Твоя ненависть так знакома

Утро, которое пахнет пустотой и несбывшимися обещаниями Утро началось с того, что Вика открыла глаза и почувствовала, как её тело ломит от боли. Каждая мышца, каждая клетка напоминали о вчерашнем кошмаре. Она лежала в своей кровати, укрытая тёплым пледом, и первые несколько секунд не могла понять, где она находится. Комната была залита мягким утренним светом, который пробивался сквозь неплотно зашторенные окна. За окном щебетали птицы, и где-то вдалеке слышался шум проезжающих машин. Всё было так обычно, так мирно, что она почти поверила, что вчерашнего дня не было. Почти. Она повернула голову и увидела пустую подушку рядом. Плед на ней был смят, и на нём остался едва заметный след — как будто кто-то сидел там всю ночь. Вика вспомнила: Денис. Он был здесь. Он сидел рядом с ней, держал её за руку, шептал, что всё будет хорошо. Он был здесь. Она чувствовала его запах — цитрус и табак — который до сих пор витал в воздухе, смешиваясь с её собственным ароматом сандала и карамели. Но сейчас комната была пуста. Дениса не было. Она села на кровати, и её голова закружилась. Она почувствовала слабость и тошноту — последствия пережитого шока. Вика провела рукой по волосам, которые были спутаны и сухими. Она была в своей пижаме — кто-то переодел её, пока она спала. Мама? Или Денис? Она не знала. Она знала только одно: он ушёл. Он обещал, что будет рядом. Он обещал, что никогда не уйдёт. А теперь его нет. Она встала с кровати, чувствуя, как её ноги дрожат. Она прошла в гостиную, но там было пусто. На столе стояла чашка с остывшим чаем и записка от мамы: "Дочка, я ушла на работу. Ты так крепко спала, что я не решилась тебя будить. Если что-то нужно, позвони. Я люблю тебя. Мама". Вика сжала записку в руке и почувствовала, как её глаза наполняются слезами. Она не знала, плачет ли от облегчения, от страха или от того, что Дениса нет рядом. Она не знала, что чувствует. Она была пуста внутри, как будто из неё вынули всё, что было важным. Она взяла телефон и увидела несколько пропущенных вызовов от Даши и Кирилла. Её руки дрожали, когда она набирала номер подруги. — Даша, — сказала она, и её голос был хриплым. — Ты как? Ты в порядке? — Вика, — ответила Даша, и её голос был таким же слабым. — Я... я не знаю. Я проснулась, и Егора нет. Он обещал, что останется. Он обещал, что будет рядом. А его нет. Вика почувствовала, как её сердце сжимается от боли. — Денис тоже ушёл, — прошептала она. — Я не знаю, куда. Я не знаю, почему. Они замолчали. В трубке слышалось только их дыхание — тяжёлое, прерывистое. — Может, они пошли к Кириллу? — предположила Даша, но в её голосе не было уверенности. — Может, они хотят поговорить с ним? — Я позвоню ему, — сказала Вика. — Сейчас. Она набрала номер Кирилла, и он ответил почти сразу, как будто ждал её звонка. — Вика, — сказал он, и его голос был напряжённым. — Ты как? Ты в порядке? — Да, — ответила она, хотя это было не совсем правдой. — Кирилл, ты не знаешь, где Денис и Егор? Они ушли, не сказав ни слова. Я не могу их найти. Кирилл замолчал. Его молчание было слишком долгим, слишком тяжёлым. — Кирилл, — сказала Вика, и её голос дрогнул. — Что случилось? Ты знаешь, где они? — Они... — начал он, и его голос сорвался. — Они уехали, Вика. Они уехали из города. — Что? — Вика почувствовала, как земля уходит из-под ног. — Куда? Зачем? — Они не сказали, — ответил Кирилл, и его голос был глухим, как будто он сам не верил в то, что говорит. — Они просто сказали, что у них проблемы. Серьёзные проблемы. Что они должны уехать, чтобы защитить вас. — Защитить нас от чего? — спросила Вика, и её голос стал громче, почти истеричным. — Они обещали, что останутся. Они обещали, что будут рядом! — Я не знаю, Вика, — сказал Кирилл, и в его голосе слышалась боль. — Я не знаю, что произошло. Я только знаю, что они уехали. И, скорее всего, они не вернутся. Вика уронила телефон. Он упал на пол, и она услышала, как Кирилл кричит её имя в трубке. Она не могла двигаться. Она не могла дышать. Она просто стояла, глядя в пустоту, и чувствовала, как мир рушится вокруг неё. Она не знала, сколько времени прошло. Может, минута, может, час. Она слышала, как Кирилл кричит, но не могла ответить. Она просто сидела на полу, обхватив себя руками, и плакала. Она плакала так, как не плакала никогда в жизни. Она плакала от боли, от страха, от того, что Денис ушёл. Она плакала от того, что он не сдержал