24,9%

***

Папка «24,9%» стремительно разрасталась, теперь ещё и шутливой конституцией республики Чуди. Оказалось, Эва куда лучше него шарила в теме ДнД, и в целом в видеоиграх. Хотя по её признанию уже давно в них не играла. Вот и писала правила, как заправский ДМ. Тадеуш понял, что он сам не заходил ни в приложения, ни в шутеры и РПГ с тех пор, как начал переписку. Он даже сериалы новые не смотрел, а те, что были в процессе, так и не закончил. Смысл, если его собственная жизнь уже стала похожа на сериал? Тем не менее, вечерами он включал фоново криминальные хроники по телевизору, перекидываясь парой слов с Эвой. Их общение вошло в привычку. Не слишком интенсивное, потому что они договорились пропадать на несколько дней, зато порой они могли проболтать вечером целый час ни о чём. Тадеуш успел съездить в два тура, и незаметно пришёл конец мая. За это время они нихрена не продвинулись в поисках, — через Польшу группы Тадеуша не проезжали — зато он разобрал почти все коробки в комнате родителей и даже часть хлама на чердаке. Старичок Петер в какой-то момент не выдержал и начал помогать Тадеушу сортировать мусор, а потом рассказал невероятно трогательную историю своего брака, который Тадеуш очень долго писал стилусом для Эвы в мэйле. Одним из пунктов их договора было «никаких фото и голосовых без жизненно важной срочности». Эва так и не объяснила, что именно понимала под «жизненно важной». Ему казалось жизненно важным вывалить про себя как можно больше тупой информации, и порой Тадеуш ловил себя на том, что специально пишет что-то провокационное, чтобы потом поделиться намёком на всё, что его окружало. Хотя он мог это делать и без договора. Это из Эвы приходилось тащить клещами мелочи. Документ «Что я знаю о сестре» всё ещё был до бессовестного мало заполнен. По крайней мере, с её стороны. Его столбик уже перевалил за третью страницу. На сайт лаборатории он зашёл один-единственный раз. В её профиле не было изменений, а в своём Тадеуш тоже убрал почти всю информацию. Оставил инициалы вместо полного имени, месяц и год рождения без даты. В какой-то момент ему даже захотелось удалить аккаунт, но он оставил, потому что Эва тоже не удаляла. Его жизнь словно бы превратилась в одну из игр, а общение с сестрой — в интересный квест, где он не торопился выполнить основное задание. Потому что чем меньше они вспоминали Маттео, тем легче было абстрагироваться от того, что их связало что-то серьёзнее увлекательной переписки, которая пока не только не надоедала, но даже вернула энергию на выезды и пару тусовок. Тадеуш забрал Сааб из ремонта. И даже дозвонился до изолировщиков. Правда, те ничего не обещали раньше июня и попросили схемы и планировку дома, которые ещё предстояло откопать в оставшихся коробках. В последний выходной мая они с коллегами сидели в «Морской Волне», поднимая тост за развод Мартина. Не как за свершённый факт, пока только как за подачу документов. Звучало дико, конечно, но Мартин выглядел чуть ли не счастливей, чем если бы вступал в брак. И объяснил, что его жена тоже сейчас где-то праздновала с подругами, так что он надеялся на благоприятный исход для всех. Ливия под столом пнула Тадеуша в колено именно в тот момент, когда он отпил из пинты, и глазами указала на выход. И показательно вытащила из кармана пачку сигарет. Они вышли на улицу, провожаемые немигающим взглядом Ларса. Если у того и было что-то серьёзное, до сих пор он этого так и не показал. Ну, либо Тадеуш был не в курсе. Вне работы и посиделок он почти выпал из всей этой светской тусовки, а Лив почти не доставала его, чтобы поделиться последними слухами. Тадеуш мог бы раньше понять, что это странно, но сообразил только сейчас. Поймав её пристальный взгляд после того, как глупо улыбнулся в экран на «пункт 9 давно пора заменить. По какому принципу ты оцениваешь чёрный юмор? И пункт 2 тоже! Это нечестно (НЕЧЕСТНО, да я посмотрела несколько вариантов этого выражения на английском!), потому что ты лучше знаешь идиомы на английском. Ваши шведские я тоже не понимаю. Ладно, вот факт: из всех стран, где я была, мне больше всего нравится Греция» — Тебе лоботомию успели провести в одной из поездок? — отвлёк голос Ливии. Даже не сильно пронзительный на фоне остальных посетителей