"Хроники Эботт: Последние годы мира"

В этот момент со стороны пещер, откуда только что прибежала Аделаида, донеслись далёкие яростные крики и глухой, утробный лай собак. Звук рикошетом ударился о скалы, заставив девушку вздрогнуть. Тёмные маги наконец оправились после взрыва и начали преследование. Хельви мгновенно оценил ситуацию. Он не был бойцом, но как кочевник знал эти горы как свои пять пальцев (или, точнее, фаланг). — Преследователи идут по следу, леди, — без паники, но собранно и быстро произнёс скелет. Его глазницы требовательно блеснули в полумраке двумя крошечными белыми огоньками. — Обычные люди из долины не жалуют мой народ, а эти чернокнижники точно не пощадят чужачку. Но я знаю, где укрыть вас на эту ночь. Согласны ли вы довериться мне? Её фиолетовая душа Настойчивости сделала выбор мгновенно. Здесь не было места и времени долгим сомнениям. Она твёрдо кивнула. Хельви резким, но бережным движением набросил на её яркие рыжие волосы свободный край своего широкого тёплого плаща. Ткань оказалась тяжёлой и колючей, она пропахла дорожной пылью, сухими травами и костром. Плотное сукно надёжно скрыло её приметную внешность от посторонних глаз и сбило нюх преследующих их собак. Развернувшись, кочевник увёл её за собой по одной из потайных троп монстров, скрытых в наползающем тумане.

***

Спустя полчаса они уже стремительно скользили вниз по заросшему, дикому склону горы. Дождь заметно усилился, превращая глинистую землю в скользкую кашу. Хельви периодически оборачивался, готовясь подстраховать или подхватить "хрупкого человека", который, по всем законам природы, должен был уже выбиться из сил или запутаться в подоле (пусть у странной незнакомкой и не было подола. Только странного вида штаны). К его глубокому удивлению, Аделаида не просто не отставала — она шла с ним шаг в шаг. Её спортивное прошлое, долгие годы изнурительных тренировок ради поступления в университет, давали о себе знать. Тело помнило колоссальные нагрузки. На чистом автомате девушка правильно распределяла вес, держала баланс на скользком грунте и дышала ровно, глубоко, как на привычной утренней пробежке. Скелет с изумлением наблюдал, как эта молодая леди уверенно и ловко перепрыгивала через поваленные бурей деревья. Её диковинная обувь на "белом ходу" — заляпанные грязью новенькие кроссовки, которые сейчас выглядели верхом инженерной мысли из будущего — на удивление цепко держалась за мокрые камни там, где обычные кожаные сапоги давно бы скользили. Внутри Аделаиды бушевал пожар. Паника отступила, но её место заняло дикое, звенящее напряжение. Ей было всего восемнадцать. Десять дней назад она праздновала совершеннолетие. Вместо того чтобы планировать выпускной вечер, веселиться с друзьями и искать повод тайком пронести на вечеринку бутылку чего-то крепкого, чтобы отметить заветное приглашение в спортивную команду, она бежала по какому-то чёртовому лесу с живым скелетом. "Господи, мне сейчас так нужно выпить!.." — мысленно, с глухой яростью простонала Аделаида, перемахивая через очередной корень. Внезапно спуск стал слишком крутым. Лес оборвался. Впереди показался резкий, опасный обрыв, внизу которого шумел и пенился бурный горный ручей. Чтобы продолжить путь к мельнице, нужно было совершить точный прыжок вниз, на узкий, скользкий уступ каменной скалы. Хельви спустился первым — абсолютно бесшумно, словно его кости весили не больше мартовского тумана. Оказавшись на уступе, он развернулся и высоко протянул Аделаиде руку. Ему, тридцатичетырёхлетнему бродяге, повидавшему немало жестокости, собственное костлявое тело всегда казалось уродливым и пугающим. Хельви внутренне сжался, флегматично ожидая, что человеческая леди отпрянет в ужасе от его вида. Девушка замерла на краю обрыва, тяжело дыша. Дождь заливал лицо. Мелкие ссадины на ладонях, оставшиеся после судорожного побега, неприятно саднили от сырости. Аделаида быстро оценила расстояние — её спортивный глазомер и холодный прагматизм сработали одновременно. Прыгать нужно было без колебаний. Сделав короткий выдох, Аделаида уверенно шагнула вперед. Её ладонь в мелких царапинах легла в его крепкие костлявые пальцы. Хельви крепко сжал её руку, помогая удержать равновесие на узком камне. Аделаида ожидала почувствовать холод смерти, но магия монстров согревала скелета изнутри. Его кости были сухими, гладкими и удивительно тёплыми. Хельви крепко сжал её руку, помогая окончательно приземлиться и удерживая от падения в бурный поток. На секунду они оказались слишком близко друг к другу. Белые огоньки в его чёрных глазницах вспыхнули чуть ярче, с мягким удивлением изучая её лицо, а Аделаида поймала себя на мысли, что присутствие этого существа почему-то дарит ей необъяснимое чувство безопасности. Позади, где-то вдалеке за пеленой ливня, раздалось эхо собачьего лая. Темные маги искали её. Хельви отпустил её руку — мягко, словно извиняясь за вынужденную бестактность — и жестом указал на ручей. — Нам нужно пройти по воде, мисс Андерсон. Вода скроет ваш запах от гончих. Прошу прощения, ваша дивная обувь насквозь промокнет, но это необходимость. Аделаида лишь упрямо стиснула зубы. В её карих глазах снова вспыхнула Настойчивость. Никакой ледяной ручей не испугает человека, который годами пахал на стадионах в любую погоду. Она первая, не дожидаясь проводника, решительно шагнула с уступа прямо в ледяную горную воду. Кроссовки мгновенно отяжелели, но технологичная подошва по-прежнему спасала пальцы от острых камней на дне. Они шли по руслу ручья около десяти минут, пробираясь сквозь вечерний мартовский полумрак. Хельви двигался чуть впереди, периодически глухо вздыхая. Аделаида не могла знать, что в этот момент кочевник мысленно прощался со своей мечтой об абсолютном уединении. Все эти годы он упрямо составлял карты энергий горы Эботт, мечтая найти идеальный, забытый цивилизацией уголок, где его никто не потревожит — подальше от косых взглядов людей, от которых он смертельно устал. И надо же было этой странной девушке оказаться прямо посреди его маршрута. Но бросить её здесь, на растерзание чернокнижникам, его совесть бы не позволила. Наконец, окутанная густым туманом и водяными брызгами, впереди показалась старая двухэтажная водяная мельница. Её огромное деревянное колесо давно остановилось и густо поросло мхом, но прочная черепичная крыша выглядела абсолютно целой. Хельви уверенным шагом подошёл к тяжёлой дубовой двери, достал из-под плаща массивный старый ключ и повернул его в замке. Пропустив Аделаиду вперёд, он закрыл за ними дверь, отсекая холодный ливень и впуская девушку в сухую, спасительную темноту. Чиркнула спичка. Скелет зажёг старую масляную лампу, и мягкий янтарный свет выхватил из мрака просторное помещение, пахнущее сухим деревом, старой мукой и сеном. Аделаида с облегчением вздохнула. Дрожащими от холода пальцами она распутала пояс и стянула намокший, покрытый копотью тренч.