Флеш(ка)

— О, здарова, — Даня невольно улыбается возникшему перед собой Вове и протягивает ему зажжённую сигарету. Курить у школы не лучшая идея, но когда это их останавливало? — Давно не виделись, — усмехается Иванов, вспоминая их вчерашний странный разговор. Он кивает на школу, охотно принимая сигарету из рук друга. — Чё не заходишь? — Вас стоял ждал. Щас олухи эти подойдут, и зайдём. — Ладно, — пожимает плечами тот, выдыхая дым. Он мнётся пару секунд, не решаясь спросить, но всё же говорит — Нил, ты это... Так и не рассказал вчера чё там за флешка из-за которой тебе пизда. Нашёл её или нет по итогу? — Нет. Там, короче... — Кашин чешет затылок, явно о чём-то задумавшись, но в итоге всё же отмахивается, решив не пояснять — Ну не важно. Важно то, что она щяс у того педика. И нужно бы её вернуть. — У того, которого ты избил? Серьёзно, что ли? — усмехнулся Вова. — Ему-то она нахуй? — Я и сам не понял, но факт остаётся фактом. Да и сам подумай, кто ещё её взять мог? — Кашин многозначительно кивает, заметив явное согласие на лице Иванова. — Вот. Так что надо ему ещё раз, так сказать, хорошенько ему въебать и... — Кому-кому въебать? — Мафаня возникает из ниоткуда, буквально напрыгивая на Даню со спины, и самодовольно хихикает, ухватившись за его шею. Кашин лишь отталкивает его от себя, недовольно фыркнув. Брамо стоит рядом, уже привычно не обращая внимания на выходки друга. Здоровается с Кашей и по-свойски отбирает у него почти дотлевшую до фильтра сигарету, тут же сделав пару затяжек. — Чё случилось-то? — наконец отлепившись от недовольного рыжего, спрашивает Влад. — Ну, по поводу вчерашнего звонка. — После уроков Тушенцова ловим и... — Погоди, Тушенцова? Так это его ты пиздил тогда что ли? — Каша еле-заметно приподнимает брови от удивления. — Ну да. Не суть важно. Мы его ловим , он отдаёт мне мою флешку, — коротко поясняет Кашин. — Флешку? — Антон делает очередную затяжку, с непониманием уставившись на рыжего. — Да, флешку! Вы заебёте вопросами своими тупорылыми. Короче, — Даня вздыхает, понизив тон, — помогите и всё, ладно? — Да похуй так-то, — пожимает плечами Мафаня. — Раз тебе так важно, то поможем, конечно. Вова утвердительно кивает, явно соглашаясь, а Антон, всё ещё не до конца осознав происходящее, щурится глядя на Кашина — Слышь, Нил, а кто тебе доверил-то её вообще? Ну флешку. Раз там что-то настолько важное... — Да чё за вопрос опять тупой такой. Вот вам всё расскажи да расскажи, — недовольно бурчит рыжий. — Главное, что доверили, а моё дело — вернуть. — А проблем не будет у тебя? — Иванов с явным недоверием относится ко всей этой ситуации, хоть и был всегда готов поддержать любые затеи Кашина. — Проблем? Да я школьник обычный, чё кто-то с меня начнёт требовать что-ли? Да и вообще, — он отмахивается, — нормально всё, короче. Ты вот как обычно, Вов. — Ладно, ну смотри, — поджимает нижнюю губу Каша. — Пошлите лучше уже, а то холодно пиздец. Мы ещё и опаздываем. Физичка опять, наверное, орать будет. — Да у неё недотрах, — усмехается Влад, глянув на друга. — Ага, только мы тут при чём, непонятно, — вздыхает Брамо, затушив сигарету о подошву кед. Все лениво шагают по лестнице, наконец направляясь ко входу. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ*ㅤㅤ*ㅤㅤ* Идти до школы, зная, что в любой момент из-за угла может выскочить Нил со своими недо-друзьями и избить, кажется жутко тревожным. Руслан справляется, но без постоянных оглядываний по сторонам не обходится. В паре метров от школы становится совсем тревожно, и видимо не зря. Как назло, чуть поодаль от самого входа стоял Кашин, но он явно не смотрел в его сторону, увлечённо болтая с невысоким парнем в кепке. Стоит поторопиться. Тушенцов переходит на быстрый шаг, минует скрипучие ворота и, стараясь быть максимально неприметным, наконец чуть ли не вбегает внутрь, напоследок мельком глянув на Кашина. Кажется, не заметил. Вздохнув с облегчением он топает к раздевалке. Впервые за долгое время и правда рад зайти в школу. Охранник лениво решает какой-то сканворд, необъяснимо бодрые младшеклашки носятся по коридору, а в раздевалке, как обычно, толпится куча людей, раздражая Руслана одним своим видом. Хоть его ещё и не избили, но отчего-то этот день кажется всё хуже и