бара. — Выглядишь, как идиот. — Ну да, — саркастично заметил Тадеуш, засовывая телефон в карман. Ответит чуть позже. Про Грецию ему много было что сказать. — Я для тебя всегда идиот, только никак с возрастом не определишься. То восьмидесятилетний, то первоклашка. — Да вы все такие, мужики, — буркнула Лив. И шмыгнула красным носом — у неё была аллергия на пыльцу и ещё что-то там, которая как раз обострялась в этот сезон. — Не расскажешь, чего ты вдруг такой прыткий? — Тебя не устраивает, когда я угрюмый, а потом, когда слишком весёлый? Ты уж определись. — Меня не устраивает, когда люди резко меняются, это подозрительно, — сказала она и затушила недокуренную сигарету. — Я не говорю, что изменения — это плохо, просто мы вроде как друзья, а ты вообще ничем не делишься, ходишь, как дурак, со своим телефоном. Постоянно на него смотришь. — Неправда. Если ты опять по поводу вечеринки у меня дома, я же сказал, что скоро как раз закончу разбирать коробки, тогда и приглашу. — Мартин успеет развестись, пока ты дозреешь со своими обещаниями, — фыркнула Лив. И снова шмыгнула носом. Тадеуш не вытерпел и, порывшись в кармане, протянул ей бумажный платок. Та взяла, но не торопилась им воспользоваться. Потянула его за рукав к углу улицы, подальше от входа «Волны». — Слушай, такое дело, — Лив вдруг стала выглядеть смущённо, и Тадеушу это не понравилось. — Ларс меня пригласил на свидание. — О, — всё, на что хватило Тадеуша. Он испытал огромное облегчение. Но, конечно, ненадолго, потому что всё не могло быть так просто. — Он прикольный, хоть и дурак порой, но я не хочу заводить отношений на работе. Тадеуш чуть не ляпнул, что с ним вот она явно не была против, хотя они тоже работали вместе. Но сдержался. Обижать подругу он не хотел. Кто ж виноват, что её чувства были настолько прозрачными? А Тадеуш точно не считал себя толстокожим. Работа с людьми его научила хотя бы разбираться в них. — И? — Или всё-таки толстокожий. Но он, правда, не знал, что ещё тут сказать. Зачем она ему вывалила этот факт? Чтобы он согласился с ней? Дал совет? Или переубедил? Лив уже смотрела на него, как на последнего идиота. И словно готова была расплакаться. Хотя, скорее всего, у неё просто глаза от аллергии слезились. Она ещё и чихнула прямо на него, не успев прикрыть рот салфеткой. — Тьфу на тебя! — не смутившись, рассмеялась Ливия и наконец-то использовала платок по назначению, трубно высморкавшись в него. — Ладно, из тебя клещами ничего не вытащить. Расскажешь, когда захочешь, просто… не переусердствуй, ага? А то я тебя знаю, ты иногда загораешься, а потом так же быстро сгораешь и хандришь. Не говори, что я тебя не предупреждала, Тадде. Она оставила его одного. Тадеуш как раз резко захандрил. Ему даже захотелось кинуться убеждать Ливию, что в этот раз всё по-другому, хотя сам не так давно думал, что пойдёт именно по такому сценарию. Теперь такой сценарий означал бы предательство Республики Чудь. Не так уж неправа была Ливия, когда говорила, что он порой вёл себя как мальчишка. Тадеуш всё-таки досидел в баре до победного часа утра, беря безалкогольное пиво и не трогая телефон. Он же предупредил, что тусит с коллегами, так что срочного ответа Эва не ждала. Возможно, даже успела переписать правила 2 и 9 пунктов. Когда он припарковал Сааб на площадке перед гаражом, то заметил, что у Петера горит свет. Это было необычно, потому что старик обычно закрывал ставни уже в девять вечера. Не совсем уверенный, что ему это надо, но чувствуя лёгкое беспокойство, Тадеуш шагнул в сторону соседского дома. Остановился. Сделал ещё шаг. Стучаться в дверь? Попробовать заглянуть в окно? Окно гостиной было занавешено тюлью, так что он почти ничего не увидел, кроме того, что свет падал от торшера. Решившись, Тадеуш постучал в входную дверь. Потом ещё раз, чуть громче. Ему никто не ответил. Тадеуш нажал на ручку — она тихо скрипнула, и дверь поддалась. Тадеуш почему-то думал, что пожилой сосед всегда закрывает её на два оборота ключа. — Петер? — позвал он. — Вы тут? Простите, что вошёл без спроса… Он помнил, что жена Петера, Инга, умерла десять лет назад от рака. С тех пор ворчливый старичок жил один. Родители когда-то пытались предложить ему помощь с домом и участком, но тот отказывался, самостоятельно