Флеш(ка)

Утро добрым не бывает. Солнечный свет, проникающий сквозь щель в занавеске, как на зло бьет прямо в лицо. Даня жмурится и раздражённо шипит себе под нос. Голова раскалывается, выпитый вчера алкоголь явно даёт о себе знать. Даже мелькает мысль о том, что стоило бы бросить пить, но она тут же уходит на второй план как что-то абсурдное и нереальное. С трудом разлепив глаза он мутным взглядом уставился в потолок, мысленно пытаясь восстановить хронологию вчерашнего вечера. — Утро доброе. Живой? — Иванов возникает будто из ниоткуда. Встаёт чуть поодаль, лениво опершись плечом о дверной проем. — Хуютро, — недовольно фыркает рыжий, мельком глянув на кашу. Слова друга сейчас кажутся явной издёвкой. Нехотя приподнявшись на локтях он огляделся по сторонам. Соображал мозг с трудом, и лишь спустя пару секунд приходит осознание, что находится не дома. — Каш, а я... — Ты вчера перебрал, — вздыхая, поясняет тот. — А я вроде как самый трезвый был, так что пришлось тебя, олуха, к себе тащить. — Ладно, — пересилив себя, он садится на край дивана, путаясь пальцамм в растрёпанные рыжие волосы. — У тебя есть чё? Опохмелиться бы не помешало. — Так, не надо вот. С тебя хватит. Стакан воды и аспирин. — Не дожидаясь ответа Иванов уходит на кухню, на что Кашину остаётся лишь недовольно хмуриться, приняв свою участь. Чрезмерная забота Вовы иногда напрягает. — Слышь, Вов... — Из соседней комнаты раздаётся звонкое «Да?». Рыжий невольно морщится. Для его раскалывающейся головы этот обычный тон сейчас звучит невыносимо громко. — А ты всегда дома в кепке ходишь или раде меня нарядился? Иванов возникает в дверном проёме, недовольно цокая. — А ты всегда такой наглый по утрам? — Он суёт таблетку прямо в ладонь Кашину, стакан с водой ставит на столик у дивана и лениво плюхается рядом. Стянув с головы кепку, Вова неловко крутит её в руках — похоже, он и впрямь вспомнил о ней только после замечания друга. До этого он выходил покурить, а головной убор, кажется, и правда нацепил на автопилоте. Неужели настолько он к ней привык ? Даня глотает аспирин и сделав пару быстрых глотков из стакана оборачивается к другу через плечо, состроив жалобное лицо. — Я не наглый, просто еле живой. И вообще, отстань, у меня всё болит. В ответ Иванов качает головой и скрещивает руки на груди, усмехнувшись его словам. — Ну-ну. Интересно, почему же. Кашин уже собирается огрызнуться какой-нибудь привычной колкостью, но его отвлекает телефон на столе, еле слышно вибрирующий от звонка. Экран загорается, высвечивается два слов: «патлатый хуй» Отвечает он не сразу, ещё пару секунд тупо вглядываясь в имя контакта. Интересно, о чём сейчас подумал Каша? — Да? — Даня поморщился, слушая резкий голос собеседника, но сдержал привычную дерзость.— Да сегодня, помню я... Выцепив взглядом свои носки, он начал натягивать их, придерживая телефон плечом. — Не, я не дома, щас вообще не вариант. Зайду вечером, у тебя же сегодня смена? Ну вот и ладно. Да не ворчи ты, всё. Давай, — он перехватил телефон рукой и сбросил вызов. Резко вскакивает, на ходу влезая в штаны, и начинает лихорадочно шарить глазами по комнате в поисках кофты. — Мне пора.— Заприметив её на спинке дивана, тут же натягивает на себя, мельком глянув на Вову. — Ты в школу-то идёшь, модник? Иванов расплывается в полуулыбке, ибо ответ кажется очевидным. — Смешно. — Ладно, согласен, — он хватает телефон и, небрежно сунув его в карман, инстинктивно проверяет остальное содержимое. Пусто. — Бля, а где... — Ключи ты, кстати, чуть не проебал, но... — Да нет же, — отмахивается Кашин, продолжая суетливо ощупывать карманы. — У меня с собой была флешка. Ну такая, чёрная, короче. — Какая ещё флешка? — Вова одаривает друга взглядом полного непонимания, явно не разделяя его паники. — Моя, блять, — фыркает рыжий, оглядываясь вокруг, будто это ему чем-то поможет. — Понять бы ещё, где и как я её проебать мог. — Так это... — Каша чешет затылок. — Брамо говорил ты вчера какого-то пацана отпиздил за клубом, может, тогда и выпала. Ты вообще помнишь чё было-то ? — Ну пизда мне. Кашин тяжело вздыхает. Теперь головная боль и похмелье его не волнуют — появились проблемы по серьёзнее. