Родная кровь

      Нарцисса ни в коей мере не была спокойна. Стоило ее сыновьям покинуть родительский дом, как ее сердце тут же стало обливаться кровью. Сколько бы она себя не успокаивала, думая, что в моменты походов в Хогсмид сможет их видеть, это не срабатывало. Слишком уж редки они были. Она продолжала беспокоиться, терзать себя плохими мыслями и предположениями, доводя себя до нервного истощения. И Люциус это видел.       Как эти мужчины могли быть настолько спокойными? Что Люциус, отец ее мальчиков и ее дорогой муж, что Северус, дражайший друг семьи, что Темный Лорд, крестный отец старшего сына, — все крайне медленно работали, будто не было никакой опасности. А ведь те, кто украл ее мальчика, все еще были на свободе. Они все еще жили, дышали воздухом и ни о чем не беспокоились. Это было неправильно.       В этот момент Нарцисса понимала все то безумие, которое приключилось с ее дорогой сестренкой, Беллатрисой. Теперь ей тоже хотелось проникнуться знаменитым Блэковским безумием и вцепиться в глотку всех тех, кто подвергал и мог подвергнуть ее мальчиков опасности. Но для этого сначала надо найти этих самоубийц, которых еле-еле искали ее мужчины. — Мы не можем позволить им узнать о нашей слежке и расследовании, иначе они сбегут.       Так отговаривался Люциус, невольно раздражая свою жену. В такие моменты ведьма была готова вцепиться в собственного мужа, лишь бы он поскорее нашел угрозу и устранил ее ради их семьи. Но этот болван не ускорялся. Он просто не понимал, зачем это им надо, если необходимо сделать все максимально аккуратно. И от этого Нарцисса еще больше гневалась. Угрозу ее детям необходимо устранить немедленно. Она, конечно, понимала, что похитители и вправду могли удрать. Но они могли это сделать и четырнадцать лет назад, после того, что сотворили с ее сыном. Они могли это сделать, когда пошли новости, что Гарольд Малфой вернулся в семью. Они могли это сделать, когда Гарри пошел в школу. Им ничего не мешало это сделать, так почему они должны сбегать сейчас?       Визиты к леди Гойл позволили навестить пленницу, ранее допрашиваемую Лордом и остальными его соратниками, в числе которых был и Люциус. Стоило ли говорить, что ведьмой из рода Блэк хозяйка дома осталась крайне впечатленной? Возможно, именно из-за фирменного безумия Блэков Нарциссе и не говорили «нет» таким визитам и некоторым своеволиям. И, соответственно, никто не рассказывал ничего ее мужу.       Именно из-за таких визитов леди Малфой не могла понять, почему же милорд и Люциус так медлят с этими самоубийцами, которые до сих пор желают покуситься на ее сыновей. Возможно, да, имеющаяся у них на руках информация не раскрывал всех замыслов, лиц, способностей врага. Но это не значило, что следовало сидеть сложа лапки.       Как же Нарцисса была зла на Люциуса. Она его любила, хоть и изначально их брак был чистым расчетом, постепенно они напитались искренней любовью друг к другу. И это не мешало ей питать ненависть к этому лощеному павлину, который посмел усыпить ее во время ужина. Мало того, что ее руки тряслись от волнения, голова раскалывалась от нервов, а магия бушевала от блэковского темперамента, так ей не дают действовать. Они сами сидят на жопах ровно, а стоило ей начать предпринимать хоть что-то, как ее тут же усыпили и уложили на кровать, как спящую красавицу!       Магия бушевала вокруг ведьмы, разнося вокруг нее все хрупкие вещи в щепки. Нарцисса знала, что Люциус не посмеет оставаться рядом, пока она в таком состоянии, иначе ему самому достанется. Но пока ей не удавалось перебороть сон. Она спала, но сознанием все понимала. Все слышала. Все ощущала. Просто не видела. И от этого ярость нарастала еще больше. Но она не могла ни успокоиться, ни проснуться, ни взять магию по контроль. Хотя хотелось. — Извини меня, Нарси, но это ради твоего же блага… — послышался тихий голос ее мужа, заставивший очередной поток магии разъяренно удариться о деревянную поверхность шкафа. Удивительно, как он набрался смелости явиться к ней. — Тш… Я не хочу подвергать тебя опасности. Скоро все кончится, я сделаю для этого все, ты же знаешь. Главное, постарайся взять себя под контроль. Нам сейчас не нужно буйство Блэков… Ради наших мальчиков…       Ох… Как же ей хотелось этим самым безумием разворотить глотку собственного мужа, чтобы спасти своих детей. Но Люциус уже начал рассказывать о Гарри и Драко то, что выяснил у Северуса, тем самым успокаивая бушующую мать и ее инстинкты.       