подстригая газон, делая уборку и даже готовить научился, как он рассказал Тадеушу, а тот пересказал Эве. Но Петеру уже перевалило за восемьдесят… тот самый настоящий восьмидесятилетний дед, которым, видимо, рисковал стать Тадеуш в далёком будущем. — Петер? — снова позвал Тадеуш, а потом чуть не заорал, когда старик вырос на пороге, соединяющем коридор с гостиной. Выглядел он вполне здоровым, только вот пахло как-то странно. Не алкоголем, а… подгоревшей выпечкой? — Ты чего, мальчишка? — громыхнул сосед. — Не надо вызывать пожарных! Я проветрил, дым давно не идёт! — Что?.. — завис Тадеуш. — Боже, вы меня напугали! Нельзя же так! Я чуть инфаркт не схватил! — Тьфу. Молодой ты для такого дела, если дымить не начнёшь, как моя печка. Проходи на кухню, — с этими словами Петер удалился, видимо, ожидая, что Тадеуш пойдёт за ним. Он и пошёл. Картина там обнаружилась престранная: на столе стояло блюдо выпечки, наполовину накрытое полотенцем. Духовка — старенькая, наверное, ей было лет сорок, не меньше, — настежь раскрыта. Обуглена кое-где. Рядом пристроился ящик с инструментами, на половой тряпке. Там же лежали многочисленные детали полуразобранной бытовой техники. — Сколько вы с ней уже возитесь? — поразился Тадеуш. — Не проще ли купить новую? — Вот она, нынешняя молодёжь, — проворчал Петер. — Булочку бери. Они немного подгорели, но всё ещё съедобные. Только я сахара меньше добавил. У Инги вкусные были, а мне уже нельзя много сладкого. В холодильнике есть варенье. Только в вазочку положи! Тадеуш спросил, может ли включить чайник. Хорошо хоть, современный, электрический. Чай у Петера был только в пакетиках; не то чтобы плохо, но Тадеуш сбегал к себе за заварным. И взял в том числе заварник, который ещё бабушка покупала для мамы. Тадеуш им не пользовался и решил, что тот вполне органично впишется в кухню соседа. Тот продолжал воевать с духовкой. — Я думаю, там сгорело сопротивление или плата, — сообщил Тадеуш, жуя булочку. На проверку варенье оказалось желе из красной смородины, а сама выпечка щедро посыпана корицей, так, что никакого сахара не требовалось. — Ремонт выйдет дорого. Или вы в этом разбираетесь? — Пока только разбираю, — пробурчал Петер, откинул отвёртку и, кряхтя, поднялся, чтобы помыть руки и сесть за стол. Сделав глоток чая, он зажмурился, причмокнув губами. — Крепкий, конечно, но вкусный. Ну не мог же я не попробовать? — Вы про чай? — растерянно спросил Тадеуш. В кармане пиликнул телефон. — Про духовку. Ты разбираешься? — Нет, — признался Тадеуш. — Особенно в таких старых моделях. Но у меня год назад посудомойка сгорела, мастер назвал именно эти причины. Петер рассмеялся и зевнул, прикрыв рот ладонью. — Наверное, не стоило заваривать чай, — спохватился Тадеуш. — На ночь глядя. — Да ничего, я сплю как сурок. За одну ночь уж не развалюсь. — Петер помолчал. — Бери с собой, я что-то слишком много наготовил. Бабке твоей отвезти, что ли… — Вы знаете, где она живёт? — удивился Тадеуш. Телефон снова заявил о себе. Надо бы вытащить и выключить звук, но показалось неприличным разрушать момент. — Да уж почаще тебя там бываю, — хмыкнул Петер. — Но ладно, вы молодые, что вам в доме престарелых делать? Иди, вижу же, кто-то очень хочет пообщаться. — Вы свет оставили в гостиной, — напомнил Тадеуш. — И дверь за собой закройте на ключ, мало ли… — Иди давай, вот ещё, советы мне давать будет. Зато Петер не заметил, что заварник остался у него. Даже с маленьким пакетиком листового чая, куда Тадеуш отсыпал любимый сорт Эрл Грея. Сообщения… были не от Эвы. Одно — смс-предупреждением, что он так и не выслал необходимые планировки изолировщикам, так что они не могут гарантировать даты начала июня. Второе — какой-то видяшкой от Ливии. Третье и вовсе рекламой промоакции из строительного магазина, куда Тадеуш последний раз заезжал два года назад за лампочкой. Спать не хотелось. Был виноват чай или что-то другое — он не знал. Побродив по дому и убедившись, что Петер закрыл ставни гостиной, Тадеуш устроился в кровати с компом. Пролистал папки с фотками, нашёл самые интересные из Греции и… решил открыть и ту, что обычно не трогал: Швецию. Он перестал фотографировать родные, привычные места, когда начал работать гидом. И успел забыть, сколько здесь всего.

