Мимолётное лето

Глава 2.

Наблюдательный пункт

Летом дни летят как сумасшедшие. Жара стояла такая, что даже собаки забились под крыльца и не подавали голоса. Хотя раньше гавкали не умолкая. Женя, сбежал от домашних дел на свою любимую старую черешню. Ловко взобравшись по знакомым сучкам на самый верх, он поплотнее устроился на широкой развилке веток, скрытый густой зелёной листвой. Забор в малиннике дед в итоге добил сам, ворча под нос что-то про «полиглотов ручнозадых» Однако, стоило Жене поудобнее устроиться и отодвинуть рукой пушистую ветку, как он замер от удивления. Раньше он как-то совершенно не замечал — за целых-то два года жизни здесь! — что с этой высоты соседский участок виден как на ладони. Раньше это место казалось просто унылым пятном заброшенного бурьяна, на которое не хотелось даже смотреть. Но теперь... Женя невольно присвистнул. Больше всего его поразило то, с какой скоростью преобразился чужой двор. За какие-то два дня новые жильцы умудрились полностью скосить всю дикую сорную траву, которая годами росла там чуть ли не в человеческий рост. Теперь участок выглядел непривычно просторным, чистым и, по жениным меркам, вполне обитаемым. «Им теперь только веранду подправить, и вообще великолепно», — подумал он, прищурившись. Разглядывая чужую территорию, Женя скосил глаза на свой указательный палец. На нём красовался дурацкий медицинский пластырь, который за эти дни его окончательно взбесил. Он вечно соскальзывал, цеплялся за ветки и противно лип к одежде. Нахмурившись, Женя резко, одним движением сорвал тканевую полоску и швырнул её вниз, в траву. Палец тут же отозвался тупой, ноющей болью, но ранка всё же затянулась, а терпеть эту поликлинику на руке сил больше не было. Женя снова перевёл взгляд на чистый соседский двор, выискивая глазами тех самых городских пришельцев. В их глуши появилось хоть что-то новенькое, и это, как ни крути, интриговало. Женя принялся более внимательнее разглядывать соседский двор и вдруг нахмурился. Чёрной «Волги» нигде не было видно. «Опа, а машина где? — пронеслось в голове. — Неужели они припёрлись из города только для того, чтобы траву покосить и обратно уехать? Да ну, бред какой-то. Только-только что-то интересное в этой глуши появилось...» В этот момент деревянная дверь соседского дома со скрипом отворилась. На крыльцо вышел тот самый высокий черноволосый парень. Он был в простой майке, щурился от яркого солнца, держал на плече полотенце и сладко потянулся, разминая плечи. Женя тут же демонстративно отвернулся, уставившись в противоположную сторону. Смотреть на соседа не хотелось. Женя и сам не мог бы объяснить почему, но этот городской тип его уже заочно раздражал — весь такой правильный, приехал тут порядок наводить. Желая устроиться поудобнее и полностью скрыться за листвой, Женя попытался переставить ногу. Но полукед предательски поехал по гладкой древесине. Сухая кора с громким треском лопнула под подошвой, ветки резко качнулись, зашуршав на всю улицу, а сам Женя едва удержал равновесие, тихо выругавшись сквозь зубы. Тишина была испорчена окончательно. Парень на крыльце, естественно, услышал этот грохот. Он опустил руки, повернул голову прямо к растрёпанной кроне черешни и, ухмыльнувшись, неторопливо подошёл к низкому забору между участками. — Эй! Привет! — негромко, но отчётливо крикнул он, приставив ладонь ко лбу, чтобы не светило солнце. —Долго там сидеть собираешься? Женя понял, что шифроваться дальше бесполезно. Он лениво отодвинул локтем густую ветку черешни, демонстрируя свои растрёпанные волосы, которые на солнце вспыхнули ярко-рыжим, и сверху вниз посмотрел на соседа. — А тебе что, снизу плохо видно? — развязно крикнул Женя, ухмыляясь одним уголкам губ. — Сколько надо, столько и буду сидеть. Воздушное пространство над этой черешней приватизировано мной, так что не нарушай границы. Рома опёрся локтями о низкий штакетник, разглядывая рыжего парня на дереве. — Да я вроде и не нарушаю, — хмыкнул парень, закинув полотенце поудобнее на плечо. — Просто оттуда, наверное, обзор получше, — тот лениво улыбнулся и перекинул полотенце с одного плеча на другое, внимательно разглядывая Женю. — Кстати, как там твой палец? Я слышал, ты два дня назад на всю улицу ругался... На французском, кажется? Прости, я в языках не силён, но звучало красиво. Женя ни капли не смутился, хотя к щекам и прилил горячий румянец. Вместо ответа он ловко, как кот, заскользил вниз по стволу и спрыгнул на утоптанную землю прямо у забора. Засунув руки в карманы потёртых шорт, он подошёл