Нарцисса помнила каждое письмо своих детей, в особенности Гарри. Ее сердце радовалось, каждый раз, когда получала любые известия о своих сыновьях. И если почерк и манеру написания Драко она давно успела изучить, то с Гарольдом пока такого не было. Каждое волнение в его слегка небрежном почерке трогало ее душу. Все его неуверенно написанные слова заставляли улыбаться, а где-то и качать головой. Словно он хотел все рассказать, но сдерживался. И все равно материнское сердце возмущалось наполнению писем. Что-то ребята явно не договаривали. И на некоторые вопросы Люциус успел ответить… — … Северус сильно беспокоится за ребят, — послышался горестный вздох. В голове женщины появилась картинка, где Люциус удрученно зачесывает своими пальцами волосы и резко поправляет их. — И беда ведь даже не в самом ритуале, который мог бы окончиться трагедией. Нет… Думаю, ты и сама осознаешь, что анимагия меняет мага, как это было с Сириусом, когда кто-то специально этому не обучается так, как надо. Мальчики могут навредить сами себе… И я не знаю как им помочь.       Душа матери разрывалась от беспокойства за ее детей. А Люциус все равно продолжал держать ее в состояния сна, в котором она не могла навредить ни себе, ни кому-либо еще. Но когда это останавливало представительницу рода Блэк?       Ей надо спасти своих детей. Защитить их, обезопасить от всего, что движется, но… Она понимала, что не может вечно о них беспокоиться. Не может запереть их подобно принцессам в башне, но это не могло ей помешать собственноручно избавиться от той заразы, которая протянула ручки к ее сыновьям.       Темный Лорд со своими приспешниками готовился пробраться в одно из убежищ, которое использовали темные маги, посмевшие подменить ребенка Поттеров ее сыном. Нарцисса всем сердцем желала самой убедиться в деятельности Волдеморта и его людей, что те предотвратят все, что могло случиться. Ведьма просто переставала доверять им. Ей казалось, что их медлительность могла аукнуться не самым хорошим образом.       Нрав Блэков в купе с их безумной магией позволило побороть сонное зелье ближе к вечеру. К тому самому времени, когда пожиратели со своим лордом готовились отбыть к месту сбора. Самое интересное, что ее муженек также решил принять участие в данном променаде. От этого Нарцисса ощущала себя несколько брошенной и еще более разъяренной.       Блэки не просто так считались одной из самых темных семей. Пусть у них не было огромных денежных богатств, зато коллекция артефактов, и не только их, могла заставить многих подавиться слюной и умереть от зависти. А может, не только от зависти…       Возможно, их мантия-невидимка не настолько хороша как та, которую получил от Поттеров Гарри, все же из нее чары быстрее выветриваются, но это не значит, что у Нарциссы нет способа ее пополнения. Все же денег у Малфоев не мало. Они могли хоть сто, хоть тысячу таких мантий зарядить. И все равно они уступали бы по своим свойствам мантии Гарри… И пусть. Хорошо, что у ее сына была такая вещь.       Сама Нарцисса могла компенсировать недостатки своей мантии-невидимки другими средствами: чарами и артефактами. В конце концов, чего только она на себя не надела, лишь бы ничего ее не выдавало перед Пожирателями. Только благодаря амулету с заглушающими чарами не было слышно звона при ходьбе от других артефактов. А их действительно пришлось взять много. И чтобы запаха нельзя было ощутить, и чтобы следов она не оставляла, и чтобы магию ее не почувствовали. Скорее всего после этого она сляжет с магическим истощением, но если это спасет ее сыновей — она готова на это.       