Просто смотри

Приблизился день второго испытания для чемпионов, и Гарри стал совсем нервным. Даже Фейт начинала переживать за него издалека, по виду всей троицы было понятно, что они все еще не знают, как Гарри будет справляться с тем, что его ждет. — Серьезно, в феврале купать школьников в озере! — причитала Фейт, сидя в лодке, которая доставила их к трибунам прямо посреди школьного озера. — Согласна с вами, милочка, — буркнула мадам Помфри. Она держала в руках груду объемных полотенец. — Адамс, волшебники погибали на этих состязаниях, — заметил Снейп. — А тут максимум, что может случиться — легкая простуда. — Так может, вы сами будете ее лечить потом, профессор, а не прибавлять работы мадам Помфри? — возмутилась Фейт, указывая на школьную медсестру. Та сдержанно кивнула, она, как и сказала, была с девушкой согласна, но явно не хотела вступать в конфронтацию с Мастером зелий. Снейп с завидной выдержкой терпел выходки мисс Адамс. Она могла причитать, жаловаться, смеяться и посмеиваться над ним, а он только закатывал глаза, ехидничал или, совсем иногда, чуть страшно на нее шипел. Когда он подал ей руку, помогая выбраться из лодки, Фейт восприняла это как должное, нисколько не смутившись. Снейп просто понял, что Фейт много болтала, когда нервничала. А сейчас она очень нервничала. Поттер опаздывал. Все чемпионы уже ждали начала состязания и недовольно озирались. Фейт выбрала место внизу и спереди, поближе к воде. — Все равно под водой ничего не увидите, Адамс, — напомнил ей Снейп. Она не стала ему отвечать: вокруг толпились ученики. Фейт уже знала, в чем состояло испытание: чемпионы должны были нырнуть на дно озера, отыскать своих друзей, погруженных в волшебный сон, и вернуть тех на берег. Проще простого. — Вон он! — Фейт указала на отбывающую от берега лодку. Когда Поттер прибыл, Бэгмен приготовился начать испытание. Он расставил учеников подальше друг от друга, чтобы они не мешали соперникам и начал отсчет. На счет один, чемпионы начали использовать заклинания, чтобы суметь провести время под водой. Седрик и Флер — наколдовали пузырь, позволяющий дышать, а Крам превратил свою голову в акулью. Гарри же что-то запихнул себе в рот и теперь старательно жевал. — Жабросли, — прокомментировал Снейп. Тут же у Гарри на глазах начали появляться жабры. Ему, очевидно, становилось все труднее дышать, и он нырнул в воду. — Ого! — воскликнула Фейт. — И где можно найти такие штуки? — В моем кабинете, — отрезал Снейп. Фейт поморщилась. — Пожалуйста, сэр, не начинайте, — на водную гладь действительно не было смысла смотреть ближайшие полчаса, так что она отошла в сторону от учеников. Зельевар шагнул за ней, чем вызвал снисходительный взгляд Макгонагалл. — Кстати, что Дамблдор сказал про вашего воришку? — Ничего не сказал. Думаю, у него есть какие-то мысли на этот счет, но со мной он не делится. И все же жабросли каким-то образом оказались у Поттера. — Поттер еще каким-то образом оказался на Турнире, — напомнила Фейт. Ее начинало потряхивать от холода и влажности. Надо было надевать старое серое пальто. — Только не говорите, что все еще думаете, что он сам бросил имя в Кубок. Снейп поджал губы. На его лице было написано желание толкнуть Фейт в воду. Хуже всего он выносил ее снисходительный тон. — Я не просил вас становиться моей помощницей и следить за Поттером, — процедил он, но Фейт его не дослушала. — Смотрите, Флер уже возвращается. Плевать ему было на Флер. Он лишь поделился с Фейт своими секретами, и вот, пожалуйста, не прошло и несколько месяцев, а Адамс уже братается с ним у всех на виду. К тому же он все еще злился на Фейт из-за разговора, который произошел