Украсть жизнь

      На поле собралось достаточно зрителей, среди которых слизеринцев было меньше всего.         — Как они все прознали? — процедил капитан команды, Стив Лоэлот, зло сплюнув себе под ноги.         — Да ладно, условия, приближенные к реальным — это круто, на игре стадион забит под завязку.        — Посмотрю я на тебя после этого позора, — огрызнулся он и прошёл в раздевалку.       Оттуда доносился его сердитый голос. Лу казалось, будто он угрожает претендентам, и она не удивилась бы, окажись это правдой, но вслушиваться в речи капитана она не собиралась, зная, что любые изменения в команде приводят Лоэлота в ярость. Миллер отстранённо наблюдала за тем, как капитан ураганом вылетел из раздевалки и унёсся в сторону поля.        — Будто нам всю команду менять, а не одного игрока, — пробормотала она, плетясь на поле.       Когда Родольфус пришёл на отбор, игроки были уже в небе, а зрители сыпали насмешками и нелестными комментариями, которые далеко не всегда имели отношение к игре. Взбежав по лестнице, он пробрался к Беллатрисе.         — Что уже произошло?  — Первый претендент отбил подачу, но не смог удержаться на метле, — ответила она, неприязненно покосившись на беснующихся гриффиндорцев, поносящих капитана команды. Внезапно бланджер, отбитый новичком, полетел прямо к трибунам. Беллатриса среагировала молниеносно и остановила мяч, удерживая его до тех пор, пока Лу не направила его обратно на поле.        — Зато трибуна наконец заткнулась, — заметил Родольфус.             — Да и удар был неплох.         — Чем планируешь заняться в освободившееся от квиддича время?        — Макгонагалл составила для меня индивидуальную программу. Флитвик тоже. Я решил не выбирать, а изучать углублённо сразу два предмета.        — Сложновато будет, если ночами не спать, — сказала Беллатриса.             Родольфус напрягся, повернувшись к ней и всматриваясь в черты её лица, но девушка никак не отреагировала и разговор, судя по всему, продолжать не собиралась.       Тем временем следующий желающий занять место Лестрейнджа вместе с бланджером отправил в полёт и свою биту, которая угодила в охотника, спровоцировав волну смеха на трибунах. Беллатриса раздражённо выдохнула, поднялась со своего места и направилась прочь. Родольфус хотел пойти за ней, но всё же решил этого не делать на глазах у половины школы.       А тем временем отбор подходил к концу. Предпоследний игрок показал неплохой результат, хоть и пропустил один мяч, заработав фингал под глазом. Родольфус был уверен, что выберут именно этого претендента. Не дожидаясь свистка, он направился к полю, где и встретил Лу.         — Ну как тебе? Всё видел? — негодующе вопросила девушка.         — Предпоследний — кажется, Джонс — был неплох. Лучше других.         — Но он пропустил такой средний удар! — воскликнула она, — а нам ещё нужно научиться играть в паре, и я даже не представляю, как это сделать!        — Всё будет хорошо. В конце концов, у нас отличные охотники и хороший ловец.         — Да иди ты, — всё ещё негодуя, отмахнулась Миллер.         — Тебе нужно просто расслабиться и отвлечься. Нервы ещё никому не принесли пользы. Прими ванну, — сжимая её плечи, сказал он, — погрузись в пену с головой и очисти свои мысли.        — Ты так говоришь, будто хочешь соблазнить меня, — с подозрением протянула Лу, постепенно остывая и чувствуя, как ноют под его руками мышцы.         — Думаю, наши отношения не достигли такого уровня, — усмехнулся Родольфус.         — Ханжа, — стараясь не засмеяться от облегчения, ответила она, отталкивая его от себя.                   Приподнявшееся настроение вновь упало, когда оказалось, что ванная занята. Лу присела на подоконник, ожидая свой очереди, но побыть в тишине ей не удалось: из-за двери ванной доносились голоса. Лу точно различала мужской и женский голос. Первой мыслью её было просто уйти, но вторая мысль о том, что она может лишить факультет соперников ощутимого количества баллов, победила, и, сказав пароль, она отодвинула щеколду отпирающим заклинанием.       