Для незаметного перемещения по следам Темного Лорда и его Пожирателей, Нарцисса использовала домового эльфа, магию которого многие маги сильно недооценивают. А ведь эти маленькие существа способны почти беззвучно перемещаться вслед за своими хозяевами, слышать их зов даже на другом конце страны, щелчком пальцев убирать какую-либо грязь и многое-многое другое…       Стоило прийти в себя после перемещения, как Нарцисса с удивлением заметила неподалеку Пожирателей. Они стояли и выжидали, когда как ведьма боялась шелохнуться и тем самым привлечь к себе внимание. Люциус, скрытый белой маской и мантией, казалось, что-то подозревал, но он не видел. Удивительно, как маги зачастую могут быть слепы и безрассудно самоуверенны. Особенно это видно по ее мужу.       Прошло около десяти минут, прежде чем каждый из магов наложил на себя маглоотталкивающие и дезиллюминационные чары, что не нужно было делать самой Нарциссе. С этой задачей прекрасно справлялись ее артефакты, но ведьма все равно предпочла держаться от мужчин на некотором расстоянии, чтобы никто ее не увидел и не почувствовал. Все приготовления выполнены ради того, чтобы выйти из переулка и направиться к какому-то зданию.       После допроса мисс Урхарт маги вышли на некоего Ирвина Феркла, который и в самом деле являлся потомком мага, чьи семеро сыновей родились сквибами, за что их и изгнали. Оказалось, что все эти двести-триста лет этот род не мог обрести магию, рождая только сквибов. И только относительно недавно этому Ирвину Ферклу повезло обрести магию и использовать ее. Но он уже не мог считаться чистокровных, ведь не все выходили замуж за других магов или тех же сквибов. У самого Ирвина мать оказалась сквибом, а отец магглорожденным. Похоже именно факт того, что последние столетия род Ферклов жил больше в магловском мире нежели в магическом, заставили Ирвина жить именно на стороне немагов, потому что сейчас Пожиратели со своим Лордом направлялись прямиком к заброшенной магловской больнице.       Впрочем, стоило магам пересечь определенную черту заранее взломанного охранного контура, как стало ясно — больница не совсем заброшена. Скорее скрыта от людских глаз такими же чарами, как и Святой Мунго, чтобы немаги воспринимали это место как заброшенное.       Здание четырех этажей молочного цвета, который со временем потрескался, потемнел и пожелтел, придавая стенам неприятный оттенок. Где-то виднелись трещины, где-то по стенам расползлись растения, которые никто не хочет убирать, а где-то были разбитые окна. Даже без иллюзии здание казалось заброшенным, если бы не свет в его окнах. Как же Пожиратели со своим Лордом вышли на это здание? Все просто — раньше пара поколений Ферклов работала здесь, пока пару десятилетий назад больница не была вынуждена закрыться. Но Ферклов продолжали видеть около этого зданий, как минимум, потому что их дом всегда был где-то неподалеку.       «Слишком тихо» — первое, что подумала Нарцисса, заходя вслед мужчинам в здание. Внутри оказалось достаточно чисто, при том и плитка на полу, и краска на стенах выглядели достаточно свежими. Означало ли это, что больница до сих пор была открыта? — Где Феркл? — тихо спросил Люциус ближайшего мага. — В целительском бюро. У него должны быть сейчас пациенты, — кто ему ответил, Нарцисса не знала, но тогда у нее самой возник вопрос: а кто тогда сейчас здесь? Свет окнах явно горел на третьем и четвертом этаже, хоть и не во всех комнатах. — Разделяемся. Нам нужно найти его кабинет, обыскать. Также следует найти архив, возможно, у него такой имеется. Если найдете что-то еще — связь по метке. Всем ясно? — Волдеморт слегка выглянул из-под глубокого капюшона, чтобы смерить магов своим алым взглядом. Хоть сейчас он был в человеческом облике, это нисколько не убавляло страха перед ним.       В итоге все разделились на две группы: одной руководил Темный Лорд, другой — Люциус. Нарцисса решила пойти за своим мужем, потому что с ним риск попасться был куда меньше. Да и действовать так она могла куда больше.       На первом этаже в основном были общественные места, такие как: зона ожидания, столовая, смотровые для оказания первой помощи, регистратура, но никаких кабинетов. Лишь небольшой архив около регистратуры, который оказался чист. Сами кабинеты обнаружились на втором этаже, но оказались настолько малы, что лезть в них Нарцисса не стала. Создавалось впечатление, что многие кабинеты просто не использовались по назначению.       