Утраченное прошлое

Когда она впервые приходит в себя, всё вокруг кажется ей странным и непонятным. Что это за место? Больничная палата? А почему она здесь? Что случилось? Ничего не удаётся вспомнить. Парня, сидящего по-турецки на соседней кровати, она замечает не сразу, а когда наконец замечает, удивляется настолько, что говорит вслух, хотя и не планировала. - Я про тебя в книжке читала. Собственный голос звучит как-то странно, он кажется слабым, еле слышным, хрипловатым, но всё-равно каким-то почти детским. С чего бы это вдруг? - В какой книжке? - интересуется мальчик и поворачивается к ней так, как если бы хотел на неё взглянуть. О том что он слепой она сначала вспоминает, а уже только потом убеждается, что память её не подводит, заглянув ему в глаза. - Кажется, в интересной... - Собственный голос снова сбивает её с толку, путает в голове и без того отрывочные и беспорядочные воспоминания и мысли. - И что ещё в ней было, в этой твоей книжке? - А вот знаешь... кажется... не помню... Тщетные попытки вспомнить хоть что нибудь или осознать происходящее отнимают последние силы и она снова проваливается в сон. * * * Когда сознание к ней возвращается, в помещении темно и пусто. Похоже, наступила ночь а тот слепой мальчишка куда-то ушёл. Чтож, так даже лучше, есть возможность собраться с мыслями и спокойно всё обдумать. Что последнее она помнит? Помнит, как умирала. Не здесь, нет. В другой какой-то жизни. В другой реальности? Где? От чего? Этого вспомнить не удаётся. Но, вместе с тем, она помнит и драку, хотя дракой это, конечно, можно назвать разве что с большой натяжкой. Парень колясник, на несколько лет старше неё, пырнул в живот ножом какого-то мужчину, а она бросилась на нападавшего с голыми руками и лишь отчаянно впилась зубами ему в горло, после чего первый удар ножа настиг её почти мгновенно. Что из этого правда, а что бред или ложные воспоминания? Там, где она умирала, но не могла вспомнить от чего, она совершенно точно была взрослой. Насколько именно вспомнить не удавалось, но точно старше двадцати лет. А там, где она пыталась кого-то спасти, она была ещё совсем ребёнком, лет десять или около того. Но что из этого правда? Беглый осмотр собственного тела свидетельствовал в пользу второго варианта и это было плохо, потому что ощущала она себя совершенно точно не ребёнком, а взрослым человеком, оказавшимся, судя по всему, запертым в теле ребёнка. Как такое может быть? Что из её воспоминаний правда,  а что нет? Где она находится? Что вообще происходит? Нет ответов. Закрыть глаза и постараться заснуть. Что-то из этих двух жизней: той, которую она помнила достаточно подробно и отчётливо, а потому и считала своей, ведь всё сходится, там она - взрослый человек, каковым себя и ощущает, или же этой, в которой она уже второй раз приходит в себя в больничной палате и находится во вроде бы смутно знакомом, но почему-то почти детском теле, что-то из этого должно оказаться всего лишь сном. Да, нужно поскорее заснуть и позволить ситуации разрешиться самостоятельно. *** Когда она открывает глаза в третий раз, то снова обнаруживает себя во всё той же больничной палате, но на дворе уже день, а на стуле в проёме между двумя кроватями сидит смутно знакомый ей мужчина. Но откуда она его знает? Вроде же впервые видит? Или нет? Точно нет... Это же его она пыталась в ту ночь спасти! И, выходит, спасла? Но как? Снова нет ответа. - Очнулась,  - говорит мужчина, голос у него тихий, но уверенный, - здорово же ты нас напугала, ну в этот раз всяко лучше, чем тогда, а, как ты считаешь? - Как тогда? Какой "этот раз"? Что происходит? Где я? Что со мной? - Не помнишь, - печально вздыхает мужчина и глядит на неё почти с жалостью, - это ничего, врачи предупреждали, что такое может быть, всё таки длительная кома, да ещё повторная... - на этом моменте мужчина ненадолго замолкает и только внимательно смотрит на неё, затем продолжает, - вижу, ты не понимаешь о чём я сейчас говорю, да? - Не понимаю, - честно признаётся она, - кома? Повторная? Почему? Ничего не помню. - Это пройдёт. Со временем воспоминания вернутся, а я тебе в этом помогу. Я ведь твой должник, можно сказать, ты спасла мне жизнь. - Спасла жизнь? Вам? Я? Той... ночью, да? Когда на вас напали с ножом? - Ага, - радуется мужчина, - значит что-то ты всё таки помнишь, да? Уже лучше. - На самом деле я помню очень мало, - признаётся она, - помню, что была ночь, помню, что какой-то взрослый парень на коляске напал на вас и ударил ножом в живот, помню, что бросилась на него и вцепилась зубами ему в шею, поскольку никакого оружия или чего-то, что можно было бы использовать как оружие у меня при себе не было. Помню ещё, что он почти сразу ударил меня ножом, но как, куда - этого я уже не помню. И вообще больше ничего. Мужчина вздыхает, достаёт из кармана пачку сигарет, закуривает. Интересные у них тут порядки, думает она, вот так запросто можно курить в больничной палате? - Хочешь узнать, что было дальше? - наконец спрашивает мужчина.  