Шанс

Сергей

      На сковородке скворчал бекон, в ванной шумела вода, и мне даже было похер, что шея до сих пор скрипела на поворотах. Проснулся я одновременно с Ваней, когда тот уже не спал, но ещё не открыл глаза. Изобразив некоторое подобие поцелуя, замерев губами в миллиметре от виска Вани, в следующую секунду я был готов принимать Оскар за лучший утренний зевок.       Привычно следуя утреннему сценарию, я отправился в душ первым, не без удовольствия отметив, когда вышел, аккуратно заправленную постель. В благодарность решил не спалить завтрак, пока Ванька плещется.       К бекону отправились ровные кружочки помидор — вот что-что, а резать у меня всегда хорошо получалось и замороженную фасоль, и плохих парней. Под туркой зажёгся огонёк плиты. К моменту, когда стукнула дверь ванной, я заливал свой шедевр яйцами.       — Нас утро встречает… Оу?.. — раздалось за спиной, и от меня чуть не сбежала яичница и не подгорел кофе. Моя боль и счастье упирался ровно между ягодиц и отлипать не спешил.       — Молоко, — попросил я хрипло.       — Угум-с… — пробормотал Ванька.       Вот как он умудрился дотянуться до холодильника, не меняя положения нижней части тела?! У меня подгорало всё, я пытался сосредоточиться хотя бы на яичнице. Собственное тело, наплевав на разум, реагировало однозначно, а второй душ — гарантированное опоздание.       — … дай, — донеслось до меня. Потянувшись, словно разминая тело, на самом деле отчаянно надеясь хоть немного скинуть возбуждение, я повернул голову. — Хлеб подай, — повторил, улыбнувшись, Ваня.       — Как успехи с новой биографией? — я перевёл тему, протягивая запрошенное, хотя гораздо охотнее дал бы сейчас совсем другое.       — Не совсем новой, скорее, отредактированной старой, — ответил Ванька, закидывая ломтики хлеба в тостер, для чего всё же пришлось отойти. — Взял реальные факты, добавил необходимый антураж. Больше упирал на историю с арестом. Когда начнут проверять, за это сто пудов зацепятся.       — Не каждый сидел в тюрьме, — согласился я.       — Это, кстати, должно сыграть на руку, — кивнул Ванька, поворачиваясь. И сейчас совсем не шутил. Видимо, эта часть его жизни ещё долго будет выворачивать парня наизнанку. Но за то, что Ваня согласился использовать её как основу для наживки, я его уважал.       — Они подумают, что ты из них, — я выключил конфорку под сковородой и начал разрезать яичницу на сегменты.       — От проверки не избавит, — кивнув, Ваня в свою очередь поймал момент, вовремя сняв турку, и разлил кофе по чашкам, — но, как говорится, плюс в карму. В случае данного трудоустройства как раз-таки плюс.       — Что дальше? — спросил я, усаживаясь на диванчик.       — Ночью я закинул несколько фактов новой биографии старыми датами, — начал рассказывать Ваня, наколов на вилку первый кусок яичницы. — Подай, пожалуйста, мёд. Спасибо, — прервавшись, чтобы намазать тост тонким слоем свежего гречишного мёда, Ваня продолжил. — Это чтобы не возникло вопросов и подозрений, отчего это претендент вдруг ступил на кривую дорожку.       — Что именно ты изменил? — у меня, честно, даже мысли не мелькнуло, что я могу узнать что-то новое о Ване. Сейчас я думал исключительно о том, чтобы знать всё с целью его защиты.       — Здесь всё, — даже если Ваня первый вариант и допустил, то вида не подал, резво подтолкнув мне свой нетбук. — Поскольку в контору с этого дня нам пока не надо — есть время ознакомиться.       