Хоть от шагов Нарциссы не слышалось звуков, а ее самой не было видно совсем, это не отменяло факта осязаемости. Поэтому ведьма благополучно пошла на следующий этаж. Тем более, именно на нем находились комнаты с включенным светом.       Стоило подойти к первой попавшейся комнате, из-под двери которого был виден свет, как оказалось, что каждая комната находится под охранными чарами. Стоило ли ожидать, что мужчины соизволят подняться на следующие этажи, если различные кабинеты ниже? К тому же, и на третьем, и на четвертом этаже были лишь комнаты пациентов, но не все оказались заняты. На свой страх и риск Нарцисса стала распутывать сложные чары с одной из дверей, когда к ней на этаж поднялся Люциус со своей частью Пожирателей. — Нарцисса! Что ты здесь делаешь?! — увы, но некоторые чары спали, стоило Нарциссе направить свою магию на дверь палаты. — Самостоятельно разбираюсь, не видишь? И нечего меня зельем к кровати приковывать, — яркие от магии синие глаза едва не приковали мужа ведьмы к месту, но тот быстро сморгнул колдовство и подошел к Нарциссе, чтобы попытаться отвести ее от комнаты. — Это опасно! — Опасно — терпеть столько времени, когда эти маги могут напасть на наших сыновей!       На этой фразе Нарцисса почти на голой силе выброса магии вскрыла защитный контур, чтобы застыть на пороге комнаты.       В полупустой палате на койке сидел довольно тощий юноша, чьи иссиня-черные волосы запутанным гнездом спадали до плеч. Именно так бы выглядел Гарольд, если бы оставался Поттером. И если бы не занимался квиддичем. Видно, что юноша не голодал, но и явно не занимался никакой физической нагрузкой. Выходил ли он на улицу? Судя по его бледной коже — нет. Что он вообще делал в этой палате? Кроме письменного стола с парой книг, шкафом и дверью в ванную комнату здесь ничего не было. — Вы сегодня рано, — раздался сиплый голос юноши, а когда тот повернулся, то испуганно замер. Очки-велосипедки словно насмехались над Пожирателями. — Вы не целители… Кто вы? — Гарри? Гарри Поттер? — еле слышно спросила шокированная женщина, осторожно подступаясь к испуганному парню, чьи глаза, так похожие на любимые глаза ее сына, выдавали все эмоции с головой. — Гарри, — кивнул юноша, чуть хмурясь. — Поттер? Меня все зовут просто Гарри. Кто вы? — Меня зовут Нарцисса. Недавно я нашла своего сына, он оказался скрыт под твоей внешностью в нашем мире… — почему она не могла соврать этому ребенку? — Тебя же все ищут. В том числе и друзья твоих родителей… Ты ничего не знаешь, да? — Друзья родителей? — нахмурился подросток, оглядывая остальных взрослых, тем самым давая возможность единственной ведьме подойти к нему и присесть около его кровати на колени, чтобы быть на одном с ним уровне взгляда. — Доктор Хаммер говорит, что у меня никого нет из родни, но я здесь, чтобы вылечиться. Я… Я не могу отсюда уйти. — От чего вылечиться? — осторожно спросила женщина, беря руки мальчика в собственные ладони. На фоне ее теплых рук, ладони юноши казались холодными, если не ледяными. — У меня мало магии. Это плохо… Они хотят, чтобы ее у меня было больше. Чтобы я мог колдовать также, как и остальные. — Ох… Гарри, дорогой, — ведьма положила руку на впалую щеку юноши и слегка пригладила ее, поражая этим действием самого Гарри. — Был ли у них прогресс? Сила магии просто так не возрастает… — Не особо… — неуверенно ответил подросток, смущаясь и отводя взгляд. — Чтобы увеличить магию, нужны тренировки и нужная атмосфера. Просто так ты ее не сможешь заставить возрасти. Нужна медитация, нужен родовой источник, лучше именно твоего рода, нужны хорошие условия… А не больница и сомнительные эксперименты. Что они с тобой делали? И есть ли другие ребята? — Они… Подключали всякие датчики к нам, раз в неделю специальный раствор вливали через капельницу, иногда устраивали разного рода эксперименты, тренировки. Один раз меня заставили пить какие-то странные жидкости. То ли зелья, то ли просто варева какие-то, но с магическими эффектами, — незатейливая ласка расслабила мальчишку, хотя какой смысл не доверять этим людям? Они так легко к нему вошли. Не они первые, не они последние. — Я видел еще нескольких человек. Две девочки и три парня. Обычно мы трапезничаем вместе, хотя сегодня на завтраке двух парней не было… — Не хочешь попробовать вылечиться у нас в поместье? У нас достаточно сильный природный источник магии, он может питать тебя. А мы можем показать тебе как медитировать и напитываться, пользоваться магией. Это точно полезнее чем всякие непонятные жидкости, которые тебе явно не помогают.       