Крошечный несвоевременный бардак

После ужина Лань Ванцзи опустился на колени и посадил мальчиков по обе стороны от себя, прикидывая, с чего начать. Он хотел отчитать Вэй Ина за то, что тот ушёл, но сердце не лежало к этому. – Итак… Вэй Ин скопировал его позу и серьёзное выражение лица, но добавил постукивание по носу. – Итак, – кивнул он. Ванцзи едва сумел подавить смех при виде такого смышлёного ребёнка, но когда Лань Лин последовал примеру Вэй Ина, он фыркнул от смеха, и живот заболел от попыток сдержаться. О, он не был готов к такой умилительной сладости. – Что нам теперь делать? – сказал он, беря себя в руки. – В смысле? – невинно спросил Вэй Ин. «Насчёт тебя», – хотел сказать Ванцзи, но это было бы несправедливо. Мальчик понятия не имел об их положении, а Ванцзи не хотел ему рассказывать. – Лань Лин, раз ты теперь будешь жить здесь, очень важно, чтобы ты никому не упоминал Вэй Ина. Ты понимаешь? Лань Лин энергично кивнул, его длинные волосы упали на лицо, а лента сползла на глаза. – Почему? – спросил он заговорщицким шёпотом. Это озадачило Ванцзи. Что ему было сказать? Остальной мир заклинателей ненавидит Вэй Ина? Его считают врагом мира заклинателей? Любой ответ, который приходил ему в голову, как он понимал, вызовет у мальчика ещё одно «почему». – Вэй Ин не Лань, – сказал он наконец. – Ему бы не позволили остаться, если бы кто-то ещё узнал, что он здесь. – Это не было ложью. Как бы Ванцзи ни хотелось, чтобы Вэй Ин был его, будь то ребёнок или взрослый, Вэй Ин принадлежал самому себе. Ни один Орден не мог по-настоящему обуздать или присвоить такой свободный дух. Часть его, которая жаждала постоянного присутствия своей родственной души в жизни, желала, чтобы это было не так, но он не станет его отцом. Он не станет запирать своего возлюбленного в клетку. Лань Лин, казалось, принял этот ответ и поднял три пальца в воздух. – О. Я обещаю, что никому не упомяну Вэй Ина. Сам Вэй Ин одобрительно кивнул Лань Лину и тоже поднял пальцы. – Я тоже обещаю никому не упоминать себя, – сказал он с озорной улыбкой. Простонав, Лань Лин толкнул Вэй Ина локтем. – Ты не можешь никому упоминать себя, глупый. Это не имеет смысла. – Имеет, имеет, – воскликнул Вэй Ин, отпрыгивая в сторону. Ванцзи вздохнул, когда двое мальчиков погнались друг за другом, бегая кругами вокруг него. Они визжали и хихикали, пока не оказались на полу, щекоча друг друга, пока от смеха по их лицам не потекли слёзы. * * * Лань Сичэнь не знал, что и думать о своём младшем брате. Усыновить ребёнка вот так, с бухты-барахты, не вязалось с его серьёзным, прилежным братом, который редко менял свой распорядок дня. Он не общался с другими людьми, особенно с детьми, если только не учил их или не охотился по ночам. – Это возмутительно! – воскликнул дядя Цижэнь, его борода тряслась. – Что значит «Ванцзи усыновляет Лань Лина»? – Именно это, – ответил Сичэнь, отпив чая. – Они встретились, когда ребёнок забрёл из младшей группы. – Мне всё равно, как они встретились. Сама мысль о том, что Ванцзи берёт ребёнка, даже дальнего родственника, неприемлема. Он даже не женат. Верно, и вряд ли женится, хотя, с уходом Вэй Усяня, возможно. Ах, кого он обманывает? Его младший брат уже объявил, что не женится. Лани любят только раз. С внутренним вздохом он сохранил приятную улыбку и продолжил. – Тем не менее, они, кажется, привязались друг к другу, и это может пойти Ванцзи на пользу. – Он положил руки на стол, чтобы не пожать плечами, – жест, который его дядя презирал. – И Лань Лину. Мальчик немного неугомонный, что необычно для ребёнка главной семьи. – Взяв чай, он спрятал усмешку за долгим глотком. – Спокойный нрав Ванцзи должен помочь успокоить мальчика, а характер Лань Лина может помочь Ванцзи чувствовать себя комфортнее с людьми. Лань Цижэнь цокнул языком. – Это же ты говорил о Вэй Усяне. Посмотри, чем это кончилось. – Да, в этом я ошибался, – признал Сичэнь, опустив взгляд на колени. – Однако Вэй Усянь – это совсем другая история. Лань Лин – ребёнок и Лань по крови. Что бы ни случилось с Вэй Усянем, что бы ни столкнуло его с праведного пути, с мальчиком это вряд ли случится, особенно с Ванцзи в качестве наставника. – Конечно нет, – отрезал дядя, снова разглаживая бороду. – Хорошо. Твой брат может усыновить ребёнка, но присматривайте за ними. Если что-то пойдёт не так, нам придётся вмешаться. Кивнув, Сичэнь задумался, что, по мнению дяди, могло пойти не так. Хотя, он должен был признать, что его младший брат в последнее время вёл себя немного странно. – А что насчёт Могильных курганов? Ты узнал что-то ещё? – спросил дядя, его густые брови сошлись вместе. – Не намного больше, чем мы уже знаем. Ванцзи настаивает, что не видел ничего, что объяснило бы случившееся или куда исчезло поселение Вэней. Его переживания там были очень похожи на мои. Гора источает покой вместо энергии обиды. А-Яо на следующей неделе берёт отряд заклинателей туда, и я надеялся поехать с ним. Мне бы хотелось самому провести более глубокое исследование этого