С лёгким прикосновением руки Принца Эллиота

Pov:Дэмир.

Заторможенность мыслей после сна постепенно смывалась соседством с простыми утренними ритуалами - шум воды, треск лопающейся скорлупы, привычный запах только нарезанных овощей и свежезаваренного чая. В то время как я заканчивал с готовкой, Эллиот чуть ли не клевал носом. Почти что засыпая на месте. – Не выспался? – спросил я, протягивая ему тарелку. В ответ он лишь выдохнул, с печалью поджав губы и потупив взор, словно беглец, стремящийся укрыться от ненужных слов. Принимая завтрак и аккуратно ставя тарелку на стол, пробормотал неразборчивое «спасибо» - и на этом всё. Закинул в себя в первую очередь печенье и, накрошив на стол, Эллиот только потом принялся за основное блюда. Воистину... Если бы истинный хозяин этого тела мог видеть подобное, он бы захлебнулся возмущением или же тут же потерял рассудок. Странно, но в голове даже чётко вырисовываются его фразы. Что-то вроде: «Фу! Какой же ты невежа» или «Я скорее задохнусь от нехватки воздуха, но не позволю себе есть в свинарнике». – Эллиот, – произнес я, стремясь уловить его внимание, одновременно устраиваясь напротив. Он в ответ лишь промычал нечто едва различимое, отозвавшись, не прерывая трапезы. – Я могу сегодня перелечь обратно к тебе в комнату? – Мой вопрос, казалось, загнал его в тупик: Эллиот слегка подавился, и смятение его стало очевидным. – Кха... З-зачем? – Ну как? Не можем же мы постоянно ютиться на диване. Тесновато для двоих. Да и учитывая то, как ты пускал слюни... – Не продолжай, пожалуйста, – состроив недовольную гримасу, Эллиот снова опустил глаза вниз, заострив внимание на том, что было в тарелке. Перекатывая маленький помидор по тарелке, он наверняка вспоминал, в каком состоянии проснулся. И то, как всего сорок минут назад сильно разволновался, когда понял, что во сне обслюнявил мне плечо. – Нет. Буду спать один, – аккуратно бросил он. Однако тут же добавив: – Но если опять приснится кошмар, позову. Наверное. – В таком случае просто придешь сам, – сказал я, пожав плечами. Омега заметно покраснел, и это вызвало у меня странное чувство удовлетворения. – Поговорим в другой раз. Я опаздываю, – ловко увиливая от дальнейшего разговора, отодвинул тарелку, залпом допил чай и вихрем вылетел с кухни, бросив на ходу быстрое «спасибо за завтрак». Я проводил его взглядом, слыша, как стук шагов стихает по мере того, как он удаляется. После чего осталось приятное ощущение от короткой беседы, хоть и достаточно странное.

Pov:Эллиот.

Спина изнывает после сна на тесном диване в неудобной позе. Чувствую смятение. А встречаться с Дэмиром взглядами - невыносимая пытка. На столько чувствую себя неловко, что буквально за завтраком стараюсь не поднимать глаз. А по окончанию вылетаю из кухни. Лишь бы поскорее оказаться в учебном заведении! Однако покой мне это не принесло. Занятия в академии пусть текли и размеренно, но я чувствовал себя чужаком. Утро встретило неприветливыми взглядами; на лекциях вновь оказался в стороне от основной группы, хоть и среди друзей. А профессора часто уводили на серьёзный разговор, где крайне деликатно просили меня поскорее уехать из города как можно дальше. Даже на прогулках в перерыве я не находил утешения. Почти незаметные жесты окружающих говорили о многом: кто-то вновь оборачивался, кто-то тихо переговаривался за спиной. И всё бы ничего, но за обедом какой-то болван вдруг решил плюнуть мне в еду. Сидел я ошарашенный, не зная, как реагировать на это открытое выражение презрения. Словно всё моё тело окаменело, а время замедлилось, заставляя наблюдать за каждой деталью вокруг. Тишина казалась нарушенной лишь моими колотящимися мыслями и клокочущим раздражением в груди. Люди же делали вид, что ничего не произошло, что ещё больше усиливало чувство изоляции. К счастью, не надолго. – Таких, как ты, надо на костре сжигать, –  произнес он после сотворения крайне омерзительного действия. – Ты бессмертный? – вспыхнул Росберг, с силой обрушив кулак на стол. Кузен Вильям, намереваясь тоже возмутиться, не успел раскрыть рта. В тот же миг из тени, скрытый от всех глаз, выступил стражник и с размаху отвесил обидчику пощечину. Да такую, что тот свалился с ног, зажимая разгорячённую щеку ладошкой. – Ещё одно неуместное слово против Его Высочества, – произнёс