Козёл или котик?

— Какой же кайф… Лен самодовольно хмыкнул, поправляя тканевую маску на лице. Он и Тёме предложил, но тот отказался, предпочёл остановиться на ароматной расслабляющей ванне. Шок, но у Лена был, пусть маленький, но отдельный холодильник для всяких косметических штук, прямо здесь, на тумбе у умывальника и большого круглого зеркала с подсветкой. Тёма нежился в тёпой воде, потягивал вино и закусывал сыром, орехами и мёдом. Ужина и трубочек с заварным кремом им обоим показалось недостаточно. Лен снял маску с лица и уселся на бортик ванной, закинув ногу на ногу. Подцепил пальцем оливку с подставки, стратегически прикрывающей область Тёминого паха, и отправил её в рот. — Да, херово вышло, — серебристый струящийся шёлк скользнул в сторону, оголяя обнаженную кожу гладких стройных ног, — сочувствую. — Мда… и трусы не забрал. Они насмешливо переглянулись. — Могу свои одолжить. — Не-не-не, спасибо, — Тёма понадеялся, что покрасневшие щёки и лукавый блеск в глазах Лен спишет на вино и горячую ванну. — Завтра раздобуду деньги и найду адвоката. А Миха уже выслал документы на квартиру экспресс-почтой. — Значит, всё не так плохо, — Лен задумчиво отвернулся, сделал глоток вина, — и мы официально станем соседями. — Ага. Тёму этот факт чрезвычайно радовал. Потому что просто находиться рядом с Леном было приятно. Он как батарейка, заряжал спокойствием и внутренним комфортом. Его мягкий голос и взгляд в самую душу наполняли уверенностью в собственных силах и напоминали, что в мире есть ещё много чего хорошего. Не осталось и капли желания броситься в пропасть отчаяния. Что бы ни случилось потом, где-то рядом всегда будет Лен, его неисчерпаемая тяга к красивому и непоколебимая решимость оставаться таким, какой он есть. В этот раз Тёме постелили на полу. Сложенное вдвое одеяло в качестве матраца было далеко не то, что кровать, но Артём не жаловался. Матильда, перебирая лапками на его груди, видимо устраивалась спать именно здесь. — Как тебе новая лежанка, малышка? — потрепал её порванное ухо Лен, свесившись с кровати. Кошка довольно проурчала, тыкаясь мордочкой в ладонь хозяина. — Мне тоже нравится. Тёма посмотрел вверх, поймав лукавый, чуточку насмешливый взгляд Лена. Без макияжа он был совсем другой. Не такой стервозный, черты были мягче и нежнее, а ресницы совсем светлые, но пушистые и длинные. — Расскажи что-нибудь о себе, — попросил Тёма. — Что ты хочешь знать? — укладывая голову на согнутую в локте руку, спросил Лен. — Ну, например, кем ты работаешь? — Я повар-кондитер. И четыре раза в неделю тренер по танцам. А ещё… скажем так, модель в жанре «ню». — О. Так, ну это объясняет как минимум ахренительно вкусную готовку и наличие целой горы блестящих трусиков. Тёма растерянно отвёл взгляд, не зная, что спросить дальше. Но в итоге спросил то, что беспардонно вырвалось первым: — Эмм… в жанре «ню», это, типа, онлифанс? Лен растянул губы в самодовольной ухмылке. — Типа, онлифанс. Только я не раздеваюсь полностью и не ебусь на камеру. Между порно и эротикой разница огромная. — Звучит… интересно. Следующим на очереди вопросом был «Фотки покажешь?», но Тёма вовремя прикусил язык. Вместо этого он спросил про работу поваром. И Лен поведал, что обычно делает заготовки для выпечки, саму выпечку, и, изредка, берёт заказы на сложные торты для свадеб и юбилеев. — Когда-нибудь, у меня будет своя студия-кондитерская, — мечтательно протянул Лен, — рядом с домом, или ближе к центру. Там будет так красиво… А на торты будет очередь на месяцы вперёд. — Обязательно, — с улыбкой поддержал Тёма, — твоя мечта обязательно сбудется. — Это не мечта, котик, это цель. Мне совсем немного подкопить осталось, — Владлен зевнул и устроился на подушке, теперь его лица не было видно. — А про танцы почему не спрашиваешь? — Вот, спрашиваю. Это может, чтобы подкопить? Или для души? — Нет. Для души — это торты. Танцы — для тела. А фотки… фотки для денег. — Разве тебе не нравится этим заниматься? Лен снова перекатился набок и теперь снова было видно его саркастичную полу-ухмылку. — Мне нравится наряжаться. И деньги. А когда у меня будет своё дело, то времени на это не останется. Спи, завтра рано встаём. Он выключил оранжевую прикроватную лампу, а через минуту уже крепко спал. День прошёл суматошно и