места, возможно, взять нескольких старших заклинателей и посмотреть, что мы сможем обнаружить с помощью «Расспроса». – Хорошая идея, – решил дядя, постукивая двумя пальцами по краю стола. – Что бы ни случилось, это неудивительно. – Он тяжело вздохнул и покачал головой, его выражение стало разочарованным. – Вэй Усянь был сложным случаем, слишком похожим на свою мать. При всём своём уме, а я признаю, что он был умён, он отказывался видеть границы. Такая безрассудность и отсутствие дисциплины ведут только к бедам. – Мм. Да. У него было столько потенциала. Его выбор был неудачным. Возможно, если бы Пристань Лотоса не пала, если бы Цзян Фэнмянь выжил, он пошёл бы по другому пути, но теперь мы уже никогда не узнаем. Его дядя согласно кивнул, и они молча допили чай. * * * Следующие несколько дней Сичэнь молча наблюдал за своим младшим братом и новым племянником. Они официально оформили усыновление на следующий день после просьбы Ванцзи, без особых возражений со стороны старейшин. Хотя они продолжали настаивать на помолвке для них обоих, ему удалось пока отложить это, сославшись на восстановление Облачных Глубин как на более важное дело. Как только они встанут на ноги, тогда можно будет подумать и о возможных браках. Он уже пару раз заходил к отцу и сыну, всегда выискивая возможные проблемы. Пока что двое, казалось, нашли комфортное товарищество, почти как будто они были семьёй с самого дня рождения Лань Лина. Он должен был признать, что его радовало видеть, как его младший брат расслабляется в присутствии мальчика. Он даже пару раз улыбнулся по-своему. Этот жест поразил Сичэня, когда он случился в первый раз, и он не мог вспомнить, когда в последний раз видел, чтобы Ванцзи физически выражал эмоцию радости. Тем не менее, он что-то упустил, он был в этом уверен. Что-то было не так, как будто он видел только часть картины. – Как тебе живётся в цзинши, А-Лин? – спросил он, присоединившись к ним на ужин однажды вечером. Мальчик подпрыгивал на корточках, пока ждал, когда Ванцзи подаст ему еду. – О, мне очень нравится. У меня есть игрушки, и кролики, и папа, и Ин-Ин… – Он зажал рот руками, широко раскрыв глаза. – Ин-Ин? Кто такая Ин-Ин? – спросил Сичэнь, взглянув на Ванцзи. Его младший брат, казалось, замер на секунду, но продолжил раскладывать еду так быстро, что Сичэнь подумал, что ему показалось. – Ин-Ин – твой друг? – поинтересовался он, пытаясь вспомнить, был ли в младшей группе ребёнок по имени Ин. Это довольно распространённое имя. Вэй Ин был не единственным с таким именем. Кроме того, он же мёртв, верно? По спине пробежал холодок. – Кролик, – сказал Ванцзи, мягко убирая руки А-Лина от его лица. – Кролик? – переспросил Сичэнь, ободряюще улыбнувшись мальчику. – Мм. Ин-Ин – кролик А-Лина. – А. Понимаю. – Он подмигнул мальчику. – Но он не питомец. А-Лин облегчённо выдохнул, его плечи расслабились. – О нет. Он друг. Питомцев не разрешают, а друзей можно. Сичэнь с трудом удержался от смеха над братом. – Конечно. Иметь друзей важно. – Именно! – просияв, воскликнул мальчик. Усмехнувшись, Сичэнь расслабился и взял палочки для еды. – Понимаю. Что ж, Ин-Ин – прекрасное имя. Я рад, что ты осваиваешься здесь. Его племянник энергично кивнул. – Мм. – Ешь, – приказал Ванцзи, беря свои приборы. – Без разговоров. Когда Сичэнь сделал первый укус, он отбросил свои подозрения и решил насладиться обществом своей растущей семьи. * * * Вэй Ин выполз из комнаты, которую делил с А-Лином, после того как Лань Сичэнь ушёл. Запах еды заставил его утирать слюнки. Когда он опустился на колени у стола, Лань Чжань нежно провёл рукой по его волосам. – Прости, что тебе пришлось ждать, Вэй Ин. Я не ожидал, что старший брат останется так надолго, – сказал он с такой печалью, что Вэй Ину захотелось обнять его. – Ничего страшного. Я не против. Я закончил картину. Хочешь посмотреть? – Он запихнул в рот гору острого риса, говоря это, и всё это время смотрел на Лань Чжаня. – Мм, посмотрю после твоего купания, – ответил тот, доставая ткань, чтобы вытереть лицо Вэй Ина. – Купания? – Он нахмурился и повернулся к А-Лину. – Почему мы всегда должны купаться? Его друг почесал голову. – Не знаю. – Он понюхал себя. – Я не воняю. Вэй Ин понюхал их обоих. – Хм. Я тоже. – Купание помогает расслабиться и помогает уснуть, – сказал им Лань Чжань, собирая рассыпавшийся рис, который А-Лин оставил на столе. – А, – сказал Вэй Ин и постучал по носу. – Я действительно хочу спать после этого, но это длится недолго. Ты, правда, назвал кролика Ин-Ин? Уши Лань Чжаня покраснели на кончиках, и Вэй Ину захотелось потрогать их. – Да. – Это хорошо, – сказал А-Лин с преувеличенным вздохом, падая на стол. – А то я думал, мы соврали. Тогда пришлось бы стоять на руках или что-то убирать. – Лань Чжань не стал бы врать, – сказал ему Вэй Ин, ужаснувшись такому предположению. – Правда ведь, Лань Чжань? Его дорогой друг быстро исчез на кухне с подносом посуды. – Хм. Наверное, он меня не услышал. – Вэй Ин пожал плечами и добавил ещё перца в свою еду.