хуже. Вдобавок в памяти всплывает мысль о том, что его мама сегодня должна пойти в школу, отчего явно не веселее. Стянув с себя куртку, парень вешает её как придётся, закидывает рюкзак на плечо и, поправив растрёпанную от ветра чёлку, неспешно бредёт к нужному кабинету, попутно продумывая планы на день. Оставаться тут после уроков, чтобы в очередной раз выслушивать нотации сначала от Татьяны Николаевны, а потом ещё раз, но уже от мамы, ему явно не хотелось. На улице находиться тоже особого желания нет, ибо приближающаяся зима даёт о себе знать внезапными холодами. Придётся идти домой — знать бы ещё, работает сегодня отец или нет... Можно напроситься в гости к кому-нибудь из одноклассников, но это уже более отчаянный вариант. Из размышлений его вырывает звонок на урок. Тушенцов ускоряет шаг. Ничего нового. Он заходит в класс, благо учителя ещё нет. Хотелось сесть на своё привычное место, но взгляд почему-то зацепился за одноклассника, одиноко сидящего у окна. Новенький, учится тут недели две. Судя по внешнему виду, он тоже эмо. Руслан всё никак не мог решиться к нему подойти, хоть и хотел. Возможно, сейчас самое время. Отчаянный вариант? Он неуверенно подошёл, небрежно кинул свой рюкзак у парты и сел рядом, повернувшись к новому соседу — Чё такой грустный? Хуй со... Тот оборачивается, в недоумении пялясь на Руслана как на восьмое чудо света, и хлопает глазами — Чего? — Ничего. Меня, говорю, Руслан зовут. А ты Илья, да? — Спасибо, что выучил моё имя, — с явным сарказмом усмехается Коряков. — А твоё я и так знаю, не первый же день тут торчу. — Не умничай, я вообще-то с тобой подружиться пытаюсь. — Да я уже понял. А чего только сейчас? Две недели с силами собирался? — усмехается Илья, поглядывая то на собеседника, то на дверь, ибо учитель может зайти в любую секунду. Но Руслана, кажется, вообще это не волнует, он продолжает с интересом рассматривать нового друга. Во многом они и вправду были похожи, как минимум стилем в одежде. — Походу, да, — он вздыхает, не найдя оправдания своему поведению. Хотелось сказать что-то про то, что было страшно и неловко, но он побоялся показаться странным. — Просто у меня тут хуйня одна случилась на днях, я подумал, что мне нужно этим с кем-то... В класс заходит географ, громко поставив на стол стопку тетрадей, и начинает свои занудные речи о том, как плохо класс написал прошлую самостоятельную. Тушенцов мельком на него глянул, а затем опять перевёл взгляд на Илью. — ...поделиться. Да. И я подумал, что ты самый подходящий вариант, — продолжает объяснять он, кивнув в сторону остальных одноклассников. — Эти-то знают меня уже кучу лет и желанием пообщаться явно не горят. А ты, ну... — он почесал затылок, подбирая нужные слова, дабы не прозвучать слишком глупо. — Другой? — Ты сейчас как педофил звучишь, в курсе? Руслан в ответ усмехается, тут же почувствовав на себе недовольный взгляд учителя. Он наклоняется поближе к Илье, понизив тон — Ой, отстань, какой педофил? — Видимо, тупой, — улыбается Коряков. — Давай потом поговорим, а то нас выгонят щас из-за тебя. — Он, не дожидаясь ответа, открывает тетрадь и начинает что-то усердно переписывать с доски. Тушенцов молча отстраняется и, лениво покачиваясь на стуле, начинает пытаться делать вид, что вникает в тему урока. То и дело поглядывает на Илью — видимо, не все в этом классе ещё забили на учёбу. Хватает Руслана минут на пять, а потом в голове возникает мысль. Он отрывает край листа и, написав там несколько слов, скромно кладёт его прямо перед лицом Ильи. Тот замирает, вчитываясь в текст. «ильюх после уроков идём к тебе а то мне от нила пизда» Парень сначала тупо пялится на записку, а затем переводит удивлённый взгляд на Руслана и молча царапает рядом ответ. Его почерк выглядел чересчур ровным и каллиграфическим на фоне каракулей Тушенцова. «Имена с большой буквы! И запятые ставь, олух» Он усмехается, а затем добавляет: «Нил это тот долбоёб, которого все типо-бы боятся?» Руслан кивает, на что в ответ получает лишь полный скептицизма взгляд. Илья выводит на листочке короткое «Без б» и откладывает его в сторону. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ*ㅤㅤ*ㅤㅤ* Звенит звонок. Так сильно он радуется только в конце самого последнего урока. Даня стоит, лениво оперевшись о край парты, пока его друзья собирают свои вещи, о чём-то переговариваясь между собой. — Ну чё вы там... — Да ладно, успеем мы. — Влад улыбается и переводит взгляд на Антона, который никак не может закрыть рюкзак. — Ну, только если Брамо эволюционирует из обезьяны в человека. — Чё за... — цедит сквозь зубы тот, дёргая молнию раз за разом. В итоге она просто остаётся на месте, застревая. Парень тяжело вздыхает и закидывает наполовину закрытый портфель на плечо. — Похуй, пошлите уже. — Короче, пацаны, — Кашин шагает в сторону выхода из класса, поглядывая на друзей идущих позади. — Сейчас идём за ближайший поворот и там ждём Тушенцова. Хватаем, ну а дальше по ситуации. — А ты знаешь в какую ему сторону идти? — с явным недоверием спрашивает Каша. Даня утвердительно кивнул. — Всё продумано, я ж не дебил. Шумно спустившись по лестнице, парни быстро натягивают куртки и выходят на пронизывающий октябрьский ветер. Все послушно шагают вслед за Даней и уже спустя пару минут они заворачивают за угол соседнего здания и резко притормаживают, скрываясь от лишних глаз. Антон ещё раз проверяет содержимое рюкзака и снова воюет с молнией — на этот раз уже при великодушном содействии Влада, который придерживает разъезжающиеся края. Каша, зажав сигарету зубами, увлечённо шарит по карманам. Рыжий молча протягивает ему свою зажигалку, а сам осторожно выглядывает из-за угла, пристально всматриваясь в лица прохожих. Руслан появляется через минут пять, но почему-то не один, а рядом с каким-то парнем, что Дане, конечно же, не нравится. Но они хотя бы идут в их сторону, что уже радует. Рыжий оборачивается в сторону друзей. — Короче, он не один. Там ещё какой-то пацан идёт, но... — ещё раз мельком на них глянул. — Хуй знает, вроде тоже как скелет. — Да ладно, чё ты, — туша сигарету, успокаивает его Каша. — Нас четверо, их двое. — И то верно, — коротко кивает Кашин. Он оглядывается на Калюку и Антона. — Хватит хуйней страдать, щас проебёмся из-за вас. Те послушно отстают от сломанной молнии и встают спокойно, уставившись на рыжего. Как только парочка подходит достаточно близко Даня резко дёргает Руслана за руку, тащя за собой. Илья, идущий рядом, лишь ошарашенно пялится на происходящее. Рыжий, явно не обращая внимания на Корякова, прижимает Тушенцова к стене и хмурится. — Ты меня реально заеб-... — Ахуел ? — Илья хмурится и, подойдя ближе, пытается выдернуть Руслана из чужой хватки, но Влад тут же отталкивает его, с характерным звуком уронив спиной на асфальт. Он решительно встаёт обратно, немного пошатываясь, но тут же получает в челюсть, а затем и в нос. — Сука... — Коряков инстинктивно прижимает ладонь к лицу и, отняв её, видит на коже тёплую вязкую кровь. Он зло хмурится, бросая быстрый взгляд на Руслана, которого всё ещё держат мёртвой хваткой. Илья делает ещё одну отчаянную попытку вмешаться, но тут же получает удар коленом в живот. Из лёгких мгновенно вышибает весь воздух, и парень тяжело валится на землю, судорожно скрючившись и хватаясь за рёбра. У Руслана внутри всё холодеет от страха при виде друга скорчившегося на асфальте. С трудом заставив себя отвести глаза он поднимает полный ужаса взгляд на Кашина. Тот в свою очередь продолжает возвышаться над ним, победно ухмыляясь. — Не переживай за него. — Даня немного наклоняется голову в бок, кивая в сторону Корякова. — Поговорим коротко и по делу. — Ты ахуел? — Руслан недовольно фыркает, демонстрируя явное возмущение. — Если тебе от меня что-то надо, то ладно, но друзей моих заче-... — А нехуй было мне мешать. Он сам полез. — Рыжий перебивает его, повысив голос. — Всё, хватит. Отдавай флешку. Калюка, тяжело дыша после быстрой расправы над Ильёй, отступает на шаг назад. Каша и Брамо тут же возникают по обе стороны от него. Вся троица красноречиво молчит, но по их напряжённым позам и тяжёлым взглядам понятно что одно неверное движение и они вмешаются. — Ладно, — неуверенно начинает Тушенцов, собравшись с мыслями. — Но только если ты... Ты пообещаешь нас не трогать больше. Даня стоит ещё пару секунд, тупо пялясь на Руслана удивлённым взглядом. Его почему-то застала врасплох эта наглость. Он быстро меняется в лице, зло оскалившись. — Чё ты сказал, блять? — Кашин одним резким движением