Только Люциус хотел встрять, как Нарцисса смерила его уничтожающим блэковским взглядом, продолжая держать руки юноши в своих. Как ни странно, но Гарри согласился пойти с незнакомцами, комментируя это тем, что он давно хотел побывать где-то за пределами стен больницы, потому что в обычное время за пределы комнаты им запрещалось выходить, а так можно только ради обеденного времени или же ради процедур в определенный час или при просьбе целителя. Сами целители приходили к ребятам раз в несколько дней, но каждый день за ними присматривали какие-то медсестры, в числе которых была и та самая пленница, Энрике Урхарт. Но у них она давно перестала появляться, просто имя было знакомо.       Помимо Гарри Пожиратели нашли еще нескольких ребят в других палатах. Кто-то оказался сквибом, кто-то волшебником, но Темный Лорд приказал всех забрать с собой, никого не оставляя. Стоило ли говорить, что единственную найденную медсестру также уволокли Пожиратели? Просто не так аккуратно, как подростков. При этом Волдеморт явно сдерживался, чтобы не наказать жену Люциуса за своеволие. С другой стороны, эта ведьма все провернула так, что никто ничего не заметил. Ни ее присутствия, ни ее магии, ни звука. Это заставляло Тома искренне восхищаться ей.       Сама Нарцисса никак не могла перестать сравнивать этого Гарри с ее Гарольдом. Да, найденный Поттер оказался более хрупким без объемных мышц, а оттого и сильно костлявым, но… Его изумрудные оленьи глаза, полный надежды взгляд, неуверенные движения — все заставляло материнский инстинкт кипеть внутри.       Если поставить рядом два образа Гарри Поттера: которого она сейчас видит перед глазами и которым был ее сыном, то сложится впечатление, словно близнецы просто оказались разлучены в детстве, а их образы и качество жизни по-разному на них повлиял. Но они все равно оставались похожими.       И все же, этот юноша не был тем самым Гарри Поттером, которого привыкли все видеть благодаря Гарольду. У него не было шрама на лбу, не было основных магических знаний, не было целей… Казалось, мальчишка был оболочкой, которую для чего-то взращивали. Он повиновался всему и почти не имел собственного мнения, как и остальные ребята. Их всех доставили в поместье Малфоев, чтобы целители их осмотрели.       Ни к одному из спасенных ребят Нарцисса так не привязалась, как к Гарри Поттеру. Но в той же мере она переживала, как на это отреагируют ее сыновья, у которых и без того проблем много. Конечно, Малфои не стали противоречить ранее сказанным словам. Они научили подростков медитировать, стали обучать истории магического мира и объяснять его структуру. Лорд уже дал приказ распределить ребят по чистокровным семьям и смотреть, что же именно с ними такое. Малфои всех не могут принять. И дело не в деньгах, а во времени, которое они могут выделить ребенку. — Как думаешь, Гарри и Драко не будут против дополнению? — тихо спросила Нарцисса, приглядывая с веранды дома за Гарри Поттером, что расположился в тени золотистого дерева. А ведь уже было прохладно. — Гарольд вряд ли. Скорее сам возьмет его под свою опеку. А вот Драко… Скорее всего он не захочет разочаровать брата. Думаешь его усыновить? Нарси… Он Поттер… Еще есть Блэк и Люпин, которые больше знают о делах Поттеров. — Сбежавший заключенный и болезненный оборотень? Я люблю кузена, но… Как ему можно доверить ребенка? Гарри как… Новорожденный. Ему надо многому научиться. Он был вдали от социализации, от магии, от всего. Люпин хороший учитель, этого не отнять, но он не сможет дать ребенку того, что могут дать родители и близкие родственники. А я ведь через Блэков тоже родня ему.       