Но заготовленная фраза застряла в горле, когда она увидела, кем являлись нарушители.         — Какого хрена? — воскликнул Клод Беккер, резко оборачиваясь к двери.        — Обливиэйт! — воскликнул он. Лу отбила заклинание и связала гриффиндорца.  — Пора бы научиться произносить заклинания невербально, — сказала она, оборачиваясь к замершей у стены Дебби.       Лу смотрела на растрёпанную девушку в измятой одежде и чувствовала острое разочарование. Она не хотела с ней говорить, не хотела вообще быть втянутой в эту мерзкую грязную историю, но не знала, как лучше выпутаться из всего этого. Она могла снять баллы и доложить директору, могла превратить произошедшее в скандал, а могла просто закрыть глаза и сделать вид, будто ничего и не было, надеясь, что у Клода и Дебби хватит ума помалкивать. Клод зашевелился, намереваясь что-то сказать, но Лу, утопая в разъедающей смеси из бессильной ярости, обиды и ревности, тут же выкрикнула:  — Остолбеней!         — Что здесь происходит?       Лу резко развернулась в сторону коридора, и страх отразился в её глазах. Дебби в это мгновение бросилась к оглушенному, обхватывая ладонями его лицо.        — Посторонний в ванной старост, профессор, — сказала Лу, отступая от двери и пропуская Макгонагалл. — Он хотел наслать на меня чары забвения. Женщина приложила руку к груди и тяжело вздохнула.        — Мисс Оушен, потрудитесь объясниться.       Но Дебби, кажется, вовсе не замечала декана, взывая к Клоду, поглаживая его по волосам. Лу пораженно взирала на эту картину, не понимая к чему этот спектакль.        —  Мисс Миллер, позовите профессора Слизнорта и побыстрее,   —  сжав губы в тонкую линию, приказала Макгонагалл.         Нехотя Лу отправилась к декану, не переставая думать о том, что только что увидела и наконец пугающая догадка заставила её сорваться на бег.        —  Сэр! Вас срочно зовёт Макгонагалл к ванной старост,  —  врываясь в гостиную Слизнорта, выпалила Лу. Профессор недоумевающе смотрел на неё, не спеша отставлять чашку чая, а она была настроена силой выдернуть его из кресла. —  Это срочно, профессор, наверняка директор тоже там будет. Думаю, студент опоил девушку любовным зельем и затащил туда против воли!           Это заявление заставило профессора пошевелится, выбравшись из объятий кресла, он взял из шкафа саквояж и удивительно быстро для своей комплекции, но слишком медленный для Лу, поспешил к месту происшествия. Когда Лу открыла дверь ванной, то убедилась, что все участники на месте, правда Дебби теперь была связана и…нема.        —  Мисс Оушен наговорила уже на исключение,  —  прокомментировал это Макгонагалл и обернулся к запыхавшемуся Слизнорту,  —  она ведёт себя неадекватно, подозреваю, что мисс Оушен опоили – проклятий на ней нет.       Слизнорт приблизился к девушке и открыл саквояж, сделав соскоб с запястья, он поместил образец в прозрачный раствор, что мгновенно окрасился к мутно — розовый.        —  Это амортенция, Минерва. Не самая лучшая, я дам антидот, но лучше проводить её в больничное крыло, может появится тошнота, головокружение и слабость вплоть до потери сознания.       Декан гриффиндора сжала переносицу, борясь с подступающей яростью. Совладав с собой. Она велела Лу помочь профессору Слизнорту отвести Дебби в больничное крыло, а затем явится в кабинет директора.       По дороге в больничное крыло Дебби действительно потеряла сознание и Лу с профессором пришлось левитировать её оставшуюся часть пути. А у Лу предательски дрожали руки.       Медиковедьма решитель выставила за дверь посторонних и Лу попалась к директору.  Там Лу задержалась ненадолго – рассказав всё, что видела, она была снова выпровожена за дверь. И ей ничего не оставалось кроме как ждать декана под дверью его кабинета.       Итоги разбирательства были не утешительными: Клода не исключат, он будет до конца года отрабатывать у профессора Слизнорта, а так же Гриффиндор лишился сотни баллов. Лу была недовольна, он заслужил куда более страшной кары.       Слизнорт видел лёд во взгляде Миллер и понимал, что история не окончена.

