, новую жизнь мне дали роскошную. Пусть Лукреция де Ладена была персонажем пары сцен, а потом о ней даже не вспомнили, она всё же была чертовски хороша, чего не осознавала. Ну, ничего страшного, я-то это дело быстро поправила. Лукреция впервые появилась ещё в начале романа, когда императрица решила поженить своего внука на богатой и знатной девице. И вначале традиционно воспитанный Ксавьер даже согласился с решением могущественной бабки и пытался найти общий язык с Лукрецией. Но эта дура, не понимающая своего счастья, оказалась слишком зажатой и тихой. Да так, что в одной сцене, когда она тихим голоском что-то рассказывала, Ксавьер просто уснул в беседке, не выдержав этой нуднятины. И решил, что такая императрица в законных супругах ему не нужна, и отказал бабушке.       Но ведь этого ещё не случилось…       Ксавьеру ещё предстоит приехать, как сказали служанки, и я должна быть во всеоружии. Прости, Аллисандра, но у тебя мужиков много, так что этого милашку я забираю себе.       — Дина! — позвала я свою служанку.       Так странно звучит, как-то даже пошло. Но и к этому я со временем привыкну, ведь этот мир будто создан для меня и жить тут одно удовольствие.       — Слушаю, моя леди, — слишком раболепно ответила служанка, низко поклонившись.       — Вытаскивай все мои платья!       Не сказав ни слова, Дина удалилась так же тихо, как и подошла ранее. Через двадцать минут комната превратилась в подобие вип-примерочной из крутого торгового центра.       — Боже, это что за ужас? — ошарашенно выдохнула я.       В романе особого внимания на одежде персонажей не заостряли, а я и представить себе не могла, что там всё было настолько плохо.       — Ваши любимые платья… — неуверенно ответила на риторический вопрос Дина.       — Выкинуть все нафиг! — решительно воскликнула я, понимая, что этим кошмаром точно внимание Ксавьера не получу.       — Прошу прощения? — не поняла моих слов служанка.       — Зовите лучших модельеров империи, пусть прихватят свои лучшие ткани. Я обновляю гардероб, — всегда хотела сказать эти слова.       От того, как мои мечты потихоньку сбывались, я едва ли могла держать себя в руках от внутреннего восторга.       — Но что вы будете носить в это время? — осторожно уточнила Дина, не понимая, как реагировать на перемены в поведении «Лукреции».       — Вот эти неплохие, — выбрала я парочку, которые были более-менее.       К вечеру заказанные мной модельеры всё же явились и превратили мою комнату в рынок тканей. Меня привело в шок, а потом и в восторг понимание того, что все меха, ткани и так далее тут натуральные. Правда, я опасалась мышьяка в качестве краски, но меня успокоили, говоря, что те времена давно прошли. Сила фэнтези в действии.       Ошарашив модельеров своими предпочтениями в фасонах, с твёрдым намерением стать иконой моды и стиля, я всех отпустила уже глубоко за полночь. И начала готовиться ко сну. Вот тут и открылся неприятный факт: расшнуровка корсета, снятие всех юбок и подъюбников — это занимает уйму времени, а я об этом даже не подумала, когда делала заказы! Благо, состояние Ладена позволяло обновлять гардероб каждый день, и я решила позвать модельеров вновь, чтобы внести коррективы.

