"Хроники Эботт: Последние годы мира"

Резкая боль в груди была первым, что почувствовала Аделаида, приходя в сознание. В ушах всё ещё стоял гул чужеродных заклинаний. Пахло озоном, гарью и серой. Её захватил дикий, животный страх. Кудрявые, рыжие волосы встали дыбом, а карие глаза сузились. Но вместо того, чтобы закричать или заплакать, она мертвой хваткой вцепилась пальцами в камни, заставляя себя дышать и осмотреться. В полумраке раскинувшейся пещеры стояли люди в глухих мантиях. На их лицах блуждали торжествующие, хищные ухмылки. Они смотрели на неё не как на человека, а как на ценный трофей, дорогое сырьё или пустой сосуд. Девушка поняла это мгновенно, едва перехватив их взгляды. В голове мигом всплыли мысли. "Я жива. Я в сознании. Меня похитили. Эти люди опасны" Главный чернокнижник сделал шаг вперёд. Он вскинул руки, собираясь наложить подчиняющее заклятие и обуздать призванную душу. Маг был уверен, что восемнадцатилетняя девчонка, выдернутая из чужого измерения, прямо сейчас сломается, упадёт на колени и зайдётся в рыданиях. Но Аделаида лишь окинула его ответным взглядом. В её карих глазах не было и капли покорности — только холодная ярость и абсолютное, глухое нежелание подчиняться. Конечно, чародей высокомерно проигнорировал этот бунт. Станет ли мастер бояться какую-то юную чужачку? Да что она, наверняка в своём родном мирке даже незнакомая с магией, вообще может ему сделать?! Чужая, враждебная магия с размаху ударилась о глухую стену её души. Души упорства. Древний ритуальный круг на полу пещеры не выдержал колоссального давления этой чистой, несгибаемой энергии. Магические потоки завязались в узел, вспыхнули и рванули в обратную сторону. Взрыв. Оглушенная, в полутьме, среди стонов раненых чародеев, Аделаида не стала ждать, пока они поднимутся. Страх обратился в чистый адреналин. Кашляя от дыма, она собрала всю свою волю, поднимаясь на ноги и начав бежать вверх по пещере, к свету, ведомая лишь одним желанием. Желанием выжить. Глаза жгло от едкого фиолетового дыма. Аделаида прижала ладонь к груди — там, прямо под рёбрами, бешено колотилось сердце. Но как-то иначе. Словно внутри неё завели тяжёлый, вибрирующий механизм. Каждый удар отзывался в пальцах покалыванием. Вокруг нее на полу разрушенного святилища стонали люди в темных плащах. Один из них, чье лицо было испачкано сажей и кровью, попытался схватить ее за лодыжку. Его грязные пальцы едва коснулись плотной, грубой ткани её джинс. Аделаида не закричала. Отшатнувшись и с трудом удерживая равновесие на дрожащих ногах, она посмотрела на него сверху вниз. В её карих глазах горело такое ледяное, упрямое презрение, что маг невольно отдёрнул руку, словно обжёгся. Она не знала, где находится. Не знала, что за сила жжет ее изнутри. Но она точно знала, что не останется здесь ни секунды более. Миновав крутой подъём, Аделаида буквально вырвалась на свежий воздух, зажмурившись от ослепительного солнца. Она жадно, судорожно вдыхала чистый, не отравленный серой кислород Когда зрение вернулось, девушка замерла. Она стояла на высоком склоне горы. Вокруг шумел весенний лес, а внизу раскинулась колоссальная, утопающая в зелени долина. Странные замки и аккуратные мощеные дороги, по которым двигались непривычные экипажи, казались крошечными с этой высоты. Воздух здесь буквально вибрировал от магии. Аделаида опустила взгляд на себя. Подаренный на восемнадцатилетие светлый тренч был покрыт копотью, футболка под ним чудом уцелела, а шейный платок сбился набок. Рассматривать ущерб