***

      Известие о потери баллов Гриффиндором вечером всколыхнуло Большой зал. Но Лу молчала и пока за столом Слизерина разворачивалась сцена, гриффиндорцы обсуждали распоряжение декана всем собраться после ужина в гостиной.        Дебби усилием воли заставляла себя есть и разговаривать с окружающими. Она смеялась и шутила, обсуждала текущие новости и даже высказывала предположения по поводу того, что может хотеть от них Макгонагалл.       Будто ничего не случилось.         — Вы вообще видели сколько баллов потерял факультет? — обрывая все разговоры, поинтересовался староста. — Кто-то крупно влип.             Предположения сыпались одно за другим, и вскоре Дебби показалось, что она внутри улья, но вскоре её вниманием вновь завладела Лу: она шепнула что-то Дафне Клюгер, и они вместе покинули зал.        Сказав, что скоро придёт, Дебби, не слушая просьб Амиты остаться на месте, поспешила следом за Дафной и Лу. Она успела заметить, как они свернули в подземелья и прокралась следом. Девушки остановились у натюрморта.        — Я хотела поговорить о твоей однокурснице, точно не помню имя, кажется, Роуз или Роза.        — Дафна покрутила пальцем у виска, и Лу, рассмеявшись, кивнула.       — Да, об этой.         — И что же с ней?       — Ничего, но мне нужно с ней сблизиться. Дафна нахмурилась и сжала пальцами переносицу.         — Зачем? Вот просто зачем, Лу?       — Ну надо, — неопределённо протянула она.         — Какой-то спор? — предположила Дафна.         — Да, очень похоже на то, — медленно проговорила Лу.       — Так ты с ней общаешься?       Дафна насмешливо фыркнула:         — О, Мерлин! О чём мне с ней говорить?         — Вы столько лет в одной комнате живёте и у вас не нашлось темы для разговора?       Дафна закатила глаза и щёлкнула языком:         — Что тебе нужно от меня?        — Было бы здорово, если бы ты с ней подружилась, — сказала Лу и, увидев взгляд Дафны, добавила: — Или сказала бы мне, как это сделать.        — Хорошо, попытаюсь, — явно делая одолжение, согласилась Дафна.        — Я буду должна.        — Только, Миллер...— притормозила подругу Дафна, — не втягивай меня в какое-то дерьмо, о’кей?       Лу кивнула.  — Ничего такого. Ни тебе, ни ей ничего не грозит, обещаю.       Дафна и Лу разошлись, а Дебби осталась стоять, прижавшись к стене и ничего не понимая. Это раздражало. Раньше она всегда знала чем живёт Лу, могла предугадать её реакции и действия, но сейчас… стена между нами стала слишком крепкой. И, Дебби казалось, что происшествие в ванной ничего не изменило. Это причиняло боль.

