Месть Чёрных Демонов

Пролог

Затхлый и прелый воздух подземелья давил на лёгкие. Вокруг была звенящая тишина нарушаемая шелестом одежды и треском факела в руках парня, который пробирался сквозь темные лабиринты. Карта была у него в голове, отпечатана сотнями часов изучения, прежде, чем он ступил в эту тьму. Шаги были тихими, будто путник боялся потревожить местных чудовищ (достоверно неизвестно, были ли они тут, но осторожность не помешает). Завернув за очередной поворот парень уперся в огромную практически монолитную дверь, которая по ощущениям вросла в стену, огромная навесная ручка была влажная от застоявшегося воздуха и подземных вод, которые очень вдалеке журчали, когда он вышел к проёму. Он помнил заклинание, оно отпечаталось в мозгу клеймом, прабабушка ему каждую ночь перед сном шептала эту легенду, вместо сказок. Он эту легенду помнил наизусть и мог без запинки пересказать без единой ошибки. Но ему нужно было убедиться, что это правда и это не миф, а существоваший факт. — Каждый секрет рано или поздно становится известным, — тихо произнёс Чонгук, обхватывая ладонью холодную металлическую ручку. На мгновение замер, собираясь с духом, а затем медленно потянул тяжёлую дверь на себя. Дверь неожиданно легко сдвинулась с места, будто её открывали совсем недавно. Ни единого скрипа не раздалось в тишине подземелья, словно старые петли не знали ржавчины. Чонгук невольно нахмурился. Святилище, в которое, по словам прабабушки, не ступала нога дракона многие тысячи лет, не должно было встречать его так... привычно. Отогнав тревожные мысли, он переступил порог. Тихо пробираясь между бесконечно высоких стелажей с книгами и пергаментами от количества которых захватывало дух, дыша вековой пылью и прелостью отсыревших страниц. Парень шел так, будто путь который он держал уверенно, он проходил миллион раз, он понимал, что уже очень близко к своей цели. Он обещал прабабушке добраться сюда, когда ему исполнится 18 лет и обязательно в ночь красной луны, почему именно так, он понятия не имел. Она взяла с него обещание на смертном одре, испуская последний вздох. Он был обязан исполнить ее последнюю волю, так у них заведено. В очередной раз свернув за угол стеллажа он уперся в стену с небольшой дверью и понял, что на месте. Резная, испещренная многочисленными рисунками с фантастическими существами доселе невидаными, черное дерево блестело от влаги. Чонгук осторожно толкнул дверь. Та беззвучно распахнулась, словно только его и ждала. За порогом оказалось небольшое круглое помещение. В отличие от бесконечных стеллажей главного зала здесь не было ни сотен книг, ни свитков. Лишь один единственный каменный постамент посреди комнаты. На нём лежала огромная книга. Черная, будто вырезанная из цельного обсидиана, с серебряным тиснением в виде двух переплетающихся драконов. Их длинные тела образовывали замкнутый круг, а глаза были инкрустированы кроваво-красными камнями. Парень медленно подошел ближе. Стоило кончикам его пальцев коснуться переплета, как по книге пробежала едва заметная серебристая рябь. Словно она узнала своего. Книга открылась сама. Страницы перевернулись без единого дуновения ветра и остановились ровно посередине. Буквы не были написаны чернилами. Они будто светились изнутри. Чонгук сглотнул. Прабабушка никогда не рассказывала, что увидит здесь именно это. Она лишь говорила:

"Если легенда окажется правдой — книга сама выберет, что тебе показать."

Он сделал глубокий вдох и начал читать.

Легенда о двух крыльях

Когда небо было моложе, чем первый рассвет, а горы ещё не знали имени своему, Создатель сотворил драконов. Даровал им крылья, крепче стали чешую, дыхание, способное плавить камень, и жизнь столь долгую, что века для них были подобны одному дню.

Но, глядя на своё творение, понял Создатель, что даже бессмертие не спасает от одиночества. И разделил каждую драконью душу надвое, сокрыв одну половину в другой судьбе.

С той поры рождается каждый дракон лишь с половиной собственного сердца. Вторая же половина странствует под тем же небом, не ведая о своей участи.

Не увидеть её взором. Не услышать зовом крови. Не найти ни древним заклинанием, ни силой, ни властью. Лишь сама Судьба ведёт две души друг к другу, переплетая дороги столь искусно, что порой проходят годы, прежде чем они поймут — уже давно идут рядом.

Бывает, Истинные называют друг друга друзьями. Бывает — соперниками. Бывает, что встречают друг друга с обнажёнными клыками. Но сердцу неведомы имена, что даёт разум.

И если день за днём они остаются рядом... если делят один путь, одну боль, одну радость и одно молчание... тогда древняя магия пробуждается.

У основания хвоста, там, где начинается позвоночник дракона, рождается первая чёрная чешуйка. Следом появляется вторая. Затем третья. Так медленно, что сам дракон может не заметить, как Судьба уже начала писать свою клятву на его теле.

Год за годом узор поднимается выше. Оплетает спину. Ложится на рёбра. Обнимает грудь. Поднимается к плечам и шее, словно два дракона, сплетаясь крыльями, ищут друг друга сквозь плоть и кровь.

Ни один дракон не властен ускорить этот узор. Не существует заклинания, способного обмануть Истинность. Не существует силы, что заставит любовь прийти раньше её часа.

И лишь тогда, когда две половины души перестают бояться друг друга... когда доверие становится крепче гор, а желание защитить — сильнее собственного инстинкта жить... брачная метка завершается.

Тогда два узора становятся одним. Два сердца начинают биться в одном ритме. Две души обретают утраченное единство.

Так рождается Нерушимый Союз.

С того дня ни время, ни расстояние, ни сама смерть уже не властны разлучить Истинных. Ибо смерть забирает лишь тело дракона. Души же, однажды соединённые Создателем, продолжают лететь рядом до самого Последнего Рассвета.

И потому говорили древние:

«Не ищи свою Истинную пару.

Судьба найдёт её раньше, чем ты успеешь назвать её своим именем».