тёмный страж, плавно опускаясь на корточки. Схватив провинившегося за волосы, он натянул их так, что тот вынужден был запрокинуть голову. – И я самолично предам твоё тело огню! Извинись, пока не вырвал твой грязный язык и не засунул его тебе в зад. – П-простите, – пробубнил тот. – Его Высочество не слышит этот жалкий скулёж. Говори громче и чётче, выблядок. – Простите меня! Я... Я больше так не буду! – А теперь возьми эту тарелку и сожри всё до последнего кусочка вместе со своей харчой. Иначе... – Перестань, – не дозволяя стражу закончить начатое, я поспешил прекратить все происходящее. – Не надо угрожать. Ты уже ударил его и припугнул. Думаю, с него явно достаточно. Урок был усвоен. Да ведь? – аккуратно перевел взгляд на обидчика, на что тот истерично закивал в знак согласия. – Как пожелаете, Мой Принц, – спокойно ответил страж, добавляя несколько слов тому парню: – Мысленно воспевай Его Высочество Эллиота за то, что спас тебя от беды. В следующий раз за оскорбление члена Императорской семьи Винет отрежу тебе пальцы и скормлю их гниющим собакам. Парень закивал с удвоенной силой, без умолку повторяя: «Извините. Больше так не буду». И только тогда мой охранник нехотя отпустил его, не забыв пнуть под зад на прощание при поспешном бегстве. Взгляды остальных студентов мгновенно рассеялись, словно испуганные всей этой неожиданной ситуацией. Никто не шептался, но мысленно уже нашли новую тему для сплетен. Супер. Теперь меня не только ненавидят, но и боятся. – Мой Принц, это моё упущение, – приложив руку на сердце, теневой страж приклонил голову. – Иди уже, пожалуйста, – сказал я и после его исчезновения приложил руку ко лбу, стараясь сохранить самообладание. В душе же росло странное раздражение. Трудно смириться с тем, что люди испытывают ко мне такую ненависть, проявляя её с такой явной яростью. – Ого, – неловко произнесла Амель. – Это было что-то с чем-то. Наверное, не очень комфортно, когда рядом постоянная слежка?  – Ты о страже? Как-то привык, – ответил я, не придавая её вопросу особого значения. – Скажи, а когда ты спишь, они тоже смотрят? Просто интересно, как тогда  ходить в туалет? Помыться или… не знаю... Уединиться с супругом?  – Фу, – поморщился кузен Вильям, явно представляя себе эту картину. – Кажется, это немного неуместно, Амель. – Неуместно было красть нашего друга, – равнодушно добавила Луиза.  – Все остальное – вполне себе обычные вопросы. – Если это настолько интересно, то стражей не найти там, где их наличие излишне. Давайте на этом закроем тему, пожалуйста, –  Вздохнув с тягостью, я осознал, что эти разговоры стали бесконечными и разобраться в проблеме, увы, был не в силах. Всю неделю они старались задавать как можно больше вопросов, искренне стремясь поддержать меня всеми доступными средствами.  Однако сейчас мне не хватает наших прежних отношений. Как же безмерно я тоскую по простым учебным будням. Этого было бы вполне достаточно. – Эллиот, – Амель, почувствовав на своих плечах частицу ответственности, слегка придвинулась и мягко изменила направление разговора. – Слушай, я хотела узнать, как ты смотришь на то, чтобы прогуляться по городу сегодня вечером? – Да, конечно. Но прежде мне надо будет вернуться в дом, что бы предупредить, –  ответил я, стараясь унять её глубокую тревогу. На что девушка с лёгкостью выдохнула и улыбнулась. Однако кузен Вильям тут поспешил лишить её этой мгновенной радости: – Ты за каждый шаг отчитываешься? Если это так, пусть твой страж сам отправится и известит о том. – Так нельзя. Я должен показаться, иначе Дэмир... –Иначе что? Дэмир не даст согласия? В таком случае лично приду и выскажу ему пару выразительных слов. – Эй! – вмешалась Амель  – Этот Принц Дэмир, каким бы ни был, всё же супруг нашего друга. Прояви уважение. И кто бы говорил? Я ведь тоже вечно у тебя отпрашиваюсь. – Всё равно пусть не ждёт от меня уважения, – тот закатил глаза. Амель встревожено посмотрела на меня, словно пыталась понять, насколько серьёзен настрой Вильяма. Слова кузена звучали раздражительно, почти вызывающе, и в воздухе возникло невидимое напряжение. Я почувствовал, что нужно как-то сгладить ситуацию, прежде чем она зайдёт слишком далеко. – Спасибо, Вильям. Очень ценю твою готовность помочь, – сказал я с миролюбивой улыбкой, стараясь облегчить обстановку. – Но пойми. Я обязан предупредить о своём отсутствии. Тем более это всего лишь формальность. Мне ведь не сложно и ему спокойнее. В конце концов, Дэмир... Он... Как никак... – Как никак он что? Принц?  – перебил  Росберг. Затем  насупился, скрестив руки, и раздражённо фыркнул. – Сюрприз! Я тоже принц. Пусть ты утверждаешь, что все хорошо, но как нам верить? – Росберг прав, – согласилась Луиза. – Знаешь, как больно узнать, что наш друг попал в такую ужасную ситуацию, а мы только и можем, что молчать, будто тряпкой рот заткнули. – Полгода, Эллиот. Мы не знали, жив ты или мёртв, – с горечью добавил Вильям. – Мне стыдно, что даже сейчас, когда ты здесь, мы буквально бессильны. А это отношение со стороны других студентов? Наблюдать за этим просто ужасно. Пауза, эхом раздавшаяся в тишине после сказанных слов, окутала наше пространство волной неуютного молчания. Что ответить? Какие слова уместны в такой ситуации? Не знаю. После занятий,  вместо того, чтобы дожидаться в условленном месте, ребята единогласно решили дойти прямо до моего дома. Не то, чтобы я возражал, но и восторга особого это не вызывало. Однако почему-то мнение моё никого особо не интересовало. Казалось, путь был недолгим. Но в этот раз он странным образом затянулся. Двое друзей, как будто по невидимому соглашению, чуть замедлили шаг, пока девушки замерли в задумчивости позади. В то время как мы начали приближаться к тому дому, я краем глаза заметил вдали знакомую фигуру. Отчего, резко остановившись, не сделал больше ни единого движения. – Ты чего? – спросил кузен Вильям. – Знаете, наверное, я сам дальше пойду. Осталось-то всего несколько шагов. Подождите здесь. – Ну, пройдем эти пару шагов и подождём там,  – ответил он. Последнее, чего бы мне сейчас хотелось, — это столкновения этих двоих с Дэмиром. Чего ожидать — я не знаю. Да и избежать ссоры будет трудно, учитывая их настрой. –Нет. Стойте на месте. – Чего так испугался? – произнес Росберг, устремив взгляд в ту же сторону, мгновенно ощутив напряжение. Лицо его исказилось, кулаки непроизвольно сжались. Тем не менее, здравый смысл, как и у Вильяма, удержал от необдуманных действий. –Это он? – спросил кузен. – Н-нет...  Точнее, он, но... – Мы доведем тебя до конца, – настойчиво подытожил Росберг. Затем они оба устремились вперёд, побуждая меня ускорить шаг, чтобы не отстать. Вскоре мы все очутились у дома. Дэмир добрался туда далеко не первым и остановился напротив, всего в пяти шагах, держа в руках лишь один бумажный пакет. Вынужденный буквально смотреть на преграду на пути, он не выдал никакой реакции, в то время как Росберг и Вильям, гордо скрестив руки, будто пытались показать какое-то подобие превосходства. Но выходило, откровенно говоря, весьма неубедительно. – Так это значит, ты тот самый Дэмир? –  с недовольством начал Росберг, вызвав во мне неприятный внутренний отклик. Дэмир взглянул на тех двоих с невероятной холодной сдержанностью. Не удостоив их ни тени улыбки или раздражения, вдруг спокойно ответил: – Что вам нужно? –  голос был ровным и почти монотонным, словно он беседовал о чем-то обыденном, вроде погоды или последних новостей. Он и раньше таким был, но сейчас его покойствие озадачило даже меня.  А вот мои друзья и вовсе, казалось, ожидали от иной реакции — может, ярости или, по крайней мере, неуверенности. Но Дэмир был словно скала – неподвижный и непоколебимый. – Прости, – я неловко посмеялся и вышел вперед. – Дэмир, это мои друзья. Помнишь, я говорил? Вообщем мы хотим сходить на побережье. Там есть очень красивые виды.. –Не поздновато? – Дэмир приподнял бровь. – Солнце заходит. Да и ты не ужинал. – Я не голоден. И завтра выходной. Рано вставать не нужно. Поэтому можно лечь попозже. Так что я пойду, ладно? – Подожди, – тот равнодушно перевел взгляд, заострив внимание на двух парнях. Будто оценив их, он тяжело вздохнул и мотнул головой. Затем, осторожно протянув руку, нежно взял меня под локоть и мягко отвел в сторону, где нас бы двоих не услышали. – Что-то не так? – уточнил я немного растеряно. Неужели он намерен сказать, что мне запрещено идти? Или он злится? Ну конечно! Точно злится! Как иначе объяснить?По выражению лица вообще ничего не понятно!  – Эллиот, – едва уловимо заговорил он. – Д-да? – Тут такое дело. Вобщем...