к штакетнику почти вплотную. — О-о-о, так ты у нас из этих... подслушивающих? Как бабушки возле поезда — язвительно протянул Женя, оглядывая парня с ног до головы оценивающим взглядом. — Это был бесплатный мастер-класс по зарубежной литературе, ценитель. И вообще, быстро вы работаете. Два дня прошло, а дом уже на дом похож. И я чего-то твоих родителей не вижу где они? — Отец уехал по делам на пару дней. А руками работать мы умеем, не сомневайся. Я Рома, кстати, — он открыто протянул ладонь через забор. Женя посмотрел на протянутую ладонь, потом перевёл взгляд на лицо Ромы. — Женя, — всё-таки представился он, но руку пожимать не стал. — Соседи всё-таки. Возможно, мы даже станем друзьями. — Друзьями? — Женя коротко хмыкнул и покачал головой. — Сомневаюсь. Он наконец отвёл взгляд от протянутой ладони и пожал плечами. — Всё-таки мечтать не вредно Ромочка. Ты всё равно в конце лета уедешь обратно в город. Какой смысл заводить друзей на пару месяцев? Голос его звучал насмешливо, но где-то глубоко внутри проскользнула неожиданная серьёзность. — Да и не особо мне это надо. Женя засунул руки в карманы шорт и криво усмехнулся. — Так что не трать силы, Рома. Лучше веранду свою подправь, а то смотреть больно. С этими словами он круто развернулся на пятках и неторопливо пошёл к дому, чувствуя спиной чужой внимательный взгляд. — Друзьями можно быть и на расстоянии, — негромко, но уверенно полетело ему в спину. Рома даже не подумал обижаться на отказ. — Письма друг другу писать, например. Да и в гости можно приезжать, Москва ведь не на другом конце земли. Женя ничего не ответил. Он лишь на секунду замер, искоса мазнул по Роме быстрым, нечитаемым взглядом карих глаз и упрямо зашагал дальше. Скрывшись в прохладных сенях дома, он наконец выдохнул. Внутри всё странно зудело от этого разговора. — Женька, ты где пропадал-то опять? — из кухни показалась бабушка. Она окинула внука строгим взглядом, но тут же заметила его растрёпанный и слегка растерянный вид. — Да так... С соседом новым разговаривал, — буркнул Женя, стараясь смотреть куда угодно, только не на неё, и потянулся к ковшу с холодной водой. Лицо бабушки мгновенно просветлело, а в глазах появилась тёплая, понимающая улыбка. — Ну, наконец-то, — искренне обрадовалась она, всплеснув руками. — Хоть друга себе нормального найдёшь, а то всё сычом на ветках сидишь да один где попадя шастаешь. Городской мальчик-то? Вот и отлично, будет с кем летние вечера скоротать. Шагай за стол, помощник, суп стынет. Женя молча кивнул и прошёл на кухню, но слова Ромы про письма и дружбу на расстоянии никак не выходили у него из головы. Вечер опустился на Березовку незаметно, принеся с собой долгожданную прохладу после изнурительного знойного дня. Небо над крышами деревенских домов окрасилось в невероятный, густой закатный цвет — от нежно-розового у горизонта до глубокого фиолетового в вышине. Деревенские звуки постепенно затихали: где-то на другом конце улицы лениво брехали собаки, а в густой траве у забора уже вовсю заливались первые сверчки. Женя сидел на деревянной веранде напротив деда. Между ними на старом, колченогом табурете стояла видавшая виды шахматная доска с потертыми, потемневшими от времени фигурами. Женя подпёр подбородок ладонью и сосредоточенно разглядывая поле, напряжённо думая над следующим ходом. На его лице, освещённом мягким вечерним светом, отчётливо выделялся светлый шрам на левой брови. Он как раз потянулся, чтобы сделать победный, как ему казалось, ход конем, когда тишину бесцеремонно нарушил звонкий голос бабушки. — Женька! Оторвись на минуту от своих великих раздумий, — бабушка вышла на веранду, держа в руках два пустых цинковых ведра, которые звонко звякнули в её руках. — На вот, набери воды из колодца. Женя замер с занесённой над доской фигурой и недовольно воззрился сначала на вёдра, а потом на бабушку. Но сеже спокойно сказал. — Хорошо. А куда отнести нужно? — Соседям нашим. Как только Женя услышал слово «соседи» то сразу же скривился. — Ба, ну ты чего? У меня тут мат в три хода намечается! И вообще, с какой стати я им воду должен таскать? — С такой, что нужно быть гостеприимным, — строго, но спокойно отрезала бабушка. — Ромины родители уехали на пару дней, а колодец у них на участке сто лет не чистили, вода там наверняка застоялась, пить её нельзя. Парень один остался, за домом присматривает, некому ему помочь. Отнеси, тебе сложно, что ли? Тут пройти всего ничего. Мысль о том, что ему придётся идти к этому заносчивому, как он считал, городскому Роме, да ещё и в