Люциус подавил слова о том, что раньше Нарцисса старалась не поднимать тему родства через род Блэков. Похоже этот ребенок и вправду сильно напомнил ей их Гарольда. Того Гарольда, под личиной которого, они не могли долгое время заметить родного сына. — Надеюсь, мы об этом не пожалеем, — почти неслышимо пробубнил аристократ, наблюдая, как жена начала очередной урок новому жильцу их дома.       Сама Нарцисса металась в своих мыслях. Они не могли вечно держать найденных подростков в своих домах. Как минимум им нужно социализироваться, потому что жизнь в четырех белых стенах многого им не дала, хоть «целители» и пытались чему-то их научить. Складывалось ощущение, что эти люди преподавали ребятам что-то из маггловских наук, что-то из магических, но несколько дозированно, что в общей массе многие знания просто терялись. Для жизни среди магглов этих знаний катастрофически мало. Для жизни среди волшебников тем более. И дело не в магических способностях, а в том, что по незнанию использование любого зелья, чар, артефактов и тому подобного может обернуться не самыми радужными последствиями. Именно поэтому Нарцисса не хотела полностью отдавать этого Гарри Сириусу.       Ее кузен редко оказывался полностью серьезен. Зачастую он вспыльчив, эмоционально нестабилен, неусидчив, особенно, эти качества усилились после Азкабана. Еще и добавьте к этому алкоголизм из-за страдания по крестнику. Пусть тот и нашелся в лице Гарольда, и Сириус встретился с ним, это не отнимало огромное волнение за его жизнь, к которому еще прибавилось беспокойство за реального сына Джеймса и Лили Поттер.       Мальчику, который вырос в неизвестной среде вдали от близких, где о нем даже не заботились как о нормальном ребенке, необходимы были особые условия. И дом на Гриммо, кишащий членами Ордена также не мог этому посодействовать. Гарри Поттеру не нужен был стресс, не нужны толпы народа, не нужен дом, полный проклятых вещей. Нарцисса могла согласиться с тем, что Молли Уизли, вырастившая семерых детей, могла помочь мальчику освоиться, познать материнскую заботу, но она не могла бы дать нужных знаний о мире. И не могла бы помочь развить его магическое ядро, проблемы с которым у Гарри явно наблюдались.       В теории, как ни странно, Ремус Люпин мог помочь мальчику. Будучи оборотнем, который старался контролировать свою пушистую ипостась, он был знаком с различными медитациями, но другое дело — магического источника поблизости не было. А Блэковский, который питает дом, тут не поможет. Слишком уж долго Блэки его не питали в ответ, да и самих представителей этой семьи почти не осталось. — Я все равно не могу представить, что Сириус заберет его. Он просто не сможет позаботиться о нем. Ему самому нужна реабилитация после Азкабана, пусть его и оправдали. Я бы… Подумала, если бы у него была девушка, которая и вправду желала бы разделить с ним все. Но он до сих пор предпочитает быть в одиночестве. Мы даже не уверены: бесплоден ли он? Может, ему и все равно на продолжение рода Блэк, но мне нет. В теории Гарри может стать его наследником, как и наши сыновья, но для этого надо многому научиться. И даже если сам Гарри не захочет быть наследником, ему нужны знания и навыки в этом мире. — И что ты предлагаешь? Мы не сможем скрывать его от Блэка. — Я не хочу его скрывать. Сириус узнает о нем, но он останется здесь. Если Сири захочет, то навестит его, но Гарри здесь будет куда лучше. А потом, когда приедут Драко и Гарольд, у них будет компания. Другое дело — Дамблдор. Я все еще не уверена, что он должен знать… К тому же… Как рассказать все Северусу?       Снейп оказался в шоке. Он пришел к друзьям на следующий день, чтобы понять причину паники Люциуса. Ожидал ли он увидеть в гостиной мирно сидящего Поттера? Нет. Определенно нет.       