А мы с тобой в Аду вдвоем

      Часы едва пробили двенадцать. В пустом холле отеля только и слышно было, что ход стрелок да скрип бокала, который Харитон натирал до блеска. В отражении он с неудовольствием наблюдал собственную кислую рожу... Даже в юные годы он красотой не отличался - невысокий, сгорбленный, вечно угрюмый, еще и время оставило на нем свой след. Несмотря на то, что Харитону было всего тридцать два, в уголках его глаз уже появились лучи морщинок, а афганская кампания, пережитая в молодости, прочертила жирным мазком белой краски седину в жестких, непослушных черных волосах... Его одиночество прервал звук тяжелого дыхания - мимо пронеслась горничная Нина, тряся ярким шуршащим пакетом с ядом. - Что, опять тараканы в номере? - Да... Но ненадолго! - хохоча так, что и Чикатило бы в штаны наложил, Нина понеслась по лестнице наверх. По этой малявке метр с кепкой и не скажешь, что она отсидела за убийство мужа - по крайней мере, пока рот не откроет... Лично Харитону иногда даже стоять рядом с ней было страшно, но Лина уверяла, что она безобидна аж на восемьдесят процентов, а кто он такой, чтобы спорить с начальством? Стоит признать, у Каролины Солнцевой, дочки местного мэра и хозяйки гостиницы "Счастливые времена", был просто-таки талант находить сирых и убогих и пытаться их поставить на путь истинный. Он сам был тому отличной иллюстрацией... - Чудесный денек, а? Легка на помине, сама Лина едва ли не вприпрыжку прошлась по поеденной жизнью ковровой дорожке. Как всегда, улыбка не сходила с румяного круглого личика этой девицы, будто она жила в какой-то другой реальности. Будто не она владела убогой, убыточной, никому нахер не нужной гостиницей, где постоянно что-то ломалось и текло, в идущей по пизде стране... - Ага, - нехотя пробурчал бармен, отставляя один бокал и тут же берясь за другой. - Такой замечательный, блядь, день, то ли чайку пойти попить, то ли повеситься... - Ну Харь! - надула губы девушка, садясь на крутящийся стул. - Что я тебе всегда говорила? Надо быть позитивнее, и тогда в небе обязательно появится радуга!.. Он давно уже привык к заскокам хозяйки, относясь к ним по ситуации со снисхождением или легким раздражением. Двадцать лет уже девахе, а наивна, как дите малое! - Веру не видел? - На втором этаже вроде была... Сурового менеджера этого тухлого местечка Лина скромно называла своей лучшей подругой, хотя все и ежу было понятно... Ну и хрен бы с ними - Харя в чужую личную жизнь не лез. Встряхнув длинными светлыми волосами, хозяйка вскочила с места. - Пойду поищу ее, и... - остановившись на половине лестничного пролета, она крикнула: - Не грусти, Харь, может... Может, уже сегодня с тобой случится что-то особенное!.. Закатив глаза, он продолжил натирать бокал. Вот ведь блаженная...       Большую часть своих рабочих смен Харитон благополучно пинал хуи, ведь постояльцы в "Счастливых временах" были редкостью. Он даже рад был тому, что его особо не трогают и не следят, сколько бутылок он тырит из бара. Когда эта жалкая гостиница закроется наконец к хуям, найти такое же спокойное местечко будет непросто... Впрочем, в будущее заглядывать бармен не любил. Сегодня есть копейки на еду и бухло, ну и пойдет... Наконец, смена закончилась. Осенью всегда темнеет рано, так что, выйдя на улицу, Харя увидел только кромешный мрак, и редкие уличные фонари едва ли спасали. Противный холод пробирал до костей, забирался под дешевую, потрепанную куртку из кожзама. От сырости ныла нога - последствия старого ранения. Слегка прихрамывая, Харитон пошел домой, пряча замершие руки в карманах, а подбородок - в воротнике. На самом деле, идти туда не хотелось. После того, как мама умерла года три назад, все причины возвращаться пропали... Друзей у него особо