«Я тоже люблю Грецию. Острова особенно. Хотел расписать почти все любимые маршруты, но что-то подумал про дом. Ты ездила в Швецию? Хотя ладно, не спрашиваю, если хочешь оставить, как факт для следующего штрафа (вноси правки, выдвинем их на следующее демократическое голосование! Или как там это называется? Я не сильно разбираюсь в политике). Вот фотки, которые я когда-то делал рядом с домом родителей (где живу на данный момент) и своей съёмной квартирой в Мальмё. Мы много путешествовали по всей стране, хотя не сказать, что тут так уж много достопримечательностей… история Франции как будто богаче, чем наша»

Он отправил мэйл, включил какой-то канал с подкастами про трукрайм и благополучно заснул под тревожную музыку и монотонный голос девушки, рассказывающей про обнаруженный на мосту труп в восьмидесятых годах прошлого века. Ответ от Эвы он получил с утра во вторник, в чате: «Я не проверяла мэйл, только сегодня прочитала твоё письмо. Извини, вчера была на свидании» Тадеуш аж сел в кровати, пялясь на это французское «rendezvous». Нет, конечно, никто не говорил, что по понедельникам не ходят на свидания… но… Он глянул на часы: до выезда в офис оставалось ещё сорок минут, за которые он успеет и зубы почистить, и даже выпить кофе. Они с Эвой оба не завтракали сразу при пробуждении: она, как однажды написала, могла и вовсе до обеда ждать, а Тадеуш обычно покупал перекус по пути к офису. Сегодня, впрочем, у него были булочки. Припомнив Ливию и Ларса, Тадеуш нахмурился. Эва так и не объяснила, с кем именно и где живёт. Так что, свидание было с незнакомцем? Или с её же сожителем? Она же не знакомилась с кем-то в интернете? Ну, не считая его самого, конечно, но это другое. «Надеюсь, свидание было продуктивным? :D» — нихрена он не надеялся, но надо было написать что-то позитивное. Пусть и в утро вторника. И когда его в первый же час ждала фру Тунберг на планёрке. «Ну… можно и так сказать»

«Не оправдал надежд?»