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ*ㅤㅤ*ㅤㅤ* Семь уроков казались бесконечным адом. Каждый вдох отдавался в рёбрах острой болью, будто они вот-вот сломаются. Тело ныло, скрывая под одеждой синяки на животе и ногах. Руслан и так выглядел полуживым, а это был только второй урок. Оставалось только надеятся что оставшиеся пять он переживет. Родителей, очевидно, совершенно не волновало его состояние. Вердикт был прост: ноги, руки целы — беги в школу. Тушенцов пытается сделать вид что вникает в речи учителя, хотя на деле всё думал о вчерашнем дне. Досталось ему буквально без причины, что и злило больше всего. Да и парень, так активно с ним флиртующий в тот вечер, тоже бесследно пропал. Но это не расстраивало, скорее просто раздражала его трусливость. Раздражающий звук звонока отвлёк от философски рассуждений и пришлось, привозмагая боль, подняться с места. Он небрежно начал закидывать вещи в рюкзак, не общая внимание на расшумевшихся одноклассников. Чёрная флешка валялась на самом дне рюкзака, похороненная под грудой школьного хлама. Руслан прекрасно помнил о ней, но проверить содержимое не мог при всём желании. Собственного компьютера у него не было, и в обозримом будущем покупка такой техники ему явно не светила. Был только один вариант, рисковый но рабочий — кабинет информатики. Весь хитрый план заключался в том что бы на перемене подкараулить уход учительницы и по быстрому пробраться в компьютерный класс. На словах легко, на деле страшно, ибо в случай чего ему точно влетит. Тушенцов закинул рюкзак на плечо и быстрым шагом направился к нужному кабинету, минуя толпы сонных злых учеников. Ещё с пару секунд помявшись у нужной двери наконец аккуратно её приоткрыл, внутри никого не было. Сегодня везёт. Он вошёл, сел за один из компьютеров и начал рыться в рюкзаке в поисках флешки. Спустя пару мгновений и несколько кликов Руслан уже изучал её содержимое . Внутри обнаружился всего один видеофайл. Нахмурившись, парень запустил его и впился взглядом в экран. Запись явно велась на скрытую камеру видеонаблюдения: в кадре была небольшая комната с диваном и приглушённым светом. Посередине сидел мужчина средних лет, увлечённо нюхающий белый порошок со стола и то и дело ровняющий дорожки пластиковой картой. Рядом с ним, звонко посмеиваясь, крутилась миловидная девица в вызывающем мини-платье, то и дело прижимаясь поближе. Тушенцов замер, ему вдруг показалось что он увидел то, чего не должен был. Хотя, вообще-то, так и есть. Он продолжал пялится в экран, не в силах оторвать взгляд. Девушка полезла на мужчину и, явно демонстрируя своё желание, хищно заулыбалась. А тот был и не против, обнял её за талию и притянул к себе. — Тушенцов, это что такое ? — Голос из-за спины заставил Руслана вздрогнуть и резко обернуться. Он вскинул брови от удивления, со страхом в глазах уставившись на учительницу информатики. — Ты чем это тут занимаешься? Да ещё и на школьном компьютере! Совсем совесть потерял? — Я? Я не... Это не... — В панике он, путаясь в кнопках, судорожно пытается закрыть вкладку или хотя бы загородить светящийся экран ладонями, но от волнения пальцы совершенно не слушаются. — Татьяна Николаевна, да это вообще не моё! — Да? — Женщина недовольно хмурит брови, скрестив руки на груди. — А чьё же? Моё что ли? А ну быстро к директору, сейчас же! — Но... — И