Месть Чёрных Демонов

«В ночь Красной Луны драконы вспоминают своих предков.

Но лишь немногие понимают, что в эту ночь предки наблюдают за ними.»

«Книга Первых Крыльев»

Тяжёлые двери главного зала закрылись за последним советником. В просторной столовой стало значительно тише. Здесь не было той официальной холодности, которой дышал тронный зал. Напротив, длинный стол из красного дерева, отполированный до зеркального блеска, создавал ощущение домашнего уюта. На стенах мерцали старинные светильники с живым огнём, а огромные окна открывали вид на горную долину, где над зелёными лесами уже кружили молодые драконы, наслаждаясь свободным полётом. Запах свежего хлеба смешивался с ароматом запечённого мяса, горных трав и сладкого мёда. Чонгук поймал себя на мысли, что впервые за утро почувствовал голод. — Хоть кто-то наконец вспомнил, что существует еда, — довольно заявил Чимин, усаживаясь за стол раньше всех. — Именно поэтому отец всегда говорит, что ты сначала думаешь желудком, а уже потом головой, — невозмутимо заметил Юнги. — Неправда. — Правда. — Клевета. — Проверить? — Не надо. Император, наблюдавший за сыновьями, едва заметно улыбнулся. Такие моменты случались редко. За пределами дворца его знали как сурового правителя, сумевшего сохранить мир между драконьими родами почти тридцать лет. Его слово было законом, а решения никогда не подвергались сомнению. Но здесь... За этим столом... Он был просто отцом. — Через три дня наступит Красная Луна, — спокойно произнёс Император, когда слуги закончили подавать завтрак. Веселье мгновенно стихло. Даже Чимин перестал тянуться за очередной булочкой. — В этом году праздник будет отличаться от предыдущих. Чонгук поднял голову. Отец редко произносил подобные фразы просто так. — Прибудут главы всех Великих родов, — продолжил Император. — Вместе со своими наследниками. — Все? — уточнил Юнги. — Все. В зале повисло молчание. Собрать одновременно представителей всех драконьих родов было непросто. Каждый клан жил по собственным законам. Каждый берег свои традиции. И далеко не каждый доверял соседям настолько, чтобы оставить свои земли без правителя хотя бы на несколько дней. — Значит, дело серьёзное, — тихо произнёс Юнги. Император кивнул. — Последние месяцы наши разведчики всё чаще находят следы чужаков возле северных границ. Чонгук нахмурился. — Людей? — Нет. — Тогда кого? Император на мгновение замолчал. — Пока неизвестно. Ответ прозвучал слишком неопределённо. Для Императора — слишком. — Север пуст уже несколько тысячелетий, — задумчиво сказал Чимин. — Там даже охотники почти не появляются. — Именно поэтому происходящее вызывает вопросы, — ответил отец. Юнги слегка нахмурился. — Следы ведут из Пепельных гор? — Нет. — Из ледяных земель? — Нет. Чонгук внимательно наблюдал за отцом. Тот явно чего-то недоговаривал. Это чувствовалось по тому, как он медленно вращал в пальцах серебряный кубок. Так он делал всегда. Когда не хотел говорить всей правды. — Тогда откуда? Император поднял взгляд. — Пока мы этого не знаем. Ложь. Совсем небольшая. Но Чонгук почувствовал её. Впервые. И это почему-то неприятно кольнуло внутри. После завтрака дворец окончательно ожил. Во внутренних дворах слуги развешивали алые знамёна. Мастера устанавливали каменные чаши для праздничного огня. Музыканты репетировали старинные баллады. В кузницах без устали звенели молоты. Каждый понимал — Красная Луна бывает лишь раз в десять лет. И к ней начинали готовиться задолго до первого заката. — Нас опять отправят смотреть бесконечные церемонии? — тяжело вздохнул Чимин. Они неспешно шли по галерее, ведущей к тренировочным площадкам. — Не "нас", — спокойно ответил Юнги. — А кого? — Тебя. — Очень смешно. — Я серьёзно. Чимин обречённо простонал. — Почему обязанности наследников всегда такие скучные? — Потому что ты считаешь скучным всё, где нельзя подраться. — Это неправда. — Хорошо. — Или поесть. — Вот теперь правда. Чонгук тихо рассмеялся. Он любил такие моменты. Когда можно было хотя бы ненадолго забыть, что однажды именно ему придётся занять место отца. Тренировочная площадка располагалась на самой высокой террасе дворца. Отсюда открывался вид почти на всю столицу. Белоснежные дома уступами спускались по склону горы. Многочисленные мосты соединяли башни между собой. В небе непрерывно кружили драконы. Одни возвращались с охоты. Другие патрулировали границы столицы. Третьи просто наслаждались полётом. Чонгук остановился у самого края площадки. Ветер трепал его волосы. Высота всегда успокаивала. С высоты всё казалось проще. Город. Дворец. Обязанности. Проблемы. — Опять хочешь полетать? — спросил Чимин. — Немного. — Тогда чего стоишь? Чонгук улыбнулся. Он сделал ещё шаг вперёд. Закрыл глаза. Глубоко вдохнул прохладный горный воздух. И прыгнул. Ветер мгновенно подхватил тело. Свободное падение длилось всего несколько ударов сердца. А затем... За спиной с громким треском распахнулись огромные золотые крылья. Солнечный свет заиграл на каждой чешуйке. Мощный взмах. Ещё один. Чонгук стремительно взмыл вверх, оставляя дворец далеко внизу. Он смеялся. Искренне. Так, как смеются только дети. Или драконы, почувствовавшие свободу. Внизу Чимин уже прыгнул следом. Через мгновение рядом с ним появились серебристые крылья Юнги. Трое братьев почти одновременно устремились к облакам. На несколько минут они забыли обо всём. О короне. О Совете. О Красной Луне. О странном сне. О загадочной чёрной чешуйке. Им казалось, что впереди только небо. И никто из них не заметил одинокую фигуру в тёмном плаще, стоявшую на вершине далёкой северной скалы. Незнакомец молча наблюдал за тремя золотыми драконами. Не двигаясь. Слишком далеко, чтобы его можно было разглядеть. Но достаточно близко, чтобы увидеть наследника Империи. Под капюшоном едва заметно сверкнули янтарные глаза. А затем незнакомец бесследно исчез, словно его никогда и не было. В этот же миг, глубоко под северными горами, где уже несколько тысячелетий не ступала нога ни одного дракона из Империи, в огромном каменном зале медленно распахнулись древние ворота. По длинному коридору эхом разнеслись тяжёлые шаги. — Он вырос... — произнёс чей-то спокойный голос. — Да. — Значит... время действительно пришло. В зале повисла тишина. А далеко над Империей, ещё невидимая дневному небу, медленно начинала наливаться алым светом Красная Луна.