пинает его в живот, затем снова вжимает в стену, заставляя посмотреть на себя. — Ультиматумы мне ещё ставить вздумал? — он цепляется за чужие плечи и сжимает их сильнее. — Ты вернёшь её, иначе мама твоя сегодня под дверью найдет коробку. И поверь там, блять, будет не торт. Руслан молчит пару секунд и, наконец опомнившись от боли, лезет в карман. Трясущейся, то ли от боли то ли от страха, рукой протягивает Дане флешку. В один момент почему-то стало слишком страшно ему перечить. Возможно, всему виной ещё трое его друзей рядом или удар, заставивший все старые раны болеть раза в два сильнее. Рыжий выхватывает вещь из чужой ладони и, заметив накрашенные чёрным лаком ногти Тушенцова, невольно усмехается. Запихнув флешку глубоко в карман, Даня напоследок грубо швыряет Руслана спиной в стену и наконец отступает. Без единого слова он направляется в сторону скорчившегося на асфальте Ильи, на секунду задерживая на нём пренебрежительный взгляд. Затем, наконец глянув на друзей, кивает в сторону. Те послушно подходят ближе и идут в указанном направлении вслед за Даней. Через пару минут они пропадают из виду, а Руслан подходит к другу, присев на корточки. Окидывает его обеспокоенным взглядом и помогает встать, аккуратно придерживая за талию. — Бля, — Тушенцов щурится, рассматривая кровь на чужом лице. — Илья, ты как? Идти-то можешь? — Я... да, — он хрипло кашляет и, сплюнув кровь вперемешку со слюной, кивает. — Норм, норм... — Так, — он подхватывает его поудобнее, заставляя опереться о себя. — До меня ближе идти, щяс дотащу тебя. Ты только не отрубайся. Коряков в ответ лишь бормочет что-то непонятное. Интересно, жалеет ли он о том что подружился с Русланом? ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ*ㅤㅤ*ㅤㅤ* Отошедшая подальше компания приземлилась на лавочку у первого попавшегося подъезда. Даня обвёл друзей уставшим взглядом и тяжело, шумно вздохнул, наконец-то расслабляя плечи. — Ладно, спасибо, пацаны. Мне пора флешку возвращать, давайте. Все понимающе закивали, уже не задавая лишних вопросов. Он попрощался с каждым за руку и молча ушёл. Нужно было поскорее вернуть флешку, ибо тянуть дальше было некуда. Он достаёт телефон и, набрав номер Лёши, предупреждает о своём приходе, благо сегодня опять его смена. До клуба идти недолго, полчаса от силы, но за это время рыжий успевает перебрать в голове всевозможные варианты того, что с ним будет за такую оплошность. Ему и так доверили эту флешку скрипя зубами, ибо других вариантов просто не было, а он ещё и умудрился не справиться с такой простой задачей, как просто уберечь её. Клуб открыт, но вокруг никого нет. Видимо, ещё слишком рано. Зайдя внутрь, он тут же подходит к бармену, который только-только начинает готовиться к ночной смене. Его длинные волосы завязаны в небрежный пучок на затылке, что смотрится довольно непривычно и даже забавно, но Даня сдерживает смешок, стараясь казаться серьёзнее. Лёша щурится, замечая Кашина, и, отвлёкшись от дел, первым начинает разговор.— Принёс ? Даня кивает и тянется к карману, но его останавливают, положив руку на плечо. — Пошли выйдем. Тон бармена сейчас кажется неприятно холодным, но выбора у Кашина нет, и он послушно топает к выходу. Только оказавшись снаружи, рыжий тут же гордо протягивает флешку в раскрытой ладони. Лёша молча её забирает, а затем, неожиданно для Дани, грубо бьёт ему прямо в лицо. Кашин инстинктивно хватается за место удара, но быстро опомнившись, убирает руку и с взглядом полного непонимания пылится на Лёшу. А он молчит, лишь ударяя во второй раз, но уже с большей силой. Лицо неприятно колет, синяков, видимо, не избежать. — Что ты... — Рыжий пытается поговорить, но бить не решается, ибо боится последствий. Вместо ответа его бьют кулаком в живот. — Мне из-за тебя влетело, хуйло. Как, блять, можно быть настолько тупым, чтобы ебучую флешку не принести тогда, когда это, сука, нужно? — зло цедит тот сквозь зубы. — Вали отсюда. Кашин разворачивается что бы уйти, напоследок одарив Лёшу злобным взглядом. Кажется, впервые в жизни он на собственной шкуре ощутил то, что годами заставлял чувствовать своих жертв. Это осознание жгло изнутри, унижая сильнее любых побоев. Оставлять подобное отношение безнаказанным Даня, разумеется, не собирался.