***

По безмятежным водам медленно плывет полная луна, как несметный светильник, дарящий ночному побережью свою волшебную роскошь. Лунная дорожка плещется серебряными всполохами, словно хрустальное кружево, заботливо сплетенное невидимой рукой. На песчаной отмели у самой кромки воды самозабвенно рассыпаны тысячи мельчайших ракушек и гладких камней, улавливающих и отражающих мягкое лунное сияние. Здесь, где вода встречается с сушей, струятся еле уловимые ароматы морской соли и влажного песка. Человек, выкупивший это место и установивший здесь беседки для бизнеса, определенно оказался дальновидным. Атмосфера завораживает, а идея создания такого ресторана на побережье под открытым небом в беседках поистине великолепна. Между нашей беседкой и другой, в которой тоже отдыхали люди, весьма большое расстояние. Никто никому мешает. Вокруг нас освещается все магическими камнями света вместо свечей, а вдалеке слышен легкий шум прибоя, создающий идеальный фон для расслабленного общения. За маленьким столиком, угощённым сладостью фруктов, мы собрались впятером. Я наслаждался моментом, не замечая то, что, казалось, тревожило моих друзей. – И что, он там просто будет сидеть все это время? – уточнил Росберг, не отрывая взгляда от деревянной скамейки. Там, чуть поодаль, сидел Дэмир, безмятежно зажигая маленькие огночки в руках и подбрасывая их в руке, словно монетку.  В другой руке он держал стопку документов, отправленных из Тимерийского дворца для работы. – Зачем он вообще пошел с нами? – постукивая пальцами по столу,  Вильям так же устремил свой взгляд в даль. А что мне им сказать? «Простите, друзья, но после того как принц Адэминд несколько раз изложил историю нашего знакомства и поведал, как я сидел на скамейке на фестивале в одиночестве поедая сладости, Дэмир теперь считает вас крайне легкомысленными и безответственными?» Так что ли?  Нет. Пожалуй, промолчу. – Честно сказать, не ожидала, что Его Высочество окажется таким привлекательным, – невзначай заметила Луиза, заставив Росберга поморщить нос.  – А ничего, что рядом сидит твой жених? – От этого его внешность хуже не стала, – столь же неуклюже добавила Амель, стараясь уловить реакцию своего жениха Вильяма. Он промолчал, но  недовольство было очевидным. – Ну а что? Принц Дэмир прямо как будто сошёл со страниц слащавых романов. – Не могу не согласиться, – поддержала Луиза. – Прямо мысли читаешь. – Вы что, ослепли? Разве одно только обаяние способно затмить всю остальную правду? Не забывайте, что этот Дэмир всё ещё принадлежит к Винетам. А если это вам ничего не говорит, позвольте напомнить — он не просто член семьи, но и будущий император Тёмных Земель. – И все равно он красивый. Эллиот, ну согласись! –Эм... Ну... – немного растерявшись, я аккуратно бросил взгляд всторону, где сидел Дэмир.  – Мгм. Да, это так. Девушки, удовлетворённые ответом, обменялись довольными взглядами, а двое других, не скрывая раздражения, закатили глаза. К счастью, вскоре тема разговора, наконец, обрела новое направление. Меня же больше волновало, как прошло это время для них и какие события случились. В целом мало чего. Затем пошли прогуляться по берегу. Нашли несколько красивых ракушек и гладких камней и даже попали на маленькое представление фокусника, которого хозяин побережья нанимает каждую субботу. И, в сущности, на этом можно было разойтись. Сначала друзья намеревались меня проводить, но, сочтя это излишним, я попросил их уйти первыми. Кузен Вильям и Росберг были недовольны, но под уговорами своих дам долго спорить не стали. На том и разошлись. Дэмир сидел на том же месте, уже давно не занимаясь никакими делами, но все еще подкидывая огоньки. Скучающе переведя взгляд в мою сторону, он затушил пламя в ладони и, поднимаясь, спросил: –Хорошо провёл время? –Да, – ответил я, остановившись. – Прости, ты, наверное, уже совсем заждался. Тебе все же следовало присоединиться или... Остаться дома. Наверное, было скучновато... Почему мне всегда так неловко с ним беседовать? –Все нормально. Пойдём. Мы неспешно брели вдоль побережья. Раньше дорога сюда не казалась такой долгой, но обратный путь будто растянулся в вечность. К сознанию подкатила усталость, веки чуть слипались. Удержаться от сладостного пленения сна было трудно, как и прекратить невольно зевать. Потому, пытаясь отвлечься, я вдруг заметил, что Дэмир часто устремляет взор к небесам. Что-то увидел? Я последовал его примеру и поднял глаза. Звёзды?  