***

      — Госпожа, герцог желает видеть вас на семейном обеде, — уведомила меня однажды Дина.       А? Ну, знаете, в романе особо семейные отношения Лукреции не раскрывались — зачем это второстепенному персонажу? И я вообще без понятия, как себя вести. Так что обратимся к классике жизни попаданок, так как воспоминаний Лукреции у меня тоже нет. Скорее всего её мать умерла, рожая её, и теперь герцог меня презирает за это, за дочь не считает. Ну, ничего страшного, я это дело поправлю, так как плохие отношения с новоявленным папашей, да ещё и богатым и влиятельным, мне ни к чему.       Одевшись как можно милее и целомудреннее, и собрав волосы в две косички, я отправилась на персональные пытки. Как неприятно, наверное, сидеть и улыбаться за столом, где все тебя презирают и ненавидят. Как Лукреция, да и все «злодейки», это выдерживали? Я бы не смогла. Так что пора ставить точку в этом беспределе.       Эх, сказать, что дом был шикарен, это ничего не сказать. Все по армянским канонам: много золота, блестящего, дорого-богато. А меня, как человека, который сам убирается дома, чуть ли не инфаркт хватил от такого количества пылисборников, на которых пыли пока не было. Респект уборщикам. Мне даже представить страшно сколько времени и сил они на это тратят. Надеюсь, и оплата труда у них приличная.       Оглядываясь по сторонам, в сопровождении Дины я дошла до мáлой обеденной комнаты. Да она выглядит больше, чем моя съёмная хата! Какой зажравшийся дурак додумался называть её «малой»? Кхм, я опять отвлеклась.       В комнате уже сидели мои родственники. Во главе длинного дубового стола — отец семейства, герцог Сальвадор де Ладена. Имя у него какое-то пиратское. Зато как он офигенно выглядит! Высокий, статный, с идеально ровной осанкой и широкими плечами. Рядом с ним, по правую руку, сидела его точная копия, только лет на двадцать моложе. Дьявол, это ты додумался создать настолько прекрасных мужчин? На грех нас толкаешь подобным образом? Респект тебе, потому что метод рабочий, скотина. Рудольфус, мой новый старший брат, конечно не настолько прекрасен, как Ксавьер, но как же идеально на нем сидит этот костюм…       Парни знают, о чём я говорю. Не на всех, далеко не на всех, хорошо сидит костюм. Если бы кто-то из моих однокурсников надел костюм, у него бы спросили, какой он класс заканчивает. А этот красавец, которого в колыбели поцеловал, или точнее расцеловал Аполлон, проблем с этим явно не испытывал. Я уверена, он даже в мешке из-под картошки будет выглядеть как топ-модель.       — Лукреция! — повышенный и явно обеспокоенный тон оторвал меня от разглядывания прекрасного. — Ты чего застыла?       С недоумением спросил герцог. Покраснев от смущения и прекрасно понимая, как выглядела со стороны, я присела в низком и неловком реверансе, повторяя за прочитанными манхвами.       – Прошу прощения, я приветствую вас отец, брат, – вежливо сказала я, вызвав ещё большее недоумение.       Я что-то сделала неправильно? Почему они так смотрят на меня? Ну, извините, мне ранее не приходилось делать реверансы. Почему всем попаданцам достаётся мышечная память и воспоминания, а мне нет? Несправедливо как-то…       — Садись, — указал герцог на стул слева от себя. — Ты две недели не выходила из своей комнаты. Что-то случилось?       — Вы волновались? — удивилась я подобному вопросу.       — Ну разумеется. Когда мои дети резко перестают выходить из комнаты и контактировать с кем-либо, я беспокоюсь об этом. В последний раз ты была на чаепитии у Графини Эстель и вернулась без настроения. Тебя кто-то обидел?       Честно, я очень удивилась. Подобное поведение не свойственно отцам из романов, если ты, конечно, не главная героиня. Только вот я — второстепенный персонаж.       — Я плохо себя чувствовала, — воспользовалась я стандартной отмазкой, думая, что на этом тема закрыта.       — И ты молчала? — удивлённо и одновременно зло спросил Рудольфус. – Вызвать лекаря для леди Лукреции!       Пожилой дворецкий оказался на удивление быстрым и скрылся за дверью раньше, чем я успела открыть рот. Да что тут происходит? Неужели я ошиблась? Подобное поведение было не типично для романов. Наверное, потому что я попала в тело не злодейки, а второстепенного персонажа? Других объяснений у меня просто нет.       — Не стоило… — заметила я, строя из себя скромницу.       — Это не шутки, сестрёнка, — серьёзно сказал старший братец. — Вспышка лихорадки едва утихла, а ты молчишь о своём здоровье! Дина! Ты куда смотрела? Почему мы узнаём о болезни твоей госпожи спустя две недели?       Испуганная горничная могла лишь лепетать о том, что я вела себя обыденно и не подавала признаков того, что мне было плохо. Надо срочно её затыкать.       — Не стоит ругаться на Дину, это не её вина, — пыталась я успокоить Рудольфуса. — Я просто думала, что если отдохну немного, то всё пройдёт.       — Нельзя так беспечно относиться к своему здоровью, — недовольно пробурчал наследник герцогства, но всё же отстал от Дины.       — Слушайся своего брата, Лукреция, — посоветовал доселе молчавший отец семейства. — Потом проверься у лекаря. А сейчас, почему же я вас собрал. Недавно я общался с императором и он выразил желание поженить своего сына Ксавьера на нашей Лукреции.       В этот момент я едва сдержала радостный визг.