быстро, но плодотворно. Тёме удалось вернуть билеты за наличку, а вот с кольцом не вышло, нужно было принести физический чек, оставшийся на старой съёмке, куда Тёма возвращаться желанием не горел. Зато он нашёл хорошего адвоката. Мужчина с седыми висками, умными цепкими глазами и деловитым подходом к работе производил именно такое впечатление. Тёма не знал, что подкупило больше — отзывы благодарных клиентов или то, что адвоката звали Авраам Иосифович Бернштейн. А может и то, и другое. Адвокат заверил, что доказательств непричастности Тёмы к чужому преступлению больше, чем достаточно, но рассчитывать на скорое завершение всех проблем пока не стоит. Однако решить вопрос с бывшим работодателем тоже помог и, на удивление, быстро. Одним звонком бывшему начальнику и тонким, но очень красноречивым намёком на те хлопоты, что могут свалиться на фирму в случае, если положенные при увольнении сотрудника выплаты не будут тому компенсированы. Уже через час Тёма был в бывшем офисе и запихивал в сумку наличные. По сравнению с потерянным — это, конечно, капля в море. Но теперь, ему хватит на вполне себе комфортное и сытое существование. Да, он такие ужины сам себе не приготовит, но зато сможет заплатить за коммуналку в тёткиной квартире и даже новую дверь поставить, не то что замок заменить. А ещё, наконец-то, можно купить боксеры, треники, футболки… В приподнятом настроении и с увесистой сумкой на плече Тёма подходил к студии, где Лен проводил тренировку по танцам. Набрав ему в холле, он подождал, пока тот спустится с ключами. — Как дела? — Лен хитро улыбался, раскачивая на пальце брелок-капибару и не спеша вручать её Тёме. — Всё получилось? — Д-да, — Тёма сглотнул и отвёл взгляд от его обнаженного, плоского и рельефного живота. — Всё супер. Даже в собственном доме Лен был одет больше, чем сейчас. Короткий серый свитшот едва прикрывал соски, короткие джинсовые шорты болтались на тазовых косточках, вот-вот не удержатся и свалятся к щиколоткам, очертив стройные гладкие ноги. Мимо прошли две девушки-тренерши в пёстрых облегающих комбинезонах. Одна из них, с розовыми колосками по всей голове, задержала на Тёме сощуренный любопытный взгляд, но тот даже не заметил. Лен, утирающий влажный лоб напульсником, приковал всё внимание к своему точеному прессу и капельке пота, стёкшей в ямку пупка. — Может подождёшь меня здесь, вместе пойдём? Тут есть тренажерка. Звучало заманчиво. Тёма уже пару недель не занимался, а раньше регулярно и стабильно давал мышцам нагрузку. Плюс — сытные Леновы ужины и вино грозили вылезти жирком на боках и пузе. И к тому же, Тёма только что купил новые кроссовки и одежду, подходящую не только для хождения по квартире, но и для зала. — Ладно. — Мне нужно ещё пару часиков буквально… — Отлично. — Ну, встретимся в раздевалке тогда, — Лен подмигнул ему, развернулся и виляющей походкой дивы ушёл. Двумя часами позже изрядно пропотевший Тёма, как раз вынимал из ушей наушники и наполнял стаканчик водой из кулера, когда к нему подскочил изрядно пропотевший Лен, вырвал воду из рук и жадно выглушил до дна. — Фух, спасибо, котик. В душ идёшь? — Собираюсь, — снова наполняя стаканчик, кивнул Тёма. — Иди к самой крайней кабинке слева. В остальных горячая вода с приколом. — Окей, учту. А у вас тут ничего и людей немного. — Спальный район, — пожал плечами Лен, — и больше упор на танцы, чем на фитнес. Идёшь? Он на ходу стянул с себя свитшот и взъерошил влажные волосы. Тёма в очередной раз поразился кошачьей грациозности и лёгкости его движений. Наверняка дело в половине жизни, посвященной танцам, но фигура у Лена была на зависть не только парням, но и девчонкам. Ладный, подтянутый, весь такой упругий, худосочный. Местами сочный без худо. Тёма отвернулся. Неприлично пялиться на мужиков в душевой. Даже если задница у них круче, чем у молодой Джей Ло. Даже если они не скрывают свою ориентацию. Есть определённые границы, которые Тёма не может переходить. Человек его в такой пиздец выручил, кормит его, поит, спать укладывает. Артём не имеет никакого морального права даже задумываться о том, каково было бы сжать в ладонях эти упругие булки, раздвинуть, сплюнуть между ними, растереть пальцами, приставить головку… — Блять, — зло выругался под нос Тёма и сделал напор воды совсем ледяным.