Когда память молчит.

      Кристина.       Столовая гудела, как растревоженный улей. Смех, крики, звон посуды – всё сливалось в единый, оглушительный хор. Здесь, в самом сердце Бесстрашия, жизнь кипела своим, особым ритмом. Кто-то возвращался с работы, с усталыми, но довольными глазами, кто-то, наоборот, только готовился к очередному вызову, вдыхая предвкушение опасности. Казалось, Бесстрашные пытались наговориться на всю жизнь вперед, каждый из них знал, что сегодняшний день может стать последним. А те, кто вернулся, благодарили судьбу за каждый прожитый миг, за то, что снова дышат, снова чувствуют. Они солдаты, и смелость, отвага – их вторая натура. Но чтобы быть такими, им просто необходимо было оставаться немного свободными, немного сумасшедшими.       — Привет. Ты уже позавтракала? – поинтересовалась Трис у Кристины, ставя поднос на стол и плюхаясь на пустое место напротив подруги.       — Почти. – ответила Кристина, дожевывая последний кусочек бургера. – Как патруль?       — Как всегда. Ску-ко-та. – закатив глаза, промямлила Трис. – Даже шутки Юрайя уже не цепляют. Сейчас перекушу и спать.       Девушка тут же зевнула, прикрыв рот рукой, и принялась за свою порцию еды.       Кристина улыбнулась. Ей вдруг вспомнились собственные ощущения, когда она выходила в свой первый патруль. Эмоции зашкаливали, кровь кипела в жилах. Хотелось работать день и ночь, не чувствуя усталости. То было непередаваемое чувство волнения и радости - наконец-то она стала Бесстрашной и может приносить пользу своей фракции. Она нашла свое место в жизни. Но со временем первые, яркие эмоции поутихли, эйфория прошла. Остались бесконечные рабочие будни, которые иногда приводили к стычкам с афракционерами, к риску и боли.       — Крис, принимай поздравления! С годовщиной! — улыбаясь, воскликнула Трис и жуя свой бургер.       Слова Трис вернули Кристину в реальность. Глаза её засияли и она улыбнулась.       — Спасибо подруга.       — Целый год уже, а как будто вчера было. — все так же радуясь за подругу, проговорила Трис. — Кстати, никто не думал, что вы так долго продержитесь.       — Да, сама удивляюсь. – мечтательно улыбнулась Кристина, прикрыв глаза.       Целый год, как она жена Лидера. Кто бы мог подумать, что маленькая языкастая бывшая Искренняя станет женой самого сурового, опасного, жестокого человека в Бесстрашии. А судьба распорядилась именно так. Приручить завидного холостяка, да еще и Лидера – это под силу не каждой. Не каждая сможет терпеть его сложный характер, его вечную настороженность. Так что, быть женой Эрика — та еще задачка.       И все же, почему-то, рядом с ней Эрик становился чуточку другим. Да, он все такой же суровый и беспощадный Лидер, но без посторонних глаз, в их тихой комнатке, становился мягче, веселее, заботливее. По утрам, когда нет патруля, она просыпалась от запаха свежесваренного кофе и кусочка шоколадного торта, оставленного в постели. Уже традиция. Вот только сегодняшнее утро прошло без привычного ритуала: судя по оставленной записке, Эрика срочно вызвали в штаб, пока она спала.       — Ему понравился подарок? – спросила Трис, выводя подругу из сладких грёз.       — Ещё не подарила. Эрика срочно вызвал Макс. — ответила Кристина. — Я его даже сегодня не видела.       Подарок она выбирала долго. Сломала голову, что подарить мужчине, у которого есть все. Подключила к поискам Трис, а та - Фора. Но все было не то, что хотелось бы. Пока несколько дней назад она не забрела на старый рынок, где торгуют антиквариатом. Там, среди пыльных безделушек и забытых историй, девушка и увидела его. Браслет с тайником. Матовый чёрный металл, минималистичный дизайн без лишних деталей, только пара тонких насечек по бокам - они выглядят как стилизация, а на деле служат направляющими.       Внутри корпуса спрятано тонкое выдвижное лезвие, вроде стилета. Чтобы его достать, нужно нажать на незаметную площадку на боковой грани - она почти не выделяется на фоне насечек. Лезвие выходит вперёд по направляющим и фиксируется щелчком. Чтобы убрать, достаточно нажать фиксатор и задвинуть обратно.       Кристина уверена - мужу понравится. Всё максимально практично, ничего лишнего, механизм надёжный и быстрый - как раз под его стиль: действовать раньше, чем противник поймёт, что происходит.       Вдруг шум в зале немного поутих. Не то чтобы он совсем исчез, но стал приглушенным. В этот момент в столовую вошли Лидеры - Макс и Эрик. Оба высокие, широкоплечие, с осанкой, выдающей привычку к власти и ответственности. Их взгляды были суровыми, пронизывающими, но в глубине глаз читалась легкая усталость – следствие бесконечных совещаний, решений и ночных дежурств. Их появление сразу же притянуло внимание. Разговоры стихли до шепота, ложки замерли над тарелками, а головы повернулись в их сторону, словно под действием невидимого магнита.       