времени не было — кто знал, когда выжившие чернокнижники придут в себя и бросятся в погоню. Аделаида пробежала пару сотен метров вниз по склону, пока лёгкие не обожгло ледяным весенним воздухом. Силы стремительно покидали её. Она тяжело опёрлась о ствол сырой, пахнущей смолой сосны, пытаясь унять бешеный стук сердца. Начал накрапывать мелкий, колючий мартовский дождик, мгновенно оседая каплями на её кудрявых рыжих волосах. Вдруг совсем рядом послышался отчётливый хруст веток. Аделаида замерла, судорожно затягивая пояс своего тренча. Её прагматичный ум мгновенно забил тревогу: "Они? Выжившие похитители?!". Она прижалась к дереву, готовая снова бежать или защищаться. Но из серой пелены тумана и дождя шагнула не мантия чернокнижника. Это была достаточно высокая фигура в широком дорожном плаще, защищающем от непогоды, и глубоком капюшоне. За спиной незнакомца угадывались контуры массивного походного рюкзака Когда незнакомец поднял голову, Аделаида едва не вскрикнула, но вовремя зажала рот ладонью. Из-под капюшона на неё смотрел абсолютно белый, лишённый плоти череп. Вместо глаз у него были глубокие чёрные впадины, в глубине которых пристально горели две большие белые точки-огоньки. Хельви остановился в нескольких шагах. Как монстр, он обладал чутким восприятием магии и сразу ощутил колоссальный, почти осязаемый шлейф фиолетовой «Настойчивости», исходящий от девушки. Но ещё больше его поразил её вид. "Синие панталоны" из грубой ткани, обувь на странном "белом ходу" и куртка из шуршащего материала, которого он никогда не видел... Тем не менее, соблюдая строгую вежливость своего времени, Хельви слегка наклонил голову набок. От этого движения его шейные позвонки тихо и сухо звякнули. Когда он заговорил, его голос звучал глухо, спокойно и удивительно упорядоченно, ритмично — словно стук клавиш хорошей печатной машинки. — Приветствую вас, юная леди. Позволительно ли будет осведомиться, по какой причине вы пребываете в столь плачевном одиночестве в этих суровых угодьях, да ещё и в столь... эксцентричном убранстве? Аделаида, чья нервная система была на пределе после похищения и взрыва, на секунду зависла. Старомодная, галантная речь вперемешку с видом живого скелета окончательно сбили её с толку. — Что?.. — вырвалось у неё. — Меня... меня украли. Какие-то психи в мантиях. Там, в пещере. Был взрыв, и я-.. Я-...Где я вообще нахожусь?! Белые точки в глазницах Хельви понимающе качнулись, изображая мягкое моргание. Он бросил короткий взгляд в сторону дымящегося провала горы, а затем снова посмотрел на Аделаиду. Её карие глаза, окружённые влажными от дождя рыжими кудрями, горели такой дикой, упрямой решимостью выжить, что скелет невольно проникся к чужачке уважением. — Вы находитесь у подножия горы Эботт, мисс, — так же размеренно ответил Хельви, делая медленный шаг вперёд и вынимая костлявые руки из карманов плаща, чтобы показать, что у него нет оружия. — Успокойте свой дух. Те, о ком вы говорите — вероятно, людские колдуны из тайных орденов. Их помыслы редко бывают чисты. Но здесь вы в безопасности. Моё имя — Хельви. И, смею заверить, я не имею намерения причинить вам вред. Увидев его мирные жесты и услышав этот размеренный, почти убаюкивающий голос, Аделаида почувствовала, как пламя в груди начинает утихать. Её практичный ум и врождённая гордость помогли ей взять себя в руки. Она выпрямилась, расправила плечи и ответила, стараясь звучать так же достойно: — Меня зовут Аделаида Андерсон. И... спасибо, Хельви. Мне действительно нужна помощь.