своё обещание. Он обещал быть рядом. Он обещал никогда не отпускать её. А теперь его нет. --- В это же время Даша сидела на своей кровати и смотрела на пустую подушку. Комната Егора — она помнила её запах. Его запах. Свежесть и табак. Он был здесь, он держал её за руку, гладил её волосы, шептал, что всё будет хорошо. А теперь его нет. Она не знала, куда он ушёл. Она не знала, почему. Она взяла телефон и увидела сообщение от Кирилла: "Даша, срочно позвони мне". Её руки дрожали, когда она набирала номер. — Кирилл, — сказала она, и её голос был слабым. — Что случилось? Где Егор? — Я только что говорил с Викой, — сказал Кирилл, и его голос был мрачным. — Они уехали. Оба. Они уехали из города. Я не знаю, куда и зачем. Они сказали, что у них проблемы. Что они должны уехать, чтобы защитить вас. — Но они обещали, — прошептала Даша, и слёзы потекли по её щекам. — Они обещали, что останутся. Они обещали, что будут рядом. — Я знаю, — ответил Кирилл. — Я знаю. Но они уехали. И, скорее всего, они не вернутся. Даша уронила телефон и закрыла лицо руками. Она не могла поверить. Она не хотела верить. Она вспоминала вчерашний вечер, как Егор держал её на руках, как он шептал ей слова утешения. Он сказал, что всегда будет спасать её. Он сказал, что будет ждать столько, сколько нужно. Он сказал, что никогда не уйдёт. А теперь его нет. --- Прошло несколько дней. Вика и Даша почти не выходили из дома. Они не ходили в школу, не отвечали на звонки, не общались ни с кем, кроме Кирилла. Он приходил к ним каждый день, приносил еду, пытался заставить их есть, говорил, что всё будет хорошо. Но они не верили ему. Они не верили никому. Они сидели в комнате у Вики, закутавшись в пледы, и смотрели в одну точку. На столе стояли кружки с остывшим чаем, которые никто не пил. За окном шёл дождь, и капли стучали по стеклу, создавая монотонный ритм, который отдавался в их пустых сердцах. — Почему они ушли? — спросила Даша, и её голос был безжизненным, как у робота. — Они обещали. Они обещали, что будут рядом. — Я не знаю, — ответила Вика, и её голос был таким же пустым. — Я не знаю, почему они бросили нас. — Они не хотели этого, — сказал Кирилл, сидящий в углу комнаты. — Они хотели защитить вас. Они сказали, что у них были проблемы. Серьёзные проблемы. — Но они могли рассказать нам, — сказала Вика, и в её голосе послышалась злость. — Они могли сказать нам правду. А они просто ушли. Они бросили нас. — Они не бросили, — попытался возразить Кирилл, но его голос был неуверенным. — Они бросили, — сказала Даша, и её голос был твёрдым, как сталь. — Они обещали, что будут рядом. Они обещали, что всегда будут спасать нас. А теперь их нет. Они просто исчезли. Как будто нас не существовало. Она встала и подошла к окну. Дождь стучал по стеклу, и она смотрела на серое небо, чувствуя, как её душа наполняется ненавистью. — Я ненавижу их, — сказала она, и её голос дрожал. — Я ненавижу их за то, что они ушли. Я ненавижу их за то, что они обманули нас. Я ненавижу их за то, что они заставили нас поверить, что мы им нужны, а потом просто исчезли. Вика подошла к ней и обняла её за плечи. Она не знала, что сказать. Она чувствовала то же самое. Она ненавидела Дениса. Ненавидела за то, что он ушёл. За то, что не сдержал своего обещания. За то, что заставил её поверить, что он может быть с ней, а потом исчез. Но внутри неё была и другая боль — боль от того, что она не знала, жив ли он. Что она не знала, увидит ли его когда-нибудь снова. И эта боль была сильнее ненависти. --- Прошло ещё несколько недель. Вика и Даша начали ходить в школу, но они были тенью самих себя. Они почти не разговаривали с одноклассниками, избегали всех, кто мог напомнить им о случившемся. Катя и Ева смотрели на них с презрением, но даже они не рисковали подходить к ним. Вика и Даша были опасны в своей замкнутости — они могли взорваться в любой момент. Они общались только с Кириллом. Он был их единственной опорой, единственным человеком, которому они доверяли. Они приходили к нему каждый вечер, пили чай и молчали. Иногда они говорили о школе, о рисунках, о музыке — но никогда о мальчиках. Тема Дениса и Егора была запретной. Но однажды Кирилл пришёл к ним с новостью, которую они не хотели слышать. Он сидел в комнате у Вики, его лицо было бледным, и он не знал, как начать разговор. Он смотрел на девочек, которые сидели на диване и пили чай, и чувствовал, как его сердце разрывается от