у них неделю назад. Она тогда спросила: — Зачем вообще Темному лорду понадобилось убивать Поттеров? — Все дело в пророчестве, — рассказывал он. — В нем говорилось о мальчике, рожденном в конце июля. Он должен был стать концом существования Волан-де-Морта. — И это был Гарри. — Он думал, что это Гарри. — А вы рассказали ему о пророчестве, — рассуждала Фейт. — И потом просили его не убивать Лили. — Осуждаете меня? Фейт не ответила на этот вопрос. — Смогла бы она жить, после убийства мужа и сына? — осторожно заметила она. — Но она была бы жива, — горячо возразил Снейп. Фейт устало взглянула на него. — Для чего? Для вас? Это же эгоистично, сэр. Я хочу сказать… — Фейт поспешила объяснить, едва увидев, как он начал злиться. — Не хочу умалять ваших чувств, но никакая любовь не идет в сравнение с любовью матери к своему ребенку. — Откуда вам знать? У вас нет детей! — прошипел он. — Мне не нужно иметь детей, чтобы иметь представление, о чем я говорю. — Дамблдора я просил за них всех, — выплюнул Снейп. — Сами видели. — Какое благородство, — криво усмехнулась она. Зря Фейт тогда это сказала. Он как сейчас помнил, как вскипела в нем кровь после этих ее слов. А выражение лица! Опять эта чертова снисходительность! И зачем он только решил вести с ней откровенные разговоры? Все это для него выглядело так, будто Фейт втерлась к нему в доверие, а потом начала насмехаться. В тот вечер он выгнал ее вон. Но еще больше его вывело из себя, то как следующим утром она разговаривала с ним, как ни в чем не бывало. И сейчас, когда он смотрел на Фейт, в нем с новой силой начинала клокотать злость. Но тут она повернула голову и подняла на него глаза — в них отразилось синее, почти уже весеннее, небо — и смутилась. — В чем дело? Что-то сказали, а я прослушала? — Нет, — Снейп отвернулся. Фейт потупила взгляд. Потом снова посмотрела на озеро, убедилась что там по-прежнему ничего не происходит, и тихо сказала: — Вы все еще злитесь из-за того разговора. Снейп вздрогнул. Он не почувствовал, чтобы она его читала. Фейт обняла себя руками и пробурчала: — Я не хотела тогда вас обидеть. Простите. Он молчал. И все же злость внезапно куда-то испарилась. — Не знаю, что бы я делала в свои двадцать один. Северус хмыкнул. — Вам двадцать четыре. — Далеко не то же самое, — важно заметила Фейт и улыбнулась. Пожалуй, в этот раз он мог ее простить. Все-таки Снейп знал, что Фейт была… неплохим человеком. К тому же, сам он перед ней ни разу толком не извинился, хотя у нее были основания потребовать. — Это Крам! — выкрикнула Фейт и побежала к мадам Помфри. Она взяла у нее полотенца и помогла Гермионе и Виктору укрыться: сама медсестра уже бежала навстречу появившимся на поверхности Седрику и Чжоу Чанг. Гарри вытащил из воды двоих: сестру Флер Делакур и Рона Уизли. За это судьи решили присудить ему несколько дополнительных баллов, несмотря на то, что он выполнил задание последним. Все оказалось не так уж страшно. Теперь оставалось дождаться третьего — и последнего испытания — оно должно было состояться в конце июня. — Боже, и почему нельзя трансгрессировать в Хогвартсе! — опять причитала Фейт, сидя в лодке на обратном пути, скрючившись от холода и потирая ладони. Может быть, из-за вида промокшей насквозь Гермионы ей было еще морознее. — Когда это вы научились трансгрессировать, мисс Адамс? — высокомерно поинтересовался Снейп, но Фейт заметила, что взгляд его потеплел. Она загадочно улыбнулась, а все, находящиеся с ними, боялись даже вздохнуть в присутствии зельевара. Когда вся школа направилась обратно в замок, Северус и Фейт чуть отделились от толпы. Он хитро взглянул на нее, прищурив глаза, и спросил: — Ни о чем не хотите меня попросить, Адамс? Она вздохнула. — Хочу. Но не знаю, стоит ли. — Почему же? — Снейп усмехнулся. — Вот поэтому, — она ткнула пальцем в его сторону. — Вы опять будете насмехаться. Я знаю, что вы считаете все это глупой затеей. Северус остановился и серьезно посмотрел на нее. — Я не считаю это глупой затеей, — видя ее недоверчивое выражение лица, он продолжил: — Я считаю это хорошей возможностью, которую вы готовы упустить из-за своих…- он выдохнул и внезапно снова усмехнулся. — Вот по этой причине Шляпа и не распределила бы вас в Слизерин. Фейт молчала. Северус не понимал, почему вообще должен ее уговаривать. Но все же он сказал: — Видели бы вы, какие бездарные пятикурсники получают «выше ожидаемого». Уж вы в состоянии наскрести проходные баллы, Адамс. Фейт задумалась. У нее перед глазами вдруг промелькнул их разговор о Темном лорде. Она впервые подумала, зачем ей вообще эти экзамены, если они с Северусом условились, что он расскажет о ней Волан-де-Морту, если он вернется. А он вернется… Снейп ее молчание принял за сомнение. — Сегодня вечером, Адамс. Согреетесь и приходите. Дважды приглашать не буду. Он сказал это раздраженно, резко развернулся и быстрым шагом зашагал к школе, оставляя ее одну. Вообще-то у Фейт должно было быть занятие с профессором Флитвиком, но он испытал такое потрясение на испытании, что сам предложил сегодня его не проводить. Так что, делать нечего, перед ужином Фейт побрела в подземелье. Она испытывала какое-то странное смущение, вперемешку с тоской. Когда она вошла в кабинет, то увидела, что Северус приготовил все для их занятия: достал чистый котел и расставил на столе кучу баночек и свертков с ингредиентами. От этого она смутилась еще больше. — Есть список зелий, которое Министерство каждый год утверждает для экзамена, — сходу начал Северус, сложив руки на груди. — Для СОВ он обычно не меняется. Фейт молча кивнула. Снейп продолжил: — На экзамене ученикам достаются разные, так что подглядеть не получится, — тут он вдруг вздрогнул и, повысив голос, спросил: — Вы же не собирались использовать свой дар на экзаменах? Фейт опешила. — Честно говоря, я даже не думала об этом, — серьезно ответила она. Но потом ее лицо растянулось в хитрой улыбке: — Пока вы не спросили. — Забудьте, — Северус отмахнулся. — Экзамены будет принимать комиссия из министерства. Из них вы ничего вытащить не сможете. А из учеников — не советовал бы. Он дождался, пока она снова кивнет, и указал на стол. — Сейчас посмотрим, как вы запомнили теорию с прошлого года. Уменьшающее зелье, Адамс. Она взглянула на ингредиенты, и поняла, что на столе их слишком много для одного зелья. Тяжело вздохнула и принялась их разглядывать. Конечно, даже если она бы и помнила рецепты зелий наизусть, отличить вещества и травы, которыми никогда не пользовалась на практике, было сложно. Хорошо, что некоторые пузырьки были подписаны. Но Снейп ее не торопил. Фейт сразу придвинула пузырек с надписью «Экстракт цикуты» — про него она хорошо помнила, потому что читала, что он может быть смертельно опасен. Еще взяла настойку полыни — ей почему-то нравился ее сладковато-горький запах, так что она запомнила большинство зелий, в которых она упоминается. Дальше началось самое неприятное: нужны были живые существа. Точнее, уже неживые. Фейт отыскала взглядом банку сушеных гусениц и, дрожащими руками взяв щипцы, подцепила из нее пять мохнатых палочек. Нашла селезенку летучей мыши и приставила к себе. Потом начала уже искать другой ингредиент, как вдруг решила убрать ее обратно, и взять вместо нее селезенку крысы. В этот момент Северус, который наблюдал за ее руками, перевел