Утраченное прошлое

Пребывание в столовой, её звуки и запахи пугают Нечисть не меньше, чем остальных обитателей Дома пугает госпитализация в Могильнике. Звон ложек о края стаканов, когда кто-то размешивает сахар в своём чае, скрежет вилок и ножей о дно тарелок, всё это оказывает на Нечисть давление, сопоставимое с тем, которое испытывает распятый на операционном столе пациент, когда наркоз ещё не подействовал, а врач уже начал готовить инструменты для предстоящей операции. *** Еда. Именно необходимость есть уже давно стала для Нечисти одним из злейших врагов. Для того, кто не принимает собственное тело и старается минимизировать количество столь ненавистной ему плоти, любой набранный не килограмм, а грамм даже становится трагедией. И это была её трагедия и её личная и очень давняя война. Война с собой и со своим телом, в которой еда - основная причина набора веса для Нечисти, стала её злейшим врагом. Если было бы можно, Нечисть предпочла бы не есть вообще. Никогда. Но в Доме были воспитатели, которые пристально следили за тем, сколько и как часто она ест. Конечно, пока на их половине Дома были те, прежние воспитательницы, Нечисти удавалось без особого труда сводить необходимость посещения столовой к максимально возможному минимуму. Как ни старайся, что ни делай, а человеческое тело устроено довольно просто: если не кормить его совсем, оно умирает. Смерть в планы Нечисти не входила, а потому изредка она всё-же позволяла воспитательницам загнать себя в столовую, где под их чутким надзором съедала примерно половину положенной порции. До Ночи Кровавого Выпуска эта система работала безотказно. Теперь же, когда все прежние воспитатели разбежались, а новых ещё не набрали и Дом временно поделили между собой Лось и Чёрный Ральф, придерживаться заведённого порядка оказалось сложнее. Ральф, временно заменивший собой сразу всех их воспитательниц, оказался куда умнее и настойчивее оных и нашёл Нечисть без особого труда, после чего силой затащил её на обед в столовую и сейчас буквально нависал над ней, требовательно пододвигая всё ближе ненавистную тарелку с супом. В какой-то момент Нечисть подумала, что проблемы и вовсе никакой нет. Внушить ему оставить её в покое, затуманить его разум, после чего спокойно и беспрепятственно уйти. Куда проще? Но нет. Нечисть твёрдо придерживалась собственнолично установленного для себя правила - не использовать свои способности, если только это не самый крайний случай, такой, когда иначе уже просто невозможно. Подавление чужой воли она считала непростительным, а потому недопустимым деянием, и уже много лет почти не применяла ничего подобного на практике. Можно ли считать нынешнюю ситуацию критичной и безвыходной? Пожалуй, всё таки нет. А значит и избавиться от Ральфа таким способом недопустимо, непозволительно. Что же делать? Подчиниться? Сделать то, чего он хочет? Быстро проглотить проклятый суп и бежать. Бежать... Понятно куда - в туалет, избавляться от съеденного. А что, это выход! Но Ральф будто читает её мысли. Он всовывает ей в руку ложку и требовательно говорит: - Ешь. И не думай, что сможешь меня обмануть, я не вчера родился. После обеда пойдём в класс. Ты будешь делать домашнее задание, оставленное учителями вам на лето, а я - наблюдать. Следить, чтобы ты не добралась до туалета как минимум час после еды. Звон в ушах становится всё навязчивее, всё громче. В глазах начинает темнеть, сердцебиение ускоряется, становится трудно дышать. Паническая атака подступает медленно, но кажется уже неотвратимо. Всё, чего Нечисти сейчас хочется - потерять сознание. Это спасло бы положение. Хотя-бы на время отсрочило неминуемую казнь. А что, подобный вариант событий вполне возможен. Сколько уже дней прошло после её выписки из Могильника? Три? Четыре? И за всё это время она ни разу не ела, заменяя приёмы пищи чёрным кофе без сахара - единственной вещью, которую она могла себе позволить со спокойной душой. Будь её воля, подобная голодовка продолжалась бы ещё как минимум дней десять, прежде чем она позволила бы себе хоть что-то съесть, но вмешался Ральф и все её планы пошли на смарку. - Отпустите её, - в голосе Слепого просьба, но проскальзывают и ледяные, приказные нотки. Он понимает, что в сложившейся ситуации не имеет никакой власти и не в его силах что либо сделать, но не вмешиваться, не делать вообще ничего не может тоже. - Не лезь, - Ральф отмахивается от него, как от назойливой мухи, - возвращайся за свой стол. - Отпустите её, - всё так же спокойно, но требовательно повторяет Слепой, - я сам её накормлю, но не здесь, не на глазах у всех. Пожалуйста, не превращайте всё это в бесплатное цирковое представление. Ральф возмущён подобной наглостью со стороны Слепого. Ему хочется ответить резко и грубо, указать сопляку его место, выстроить иерархию, но он не успевает. Рука Лося аккуратно ложится Ральфу на плечо и тихий, спокойный но уверенный мужской голос произносит: - Отпусти их, Ральф. Слепому можно верить. Я лично тебе за него ручаюсь. - Ладно, - неохотно отступает Ральф, укоризненно глядя на Лося, - пусть идут. Слепой аккуратно берёт Нечисть за руку, помогает подняться и выводит её из столовой. К тому моменту, когда они доходят до его спальни и за ними закрывается дверь, Нечисть уже готова разрыдаться. Ей трудно дышать, в глазах темнеет, голову будто сдавливает невидимый обруч, её всю трясёт. Собственное жалкое, беспомощное положение угнетает