боли. — Девочки, — сказал он, и его голос дрожал. — У меня есть новости. Плохие новости. Вика и Даша подняли на него глаза. В их взглядах не было любопытства — только апатия и безразличие. Они привыкли к плохим новостям. — Что случилось? — спросила Вика, и её голос был холодным. — Я... — Кирилл сглотнул. — Я должен вам сказать. Это касается Дениса и Егора. Вика и Даша напряглись. Их лица стали бледными, и они почувствовали, как их сердца начинают биться быстрее. — Что с ними? — спросила Даша, и её голос дрожал. Кирилл посмотрел на них, и его глаза наполнились слезами. — Они погибли, — сказал он, и его голос сорвался. — Они погибли в автокатастрофе. Их машина упала с обрыва. Никто не выжил. Вика и Даша застыли. Они не двигались, не дышали. Они просто смотрели на Кирилла, не веря в то, что он сказал. — Нет, — прошептала Вика, и её голос был тихим, почти не слышным. — Нет, этого не может быть. Это не правда. — Я бы не хотел говорить вам это, — сказал Кирилл, и его голос был полон боли. — Но это правда. Их тела нашли вчера. Они... они ушли. Даша упала на колени и закричала. Она кричала так, как будто её сердце вырывали из груди. Вика стояла, не двигаясь, и смотрела в пустоту. Она не могла поверить. Она не хотела верить. — Нет, — повторила она, и слёзы потекли по её щекам. — Нет, этого не может быть. Они обещали. Они обещали, что будут рядом. Они не могли умереть. Они не могли. Она упала на пол рядом с Дашей, и они плакали вместе. Они плакали так, как плачут, когда теряют самое дорогое. Кирилл сидел рядом с ними, обнимая их, но даже его объятия не могли унять их боль. Прошло несколько часов. Они сидели на полу, обессиленные и опустошённые. Вика смотрела в пустоту и чувствовала, как её душа умирает вместе с Денисом. Она ненавидела его. Она ненавидела его за то, что он ушёл. За то, что он не сдержал своего обещания. За то, что он оставил её одну в этом мире. Но она также любила его. Она любила его больше, чем могла себе признаться. — Они не выполнили своих обещаний, — прошептала Даша, и её голос был полон горечи. — Они обещали, что будут рядом. Они обещали, что всегда будут спасать нас. А теперь их нет. Они просто ушли и никогда не вернутся. — Я ненавижу их, — сказала Вика, и её голос был твёрдым, как сталь. — Я ненавижу их за то, что они бросили нас. Я ненавижу их за то, что они ушли. Я ненавижу их за то, что заставили нас поверить, что мы им нужны, а потом просто исчезли. — Я тоже, — ответила Даша. — Я ненавижу их. Но я также люблю их. И эта любовь убивает меня. Они сидели в темноте, и дождь за окном продолжал стучать по стеклу. Они знали, что никогда не увидят их снова. Они знали, что их обещания были пустыми словами. Но они также знали, что эти слова навсегда останутся в их сердцах. Они не знали, как жить дальше. Они не знали, как смириться с потерей. Они знали только одно: их жизнь никогда не будет прежней. --- Прошли месяцы. Вика и Даша научились жить с этой болью. Они ходили в школу, общались с Кириллом, пытались заниматься музыкой и рисованием. Но внутри них всегда была пустота — пустота, которую никто не мог заполнить. Они не могли забыть Дениса и Егора. И они не могли простить их. — Почему они ушли? — часто спрашивала Вика, глядя на небо. — Почему они не сказали нам правду? Почему они не дали нам шанса быть с ними? — Они хотели защитить нас, — отвечала Даша, но её голос был полон горечи. — Они думали, что так будет лучше. Но они ошиблись. Они ошиблись во всём. Они стояли на крыше старого здания, и ветер трепал их волосы. Где-то вдалеке светило солнце, и на горизонте собирались облака. Они смотрели вдаль и думали о том, что их жизнь изменилась навсегда. — Я люблю его, — сказала Вика, и её голос был тихим. — Я всегда любила его. Но я никогда не скажу ему этого. Теперь уже не скажу. — Я тоже, — ответила Даша. — Я люблю Егора. Но он никогда не узнает об этом. Они стояли молча, и ветер играл с их волосами. Они знали, что никогда не забудут их. Они знали, что всегда будут помнить их запах, их голос, их обещания. И они знали, что никогда не перестанут любить их. Даже если эта любовь приносит только боль. Их ненависть к Денису и Егору была такой же сильной, как и их любовь. Они ненавидели их за то, что они ушли. За то, что они не сдержали своих обещаний. За то, что заставили их поверить в чудо, а потом разбили их сердца. Но они также любили их. И эта любовь была тем единственным, что держало их на плаву.