Просто смотри

— Ну? — сурово каркнул Грюм. — Скажи хоть, что у тебя получилось. Все взгляды устремились на Фейт. На Гриммо кроме Грозного Глаза прибыли Римус и измотанная битвами Тонкс, а также Кингсли Бруствер, который передал Ордену сообщение по просьбе Артура, что все слегка пошло не по плану. Фейт сидела за столом с полотенцем у виска, пока все ждали Молли — в ее арсенале должно было быть какое-нибудь исцеляющее заклинание, раз уж у нее было семеро детей. — Получилось. — Точнее скажет Снейп, когда объявится, — напомнил Римус. — Ты молодец, Фейт. — Должен признать, что да, — уже спокойнее произнес Грюм, опершись на свой посох. — Ты неплохо сражалась, — он крякнул от смеха, — для второгодки. Все улыбнулись. Не улыбался только Сириус: он буравил взглядом Фейт и очнулся, только когда вошли Молли и Гарри. — Не смогла заставить его лечь спать, — всплеснула руками миссис Уизли. Она подошла к Фейт, убрала из ее рук полотенце, пропитавшееся кровью, и взглянула на рану. — Ох, милочка, хорошо, что тебя только коснулись. Гарри тоже уставился на Фейт. Он бодрствовал, похоже, на силе возбужденного любопытства. — Что произошло? Почему ты ушла? Кто на тебя напал? Та прикрыла глаза. Громкий голос Гарри причинял ей почти физическую боль. К тому же ей совсем не хотелось отвечать на вопросы и признаваться, что проделала не совсем чистую работу. — Ты сражалась с Пожирателями? Фейт не понимала, почему никто не может ответить вместо нее. — Да, Гарри, — выдавила она. — Они были там, в Министерстве? Фейт зашипела от боли, когда Молли начала колдовать над раной. — Гарри, идем-ка сюда, — Сириус окликнул его. Фейт была ему благодарна: мальчишка никого не слушался так хорошо, как своего крестного. — Боюсь, что останется шрам, — печально заключила миссис Уизли. — Ничего, попрошу потом мадам Помфри поправить, — отмахнулась Фейт. — Спасибо, Молли. — Ты собираешься вернуться в школу? — удивилась Тонкс. — Конечно, — Фейт пыталась оттереть кровь с рук все тем же полотенцем. Еще немного — и она начнет видеть свою комнату в Хогвартсе в счастливых снах. — Весной меня ждут курсы трансгрессии. Если бы я умела трансгрессировать, сегодняшний день оказался бы куда проще и короче. Впечатления первого боевого дня спали, и Фейт поняла, как сильно она устала и хотела только одного: лечь спать. Она оставила орденовцев обсуждать дальнейшие действия, а сама отправилась в комнату, где они ночевали с Джинни и Гермионой. В темноте отыскала свою кровать и, не раздеваясь, плюхнулась в нее и забылась мертвым сном. На следующий день никто не будил ее до самого обеда. Похоже, Молли даже близнецов заставила ходить на цыпочках. Она даже подумала было воспользоваться моментом и поспать еще, но ей нужно было в ванную, которая, на удивление, была тоже свободна. Даже играть во взрывающиеся карты, чтобы определить очередность ее посещения, не пришлось. Спустившись на кухню, Фейт поняла, что в доме просто никого не было. Никого, кроме, конечно, Сириуса. — Отправились покупать всякое к школе, — пояснил он. Он с грохотом поставил, — почти бросил, — чайник на плиту и махнул палочкой, разжигая огонь. Фейт уловила что-то странное в его поведении. Он избегал на нее смотреть, и прятал руки в карманах домашнего халата. — Не рано? — осторожно спросила она, бросая взгляд на календарь: до учебы еще две недели. Он неопределенно повел плечами. И не ответил. — Сириус, — серьезно позвала его Фейт. — Что случилось? Он все-таки обернулся. Почесал шею, пригладил черные усы и снова опустил руку в карман. — Да ничего, собственно, не случилось, — вдруг он отшатнулся и не сдержал неловкой улыбки. — Ты же не читаешь мои мысли? Фейт фыркнула. — Нет, Сириус. Расскажи, что произошло, — и игриво добавила: — По хорошему. Он усмехнулся. Но как-то горько. — Гарри оправдали, и теперь он возвращается в школу. Конечно, я расстроен. Фейт вскинула брови. — Тем, что твоего крестника не отчислили из школы? — Нет, Фейт. Конечно, нет, — Сириус мотнул головой и подошел к ней. — Тем, что все разъедутся по своим делам, а я опять останусь один. В этом унылом чертовом доме моей сумасшедшей семейки. Она уставилась на него, впервые задумавшись, какого ему было жить здесь в абсолютном одиночестве, не имея никакой возможности выйти из дома. Темная сырая пещера в Хогсмиде, должно быть, казалась ему райским местом по сравнению с домом Блэков. Сириус оглядел ее лицо и остановил взгляд там, где вчера была ее рана. — И ты тоже уедешь, — напомнил вдруг он. Фейт