***

Пуффендуйцы, не замешанные в межфакультетской вражде и не обращающие внимания на баллы Гриффиндора, занимались каждый своим делом. Дафна осмотрела гостиную и, найдя Роуз, лежащую на подушке возле камина и что-то рисующую в блокноте, поспешно взяла с полки справочник и расположилась рядом с ней. Роуз, увлечённая своим занятием, не заметила Дафну, а также потрясённые взгляды, направленные на них, но стоило ей отвести взгляд от блокнота, как она вскочила с места, глядя на Дафну, словно на единорога.         — Да ладно, ты же знаешь, что я умею читать, — протянула Дафна, перелистывая страницу.         — Я… я просто не заметила тебя, — пролепетала Роуз, — ты, наверное, хочешь позаниматься… в одиночестве.  — Вряд ли бы я пришла в гостиную с такой целью, — отозвалась Дафна и, заметив, как при этих словах напряглась Роуз, широко улыбнулась ей.         — Ты правда хочешь быть целителем? — шепнула Роуз, ложась обратно, но всё ещё прижимая блокнот к груди.         — Да, — ответила девушка, — а что?       Роуз мечтательно улыбнулась.        — В такой роли тебя сложно представить, но ты со всем справишься — точно, ты на самом деле умнее, чем кажешься.       Дафна окинула её взглядом и, не увидев и тени насмешки, вновь улыбнулась. Хоть фраза и была не слишком благозвучной, и вряд ли кого-нибудь привела бы в восторг, но Клюгер было приятно знать, что кто-то видит в ней что-то помимо красивой куклы.        — Ты отчего-то это скрываешь, — продолжала Роуз, — и я не понимаю почему.         — Таков план, — ответила Дафна и, отведя взгляд от книги, посмотрела на Роуз. — А ты чем занимаешься?       Роуз не ответила, и казалось, будто вовсе не слышала вопроса, глядя отсутствующим взглядом сквозь Дафну.       Пообщавшись с Рабастаном, Дафна научилась не обращать внимания на подобные зависания, хотя поначалу она обижалась на юношу за игнорирование её персоны.        — Ты что-то сказала? — очнувшись, переспросила Роуз.         — Я спросила, чем ты занята.       Роуз бросила взгляд на свои записи и невнятно произнесла:  — Ничем, и мне нужно в библиотеку. Я совсем забыла!       Дафна пожала плечами и вернулась к чтению. А Роуз выбралась из гостиной и, приложив ладони к пылающим щекам, гадала, почему Дафна Клюгер заговорила с ней. С простой Роуз Вайл, которая не может и пары слов нормально связать.       Роуз хоть и была мечтательной и порой наивной, но она всегда была осторожна в общении с людьми. И сейчас, как бы ей ни хотелось верить в перемены к лучшему в Дафне, она не могла допустить мысли о том, что высокомерная красотка просто так решила с ней заговорить спустя шесть лет полного безразличия.

***

       — И как продвигается? — спросил Рабастан, как только Родольфус зашёл в класс зельеварения.        — Мне нужно больше информации. Рабастан хмыкнул, но никак не прокомментировал это.        — Ты мог бы помочь мне, Басти. На этот раз ничего сложного.                    Рабастан, подозревая неладное, прищурился.         — Поболтай с Миртл, разузнай, как она умерла, и расскажи мне.         — Сам узнавай! — ощетинился парень, вспомнив масляный взгляд привидения. — Не стану я с ней разговаривать. Никогда.         — Я думаю, Реддл убил её.                   Рабастан резко повернулся к брату, туша огонь под котлом.  — Думаешь, подобная мысль никому в голову раньше не приходила и ты один такой гений?         — Нет, — ответил Родольфус, усаживая брата на стул, — наверняка были другие, только вот во время обучения нашего отца было много разговоров про открытие Тайной комнаты, в это же время из школы исключили Хагрида. Я думаю, на него и повесили это дело.        — А если это правда, и он действительно виноват? Приволок какую-нибудь тварь, а она напала на девчонку.         — Не узнаем, если не спросим.             Рабастан бессильно опустил голову, понимая, что ему нечего противопоставить брату, и осознавая, что подпишется на эту авантюру. Он ненавидел себя за слепую веру в Родольфуса, но ничего не мог с собой поделать.         — Хорошо. Завтра схожу.       Скрывая торжествующе улыбку, Родольфус приобняв брата за плечи и вышел из класса и столкнулся с Лу.         — Куда летишь? — хватая её за руку и не давая упасть, спросил он.         — Покурить. Лестрейндж направился за ней. Так, в молчании они добрались до озера, где Лу присела на землю у поросшего плющом камня.         — Тебе бы не помешало расслабиться. Может, сделаешь ещё одну попытку попасть в ванную?        — Ещё одно слово о ванной старост, и я воспламенюсь!          — Ладно, — он примирительно поднял руки, — ты говорила с Дафной?        — Да, — отозвалась она, поднося сигарету к губам и нервно чиркая зажигалкой. — Теперь и мне любопытно добраться до тайны Слизерина.            Родольфус сместился в сторону, отгораживая её от замка и отстранённо проследил за, уносимым ветром, дымом. Мыслей было слишком много, но поделится было не с кем, никогда в жизни он не чувствовал себя таким одиноким.         С тропы к замку донёсся до боли знакомых смех и голос Долохова.  Он смотрел паре вслед, ловя каждое движение девушки. Каждый луч солнца в темных волосах. И каждое касание Долохова... что заставляло яростно сжимать челюсть. Он завидовал его свободе, его беззаботному смеху и тому, что он может так просто касаться Беллы... будто имеет на это право.