Гроза в изумрудных кружевах

Тяжёлый воздух Готического зала, пропитанный запахом воска и пыли, казалось, окончательно застыл. Съёмка шла уже третий час. Красный свет софитов подчёркивал острые скулы Олега и неподвижный, как у каменного изваяния, профиль Ангелины. Конфликт начался с мелочи — с обсуждения результатов последнего испытания, но с каждой секундой он перерастал в нечто неуправляемое. - Мы здесь собрались, чтобы показывать силу, а не разводить демагогию о том, кто чьи методы считает правильными, - Олег бросил на Ангелину резкий взгляд, в котором читалось явное раздражение. - Вы слишком заигрались в свою северную чопорность, Ангелина. - Моя чопорность, как ты выразился, - это фундамент, на котором стоит мастерство, - её голос звучал пугающе ровно, но в глазах зажглось опасное пламя. - А твоё самомнение, мальчик, - это лишь фасад. Ты слишком привык, что тебе всё прощают за красивые глаза и фамилию. - Мальчик? - Олег горько усмехнулся, делая шаг вперёд. Напряжение между ними стало почти осязаемым, съёмочная группа замерла. — Если бы не этот «мальчик», вы бы сейчас смотрели шоу по телевизору у себя дома. Напомнить Вам, благодаря кому вы вообще здесь находитесь? Ангелина медленно повернулась к нему, её пальцы с чёрными ногтями впились в ткань платья. Она чувствовала, как внутри закипает ледяная ярость, смешанная с горьким разочарованием. — Неужели ты действительно решился на это, Олег? — прошипела она. — А почему нет? Давайте будем честными: вы здесь только потому, что я тогда поставил вам десять баллов. Вы выиграли «Реванш» благодаря мне. Это я проложил вам дорогу в этот зал. Без моих баллов вас бы здесь не было. В зале воцарилась гробовая тишина. Было слышно только, как трещат свечи. Ангелина почувствовала, как кровь прилила к лицу, а сердце забилось в самом горле от унижения. — Повтори. Что. Ты. Сказал, — прошептала она, и этот шёпот был страшнее крика. — Что слышала, — отрезал Олег, глядя на неё сверху вниз с вызывающей наглостью. — Вы здесь — мой проект. Моё решение. Моя милость. — Ты сам поставил мне эти баллы! — её голос сорвался на вибрирующий низкий регистр и теперь был похож на звучание грома. — Это было твоё решение! Тво-ё! И ты хотел это поставить, я видела это в твоих глазах тогда! — Я просто пожалел старую школу, не более того, — холодно бросил он, хотя внутри него всё дрожало от собственного нахальства. — Лжёшь! — выкрикнула Ангелина, делая шаг к нему вплотную. — Это было искренне, я чувствовала! Ты хотел признать мою силу, а теперь упрекаешь меня в своём же решении?! Ты ведёшь себя как торговец на рынке, выставляя мне счёт за собственное признание! Олег лишь вскинул подбородок, его глаза насмешливо сузились. — Считайте как хотите, но факт остаётся фактом: вы мне должны. — В таком случае я не желаю здесь оставаться ни секунды! — Ангелина резко развернулась, её накидка взметнулась, как крыло ворона. — Будет меня какой-то щенок своими же решениями упрекать! Не дорос ещё! Если хотел и сделал, так умей признать это! Так делают мужчины, а ты просто трус, который боится собственной слабости перед чужой силой! Она стремительно направилась к выходу, но ядовитый голос Олега настиг её у самых дверей: — А вы-то откуда знаете, как делают мужчины? Судя по вашему поведению, к такой, как вы, уже лет десять никто не подходил. Да и не подойдёт больше! Ангелина остановилась так резко, будто врезалась в стену. Секунда тишины - и она разворачивается. Её движение было настолько стремительным, что никто не успел среагировать. В несколько широких шагов она оказалась возле Шепса. Олег не успел даже стереть с лица наглую ухмылку, как она наотмашь ударила его по лицу. Звук пощёчины эхом отразился от сводчатых потолков. Ангелина не просто ударила - её пальцы согнулись в момент удара, и острые длинные ногти прочертили глубокие борозды по его коже. На бледной скуле Олега моментально проступили ярко-красные царапины, на которых выступили капли крови. Лицо Олега отлетело в сторону. Он замер, прижав руку к щеке, чувствуя, как горит кожа и как по пальцам стекает что-то тёплое. Ведущий застыл с открытым ртом, операторы опустили камеры, а другие экстрасенсы в шоке отпрянули назад. — Я не должна тебе ничего, — её голос в этой мёртвой тишине прозвучал как гром. Она смотрела прямо в его глаза, в которых насмешка сменилась первобытным шоком. — А за такие слова скажи спасибо, что вообще жив остался! Ангелина развернулась и, не оглядываясь, покинула зал. Стук её каблуков по каменному полу звучал как отсчёт перед взрывом. В зале повисла тяжёлая, невыносимая атмосфера. Олег стоял неподвижно, глядя в пустоту, а кровь медленно капала с его скулы на воротник рубашки. Никто не решался пошевелиться, осознавая, что только что на их глазах тонкая нить, связывавшая этих двоих, разорвалась с оглушительным треском.