«Да он их никогда не оправдывает особо xD Из года в год одно и то же»

«Даже так… Не думала сменить?»

«Думала, но этот ближе всего к дому, да и я к нему ещё в универе ходила, так что тупо теперь менять. Потом хрен нового найдёшь» Последнее сообщение Тадеуш прочитал уже в ванной, чистя зубы, и чуть не подавился зубной пастой. Однако… Звучало очень приземлённо. Хотя Эва в целом звучала как человек, который знает, чего хочет от жизни. Так что ему ли было судить о такого типа отношениях? Зато стало понятно, кто мог встречать её по соседству — любовник, проверенный годами. Всё лучше, чем рассылка рекламы в час ночи. Как вообще у магазинов работали эти алгоритмы, интересно? «А что, у вас не так? И легче найти специалиста? ^^ У нас с этим делом караул» «Да у нас, наверное тоже. Я как-то не задумывался. Мне и так нормально». — По крайней мере, не ему давать советы в постельных утехах старшей по возрасту. Он всё ещё не мог поверить, что они говорят о чём-то подобном. С утра пораньше. Во вторник. «Везёт. Но это, наверное, потому что ты ещё молод. :D В двадцать четыре у меня тоже не было особых проблем. Но возраст подкрадывается очень незаметно, так что приходится думать о будущем, как говорится»

«Не знаю, я бы так не смог, наверное. В душе я безнадёжный романтик»

«А?»

«Я имею в виду, не могу положиться на настолько деловые и договорные отношения»

«А на какие? Извини, Эш, я, видимо, ещё не проснулась, потому что что-то не врубаюсь, про что ты XD Кстати, papi Jacqui, оказывается, тоже к нему ходит) Он у нас один на весь квартал» Вот тут ему действительно ополаскиватель для рта попал не в то горло. Аж глаза заслезились, в том числе от ядерно-мятного привкуса. Прокашлявшись, Тадеуш заново умылся и взял в руки телефон.

«Что ты имеешь в виду, когда говоришь rendezvous?»

«…» «… АХАХАХА, ну ты и идиот! XD Я не могу, ахахаха. Ну да, сорри, надо было написать appointment. я не могу, бля, это что-то с чем-то. Так, подожди, перечитаю это с начала»

«Не надо! Там на три штрафных… чёрт. Сама виновата! Согласен на 1 против 3»

«Хаха, ок. Фух. Успокоилась, а то у меня аж слёзы от смеха потекли. Пойду почитаю твой мэйл, пока ты думаешь про три факта. И не вздумай повторяться, я завела файлик, куда записываю то, что ты уже сказал, романтик ;)» Тадеуш усмехнулся. Интересно, как она его озаглавила? И была ли там тоже отдельная колонка про неё? «Сделай скидку на утро вторника и на свой английский. И да, чтобы ты не ломала голову над своим фактом: как его зовут хотя бы? Станет следующим мемом» — напечатал он, отправляясь упаковывать булочки. Перед тем, как выехать в офис, Тадеуш проверил, что Петер — живой и невредимый, не проигравший ночью битву с печкой — поливает что-то в саду. Получил стикер гагары — он начал разбираться в морских птицах — с надписью «читать чат после кофе» и ещё одно неожиданно информативное сообщение: «Доктор Буазье. Забавно, звучит почти как моя Дазье. Но bois значит лесок, как lund в твоей фамилии, если я правильно поняла) Я поехала на собеседование (надеюсь, тут всё правильно написала XD)» Тадеуш быстро скопировал всё в папку и документ «Что я знаю о сестре». И пообещал себе подумать об этом после кофе и, желательно, после работы.