Протокол Архитектор 2: Фоновый рендеринг слепого триумвирата

Бездна не пришла тишиной. Она обрушилась звуком. Хрустом костей. Треском рвущихся связок. И глухим, тяжелым всплеском. Ло Бинхэ очнулся от того, что захлебнулся собственным криком, утонувшим в густой, горячей крови. Он лежал на дне кратера, выбитого его же телом в базальтовой корке Бездны. Небо над ним — если этот пульсирующий багровый гнойник можно было назвать небом — дышало пеплом и искрами. «Диагностика... — безжалостно и сухо пронеслось в меркнущем сознании. Её интонациями. Её языком. — Падение с высоты разлома. Инерция погашена о грунт. Коэффициент повреждения оболочки: критический». Он попытался сделать вдох, но левая половина груди отозвалась тошнотворным бульканьем. Сломанные ребра пробили легкое, превращая воздух в битое стекло и кислоту. Раздробленные ноги лежали под изломанными, невозможными углами. Позвоночник превратился в месиво из костяного крошева. Но он не чувствовал боли. Боль перекрывал парализующий, животный ужас от мысли о потере Груза. В те бесконечные секунды, пока он летел в пасть Ада, Ло Бинхэ не потратил ни искры Ци на защиту своей плоти. Каждая капля его демонической крови, весь его резерв были стянуты в одну-единственную точку: к левой руке, намертво прижатой к груди. Он сплел вокруг неё непробиваемый кокон, сделав собственное предплечье самым твердым объектом в этом расколотом мире. Со страшным хрипом он заставил непослушные мышцы разжаться. На его запястье, вплавленный в обожженную кожу от чудовищного давления, тускло поблескивал черный хрусталь браслета «Сердце Тени». Целый. Ни единой царапины. А под правой рукой, судорожно прижатое к боку, лежало её тело. Бэй Фэн. Архитектор. Его... смысл. Она была ледяной. Невыносимо, противоестественно холодной для раскаленного ада Бездны. Её лицо, перепачканное серой пылью и его кровью, застыло в идеальной безмятежности. Это была пустота обесточенного сервера. — Архитектор... — прохрипел Бинхэ, выплевывая на камни сгусток густой крови. — Статус... ответь... Превозмогая агонию в сломанной шее, он поднес запястье к самым губам. Глаза, залитые багровым из-за лопнувших капилляров, лихорадочно впились в глубину кристалла. Там, в самом сердце черного камня, едва теплилась серебристая искра. Тонкая, как паутинка, она пульсировала рваным, прерывистым ритмом, словно задыхаясь под гнетом окружающей их тьмы. «Данные... сохранены. Файловая система повреждена. Целостность не нарушена. Связь: 1%. Уровень заряда: критический». Из изувеченного горла вырвался звук — не то всхлип, не то звериный рык. Она была здесь. Она не растаяла в Круге Перерождения, не оставила его в этом аду одного. Её драгоценный, сложный, гениальный «софт» всё еще прятался в этом камне, ожидая, пока её единственный провайдер подаст питание. — Питание... — забормотал он, лихорадочно прижимаясь кровоточащим лбом к граням артефакта. — Я дам... бери всё. Он закрыл глаза, вскрывая собственное Ядро настежь. Демоническая кровь Небесного Владыки, пробужденная болью, падением и первобытной яростью, закипела в венах. Игнорируя инстинкт самосохранения, он перенаправил весь резерв своей жизненной силы в браслет. Он заливал в неё сырую Ян-энергию, отчаянно пытаясь согреть этот крошечный осколок её души. Холодный металл и камень постепенно потеплели. Искра внутри вспыхнула чуть ярче, её рваный ритм стабилизировался. «Пинг прошел. Соединение удерживается». Ло Бинхэ обессиленно уткнулся перепачканным лицом в запястье, судорожно втягивая воздух. «Связь в норме, — зафиксировал его изломанный разум. — Мята. И сажа. От её маркеров». Здесь, на самом дне мира, среди миазмов гнили, серы и горелой плоти, этот едва уловимый аромат был его единственным якорем. Доказательством того, что он всё еще существует. Убедившись в стабилизации «Сердца Тени», Бинхэ наконец позволил своей крови заняться собственным телом. Исцеление Небесных Демонов напоминало жестокую пересборку заживо. Раздался первый звук. ЩЕЛК. Правое бедро с влажным хрустом встало на место, спаивая осколки костей обратно в монолит. — А-а-а-а-гх! — Бинхэ до крови вцепился зубами в плечо собственного халата, сдерживая рвущийся из глотки крик. В памяти всплыли вечерние осмотры, которые Бей Фэн проводила в уютной пристройке. Зазвучал её ровный, сухой голос: «Мышцы забиты... расслабься, Бинхэ». — Расслабляюсь... Архитектор... — шептал юноша сквозь стиснутые зубы. — Восстанавливаю... твой инструмент. ХРЯСЬ! Позвонки один за другим со скрежетом вставали в пазы. Ощущение напоминало прокручивание через пыточные жернова в обратном направлении. Мышцы