Мальчишка, сидящий в кресле с книгой в руках, был довольно похож на Гарри Поттера, которого он знал. Разве что визуально казался поменьше, но те же очки, те же изумрудные глаза, те же черные волосы делали из него почти точную копию. Исключением являлись шрамы. Ни шрама на лбу, ни шрамов на руках, которые были бы заметны из-за рубашки с короткими рукавами. Похоже, то заклинание сокрытия и вправду копировало внешность Поттера, но подстраивалось под его образ жизни и раны. — Думаю, талант ваших сыновей влипать в неприятности достался именно от вас, — почти невозмутимо ответил зельевар, подходя к подростку, который все же заметил гостя. Что удивительно для Северуса, Поттер не сказал ни слова, только сверкал своими оленьими глазами. — Мистер Поттер, позволите заглянуть в ваш разум? — Мой… Разум? — зеленые глаза расширились, и их хозяин удивленно посмотрел на Нарциссу, словно спрашивая: а так и вправду можно? — Хорошо, заглядывайте.       У Снейпа сложилось впечатление, что до определенного возраста, где-то десяти-двенадцати лет Гарри и другие дети росли в месте, похожим на детский дом. Просто с небольшим количеством детей и с различными медицинскими штуками, большинство из которых были магловскими. После этого их перевели в ту самую больницу, где они оказались до того момента, когда их забрали. Сначала Темный Лорд сам хотел прошерстить их память, но для большинства существ его легилименция была болезненной, даже если он не желал этого. Поэтому Северус оказался рад, что данная роль была отведена ему. С другой стороны, теперь ему предстояло посетить и других детей, которых расселили по разным чистокровным семьям. — Ни единого намека на то, что ему рассказывали про пророчество и ему подобное, — отчитался Снейп, оглядываясь на своего Лорда, который стоял у окна в человеческой личине. — Он также не представляет угрозы вам, милорд. У него нет ни знаний о магии, ни каких-либо способностей. Разве что… Убьет вас рассказами? — Эй! — щеки подростка тут же покраснели, но под взором черных глаз Гарри опустил голову. А что ему еще оставалось делать в четырех стенах палаты? Когда книги кончались, ему действительно было скучно. Поэтому он выливал все свои мысли и фантазию на бумагу, создавая различные рассказы, большинство из которых являлись вариантами развития его жизни, если бы что-то изменилось. — Я и не планировал считать его врагом, — поморщился Темный Лорд, который раз окидывая алым взглядом щуплого мальчишку. — Пророчество давно уже недействительно. И ты это знаешь. Другое дело — что делать с ним? Он вряд ли может вечно находиться на попечении Малфоев. Ему также надо закончить обучение в Хогвартсе, даже если его знания на данный момент уступают многим… Как думаете, до зимних праздников есть шанс нагнать курс Поттера? — А как же Дамблдор? — тут же встрепенулась Нарцисса, замирая перед кровавыми глазами подобно кролику. — Не думаю, что он на самом деле причастен ко всем этим кражам и экспериментам. Здесь что-то другое. Что-то, что нам нужно разгадать по тем записям, которые мы нашли у тех магов. Заодно следует допросить ту девушку… Нарцисса, будь добра заняться обучением Поттера. Если другие леди придут тебе на помощь — будет хорошо. Можете разделить обязанности, если вам будет так легче. — Но!.. — Нет. Твои навыки маскировки привели меня в восторг, но взгляни на себя. Нарцисса, ты едва на ногах держишься. Сейчас тебя поддерживает только родовая магия Малфоев. Ты продолжаешь беспокоиться за сыновей, но направь свое волнение на этого мальчишку Поттера. Я не хочу, чтобы Люциус потерял свою жену, а его дети потеряли мать. Я ценю тебя как ведьму. Ты сильна, безусловно, но сейчас тебе важно восстановиться. Ясно? — Как скажете, милорд… — хоть Нарцисса оказалась крайне расстроенной решением Темного Лорда, Люциус был безумно благодарен ему.

***

      Гарольд с некоторым удивлением наблюдал за братом, который после обеда подозрительно начал принюхиваться к своей одежде. А ведь их выпустили только утром, и уже появились какие-то странности. Стоило оглянуться на соратников Драко, как Гарри наткнулся на меланхоличный взгляд Нотта и полный возбуждения взгляд Забини. Что с ними? — Я, конечно, знал, что наши анимагические формы повлияют на наши… Инстинкты, но не думал, что в такой мере, — тихо пробурчал когтевранец, чтобы только анимаги его услышали. Впрочем, после обращения у них усилился слух, как и нюх, и другие чувства. — Что ты этим хочешь сказать? — тут же встрепенулся Драко, поправляя собственную одежду, которая и так была максимально опрятной. — Драко… Ты принюхиваешься к своей одежде уже в который раз. А эти два придурка наблюдают за всеми. И если Тео просто пытается определить угрозу и добычу, но я уже в который раз останавливаю Блейза от накидывания на кого-либо. Серьезно, ребята, вам надо держать себя в руках! — А ты почему тогда не борешься с инстинктами? — тут же надулся младший Малфой, пристально смотря на брата. — В том-то и дело. Я их контролирую, хоть и не могу полностью совладать. Так что берите себя в руки, пока преподаватели ничего не заподозрили.       