взглянула на плиту: из чайника уже валил пар. Ей отчего-то стало жарко. Снова перевела взгляд на Сириуса и только сейчас вспомнила, что, вообще-то, он поцеловал ее вчера. — Но ведь, — Фейт, пытаясь придумать, чем его утешить, облизнула губы и тут же пожалела, что неосознанно это сделала. — Орден по-прежнему будет собираться здесь. Наверняка Гарри приедет на Рождество, и… Она еле удержалась от того, чтобы отшатнуться, когда Сириус шагнул к ней еще ближе. Он поднял руку, убрал прядь волос с ее лица и задержал ладонь, проведя большим пальцем по скуле. Фейт замерла. Она была не особо опытной в любовных делах, но точно знала, что значит этот взгляд, которым он на нее теперь смотрел. — Сириус, — она сказала это, чтобы остановить его, но он понял наоборот — как призыв. Обхватил рукой за талию и мягко, но уверенно притянул к себе. Жадно прильнул к ее шее губами, шумно вдыхая запах ее волос. К такому Фейт была совсем не готова и теперь не сразу могла найтись, как прекратить это, не оскорбив ни его, ни себя. Она снова повторила его имя, но Сириус ее не слушал. Его ладонь скользнула с талии на живот. Фейт приоткрыла губы и порывисто втянула воздух. Прикрыла глаза: это могло бы быть приятно… если бы это делал не он. Ее вдруг накрыла паника. Захотелось ударить его и выбежать на улицу. Лучше вообще убежать отсюда и больше не возвращаться. — Пожалуйста, остановись, — хрипло выдавила Фейт. Она уставилась на дурацкий чайник. Сириус застыл. Отстранился и заглянул ей в лицо. Усмехнулся. — Разве сейчас мне кажется, что я вижу желание в твоих глазах? Фейт быстро покачала головой: — Прости. Неловкость повисла в воздухе тяжелым грузом, давящим теперь на них обоих. Но Блэк всеми силами пытался показать, что его отказ никак не тронул. — А, твое золотое сердечко занято. Дай угадаю, — шепнул он по-хулигански и сделал вид, что крепко задумался. — Одним нелюдимым немытым профессором, — последнее слово он почти выплюнул с издевкой. Фейт молчала. Сириус смягчился и отпустил ее, примирительно вскинул руки, совсем как тогда, возле Гремучей ивы, где они впервые встретились. — Черт, тогда мне придется извиниться, — он помолчал немного, как будто в эту паузу Фейт должна была додумать эти извинения, и выставил перед собой кулак с оттопыренным мизинцем. — Друзья? Она неуверенно посмотрела на его руку. Прикасаться к нему сейчас ей не очень-то и хотелось. Но все же сцепила свой палец с его. — Друзья. Сними чайник с плиты. Сириус повиновался и услужливо приготовил ей чай. Его, казалось, случившееся вообще не смутило. В отличие от Фейт. Она готова была благодарить всех богов, когда, наконец-то, услышала шум открывающихся замков входной двери и голоса семейства Уизли. — Такой огромный список учебников… — причитала Молли. — Фейт, ты проснулась, хорошо. — Пора бы уже, — улыбнулась та. — Я помогу приготовить обед. Казалось, никто не заметил повисшего в кухне напряжения. Об успехе или провале операции Снейп пришел доложить еще через два дня. Едва он переступил порог дома Блэков, сразу услышал смех Адамс, доносящийся из-за двери, ведущей в кухню. Увидев его, Фейт прикусила губы, чтобы сдержать новый порыв, и опустила лицо в ладони. Рядом с ней так же хохотала Тонкс по одну сторону и улыбался Сириус по другую. Наверное, обсасывали очередную нелепую глупость, раскрутив ее безумие до извращения. Напротив них Люпин укоризненно качал головой, пытаясь перекричать смех и сказать что-то Брустверу. Эти двое, по крайней мере, хотя бы сделали вид, что его ждали. Грюм громко прочистил горло, когда Снейп подошел. Все ожидали, что он займет свой стул, но он остался стоять. — Поздравляю, — безэмоционально произнес Северус. — Фадж остался непреклонен относительно… всего. Темный лорд пока что занят поиском нового способа проникнуть в Отдел тайн. — Помолчав немного, он добавил: — Если вы считаете, что усилия стоили того. Все притихли. Ожидали, что он поведает еще что-то, но он, глядя прямо перед собой, в противоположную стену, внезапно сказал: — Адамс. На пару слов. Фейт было уже не до смеха. Она вздрогнула от неожиданности, что он с ней заговорил, но покорно поднялась и последовала за ним за дверь и дальше, в гостиную. Пройдя в комнату, Северус убедился, что их никто не слышит, и закрыл дверь. Фейт по его излишне плавным и медленным движениям поняла, что он зол. Очень зол. Пока он подходил к ней, она призывала на помощь все свое самообладание. Фейт не отводила взгляда от его черных глаз, когда он подошел так близко, что