лопались и срастались вновь, стягиваясь в прочные, тугие жгуты. Густая, кипящая черная кровь буквально вылизывала его изнутри, выжигая грязь и выталкивая лишнее из меридианов. — Еще немного... — прохрипел он, чувствуя, как смятое ударом легкое с влажным чмоканьем расправляется в груди. Жуткая агония собственного восстановления звучала для него мрачной симфонией в тишине Бездны. Это походило на безжалостную переплавку в горниле. Острые осколки костей прорывали кожу и сыпались на камни, а обновленная плоть натягивалась поверх ран, становясь крепче лучшей стали. Стоило багровому туману перед глазами рассеяться, Бинхэ снова поднес браслет к лицу. Искра внутри «Сердца Тени» болезненно дрожала. Теперь он разглядел скрытую в первом порыве шока деталь: серебристое сияние покрывала тончайшая сеть черных трещин, напоминающая паутину на разбитом стекле. «Структура повреждена... — мелькнула тревожная мысль. — Её душа покинула оболочку слишком резко. Я вырвал её силой в момент угасания тела. Она потеряла осознанность? Или просто закрылась от боли?» Ответов у него пока не имелось. Будучи всего лишь преданными Руками, он умудрился выронить и разбить свое единственное божество. Ло Бинхэ смежил веки, позволяя своей проклятой эйдетической памяти услужливо воспроизвести последние секунды на поверхности. Перед глазами вновь возникла ослепительная золотая платформа и её лицо — чужое, покорное выражение, ошибочно принятое им за предательство. «Игла... — он до хруста сжал кулаки. — Старик потянулся к ней, а я ошибся в расчетах. Моя попытка защитить обернулась катастрофой. Мой собственный выброс Ци спровоцировал разрушение барьеров». Кадры падения повторялись снова и снова. Хрупкие перья накидки сминаются о жесткое золото перил. Звучит её лишенный искры голос: "Бинхэ, ты мешаешь погрузке..." — Моя полезность... — Бинхэ с размаху ударил кулаком по базальту, дробя скалу в мелкую крошку, — ...оказалась ничтожной. Я сломанный инструмент. Охранник, проваливший главную задачу. Ярость на Старого Главу Дворца тонула в обжигающей кислоте ненависти к самому себе. Владыка Хуаньхуа провернул всё чужими руками, сделав Бинхэ главным палачом. Старик внедрил яд в их связь, запустив необратимую цепную реакцию уничтожения. «Какое жалкое зрелище», — раздался в его голове дребезжащий старческий смешок. — «Наследник Небесного Демона сидит в пыли, подсчитывая собственные промахи. Мальчишка, ты рухнул на самое дно преисподней. Пищи нет. Сил почти не осталось. Ты прижимаешь к себе остывающий кусок плоти и тускнеющий камень». Ло Бинхэ открыл глаза. Алое свечение радужки застыло вымороженным льдом. — Ты слишком громко фонишь, старик, — произнес юноша вслух, отсекая любые человеческие интонации. — Время уходит. Мне нужны точные координаты источников энергии и материалы для восстановления её основы. «Материалы?! — взвыл Мэн Мо. — Оглянись! Здесь выживают за счет чужой крови и собственной первобытной злобы! Ты демон! Прекрати играть в послушного слугу!» Ло Бинхэ тяжело поднялся на ноги. Сросшиеся кости гудели, наполняясь мощью. — Отец называл Бездну нашими владениями. Моим домом. Значит, в этой грязи спрятано всё необходимое. Я заберу эту территорию себе. Вырежу любой шум, мешающий её регенерации. Он перевел взгляд на Сферу Сохранения. Стекло покрывала густая паутина трещин, магия стазиса сочилась наружу сизой дымкой. — Я буду строить, — Бинхэ коснулся расколотой поверхности кончиками пальцев. — Создам здесь условия, достойные её пробуждения. Воздвигну бункер из костей чудовищ и нефрита. Ты поможешь мне проложить безопасный маршрут. «Какой еще маршрут?!» — Маршрут выживания, — Бинхэ до хруста сжал рукоять ножа, чувствуя, как внутри закипает родная Тьма. — Ты знаешь, где спрятан Синьмо. Знаешь, как пробиться к нему. Веди. Мэн Мо поперхнулся собственными возмущениями. Древний дух внезапно осознал пугающую истину: плаксивый мальчишка, вздрагивающий от кошмаров прошлого, давно уже исчез без следа. Та мертвая девчонка вылепила из полукровки монстра, воспринимающего инфернальный ад исключительно как сырьевую базу для будущей стройки. «Сдаюсь... — проворчал демон снов, принимая упрямство мальчишки. — Рискуешь жизнью ради старых сказок. Про этот меч на дне Бездны я слышал лишь в чужих кошмарах. Древние демоны бредили им перед смертью. Я попробую вспомнить, где именно Синьмо звал их во снах. Но учти, пацан. Место гибкое. Ошибусь на шаг — и нас сожрут». — Я сам найду его, — отрезал Ло Бинхэ. Он бережно подхватил Сферу, прижал её к груди и растворился во мраке извилистых путей, ведущих к пульсирующему ядру Бездны.