взгляд на ее лицо. Она сосредоточенно доставала знания из своей памяти. Он удивился, поняв, что она действительно старалась запомнить что-то, читая эти учебники. Хотя, казалось бы, зачем ей это было нужно? В прошлом году никто и не догадывался, что она решит сдавать экзамены. Фейт вспомнила, что для зелья нужен был еще сок пиявки. Она с надеждой взглянула на пузырьки с готовыми растворами. Его среди них не оказалось. Поняв, что ей придется добывать его самой, она придвинула к себе большую банку мариновавшихся пиявок. — Сколько? — нетерпеливо спросил Снейп. Ей, кажется, нужны были одна-две капли, точно она пока не могла вспомнить. Но, наверное, подумала Фейт, ей в любом случае должно было хватить и одной пиявки. Она вытащила несчастное создание и переложила его на доску, а банку убрала подальше. Северус еле заметно кивнул. Ну и в том, чтобы найти смокву не было ничего сложного. Должно же было быть в этом зелье хоть что-то аппетитное. Фейт выпрямилась. Северус понял, что она закончила, и покачал головой. — Что-то забыли, Адамс. Она снова посмотрела на все, что приготовила. Опять нахмурилась. Поняла, что, кроме нарезки гусениц, по рецепту нужно было нашинковать что-то еще. Точно не смокву — ее нужно было растереть, так же как и крысиную селезенку. Значит, не хватало еще какого-то растения. Фейт водила взглядом по сверткам с травами, пока ее взгляд не наткнулся на корни маргаритки. Она уверенно достала четыре штучки. — Пока что это «удовлетворительно», Адамс, — усмехнулся Снейп и кивнул на котел. — Готовьте. Фейт подумала, что у него появилась странная привычка прибавлять ее фамилию к каждой фразе. Она начала с кислой миной на лице осторожно нарезать гусениц. — Вы уже начали уроки с Грюмом? — спросил Снейп. Он отошел от нее и занимался чем-то за своим рабочим столом. Она покачала головой. — Честно говоря, я все никак не решусь к нему подойти. Он мне не нравится. — Хотите, чтобы я занимался с вами? — Северус вложил в свой голос как можно больше равнодушия. — Было бы неплохо, конечно, — игриво прощебетала она. — Но, думаю, это уже перебор. Они оба помолчали некоторое время, пока Фейт принялась за очистку смоквы, и, расправившись с ней, она добавила: — Спрошу у него завтра. Прошло минут сорок, пока Фейт корпела на зельем, и Снейп ей не мешал, лишь изредка поднимал глаза, отрываясь от проверки рефератов учеников. Он был уверен, что, если она засомневается, то просто его спросит. Однако один раз он хотел одернуть ее, когда она капнула в котел сок пиявки, и хотела отставить пузырек, куда собрала его, но потом подумала и добавила вторую каплю. После он увлекся рефератом Грейнджер, силясь найти в нем ошибки, когда Фейт сказала: — Кажется, готово. Он подошел и заглянул в котел. Фейт заметила, как уголки его губ дернулись вверх. Может быть, на пару миллиметров. — Вы что, все рецепты наизусть учили? — Ага, хотела вас впечатлить, — усмехнулась Фейт. Снейп ее юмора не оценил, только хмыкнул. — Честно говоря, мне кажется, чем больше я изучаю… возможности своего разума, тем больше он мне подчиняется. — Рад, что вы сами к этому пришли, — произнес Северус. — Итак, Адамс. Следующее занятие. — У меня свободны понедельник и среда. — Разве по средам вы не ходите на астрономию? — Но она ночью, сэр, — Фейт почти возмутилась. Он снова посмотрел на нее каким-то странным взглядом. Конечно, он знал, что лекции по астрономии проводятся в полночь. — Есть еще выходные, — добавила она, решив, что, может, он согласится позаниматься сверхурочно. — Суббота, после обеда. Понедельник оставьте Грюму, — заключил Снейп. Про среду он ничего не сказал. На следующей день Фейт без энтузиазма