Видеопрокат «Лунный кот»

Меня зовут Усаги Цукино, мне девятнадцать лет. Школу я уже закончила, а вот, в институт пока не поступила. Не могла определиться с направлением своей дальнейшей жизни. Мама говорит, что я рассеянная и плакса, а ещё постоянно витаю в облаках, не смотря под ноги. Наверное, она права. Но есть пара вещей, в которых я стабильна: очень люблю кино и каждое утро просыпаю на смену. Уже год работаю в видеопрокате «Лунный кот» и не было ещё ни одного утра, когда я бы нормально добралась до работы. Сегодня не исключение: примчалась за пять минут до открытия, волосы растрёпаны, фартук надела наизнанку. Типичная Усаги. Мадам Луна, хозяйка проката, только вздохнула и перевязала мне фартук. Она уже прибралась везде: полки сверкали чистотой, со стен улыбались герои последних фильмов и популярных аниме, а из задней комнаты доносился божественный аромат чая с жасмином, который мадам заваривала каждое утро. - Усаги, разбери новые поставки, поставь фильмы в раздел «новинки». - Слушаюсь! – звонко ответила я и занялась своими обязанностями. Основной поток клиентов у нас утром и вечером. А по выходным, бывает, и присесть некогда. Сегодня будний день, к полудню поток клиентов уже иссяк. Ни души. Даже чёрный кот из соседний лавки сегодня не зашёл, наверное, полакомился угощением где-то в другом месте. Я сидела за стойкой, подперев щёку ладонью и гипнотизировала солнечный зайчик на стене. - Что-то кушать хочется, - проныла я, когда у меня в животе проурчало. Я, глотая слюну, достала из-под прилавка купленные утром у Макото суши - она работает в закусочной через дорогу и всегда кладёт мне двойную порцию васаби. Я обожаю этот острый соус и в этот раз макнула почти целую рыбину в зелёную массу, думая, что меня минует смерть храбрых. Не миновала. Острота ударила почти мгновенно. Словно в нос и рот засунули раскалённый утюг и нажали функцию отпаривания. Слёзы хлынули без спроса, дыхание перехватило, а язык тут же распух от такого количества остроты. Я нырнула под стойку, пытаясь проглотить то, что во рту и откашляться. И именно в этот момент раздался звук колокольчика. Конечно, именно сейчас. Именно в этот момент, когда я с раскрытым ртом и красным лицом напоминаю взбесившийся помидор, в прокат кто-то вошёл. Я выглянула из-за стойки, пока из моих глаз брызгали слёзы, и увидела его. Высокий, с широкими плечами брюнет, в модном объёмном свитере и в очках с дорогой оправой. Тёмные волосы небрежно падали на его лоб, и он смахивал непослушные пряди назад. На секунду у меня отвисла челюсть, а сердце улетело куда-то в район пяток. Молодой парень, ненамного старше меня. Красавец. Настоящий красавец. И я: с каплей соевого соуса на подбородке, выглядываю из-под стойки. Супер! Он шагнул к стойке, неспешно, заложив руки в карманы. Двигался он плавно, почти вальяжно, поправляя на переносице очки. Я попыталась приветливо улыбнуться, вылезая из своего укрытия, но получилось что-то больше похожее на оскал хомяка, напихавшего в щёки зёрна. Во рту ещё полыхало, слёзы текли градом, но я старалась держать лицо. - Здравствуйте, - сказал он. Голос низкий, раскатистый, как у телеведущего. У меня подкосились коленки. - Не подскажете, у вас есть «Герой одиночка» Уолтера Хилла? Там ещё Куросава значится, как сценарист. Подсказать? Я сейчас могла бы издать только нечленораздельные звуки. Васаби продолжал свою атаку, и горло сжало спазмом. Открыв рот, я издала нечто среднее между «угу» и «ы-ы-ы». Получилось зловеще. Парень нахмурился, чуть склонил голову к плечу. Жутко захотелось провалиться сквозь пол. Чтобы спасти ситуацию, я начала яростно махать ладонью перед лицом, пытаясь унять жар, но вместо этого, смахнула, только что выстроенную мной, огромную башню из кассет-новинок. Вся конструкция рухнула прямиком на красавчика. Секунда, оглушительный грохот и этот парень оказался чуть ли не по пояс, заваленный кассетами. Я застыла, прижав ладони к горящим щекам. Слёзы всё капали, но теперь к ним добавилась испарина ужаса. Всё. Это точно конец. Сейчас он вскочит, отряхнётся и уйдёт, а мадам Луна вычтет половину из моей зарплаты за ущерб. Но вместо этого медленно выпрямился, вернув очки на место, отряхнул свитер и оглядел завал. Затем перевёл взгляд на меня, снова поправив очки. И широко улыбнулся. - А вот и «Герой одиночка», - сказал он, наклонившись и подняв одну из упавших кассет. Я судорожно кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Васаби отступил, оставив после себя только невероятное чувство стыда. - Сколько с меня? - Двести пятьдесят йен, если берёте на ночь, в два раза дороже - если на сутки, - пропищала я. Он достал из кармана деньги, даже не пересчитывая и с интересом разглядывал обложку к кассете, и описание. Наконец, он поднял на меня взгляд, снова улыбнулся и поправил очки. - Спасибо за… за яркое обслуживание. Зайду ещё. Развернулся и вышел, звякнув колокольчиком. В пункте проката стало тихо, только где-то в подсобке снова шумел чайник. А я опустила голову на стойку и зажмурилась. Катастрофа. Полная катастрофа. Я вышла из-за стойки и медленно собрала кассеты. Уронила на него целую башню - а он улыбнулся. Не разозлился. Не обозвал дурой. Не убежал. Приятно. Из подсобки лениво вышла мадам Луна, держа в руке дымящуюся чашку с чаем: - Опять этот красавчик заходил? - Опять? - переспросила я. - Он часто заходит? - Бывает иногда. Я, смотрю, ты решила угробить все наши новые поступления? - Простите, мадам Луна. Я не специально, я просто... - Да, видела я всё... Очень получилось... кинематографично, - спокойно и с загадочной улыбкой проворковала она. - Но больше, милочка, ты так не делай! За окном проехал велосипедист, звякнув звонком. В «Лунном коте» всё шло своим чередом, но я впервые за долгое время размечталась не о пирожных, которые вечером приносила Макото, а о том, как всё исправлю. Он же сказал «зайду ещё» - значит, шанс произвести второе впечатление - будет. Если, конечно, я снова не превращу нашу встречу в сцену из комедии. Я поставила последний бокс и вдруг замерла. А вдруг он специально? Ну то есть стоял там, за стеклом, выглядывал, ждал, пока я наемся этого чёртова васаби? Как в кино - главный герой заходит ровно в тот момент, когда героиня выглядит хуже всех, а потом делает вид, что ничего не заметил. Дура, Усаги, какая же ты дура! Бред ведь, полный бред. А вдруг он всё равно зайдёт? Может, не такой уж это и бред. Огромная коллекция романтических комедий, которые я обожала, молча смотрели на меня, делая всяческие намёки. Ведь в каждой из них были десятки таких же судьбоносных, по-идиотски начавшихся встреч.