Вероятно, да. В Тимерии их не увидишь за завесой густых чёрных туч. А тут целая кладесь из миллиардов. Не слишком увлекаясь происходящим вокруг, я принял решение смотреть под ноги. Ведь последнее, чего мне сейчас хотелось бы, — это споткнуться. Но, как водится, по всем законам подлости именно это и произошло. Я почти рухнул, словно за что-то уцепившись. В тот же миг Дэмир, проявив ловкость, подхватил меня, помогая вновь обрести равновесие. – Осторожно, – произносит он, внимательно исследуя, в чём причина. Но ничего. Только песок да ракушки. Как странно. Я ведь отчётливо что-то почувствовал. Или... Так, стоп. Что-то не так. – Эллиот, все нормально? – уточнил принц. – Не понимаю, – ответил я, приложив руку к животу. Внутри неприятно кольнуло, и эхо этой боли коснулось сердца, медленно переходя к голове. Не то, чтобы та была невыносимой. Скорее просто немного неприятной.  Но... Такой знакомой? Меня что... тошнит? Тошнота будто накатывала волнами, как бурное море в шторм. Начиналась где-то глубоко в животе, расточая чувство тревоги и беспокойства по всему телу. Казалось, что весь мир сужался до одной-единственной точки  этой невыносимой тяжести в желудке. Головокружение окутывало сознание, сделав его мутным и рассеянным, и каждый новый вздох казался бесконечно трудным, как будто воздух стал густым и вязким.  Дэмир, охваченный волнением, дрожащими руками крепко обхватывает мое предплечье. Его слова тонут в моем сознании, поглощенном бесконечной тьмой боли. Горечь взвилась удушающим комом в горле, вызвав отчаянный кашель. Я вцепился в собственное горло, бессильный изгнать этот зловещий сгусток. Демир, словно почувствовав, что я на краю удушья, внезапно приложил ладонь к моему телу. Сильным нажимом он заставил организм исторгнуть мучившее меня прямо ему в свободную руку. Пока я пытался восстановить дыхание, он, не проявляя ни малейшей капли отвращения, тщательно изучил все это. Затем обратил на меня взгляд, полный серьезности и крайнего недовольства. Его глаза, будто пробные прожекторы, скользили по мне. Они сверлили душу, заставляя чувствовать себя неуютно, как школьник, застигнутый за дурным делом.  Однако понять  в чем причина такого поведения, я смог не сразу. – Не нужно есть цветы, если голоден. В чём проблема? Я же тебе готовлю. Если недоедаешь, просто скажи. Буду делать порции побольше. –Что? – я с возмущением поднял взгляд, исказив лицо. – Что за глупости?  Я не ем цветы! – А это тогда что? – в руке, покрытый слюнями, лежал цветок в золотисто-сиреневых оттенках. – Понятия не имею! Но я не настолько безумен, чтобы это съесть! – Ты только что чуть не отправился на тот свет, – он с ещё большим негодованием протянул мне "доказательства" моей "вины".  – Да не ем я их! – крикнул я, стараясь удержать равновесие между праведным гневом и абсолютной растерянностью. – Хорошо, – он вздохнул, пытаясь обуздать раздражение, – но как тогда объяснишься? Он буквально вышел из тебя. – Я не знаю! – уже воскликнул в отчаянии, стараясь вспомнить хотя бы какой-то момент, когда  мог нечаянно проглотить или хотя бы дотронуться до этого странного цветка. Мыслей не было. В голове хаос. А между тем его взгляды, полные неловкого ожидания, отягчали ситуацию. И в тот же миг в голову пришло осознание... – Погоди, – я чуть прищурился, снова глядя на это "нечто" – Это..? Аконит? – О, так значит, ты знаешь, откуда он? – Дэмир, кажется, еще больше завелся. – Повторяю: я не ем цветы! Просто в комнате на тумбочке у меня лежит точно такой же. Вот и… Подумал, что может случайно… В общем, не знаю!  Забудь.