Чёрт! А ведь и правда! Я совсем об этом забыл.       — И что мы будем делать? — варианты на ум приходили разные, но сейчас в мыслях было исключительно дело. Которое, впрочем, эти варианты не исключало.       — До обеда наши фигуранты всё равно спят, график такой, — хмыкнул Ванька, и мне снова померещился направленный на меня взгляд. — Так что я ещё «погуляю» в Сети, ты пока почитаешь. Обсудим первое действие и после обеда выползем на охоту.       — Жучок говорит, что твой конкурент спит в одном ботинке, — кивнул Майский, глянув на экран своего телефона. — Причём, буквально.       — Каспийскому снова пришлось обувщика изображать? — засмеялся Ванька.       Я привычно залип на его губах, вспомнив вчерашний вечер.       — Не только, — улыбнулся я. — Наш объект вчера удачно к стоматологу зашёл. Ромашин вне всяких похвал. Так что у нас жучки в каждой паре обуви, и в зубе.       — Последнее очень удачно, можно было бы обойтись без остального, — кивнул Ваня.       — Пусть, лишняя гарантия точного определения местонахождения, — махнул я рукой. — Так что ждём, как проснётся. Главное, не дать ему доехать до клуба.       — Удача, что живёт он хоть и у чёрта на куличках, а путь его всегда лежит через центр. Я, кстати, тут ночью понял, в чём у них прикол толкаться в пробках через центр, хотя на метро раза в три быстрее. Метро — не гламурно! — назидательно подняв вверх указательный палец, после паузы выдал Ванечка.       Я хмыкнул. Да уж, ничего гламурного не останется в «ночных мальчиках» после того, как их в час пик граждане первопрестольной облапают за бесплатно. Либо обкончаются от привычки так реагировать на прикосновения, либо испытают моральную травму. Мне, в целом, наплевать, меня сейчас больше травма физическая волновала — в рамках допустимого, но с нужным результатом.       Ваня запил последним глотком кофе оставшийся кусочек тоста, помидоркой собрал яичницу по краям и поднялся в сторону мойки.       — Знаю, сегодня твоя очередь, — остановил я его, — но давай я помою. Читаю я быстро, а тебе надо успеть до выхода закончить с биографией.       — Тоже успею, — усмехнулся Ванька, но от мойки чуть отодвинулся, открывая мне доступ.       Доступ был чисто символический, в отличие от худенького бедра. Ваня даже не дёрнулся. Я мужественно протиснулся, чувствуя, как возбуждение идёт на второй заход. Такими темпами я на девятом вале кого-то завалю. Картина выйдет не только на зависть Айвазовскому, но и камерам банка напротив.       — Тогда принимай, — кивнул я, беря в руки губку и бутылку средства для мытья посуды.       — Приму, — согласился Ваня.       И тут я понял, что разумом почти кончился: в согласии Ваньки расставлять вымытую посуду почудилось принятие совсем другого характера. И давил я не Фейри на губку, а другое «средство» на ладонь. Тоже, безусловно, нужное и даже необходимое. Без него принять будет сложно, особенно одним «габаритам» с учётом других. Тьфу!       С горем пополам с посудой закончили. Я сполоснул раковину и думал пойти читать, но Ваньке вздумалось вилки-ложки в сушилке поправить. А я уже развернулся, и обратный манёвр выглядел бы странно, выдав меня с головой. Пришлось стоять и стараться незаметно сглатывать. А Ваньке приспичило эту грёбаную сушилку ещё и подвинуть. И, конечно, в мою сторону, тут же уткнувшись бедром в мой «третий заход». Я рыкнул внутри себя. Ну, не железный же я, в конце концов!       