поговорила с Грюмом насчет занятий. Он с такой же неохотой согласился, хотя над новостью о том, что девица двадцати четырех лет будет сдавать экзамены, расхохотался. — Ну, я уже успела кое-что изучить с профессором Люпином, — недовольно начала оправдываться Фейт. — Боггартов тоже проходили? — уточнил тот. — Нет, не пришлось. — Ладно, — крякнул Грюм. — Как нибудь поймаю для тебя одного. А пока: жду в понедельник в семь. И без опозданий! Едва началась настоящая весна, и студенты начали толпами бегать в Хогсмид, когда были дни посещения, Фейт тоже решила взять за привычку иногда прогуливаться до деревни. Только в те дни, когда там не было студентов. Это, на ее несчастье, заметила Помона Стебль, которая начала с завидной частотой заказывать что-то из Хогсмида. Недавно, например, Хагрид сболтнул ей, что там можно купить стимулятор роста для мандрагор, и Фейт, вместо того, чтобы расслабленно погулять в воскресение, пришлось сначала полчаса торчать в «Тимофиллах и поганках», пока владелица отыскала для нее ровно восемь пакетиков, как просила профессор Стебль. Отказать она не могла, все-таки профессор уделяла ей свое время, чтобы помочь подготовиться к СОВ. К обеду в замок Фейт уже вернуться не успевала, так что купила в блевотно розовом кафе мадам Паддифут огромный ванильный кекс, после заскочила в «Три метлы» и попросила небольшую бутылочку содовой, а еще взяла сверток с чем-то похожим на сэндвич с жареной капустой и беконом. Не абы что, но она была очень голодна. Фейт планировала чуть выйти за пределы мощеных людных улочек и устроить пикник в одиночестве, как вдруг в ее руку ткнулось что-то холодное и влажное. Обернувшись, она едва не вскрикнула, но вовремя себя одернула и сделала непроницаемое и раздраженное лицо, как если бы к ней пристала настоящая собака. — А, привет. Огромный черный пес не сводил глаз со свертка в ее руке. — Если хочешь есть, веди, — буркнула Фейт. Пес побежал к краю деревни, а дальше повел ее к холму. Фейт разглядела полосу примятой уже зеленеющей травы, ведущую на его вершину. Пес побежал туда, но Фейт остановилась и свистнула ему. Он обернулся. Фейт покачала головой и подозвала его к себе. — Давай пойдем другим путем. Тут уже тропинку натоптали. И они обошли холм с другой стороны, а там спрятались среди груды скал, пока пес уводил ее все выше и выше. — Так вот почему эта троица всегда такая уставшая по субботам прогулок в Хогсмид, — буркнула Фейт. Желудок урчал нещадно, но, когда они оказались в темной пещере, Фейт отдала все, что купила, Сириусу, который обернулся человеком. — Ну и вкусы у тебя, — он недоверчиво глянул на сэндвич с капустой, но поглотил его в три укуса. — Прости, я-то не таскаю с собой еду из Хогвартса. — Видела ребят? — хохотнул Сириус, откусывая кекс. — Я подумала, Хагрид опять какую-то зверюгу завел, и свертки они ей носят, — Фейт сложила руки на груди. Ей отчего-то становилось неловко. Сириуса она практически не знала. А выглядел он еще хуже, чем когда они виделись в прошлый и единственный раз. Волосы легли на плечи и спутались, на нем была все та же одежда узника, а сам он исхудал еще больше. А теперь они стояли вдвоем черт знает где, где ее никто не нашел бы, в случае чего. — Выглядишь так, будто у тебя не все гладко, — сказала Фейт. — Если нужна помощь, почему не написал? Ты же наверняка знаешь, что я в замке и могу выходить хоть каждый день. Глаза Сириуса загорелись. Он молча смотрел на нее несколько мгновений. — Я все думал, сдашь ли ты меня или нет, раз уж ты подружка Снейпа. — И чашу весов склонил сэндвич с капустой, — заметила Фейт, не акцентируя внимания на том, что она «подружка Снейпа». — Ребята