Она только еле заметно кивает: повязка на шее мешает двигаться свободнее. - Того, кто на меня в ту ночь напал, звали Мавр. Точнее это не совсем имя, это кличка, тут у нас у всех вместо имён клички, так уж здесь повелось, это ты помнишь? Она снова еле заметно кивает. Она... нет, не помнит, но она читала об этом в книжке, в той самой, в которой ещё рассказывалось о слепом мальчишке, которого она видела, когда в первый раз пришла в себя в этой больничной палате, но ничего этого она мужчине говорить не стала, решила - пока сама не разберётся, что правда а что нет, никому о двойственности своих воспоминаний трепаться не станет, а то ещё сочтут сумасшедшей, как будто и без того проблем мало. - Отлично, - говорит мужчина, - а свою кличку ты помнишь? Несколько секунд она молчит и честно пытается вспомнить. Безрезультатно, а потому приходится признать поражение и признаться в том что нет, ничего она не помнит. - Когда-то, - говорит мужчина, - когда ты только попала в Дом, так мы все называем это место, тебя окрестили Спящей, потому что ты почти год провела в коме после несчастного случая, прежде чем очнуться здесь, в Могильнике или, проще говоря, в лазарете Дома. Потом, когда тебя выписали и ты перебралась к остальным, в обычную девичью спальню, тебя довольно быстро стали называть Нечистью, так что ты - Нечисть. А я - Лось. Помнишь? - Нет. - Ну конечно. Это пройдёт, - снова повторяет мужчина, - так вот, возвращаясь к событиям той ночи, это была ночь перед выпуском старших. В Доме это всегда неспокойное время, а уж тогда ситуация и вовсе вышла из под контроля. На самом деле, я не думаю, что Мавр действительно хотел меня убить, просто в ту ночь все обезумели и не отдавали себе отчета в собственных действиях. Повторюсь, все старшие ребята, не только он. Как бы то ни было, а я, можно сказать, оказался не в том месте и не в то время, вот и попал под горячую руку. Попытался Мавра остановить, а в результате получил ножом в живот. Откуда ты взялась в ту ночь в коридоре я вообще не понимаю, они ведь вроде как всех вас, младших, ещё с вечера закрыли. Получается - не всех. Ты бросилась на Мавра и впилась зубами ему в горло, параллельно пытаясь выхватить у него нож. Первый удар он нанёс тебе в плечо, потом в живот, множественные резаные раны на руках, ногах, спине, животе и, что хуже всего - на шее. Это я уже потом всё от врачей узнал, а тогда-то почти сразу потерял сознание и лично ничего не помню. Как бы то ни было, а по итогу той ночи Мавра обнаружили мёртвым, его собственный нож торчал у него из шеи, ты лежала рядом с его коляской на полу, со множественными колотыми и резанными ранениями ,как тебе удалось выжить ни я ни врачи до сих пор не понимаем, ведь он в буквальном смысле перерезал тебе горло.  Но ты жива и это главное. С той ночи прошёл уже почти месяц и весь этот месяц ты провела в коме, но вот наконец-то всё-же пришла в сознание. А насчёт памяти не переживай, она восстановится со временем. Врачи говорят, что для человека, пережившего подобное и месяц проведшего в коме, временная потеря памяти относительно нормальное явление. Какое-то время они молчат, затем Нечисть говорит: - Я не убивала его. - Кого? - Мавра. Не я его убила. А жаль, конечно. Лось удивлён и заинтересован. Он этого не говорит, но всё прекрасно видно по его лицу. - Не ты? Но кто же тогда? - Не помню. Помню... точнее даже не так, не помню, а просто где-то на уровне ощущений знаю - это не я его убила. Хотела, но не успела, не хватило сил. Но кто именно это был - понятия не имею. - Ну ничего, я уверен, придёт время и ты сможешь всё вспомнить. *** Когда Лось уже собирается уходить, Нечисть останавливает его и просит принести ей зеркало. Мужчина уходит, но довольно быстро возвращается, неся в руках зеркало размером с тетрадный лист. Он держит его таким образом, чтобы лежащая в постели девочка могла рассмотреть в нём своё лицо. Бледная кожа, странного серого цвета волосы, кем-то заботливо расчёсаны и заплетены в две длинные толстые косы, необычные глаза: правый тёмно-серый, а левый белёсый, слепой. Девочка в отражении выглядит странной и болезненной, и всё-же главное очень бросается в глаза. - Лось, - спрашивает Нечисть, - а сколько мне лет? - Двенадцать. Ты и этого не помнишь?