роли водоноса после их дневной стычки, казалась просто невыносимой. — А у Ромы твоего что, рук нет? —уже более спокойно начал, женя— Парень здоровый, выше меня на голову, а сам дойти не может? Ему тут три шага сделать через забор. Я грузчиком к столичным неженкам не нанимался. Пусть сам с вёдрами бегает, если пить захочет. Ну или пусть из лужи пьёт! Дед, воспользовавшись тем, что внук отвлёкся и потерял бдительность, незаметно передвинул своего ферзя на более выгодную позицию. Хитро прищурившись в усы, он вставил свои пять копеек — Иди-иди, француз недоделанный. Языком чесать ты горазд, а как соседу помочь — так сразу в кусты? Прогуляйся, как раз мускулатуру подкачаешь, а то совсем одичал, скоро хвост вырастет. Женя перевёл взгляд с деда на непреклонную бабушку. Поняв, что этот семейный консилиум ему ни за что не переспорить, он шумно, со свистом выдохнул, со стуком бросил шахматную фигуру обратно на доску и упрямо сжал челюсти. — Ладно— буркнул он, резко поднимаясь со скрипучей лавки. — Но это в первый и последний раз. Больше я к нему не пойду, пусть хоть засуха начнётся. Он сердито выхватил из рук бабушки пустые вёдра и направился к колодцу на заднем дворе. Возле колодца густо пахло сыростью, старым деревом и разросшейся мятой Женя с грохотом опустил первое ведро на тяжёлую металлическую цепь, с силой крутанул деревянный ворот и проводил взглядом уходящую в темноту глубины емкость. Через секунду снизу донесся глухой, эхом отозвавшийся всплеск. — Нашёлся тут... король — раздражённо бормотал Женя под нос, с усилием налегая на ручку ворота и вытягивая потяжелевшее, ледяное ведро обратно наверх. — Сам бы дотопал, корона бы не свалилась. Тоже мне, присматривающий за домом. Развалится он воду принести, как же. Кое-как наполнив оба ведра до самых краёв чистой, прозрачной водой, Женя подхватил их. Тяжёлые металлические дужки моментально врезались в ладони, заставив вспомнить про ушибленный палец, а ледяная вода при каждом шаге неприятно плескала по щиколоткам, мгновенно пропитывая старые кеды. Он медленно двинулся в сторону соседского участка. отчаянно балансируя, чтобы не разлить половину ноши по дороге. Женя подошёл к калитке соседского участка и, поскольку руки были заняты тяжёлыми вёдрами, с силой пнул деревянную перекладину. На весь двор раздался глухой стук, но внутри дома никто не зашевелился. — Эй! Есть кто живой? — крикнул Женя, но в ответ услышал только стрёкот сверчков. Приоткрыв ворота плечом, он аккуратно, стараясь не расплескать ледяную воду, прошёл по скошенному двору и поднялся на крыльцо. Постучав ногой в дверь. На этот раз за дверью послышались быстрые шаги, и она распахнулась. На пороге стоял Рома, удивлённый и явно не ожидавший гостей. Женя, не дожидаясь приглашения, протиснулся мимо него в прохладную прихожую, со стуком опустил оба ведра на деревянный пол и с облегчением выпрямился, разминая затекшие пальцы. — На, держи, король — язвительно выдохнул Женя, вытирая капли воды с ладоней о свои шорты. — У тебя самого что, рук нет дотащить ведра с водой? Здоровый же лось, выше меня на голову, а я тут корячусь, грузчиком у него подрабатываю! Рома сначала опешил от такого напора, глядя на полные вёдра, а потом на его лице появилась та самая понимающая улыбка. Похоже, колючесть соседа его снова забавляла. — Спасибо, конечно, — хмыкнул Рома, опёршись плечом о косяк двери. — Но вообще-то твоя бабушка приходила к нам еще утром, когда мои родители ещё были тут. Она сразу сказала, что колодец у нас застоялся, и пообещала принести воды. Я ей вежливо объяснил, что у меня с руками всё в порядке и я сам могу дойти с вёдрами, мне не тяжело. Но она даже слушать не стала, развернулась и ушла. Женя тяжело, обречённо вздохнул и устало потёр пальцами переносицу. Только сейчас до него дошёл весь масштаб бабушкиного коварства. Она, как образцовая и заботливая соседка, пообещала помочь? Пообещала. Задание в итоге выполнено? Выполнено! Вот только припахали для этого самого Женю. Он разочарованно посмотрел в сторону своего дома, но тут же слегка улыбнулся уголкам губ. «Ну и кадра у меня бабуля, конечно», — подумал он про себя. Женя снова перевёл взгляд на соседа, возвращая себе привычный дерзкий вид. — Ладно, Ромочка, погорячился я, признаю, — Женя небрежно махнул рукой в сторону вёдер и сделал шаг назад, к выходу на крыльцо. — Бывай. Надеюсь, мы с тобой в ближайшее время не увидимся. — Рома проводил его взглядом. — Я думаю, наша встреча произойдёт гораздо быстрее, чем ты думаешь, — негромко, но с улыбкой бросил он ему вслед