Понимая и не понимая, что творю, я шагнул вперёд, но не чтобы пройти мимо, а словно ледоколом айсберг, разворачивая Ваньку собой так, что он оказался прижат к столешнице задницей. Ей же на ней же и оказался в следующую секунду. Я уверенно раздвинул его колени ещё шире и окончательно припечатал затылком в навесной шкаф, удерживая рукой за поясницу. Ванька даже не попытался вырваться или хоть немного увеличить дистанцию. Убеждая себя, что тот просто следует легенде, остановиться я уже не мог. Рывком притянув к себе сводящего меня с ума засранца, я буквально впечатался своими губами в его. Прямое лобовое. Авария со смертельным исходом. Хотя я умер уже давно, когда первый раз Ваньку увидел. И сейчас ощущать его тело в своих руках, его сердце, бьющееся в моё собственное, его колени на своих бёдрах было так правильно, так долгожданно. А когда тёплые губы вдруг расступились, пуская внутрь, я кончился уже телом. Придумывать объяснения буду потом, а сейчас я, забыв обо всём, дорвавшись, буквально трахал языком рот любимого человека. Ему, может, так и не признаюсь никогда, но себе уже давно пора. Не плотское желание вело меня сейчас, не влюблённость, а то, что заставляет дышать, жить и умирать только одним-единственным человеком. Вплавить в себя и не отпускать, стать частью него, стать им, принимая на себя всё, что тому судьбой предназначено. Мне хотелось забрать всю боль, что иногда мелькала в Ванькиных глазах, найти и растереть в порошок тех, кто в этом виноват. И когда-нибудь я это сделаю.       Ванька отвечал. Руками обхватив меня за плечи, так и держался, откинувшись на мои руки, доверяя удерживать себя на весу, а сам, уже сам, исследовал языком мой рот, каждый раз, встречаясь с моим языком, словно электрические разряды пуская. И пусть всё на камеру банка — проверяющие клуба точно поверят — но отвечал. Насколько он «играет», можно было бы понять по состоянию дел между его ног, и я уже решился за полупопия подтянуть его ближе, как… зазвонил мой телефон на столе за спиной.       Тяжело дыша, я нехотя отлип. Снова показалось, что и Ваня как-то неохотно отпустил меня? Боясь смотреть на Ваньку, я развернулся и взял телефон со стола.       — Слушаю, — заметно прохрипел я, в горле резко образовалась пустыня. — Проспал немного. Что? Да, хорошо, понял тебя. Сейчас посмотрю, — я кивнул невидимому собеседнику и выключил телефон. — Левин звонил. Наш клиент проснулся, но из дома пока не собирается. Только что кому-то звонил, сказал, чтобы до двух не ждали. Потом из пиццерии доставку заказал, а они не раньше чем через час приедут.       — Уже и телефон слушаете? — Ванькин голос был ненамного ровнее.       — Блинов постарался, — кивнул я, — все гаджеты на прослушку поставил. Ладно, надо посмотреть, что там Костя прислал. Слушай… — что-то о только что произошедшем всё же надо было сказать, и я решительно развернулся.       — Пошли вместе смотреть, — прервал Ваня. Он уже стоял на своих двоих, но как-то неуверенно.       — Да идти-то недалеко, — хмыкнул я на свой лежащий на столе телефон.       Словно специально, попутно решив захватить яблоко, Ваня прошёл, держась за столешницу, а там удачно приземлился на край дивана. И уже по нему подвинулся ближе к середине стола. Удобнее было бы смотреть, сидя рядом, но вряд ли бы я что-то, кроме Ваньки, тогда видел бы, а потому сел напротив. Чуть сместив телефон в сторону, включил.