Эрик скользнул взглядом по залу. Увидев сидящих за столиком двух девушек по левую сторону от него, он сказал что-то Максу, который лишь кивнул, не отрывая взгляда от общего зала, словно сканируя его на предмет потенциальных проблем. Эрик, не теряя ни секунды, направился в их сторону.       Его шаги были уверенными, хищными, и каждый из них, казалось, отдавался эхом в притихшем зале.       Кристина, почувствовав его приближение, подняла голову. Ее сердце забилось быстрее, предчувствуя неизбежное.       — Привет, жена. — промурлыкал он, наклонившись к уху. Его горячее дыхание опалило нежную кожу, и он поцеловал ее в шею, вызывая в девушке волну мурашек, пробежавших по всему телу. – Вечером никуда не убегай, у меня на тебя сегодня планы. Привет Трис.       И не ожидая ответа, Эрик выпрямился, бросил на Кристину еще один многообещающий взгляд и, развернувшись, направился к столику Лидеров, где Макс уже занял свое место.       Кристина вспыхнула, мгновенно представляя, чем закончится этот вечер. Зная Эрика, ночь обещала быть бурной, полная блаженства и страсти. А ведь завтра ей на работу. И она опять не выспится. Девушка тут же представила себя утром, с красными глазами и зевающим ртом, пытаясь сосредоточиться на сканировании территории.       Она посмотрела в сторону Эрика, который уже сидел за столом, но, почувствовав ее взгляд, поднял голову. Он, недолго думая, подмигнул ей, и на его губах появилась легкая, хищная улыбка. Кристина закатила глаза. Что еще придумал этот изверг? А у самой уже ноги подкашивались от предвкушения. Ее тело, казалось, уже отзывалось на его обещания, предвкушая прикосновения и поцелуи.       Трис, сидевшая напротив, тихонько засмеялась, видя реакцию подруги. Она прекрасно знала, что Кристина, несмотря на все свои стоны и жалобы, была без ума от Эрика. Завтра она опять будет спать на ходу, и вся ответственность по патрулированию их территории, как обычно, ляжет на плечи Трис. Но это будет только завтра. А сейчас ее интересовал кое-кто другой.       — Так, а где Фор? — спросила Трис, оглядывая зал в поисках своего собственного Лидера.       И в этот момент дверь столовой снова распахнулась, и на пороге появился Фор. Он был так же высок, как Эрик и Макс, с горой накачанных мышц, которые обтягивали его футболку, словно вторая кожа. Его темные волосы были коротко стрижены, а на лице, обычно серьезном, сейчас играла легкая улыбка.       Увидев Трис, Фор улыбнулся. Он направился прямо к их столику, не обращая внимания на любопытные взгляды.       — Доброе утро, девочки. — проговорил Фор, усаживаясь рядом с Трис и целуя ее в щеку.       Увидев его, Трис мгновенно выпрямилась, а на ее щеках появился легкий румянец. Она забыла про патрулирование, про Кристину, про все на свете. Сейчас ее интересовал только Фор.       — Фор, ты где был? Я тебя искала! – задала девушка волнующий ее вопрос.       — На складе, надо было кое-что проверить. — спокойно ответил мужчина. — Как прошло патрулирование?       — Ничего нового, все прошло спокойно. – быстро проговорила девушка. – Я хотела у тебя кое-что уточнить по поводу нового маршрута патрулирования. Я тут подумала, что…       Фор внимательно слушал ее, кивая головой. Его глаза, цвета темного шоколада, были прикованы к ее лицу.       Кристина, глядя на них, поняла, что сегодня вечером она будет не единственной, кто не выспится.       Остаток завтрака пролетел в расспросах о перестановках в патрульных группах, но Кристина отвечала на вопросы Трис с явной рассеянностью. Она то и дело косилась на столик Лидеров, где Эрик, склонив голову, слушал Макса и одновременно чертил что-то пальцем по столу. Когда их взгляды встречались - а это случалось чаще, чем того требовала случайность, - в уголках его губ проскальзывала едва заметная усмешка. Кристина знала этот взгляд. Он означал, что вечер начал отсчёт задолго до заката.       В штаб она заглянула только после обеда, надеясь застать мужа одного, но коридоры гудели от суеты - готовилась смена караулов. Эрик мелькнул в конце Ямы с планшетом в руках, и она лишь махнула ему рукой, показывая браслет на запястье. Он кивнул, и этого было достаточно.       В их комнате пахло остывшим кофе - она нашла чашку на тумбочке, уже пустую, но рядом лежала записка с размашистым «Увидимся в восемь. Жди». Кристина усмехнулась, пряча браслет в ящик стола. Конечно, он всё знал. Эрик всегда знал всё.       Когда часы на стене показали двадцать ноль-ноль, в двери повернулся ключ. Кристина замерла на кровати, обхватив колени руками, и сделала вид, что читает отчёт. Эрик вошёл бесшумно - так, как умеют только его люди, - но она почувствовала его присутствие за мгновение до того, как он накрыл её ладонь своей, выхватывая бумагу из рук.       — Не отвлекайся, — прошептал он, присаживаясь на край кровати, и забрал отчёт, не глядя бросив его на пол. — Ты даже не заметила, что он перевёрнут вверх ногами.       