она почувствовала знакомый запах горьких трав. Он еще ничего не говорил, а у нее уже похолодело нутро и зазвенело в ушах. Она уже догадалась, что ничего хорошего от этого разговора ее не ждет. Северус молчал несколько мгновений, а потом заговорил так тихо, что ее пробрала мелкая дрожь. — Ты или сумасшедшая, или просто глупая. Несмотря на смысл слов, тон его голоса был спокойным. Пугающе спокойным. Фейт молчала, ожидая объяснений. Она пока не понимала, что должна была испытывать: злость или страх. — Люциус, — прошипел Снейп, раздражаясь от ее молчания еще больше. — Ты должна была остановиться. — Он понял что-то? — Фейт подала голос. Она пыталась сразиться с ним в напускном спокойствии, но во рту что-то неприятно закололо, словно туда запихнули смятый кусок пергамента. Северус двинулся еще ближе к ней. Ему будто стоило физических усилий сдерживать злость внутри своего тела. — Ты тогда должна была об этом подумать! Фейт вздернула подбородок. — Понял он что-то или нет? — голубые глаза смотрели в черные, не моргая. — Твои догадки еще ничего не значат. — Догадки?! — почти сорвался на крик. — Ты забываешь, Адамс, что я могу читать людей так же как и ты. — Не так же как я, Северус, — напомнила она быстро. — Ах да, — он злобно улыбнулся. Голос его из жесткого и холодного стал притворно мягким и тягучим. — Не могу заставлять людей делать всякое… Хорошо, что не всех нужно заставлять, правда? — он пробежался взглядом по ее лицу, остановившись на мгновение на ее новом шраме у виска. — Достаточно смело побегать с палочкой, показать какая ты… как это… ах… сорвиголова. У Фейт дернулся уголок рта. — Очнись, Адамс, — его взгляд снова стал суровым. — Если Темный лорд узнает, на что ты способна, проще будет бросить тебя собакам на растерзание, чем пытаться что-то исправить. Фейт отшатнулась от него, как от огня. — Опять ты говоришь то, о чем потом пожалеешь, — выдавила она. — М, черт возьми, да, не собакам, — Снейп усмехнулся, склонил голову, тряхнув волосами, и издевательски протянул, делая вид, что задумался: — С собаками у тебя уж слишком хорошие отношения. Желудок Фейт обдало жаром. — Если это все, уходи. Не собиралась она ему ничего доказывать. Однако он, похоже, хотел сказать что-то еще, потому как не собирался уходить. Но слушать все это было выше ее сил. — Хорошо, — как можно спокойнее произнесла Фейт, быстро пересекла гостиную и хлопнула дверью. Северус не двигался и лишь перевел взгляд на окно, пытаясь понять, откуда взялся весь тот яд, что он выплюнул на Фейт. Да, он злился на нее из-за беспечности, но не собирался и слова говорить о… — Какого Мерлина ты тут творишь? Сириус нырнул в гостиную, стоило Фейт уйти. Вряд ли он слышал, о чем они говорили, — они делали это слишком тихо, — скорее всего, увидел с каким лицом она вышла. Следом за ним просочился вездесущий любопытный Поттер. — Не лезь не в свое дело, Блэк, — бросил Снейп и высокомерно усмехнулся: — Иди успокой Адамс. Теперь уж он собирался уйти. Но Сириус приблизился к нему и наклонился так, чтобы Гарри ничего не услышал. — Знаешь, Нюниус, дружище, я бы с удовольствием успокоил Адамс, — тихо пропел он с улыбкой, глядя, как Снейп насторожился, когда тот вторгся в его пространство. — Я даже, признаюсь, уже пытался. Но, похоже, Фейт больше по душе томиться в страданиях по скользкому подвальному змею. И сейчас он выслушает это и уползет в свое подземелье, делать вид, что ему все равно. В лице Снейпа проявился багровый оттенок. Он перевел полные холодной ярости глаза на Сириуса. Тот нахально улыбнулся, как мартовский кот, и собирался отойти, как Снейп вцепился в отложный воротник его жакета и не позволил ему выпрямиться, вглядываясь в темные глаза. — Отпустите его! — тут же воскликнул Гарри, хватаясь за палочку. — Все в порядке, Гарри, профессор Снейп просто… Сириус замолк и натянуто засмеялся, почувствовав древко палочки под ребрами. Но Северус не отрывал от него взгляда. Он оказался на кухне в доме Блэков. Видел глаза Фейт, растерянные и пустые, какими она на него самого никогда не смотрела. Видел, с каким липким, робким ужасом она наблюдала за Сириусом. Она уж точно не хотела его. В тот момент она его боялась. Снейп сказал тихо, но Гарри его слышал: — Прикоснись к ней еще раз, Блэк… И, клянусь, Азкабан покажется тебе раем. Тот предпочел промолчать, продолжая ненатурально улыбаться. Северус разжал пальцы и отдернул палочку так, что она просвистела в воздухе. Не бросив и взгляда на Поттера, он, наконец, ушел.