без но! Выключай давай эту похабщину, — она активно жестикулирует руками, продолжая возмущаться. — И не дай бог, слышишь? Не дай бог у меня после твоей этой ерунды какой-то вирус всплывёт на компьютере ! Тушенцов наконец выключает компьютер и, торопливо сунув флешку в карман, подхватывает с пола рюкзак. Поспешно выйдя из кабинета он покорно бредёт следом за учительницей, стыдливо опустив голову вниз. Уже раз пять пожалел о том что вообще решился на что-то подобное. Сидеть и слушать речи директора о нормах поведения и уважении кажется пыткой. Руслан понимающе кивает, а из головы всё никак не выходит та запить. Кажется, это было снято именно в том клубе, за углом которого и валялась флешка. Только вот зачем хранить подобную запись, и кому вообще это нужно. — Тушенцов, ты слушаешь вообще ? — А? Да, конечно. Я... — Он уже в сотый раз поправляет и без того нормально лежащую чёлку. Дурацкая привычка, которая всегда напоминала о себе, когда он не знал куда деть руки от волнения. — Я всё понял. Такого больше не повторится, обещаю. Извините. — Правильно! Пусть извиняется. — Зло цедит Татьяна Николаевна, явно не желая униматься, и требовательно глядит то на Руслана то на директора. — И маму! Маму его в школу вызовите на серьёзный разговор. — Маму? — С явным беспокойством в глазах переспрашивает парень, хочет что-то сказать но его тут же перебивают. — Но я ведь просто... — Никаких «просто», Руслан! Ты без разрешения воспользовался школьным имуществом в моём кабинете. Это грубейшее нарушение дисциплины. Директору ничего не остаётся, кроме как нехотя кивнуть, хотя по его скептическому виду трудно сказать, что он полностью согласен с инициативной этой дамочки. — Ладно, Тушенцов, ты слышал Татьяну Николаевну. В таком случае завтра жду твою маму у себя в кабинете. Руслан лишь вздыхает. Этого ему ещё сейчас не хватало. Ебучая флешка. ㅤㅤㅤ ㅤㅤㅤㅤㅤㅤ*ㅤㅤ*ㅤㅤ* Даня курил одну сигарету за другой, гипнотизируя взглядом главный школьный вход. Он намотал вокруг клуба добрых кругов пять, до того как понял что ищет явно не в том месте. Флешку в тот вечер мог забрать только один человек, и всё вело к тому что это именно Руслан. Только вот зачем она ему? Вопрос остаётся без ответа, но это только пока что. Звенит звонок. Уже через пару минуту двор наполняется толпами учеников, стремящихся побыстрее разойтись по домам. Он щурится, тушит сигарету и, топча бычок, беглым взглядом проходится по каждому вышедшему из здания. Тушенцов объявляется одним из самых последних, с недовольным лицом лениво шагая в сторону выхода. Минует скрипучую калитку и, попутно пиная ногой небольшой камень, идёт в сторону своего дома. Даня точно понимал что нападать сразу явно не стоит, ибо слишком много лишних глаз, да и кто-то может осмелится заступится за этого челкастого олуха. По этому он просто плетётся следом, стараясь особо не привлекать к себе внимания. И у него это явно выходит. Руслан, ничего не замечая, лениво перебирает ногами погружённый в собственные мысли. Продолжает пинать камень, а когда наскучивает поднимает взгляд и на секунду останавливается, глянув на уже виднеющийся за углом дом. Осознание что всё это время кто-то шёл следом приходит внезапно, когда еле слышные шаги позади замедляют темп, а затем и вовсе затихают. С опаской глянув через плечо он натыкается взглядом на Кашина и инстинктивно переходит на быстрый шаг. Синяки отдают по всему телу тупой ноющей болью, будто бы напоминая о вчерашнем. Руслан забегает в подъезд и судорожно пытается открыть дверь квартиры, но от накатившей паники пальцы предательски дрожат. Ключи с глухим стуком падают из рук. — Сука... Кашин хватает его за запястье и грубо разворачивает к себе, прижав спиной к двери. — Флешка. — Что? — Тушенцов хлопает глазами, первые