не водилось, с женщинами не бывало ничего серьезнее мимолетных интрижек. Даже, блядь, кошечка или собачка его не ждала! Кому в этой жизни сдался унылый алкаш с контузией? Единственное, ради чего Харя еще двигал ногами - бухло. Купить пивка в ларьке у дома, включить какой-нибудь боевичок и забыться на весь вечер... Из колпака собственных невеселых мыслей мужчину вывел какой-то странный звук. Захлебывающееся, надрывное хныканье. Как будто кто-то ребенка побил... Нахмурившись, он обернулся - и увидел кучу дрожащего цветастого тряпья, лежащего у обочины дороги. И только потом разглядел очертания длинных ног в кожаных сапогах... - Блядь! - сорвался он с привычного, проторенного годами пути до дома, кинувшись к месту происшествия. - Вы в порядке, ничего не сломали?! У дороги, прямо в грязной луже с кусками льда, лежала девица, по которой сразу было видно древность ее профессии. Какая еще женщина будет так поздно гулять по темным улицам на километровых каблуках, в чулках-сеточках и розовом платьишке, еле прикрывающем попу? - В-вроде нет... Голос у нее оказался странным - низким, надломленным, как у мальчишки-подростка. Высветленные до белизны короткие волосы спереди падали наискосок длинной челкой. Когда она откинула их с лица, оказалось, что ее скула здорово припухла. Внешность у нее, конечно, оказалась на любителя - длинный острый нос, тонкие губешки, кожа бледная и в веснушках, зато глаза огромные, как блюдца... - Встать можете? Ладони у нее оказались довольно крупные, а пальцы - длинными. С неожиданной силой ухватившись за протянутую руку Харитона, она кое-как поднялась на ноги. Какая же она оказалась высокая! Просто дылда - даже без каблуков точно будет выше Хари на целую голову. И тощая, как смерть - даже очертаний сисек не проглядывалось под вульгарным платьицем... - Может, в скорую позвонить? - Не надо, - девушка зябко обняла себя руками. - Я в порядке! Это прозвучало, мягко говоря, сомнительно - обе коленки у нее были разбиты в кровь, не говоря уж о толстом слое холодной грязи, покрывающей всю одежду, особенно - жалкую плюшевую куртенку, в которой нормальные люди по осенним улицам не ходят... Еще пневмонию, не дай бог, схватит! - Далеко живете? - Далеко, - уклончиво ответила девушка, отходя в сторону. - Пойду я, пожалуй... Единственное, что захотелось сделать Харе в этот момент - покрутить пальцем у виска. - Стоять! - повысил голос он, и ночная бабочка, явно не ожидавшая такого, в испуге вытянулась по струнке. - Раз скорую не хотите, давайте хоть раны обработаем! Я тут живу совсем недалеко... - Серьезно? - обернулась девушка. - Пустите к себе домой? - Ну да... Каким бы ни был мудаком Харя, а остатки совести не позволили бы ему отпустить бедолагу в таком состоянии невесть куда. Тем более - так поздно. Мало ли кто может поджидать в подворотне в такое-то непростое время! - И что вы хотите за это? - Ничего... - Совсем ничего? - улыбнувшись, девица посмотрела на него исподлобья. - Давайте хоть отсосу... Сначала мужчина подумал, что ослышался. Но потом вспомнил, какого сорта перед ним стоит мадам и, поморщившись, ответил: - Не надо! Простого человеческого "спасибо" мне хватит... - Точно? - а она оказалась настырной. - Я много чего умею! Даже горловой с проглотом, и то... - Цыц! Не надо мне тут подробностей! Что ж, Лина оказалась права - сегодня действительно случилось что-то особенное. Пусть и приятным это событие и сложно было назвать... Девушка молчала всю дорогу и шла за ним, опустив голову. Покачиваясь на своих невозможных каблуках, как будто слегка поддала... - Ну, давай хоть на "ты" перейдем, - попытался разрядить обстановку бармен. - Меня Харитон зовут, Харитон Шелухов, а как тебя? И девушка, шмыгнув носом, на голубом глазу ответила: - Антон...