рассказали, что ты не убийца. Сириус все еще молчал. Видимо, как только голод притупился, он действительно понял, что не так уж сильно ей доверяет. А Фейт, наоборот, подумала, что у нее не много причин его бояться. — Я не смогу наколдовать тебе что-то, — Фейт оглядела мрачную пещеру, тактично ни о чем не спрашивая. — Но, так и быть, куплю тебе палочку, — она полезла в карман, достала кошелек и пересчитала монеты. Постаралась скрыть вздох. — Прости, твои пожелания не учту. Фейт посмотрела на часы. Нахмурилась. — Неужели встали… — она раздраженно потрясла рукой. — Ладно. Жди здесь. Пойду сейчас, хочу еще вернуться в Хогвартс до заката. Фейт говорила и говорила, не дождалась ответа, развернулась и ушла. Ей было почему-то очень неловко, ведь Сириус не мог не принять помощь, а она не хотела выглядеть снисходительной. Она дошла до лавки с волшебными палочками, сказала, что потеряла свою на дне озера — выронила от страха во время второго испытания на Турнире Трех Волшебников. Потом попетляла по улицам и прихватила с собой пару булок, несколько банок мясных консервов и походный ножик. Обошла деревню с другой стороны и вернулась на холм, проклиная себя за то, что пообещала это сделать сегодня. — Вот, — Фейт с расстояния протянула Сириусу тряпичную сумку со всем, что накупила. — Прости, мне показалось, с мужской одеждой я выглядела бы еще подозрительнее. — Она еще извиняется, — буркнул Сириус, выуживая из сумки свою новую палочку и улыбаясь. — Похоже, Римус был прав, и ты не такая уж грубиянка. — Грубиянка? — возмутилась Фейт. — Когда это я грубила? — Ну, это было грубо, знаешь, не дать мне поддержать моего старого друга Северуса, когда он был без сознания, — ехидно протянул Сириус, примеряя палочку в руке. Дальше он продолжил уже серьезно: — Еще и сорвиголова: побежала за оборотнем. И это все… спасибо, Фейт. Он поднял, наконец, глаза и заглянул в ее лицо, которое украсил легкий румянец. Протянул ей руку. — Я этого не забуду. Фейт смутила его грязная мозолистая ладонь, но она все-таки подала ему свою. Сириус торжественно пожал ее, а потом поднес к губам и чмокнул в костяшки. Фейт совсем растерялась. «Ну, это уже чересчур!» — Ладно, увидимся, — быстро проговорила она. — Если что, пиши или передай через Гарри. — Передавать такие вещи через Гарри… м-м, не стоит. Сириус весело подмигнул Фейт, она тут же вспыхнула, выбежала из пещеры и чуть ли не кубарем скатилась с холма. Но, когда отошла на безопасное расстояние — рассмеялась. — Нахал, — буркнула она. Вернулась в Хогвартс Фейт уже к окончанию ужина. Она почти вбежала в Большой зал, закинула в рот печеной картошки с печеночным пудингом и отдала профессору Стебль удобрения, пока та не ушла. — Удачная была прогулка? — Грюм покрутил искусственным глазом. — Угу, — буркнула Фейт. Грюм хотел сказать еще что-то, но она его опередила: — Простите, я совсем без ног. Спокойной ночи. Этой ночью Фейт спала как убитая. За завтраком Снейп не спросил, где она была весь прошлый день, зато нашел другой повод придраться. — Поделитесь, мисс Адамс, что это Поттер смотрит на вас так, будто вы ему новую метлу подарили? Фейт подняла глаза на гриффиндорский стол, нашла взглядом знакомую троицу и хитро улыбнулась. Гарри получил письмо и сейчас смотрел на Фейт с улыбкой и детским восторгом. Очевидно, ему написал Сириус о помощи Фейт. — Без понятия, — протянула она в ответ Снейпу. — Может он на вас смотрит, сэр? Он притворно вздохнул. — Не говорите, что мне еще и за вами нужно следить, что бы вы не переняли от Поттера привычку делать глупости. — Бедный-бедный занятой профессор Снейп… — промурлыкала Фейт, запивая смех тыквенным соком.