***

      Объект через центр ездить любил, но не умел, в отличие от меня. Я вырос в этих дворах и знал все проезды и объезды, которые не знали многие ныне здесь проживающие. Пока скупившие модную недвижимость толстосумы, гордо выехав на своих налаченных лимузинах, упирались в недружелюбное утреннее скопление сонных машин разных мастей, я не спеша рулил по закоулкам дворов, попутно здороваясь с бабульками на лавочках, кого угощая яблочком, кому помогая бельё или кошку снять, и всё равно выруливал с другого конца пробки гораздо раньше. Вот и сейчас маячок объекта толкался ещё на подъезде к Моховой, а я уже ухватил освободившееся прямо под носом парковочное место перед самым выездом на набережную.       — Здесь он будет поворачивать, — я в который раз проговаривал план, садясь в машину с двумя бумажными стаканчиками из «Старбакса».       — Не пропустим, — кивнул Ваня, принимая свой. — Как только он проедет Кремль, разбегаемся. Он не должен нас видеть вместе, это важно.       Я кивнул, соглашаясь. Не хотелось отпускать Ваньку из вида, но не только сейчас придётся действовать раздельно — надо привыкать. Но ещё где-то полчаса можно посидеть рядом, не спеша отпивая дымящийся корицей напиток. Когда навигатор пропищал оповещением, я раздражённо выдохнул и с удивлением заметил, что прошёл почти час. Кофе был давно выпит, мы просто сидели рядом и молчали.       — Я пошёл, — кивнул Ваня, открывая дверь.       — До вечера, понял? — я сначала схватил его за локоть, удерживая, и только потом осознал, что сделал. Но Ваня лишь повернулся ко мне и снова кивнул.       Пока ещё ничего даже не началось, а я уже был напряжён от волнения. Я — профессионал, и не позволю чувствам похерить всё на корню, но хватит ли мне сил сдерживаться ещё и дома? Действия и реакция Ваньки утром меж тем были более чем однозначны. Но было ли это только игрой?       Красная «Ауди» появилась из-за поворота чётко по показаниям навигатора, отслеживающего её передвижения. Я опустил на глаза солнцезащитные очки, проверил ремень безопасности и, когда «красавица» сравнялась со мной, «поцеловал» её в аппетитный бок.

***

      — Блядь… — зашипел Юрик, тут же жестом извиняясь перед заполняющим бумаги полицейским.       Мало того, что казначея засадили — нового теперь ищи, что со спецификой их работы не так-то просто, так теперь ещё и админ в больничке на неопределённое время. Да ещё и в неподходящем для общения виде. Судя по картине аварии, тот максимум должен был обосраться, однако, лежит в отключке аки спящая красавица. Менты утверждают, что виноват он, а тот хмырь с хвостиком — ангел килограмм девяносто во плоти. Хорошо, хоть разрешили технику забрать, когда Юрик на их глазах верный пароль ввёл.       — Вашего коллегу отвезут в эту больницу, — полицейский передал вырванный из планшета заполненный через копир листок. — Так же здесь все наши телефоны. Машину до окончания расследования отправят на спецстоянку. Вопросы?       — Нет, капитан, нет… — Юрик покачал головой. Известное слово снова просилось на язык.       Проводив взглядом уезжающие друг за другом чёрный джип с мужиком, эвакуатор с «Ауди» и полицейский экипаж, Юрик отошёл к своей машине и присел на бордюр. Ну, включил он ноутбук. А дальше-то что? Максимум, он Word от Excel отличал.       — Не рекомендую, — вдруг раздалось за спиной. — Две неудачные попытки, и антишпион полностью всё уничтожит.       — Подсматривать нехорошо, — буркнул Юрик, оглядываясь и прикидывая, можно ли будет в центре незаметно заныкать слишком любопытный труп или придётся увозить.       — Да очень надо, — усмехнулся щупленький паренёк лет тридцати. — На первый взгляд задачка из учебника программирования старших классов школы. А на деле умелая ловушка. Если откроете свойства, увидите ссылку сразу на два диска и…       Юрик сам не знал, почему послушался паренька, но стал выполнять всё, что тот говорил. Сам парень на комп не смотрел, но ни разу не ошибся ни в одном шаге.       — Шаришь? — осторожно уточнил Юрик.       — Шарил, — кивнул паренёк. — Распустили нас неделю как. Конкуренты фирму под себя подмяли, своих привели.       — Трудоустройство интересует? — Юрик быстро прикинул: в конце концов, труп — это совсем недолго, успеют. А доступ к файлам нужен сейчас.       — Чем занимаетесь? — логично поинтересовался кандидат.       — Сфера развлечений, — хмыкнул Юрик. — Но, сам понимаешь, наши СБ-шники тебя до костей проверят.       — Не дурак, — хмыкнул в ответ паренёк.       — Так что у тебя пять секунд уйти или сразу выложить мне один факт о себе. И не дай Бог обманешь.       — Вместо Библии сойдёт? — поинтересовался паренек, кладя руку на крышку ноутбука. После короткого кивка посмотрел Юрику в глаза и уверенно произнёс: — Я люблю мужчину.