её ещё больше. Нечисть не из тех, кто запросто проигрывает бой собственным страхам, но в этой битве, битве со своим телом и с тем, как оно выглядит, она раз за разом одерживает поражение, то видя на весах очередной ненавистный "плюс", то вот так вот безобразно ломаясь перед такой естественной и даже приятной для большинства людей необходимостью поесть. - Тише, - Слепой обнимает её медленно и аккуратно, едва прижимая к себе. Он знает, насколько ненавистно Нечисти собственное тело и как сильно она в связи с этим не любит, когда её трогают, поэтому движения его очень плавны и осторожны. Он хочет быть рядом, продемонстрировать своё участие и поддержку, а не ещё больше навредить. - Тише, - снова повторяет Слепой, едва ощутимо проводя кончиками пальцев по её лицу, считывая каждую эмоцию, запоминая. - Я не буду, - еле слышно, одними губами шепчет Нечисть, - я не буду, Слепой, пожалуйста не заставляй меня. - И не собирался, - тихо, с едва уловимым сочувствием в голосе отвечает Слепой, - я соврал ему. А Лось знает. Он всё знает. Но он понимает. И не придёт. Нечисть высвобождается из рук Слепого и аккуратно садится на край ближайшей кровати. - Я ненавижу себя, - шепчет она, - я такая слабачка. - Нет, - отвечает Слепой, - вовсе нет. Ты просто устала. Останься сегодня здесь, со мной. Думаю, хватит нам уже постоянно бегать друг за другом и расставаться по ночам, мы же Неразлучники, верно? И старших в доме больше нет. Волк тоже окончательно признал своё поражение и тот факт, что в Доме он не первый и первым не станет. Хозяин Дома я, в конце концов, или нет? Мне надоело постоянно тебя отпускать. Пора приучать наших к новым порядкам, к тому что отныне ты будешь жить здесь, с нами. - А девочки? - А что девочки? Я же не забираю тебя из Дома, ты сможешь навещать их в любой момент и продолжишь всё также держать свою половину Дома под полным контролем, просто жить будешь здесь. Со мной. Что скажешь? - Скажу - дай мне сигарету, - ухмыляется уже начавшая понемногу приходить в себя Нечисть. - Рано тебе ещё, - отвечает Слепой, но всё равно уже лезет к себе в карман и достаёт оттуда пачку. - Сказал мой ровесник, - усмехнувшись, отвечает Нечисть, протягивая руку за сигаретой. *** - О! Вот это уже интересно! - Шакал первым реагирует на решение вожака переселить к ним в спальню "второго Неразлучника". - Решились наконец, - закатывая глаза, присоединяется Волк, пытаясь вклиниться в восторженные вопли Табаки, - а я то всё гадал, когда же? Ну вот - свершилось. - Это казалось таким логичным и очевидным, - подключается Кузнечик, - что понять мы уже долгое время не могли только одного - чего вы так долго с этим тянули? Вообще, подобная реакция стаи была вполне предсказуема. Будь это иначе, Слепой не стал бы торопиться с этим решением и сперва бы подготовил состайников к новому положению дел. Но все в Доме знали - Неразлучники существо настолько же единое и неделимое, как Сиамцы, а потому идея о совместном проживании решительно никого не удивила. Никто в Доме не смог бы сказать наверняка, что точно знает, что именно так прочно связало этих двоих и на чём основана эта связь, но в том, что она есть, сомневаться не приходилось. *** - Будь вы хоть немного старше, - сказал Лось, законный и бессменный воспитатель обитателей этой комнаты, - я бы запретил. А впрочем, кто вам что вообще может по-настоящему запретить? Делайте что хотите. *** - Ты что же, совсем нас бросаешь? - возмущению Рыжей нет предела и она даже не пытается это скрыть. - Не говори ерунду, - примирительным тоном просит Нечисть, - ну как я вас брошу? Естественно, я буду постоянно приходить, а иногда и ночевать здесь, с вами. Никто не собирается вас бросать. - Ты его любишь? - мечтательно интересуется Русалка. Она не из этой комнаты, но это абсолютно не мешает ей быть бессменным участником всех самых важных разговоров, здесь происходящих. - Кого? - ошарашенно спрашивает Нечисть, во все глаза, и правый, который хоть плохо, но видит, и левый, который считается незрячим, а на самом деле видит истинную, Изнаночную суть в каждом, у кого она есть,  уставившись на Русалку. - Слепого, кого же ещё, - невинным тоном поясняет Русалка, - вы же теперь любовники, поэтому ты к нему переезжаешь, чтобы было проще? Нечисть даже не находит, что на это ответить, и просто садится на пол и закрывает лицо руками. Русалка не издевается, это понятно, и тот факт, что им со Слепым всего по двенадцать лет для неё тоже не аргумент, и всё-же подобное не слишком охотно укладывается у Нечисти в голове. - Не-не-не, с меня хватит, я в этом больше не участвую, - заявляет Крыса и поспешно сбегает из спальни. - Русалка, скажи мне пожалуйста, можно ли рассматривать в качестве любовника родного брата? - интересуется Кошатница, пока Нечисть прячет лицо в ладонях и молчит, а Рыжая честно старается не заржать. - Что? - переспрашивает Русалка, - нет конечно! Но они же со Слепым даже не родственники? Ведь нет же? Я бы знала...- добавляет Русалка уже чуть менее уверенно. - А родство крови имеет хоть какое-то значение? - вкрадчиво уточняет Кошатница. - Спасибо тебе, добрый человек, - говорит отошедшая от шока Нечисть, обращаясь к Кошатнице, - я рада, что хоть кто-то здесь всё правильно понимает. - Да? - разочарованно уточняет Русалка, - жаль. Так не интересно. - Ну нет, - говорит Нечисть, поднимаясь с пола, - это выше моих сил, - и поспешно покидает комнату вслед за Крысой.