секунды не соображая, что от него хотят. Но стоит пазлу сложиться, как брови невольно приподнимаются. Осознание того что флешка принадлежит Кашину вызывает ещё больше вопросов, однако задавать их он конечно же не осмеливается. — Что слышал, блять, — Даня хмурится и чувствуя дрожь в чужом запястье сжимает его ещё сильнее. — Тебе вчера не хватило? Верни её, и не буду ебало твоё портить, — мельком мазнув оценивающим взглядом по аккуратно накрашенным глазам он усмехается. — А им ты, как я погляжу, явно дорожишь. Тушенцов хочет выдернуть руку из чужой хватки, но все попытки тщетны. Сил не хватает, а после вчерашних побоев Руслан и вовсе стал слабее чем когда-либо. — Отпусти. — Мне повторить? — Рыжего это только злит. Он недовольно фыркает, одарив собеседника злобным взглядом. — Я знаю, что она у тебя, хватит дурачка из себя строить. — Если она и у меня, то... — он обрывается на полуслове. Дверь одной из квартир открывается с характерным звуком и в подъезд выглядывает обеспокоенная женщина средних лет. Соседка Руслана, живущая тут уже лет семь. Никогда он не был рад её видеть так как сейчас. — Так, вы что тут устроили? — скрестив руки на груди, проговаривает она. Где-то в глубине её квартиры истошно мяукает кот. Она вообще его кормит? — Руслан, ну-ка домой иди, — женщина зло косится на соседа, а затем переводит взгляд на не менее ошарашенного Даню. Тушенцов решает не терять времени и по-быстрому подобрав связку ключей открывает дверь своей квартиры. — А вы, молодой человек, — продолжает соседка, не унимаясь, — не кричите на весь дом, бога ради. Вот забегают в подъезд такие как вы, а потом у нас стены все исписаны всяким непристойностями! Ну-ка, марш от сюда, пока я полицию не вызвала. Хулиганье. — На последок она шепотом что-то причитает про бога и с хлопком закрывает дверь, поправляя свой халат. Пока Даня выслушивал её речи, Руслана и след простыл. Он смотрит в закрытую перед его носом дверь и тяжело вздыхает. Ещё с полминуты трётся в подъезде, а затем наконец выходит на улицу и, закурив, набирает номер, именуемый не иначе как «патлатый хуй». — Слушай, Лех, тут короче хуйня одна случилась. Сегодня никак. — Он делает очередную затяжку, выслушивая недовольные возгласы по ту сторону трубки. — Да понял я, не ори. До понедельника, так бы и сказал, а то «сегодня», «сегодня»! Чё ты тоже вот... — собеседник явно злится, так что Даня решает не усугублять ситуацию. — Ладно, всё, принесу я. Давай. Рыжий сбрасывает вызов и невольно начинает рассматривать окна первого этажа. А ведь одно из них явно ведёт в квартиру Руслана. Появилось необъяснимое желание кинуть туда камень. Ещё немного просверлив взглядом множество номеров в телефонной книге он набирает номер друга — Алло, Маф, идёшь завтра в школу? — по лицу сама собой расплывается улыбка. — Кайф. А пацаны чё? Мне там просто помочь надо кое с чем... Ну, или скорее, кое-кем. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ*ㅤㅤ*ㅤㅤ* Наконец отделившись от двери, Руслан зашёл в комнату, швырнул рюкзак в угол и тяжело выдохнул, падая на кровать. Выудив из кармана флешку, он приковал к ней взгляд, будто это сейчас был единственный предмет, имеющий сейчас хоть какой-то смысл. Он и сам до конца не понимает зачем ему всё это. Но греющее душу осознание того, что у него в руках находится вещь, которая отчаянно нужна Дане, почему-то нравилось. В голове сама собой возникла мысль о том, что этот компромат можно обернуть в свою пользу. Упускать такой шанс он точно не собирался. Из приоткрытого окна отчётливо слышится голос Кашина, заставляя в очередной раз вздрогнуть. Он замирает, внимательно вслушиваясь в его слова, и внутри в этот момент что-то неприятно колет в груди. Походу спокойная жизнь ему в ближайшее время не светит.