На самом деле новообретенные животные инстинкты могли стать как положительными аспектами их жизней, так и отрицательными. Нюх, острота зрения, так называемое «шестое чувство» могли помочь в обыденной жизни, но… Желание вцепиться клыками в сырое мясо? Поиграться с добычей-учениками? Всунуть свой любопытный нос в любую неизвестную вещь? Гарри знал, что лисы — существа любопытные, но порой их любопытство затмевало инстинкт самосохранения. А стоило ли вспоминать, что ласки — опасные, хоть и маленькие, хищники? Уже за один день Гарольд увидел, как Драко пронырливо пролезает сквозь толпу, и никто не может его остановить. Потом еще и удивляется, что друзья отстали от него. Впрочем, все четверо ведь стали хищниками. Просто не у всех инстинкт убийцы просыпается в полной мере. Пока только Драко и Блейз подавали признаки того, что готовы кинуться на кого-нибудь. Благо Гарри и Тео не позволяли этого.       «Зачем я согласился на это?» — все еще сомневался Гарольд, наблюдая за подозрительными взглядами брата в сторону каких-то учеников. Впрочем, в той стороне скрывались ребята, за которыми несколько недель назад следил сам Гарри. Неужели что-то задумали? — Драко… — осторожно позвал брата когтевранец, вырывая того из раздумий. — Что случилось? — Не нравятся они мне. Слишком уж много внимания к тебе… И ко мне. — Они ведь просто ученики. Думаешь, они что-то задумали? Или ты что-то заметил? — Нет, просто они часто на нас поглядывают и подозрительно перешептываются. Но нас они вряд ли достанут. По крайней мере в Хогвартсе… Хотя с когтевранцем тебе следует быть поаккуратнее… У вас же не защищены комнаты? — Сами комнаты нет, но свою кровать я всегда обвожу защитным контуром, как учил крестный, — на последнем слове Гарри поморщился. Все же ему не нравилось называть Тома Реддла крестным, но, он не мог не отметить, то мужчина знал много. Очень много. И это много он хотел передать своему крестнику. — Меня пугает, что мы сегодня не получили писем от родителей, хотя вроде должны. Мы ведь хотели согласовать встречу в Хогсмиде… Снейп ничего не говорил про это? — Нет, в последние дни мы его почти не видим. Он перестал заглядывать к нам в гостиную, зачастую сразу уходит после уроков, да и сам наверняка заметил, что он на обедах и ужинах почти не появляется. И это с тех пор, как мы загремели в Больничное крыло… Думаешь, мы не сможем поговорить с родителями? — Нам надо. Хотя… Не удивлюсь, если Снейп рассказал все родителям, а Люциус нас накажет за совершенное… — Отец, — тихонько поправил брата Драко с тяжелым вздохом, а потом вновь перевел взгляд на других учеников, которых уже не было в поле видимости. — До прогулки в Хогсмид еще пара дней. Может, что-то случилось и они позже отправили сову. В любом случае, мы либо обратимся к Северусу, либо просто проведем время с друзьями, если никто ничего не испортит. Или ты собираешься поискать приключения на свою пятую точку? — Не собираюсь, но создается ощущение, что мы их найдем. Мне все еще не нравится это затишье. И, как ты знаешь, напряжение также никуда не ушло. Честно, я бы через камин Хогсмида хотел бы переместиться домой, но вряд ли получится. — Безопаснее это сделать через камин Северуса в его кабинете. Через камин Трех Метел придется переместиться сначала в Лондон, потом уже с помощью пароля в поместье. Это и не безопасно, и рискованно. Хотя я бы тоже хотел узнать, что с ними твориться… — Может, побудем гриффиндорцами и совершим безрассудную вещь? — Гарри, нет. Мы не будем пробираться в кабинет Снейпа…