Кристина скривилась, но он уже смеялся, коротко, тихо, и поглаживал большим пальцем её запястье.       — Я могла бы сидеть и ждать, как верная жена, но ты же знаешь, я не умею, — ответила она, поднимая на него взгляд. — И вообще… я тебя не поздравляла.       — Так поздравишь, — он наклонился, почти касаясь носом её виска, и Кристина почувствовала, как тепло разливается по телу. — Только без торта, а? Нам предстоит кое-что другое.       Она чуть отстранилась и с притворной строгостью вытащила из ящика тот самый браслет.       — Тогда сначала подарок. Должна убедиться, что ты не сбежишь от счастья.       Эрик взял браслет, повертел в руках, и его лицо на секунду потеряло всю ироничную маску. Он провёл пальцем по боковой грани, нашёл площадку, нажал - и с тихим щелчком выдвинулось тонкое, острое лезвие. Секунду он смотрел на него, затем убрал, нажал фиксатор, и браслет снова стал просто украшением.       — Ты когда успела? - спросил он, голос его стал глубже. - Кристина…       — Это не просто браслет. Это чтобы ты помнил, что даже у Лидера есть тайный ход, - улыбнулась она. - И чтобы тебя кто-то ждал, когда ты отправишься на очередную операцию.       Эрик отложил браслет в сторону и взял её лицо в ладони. Его поцелуй был твёрдым, не терпящим возражений, но в нём чувствовалась та самая нежность, которую Кристина видела только здесь, в их комнате, за закрытыми дверями.       — Спасибо, - выдохнул он, отрываясь от губ. - Теперь у меня есть повод возвращаться живым.       — А до этого не был? — иронично проговорила Кристина, приподняв одну бровь.       Эрик усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень, слишком быстрая, чтобы Кристина успела её прочитать. Он не ответил — вместо этого провёл костяшками пальцев по её щеке, словно проверяя, настоящая ли она, здесь ли, с ним ли.       — До этого я просто не думал о том, что терять, — сказал он тихо, почти невесомо, и Кристина почувствовала, как её сердце сжалось от этой простой, неожиданной правды.       Эрик не был создан для сантиментов. Но именно поэтому каждое его слово, сказанное вполголоса в пустой комнате, весило больше, чем чужие громкие клятвы.       Она приподнялась на коленях, обвила руками его шею и прижалась лбом к его лбу. От него пахло сигаретами, кофе и тем особенным, мужским запахом, который она теперь знала так же хорошо, как свои собственные вдохи.       — Тогда тебе придётся возвращаться всегда, — прошептала она. — Я не собираюсь становиться вдовой Лидера. Это слишком хлопотно — объяснять всем, почему я снова сплю на патрулях.       Эрик фыркнул, и напряжение в его плечах чуть спало. Он запустил пальцы в её волосы, слегка оттягивая пряди у затылка — жест, от которого у Кристины всегда перехватывало дыхание.       — Договорились, — ответил он, и в голосе проскользнула та самая хищная нота, от которой у неё подкашивались колени даже сидя. — Но сначала — мои планы на вечер, жена.       — А если у меня были другие планы? — притворно нахмурилась она, хотя её руки уже сами тянулись к пряжке его ремня.       — Тогда ты бы не ждала меня в постели с отчётом вверх ногами, — парировал он, перехватывая её запястья и мягко прижимая к матрасу. — И не прятала бы браслет в ящик, зная, что я загляну туда, как только войду.       Кристина прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Он прав. Как всегда. Эрик знал её лучше, чем она сама, и это одновременно бесило и сводило с ума.       — Ты невыносим, — выдохнула она.       — Но ты всё равно меня любишь, — ответил он, и в его голосе не было вопроса — только уверенность, подкреплённая годом общей жизни, общих ссор, общих ночей, общих шрамов.       Она притянула его к себе, целуя так, чтобы он замолчал. Он не возражал.       За стеной слышались отголоски разговоров в коридоре, чей-то смех, но здесь, в их маленьком мире, шум затихал, уступая место дыханию, шепоту и тихому, упрямому счастью. Кристина знала: завтра снова будет патруль, Трис будет ворчать, а она – притворяться, что не спала. Но сегодня она была просто женой того самого Эрика, и даже Лидер с браслетом на запястье мог позволить себе быть уязвимым только для неё.       — С годовщиной, - тихо сказала она, когда их губы на время оторвались друг от друга..       — С годовщиной, - ответил он, и в его голосе больше не было стали. Только – она.       Когда Кристина проснулась посреди ночи от того, что Эрик перевернулся во сне и натянул одеяло на себя, она не стала его будить. Вместо этого она долго смотрела на его лицо — без маски Лидера, без стали во взгляде, просто уставшее и спокойное. И подумала, что чуть больше года назад, стоя на арене перед выбором, она и представить не могла, что окажется здесь. Что найдёт дом не в фракции, а в человеке. Даже если этот человек — самый опасный из всех.