Вино со вкусом пепла

      И вновь путь ждал её, на сей раз правда, на корабле. Из Староместа до Королевской гавани путь был не то, чтобы быстрый, но всяко быстрее добирайся они на конях. Да и как сказал мейстер, ей будет безопаснее плыть, чем по разбитым дорогам кататься. После потери ребёнка Алистер не приходил к ней, ни для супружеского долга, ни для чего-то ещё. Он явно был разочарован тем, что она его потеряла, но стоило отдать должное, Элис была убрана из её служанок, а Амарея выдохнула, когда новая служанка оказалась в разы старше. Вероятность, что и её имел в любовницах муж быстро сокращалась. Женщина глубоко ей соболезновала, ухаживала как могла и порой отвлекала, за что девушка была благодарна, хоть кто-то был рядом. Все в округе вели себя так, будто это они потеряли ребёнка, а не она. Медея показательно фыркала при её появлении, Сирелла ядовито улыбалась, а Стеффон был даже грустным что ли?       Больше всего Рея боялась увидеть Дейрона в столице. Не понимая природу своих чувств и что действительно девушка хотела от него, ей казалось, будто сходит с ума. Представляя реакцию Алистера на каждую их случайную встречу, леди с содроганием ожидала неизбежного. Скрывать синяки ещё и в Гавани не хватало, как и терпеть это насилие. Единственное, что пока что останавливало его, это предупреждение от мейстера и от этого Эшворд была безумно ему благодарна. Зная, что часто здесь не особо заботятся о здоровье матери, старик дал ей реальную фору на восстановление. По-хорошему ей бы год не пытаться беременеть, но навскидку сказанные Киваном месяца пять уже было благословением. Но станет ли Кью придерживаться этого совета, увидя их просто разговаривающими? О ином Эшворд могла лишь фантазировать, ведь этого допустить в реальности было нельзя, в по-хорошему и вовсе перестать даже представлять.       Подпитывая себя мыслями, что она увидит Киру, может, увидит маленьких принцесс, девушка держалась за это, стараясь отпустить потерю. Не веря раньше, что любовь у женщин к ребёнку появляется ещё во время беременности, ведь не просто так существовала послеродовая депрессия, Амарея не ожидала, что сама будет скорбеть по своему ребёнку. Безусловной любви заслуживали лишь собственные дети и потеряв того, кому девушка могла её подарить, на душе было тоскливо       Когда корабль рассекал волны, ей было спокойнее, чем когда-либо. Шум бьющихся вод об деревянный корпус корабля успокаивал, даровал покой и проводя почти все дни на верхней палубе, Амарея, наконец, наслаждалась жизнью. Её муж пал под морской болезнью и теперь всё время проводил в каюте, от чего становилось ещё лучше. Девушка была готова расцеловать Утонувшего Бога, если он был причиной болезни, ведь видеть серо-зелёного Алистера было истинным блаженством. Она даже не присоединялась к нему на время еды, всегда перекусывая то с капитаном, то с моряками и слушала их рассказы. Порой даже весьма смешными и максимально неловкими.       — А русалки? Вы видели их?       — Как же, миледи, прекрасные создания, меня еле спасли из их рук, иначе бы стал закуской к их обеду.       — Или самим обедом, — хохотнул кок.       Амарея тихо рассмеялась, прекрасно понимая, что никаких русалок он не видел. Нет, всё же шанс существовал и одна из вещей, что ею всё ещё помнилась, была именно смешная теория фандома, что Варис был русалом, но верилось мало. Хотя, у них буквально лет семьдесят назад по небу летали драконы, а что происходит в тех же руинах Валирии вообще было не известно. Вероятность никогда не была нулевая и им всем стоило пока что радоваться, что Иные пробудятся лишь через ещё сто лет, тогда их потомкам точно будет не до русалок. Губы изогнулись в ухмылке на очередную шутку моряка. Жаль, что девушек на кораблях не жаловали, а если и жаловали, то только в роли портовых шлюх для их ублажения. Отдаться жизни без привязки к чему-то хотелось. Последнее её путешествие кончилось смертью, там было жалко терять жизнь, здесь же, не тратя и копейки, определённо не заморачиваясь насчёт границ государств, было не страшно умереть на пути к приключениям. Решено, сбежит от мужа на корабль, притворится мальчиком, а дальше, как пойдёт.       Возвращаясь поздней ночью в свою каюту, Амарея вовсю зевала. Команда отмечала какой-то праздник, веселилась и пила, пригласив и её. Конечно, эль от них был ещё более мерзким, чем дорнийское красное или другие вина, но она много и не пила, так, была слегка поддатая. Тихо отворив дверь каюты, предполагая, что Алистер спит, девушка вздрогнула и прижала руку к груди, когда мужчина оказался сидящим на постели, освещая своё лицо свечой. И почему он не спал? Закрыв дверь и под тяжёлым взглядом подойдя к своей стороне постели, она стала расшнуровывать корсет.       — Где ты была?       — У моряков, праздновали чьё-то день рождения, — с блаженной улыбкой произнесла леди, запутываясь пальцами в лентах.       Мужчина тут же поставил подсвечник на стол и обойдя, схватил её за руку. Вторая его рука схватила лицо Эшворд и что-то углядев на нём, он оттолкнул жену. Не в силах устоять на ногах после толчка и эля, леди повалилась на твёрдую постель. Опьянение снялось как рукой, а вместо него появился страх. Кью только шагнул вперёд, но расширив глаза и прикрыв рот рукой, Амарея подскочила с постели, бросаясь к ночной вазе и склоняясь над ней. Эль был мерзким и её организм явно протестовал на эти новые опыты. Вытерев рот тканью и с благодарностью приняв от супруга кубок, она чуть не выплюнула его вновь. Кто при алкогольном отравлении даёт алкоголь? Чёртова антисанитария и отсутствие нормальной пресной воды.       — Что ты с ними делала?       — Что? Я же сказала, просто веселились, Тайл такую похабщину рассказывал, что уши в трубочку сворачивались.       — Амарея, я не желаю, чтобы ты имела с ними что-то, если ты думаешь, что…       — Когда мы ещё были помолвлены, ты сказал, что я умная. Неужели думаешь, что от твоих действий я потеряла остатки ума? Ты за поцелуй с Дейроном до сих пор отыгрываешься, а тут под твоим носом мне изменять с моряками? Морская болезнь точно повредила твой разум.       Не стоило ей упоминать принца, особенно, если учесть, куда они плыли. Дурочка, точно мозги последние после ударов потеряла. Мужчина подхватил её и затряс такой силой, что она вновь позеленела. Мамочка, как же хреново…       — Если в замке я увижу, услышу что ты осталась с ним наедине вновь, клянусь всеми Богами, пьяница получит то, что заслуживает и мне будет плевать, делали вы что-то или же просто разговаривали.       Она устало посмотрела на него, выдыхая через сжатые зубы. Как же ей было тошно от всего этого. Каждый день, борясь за себя, за свой вздох без боли где бы то не было, Амарея морально умирала. Одно дело мягко подстроится под новый мир, где девушки даже зимой ходят в платьях и мечтают как бы скорее выйти замуж и совершенно другое позволять кому-то ломать её личность, устои, что были взращены в ней в её мире. Эшворд не хотела потерять себя, хоть таких тут и не ждали. Рука леди дрогнула, а затем злость застелила глаза и дав пощечину мужу, она лишь подняла подбородок вверх. Хватит с неё, хватит бояться быть изнасилованной, побитой. Как бы она не стелилась перед ним, его семьей, все это будет происходить.       — Не смей обвинять меня в супружеской неверности, пока сам имеешь любовницу и бастарда от неё. Не смей, слышишь? Иначе я сделаю то, чего ты так боишься и плевать на последствия. Ты ведь даже не поймёшь, если ребёнок пойдёт в меня, а если в принца Дейрона, то у вас одинаковый цвет волос, ты не поймёшь, твой ли наследник или нет.       — Моя жена не станет драконьей подстилкой, — прошипел тот, хватая её за лицо. — То говоришь, что не желала поцелуя, то теперь готова сама родить бастарда от него. Может принц тебя и не трахал, но где гарантия, что эти губки не раздвигались для него? Что он пообещал тебе за это? Статус, деньги? Слова? Слова от драконов ничего не значат, болтать может любой. У него не хватило духа ни на что, чтобы получить тебя. Готов поспорить, мы приедем в столицу и вокруг все вновь будут шептаться, что он пьян. Он свою жизнь изменить не может ради тебя.       — Менять жизнь кардинально не просто.       — Когда любишь, всё просто.       Она поджала губы, не опуская взгляда. Алистер словно с ума сходил, откуда появились эти мысли? Ни девушка, ни Дейрон в любви не клялись друг другу. Неужели, её муж думал, что Амарея была готова оставить собственную честь еще до этого разговора? О какой любви он вообще вёл разговор? Безумец, один поцелуй, а он толкает такие речи. Превращает из неё шлюху, что сосёт принцу невесть за что. Было мерзко, мерзко, что не давая повода, Кью позволял думать себе о ней так. Сейчас, конечно, девушка этот повод дала, но ей просто было уже невозможно это терпеть.       — Отпусти меня, — с ледяным спокойствием произнесла леди.       — Я дал тебе всё, не он. Выступил на турнире за рыцаря имени которого даже не знал, одаривал тебя всем, выполнял любую прихоть.       — Я не просила подарков! Все мои прихоти? Я разве просила тебя обвинять меня в разврате с чужим мужчиной, просила насиловать? Принц меня не любит, я его не люблю, но едва ли испытаю похожие тёплые чувства к тебе. Хоть всю меня золотом обвешай, в моём сердце ничего не дрогнет.       Он рассмеялся ей в лицо, качая головой. Сказал что-то о том, что и не особо то на её сердце претендовал, но Амарея уже слышать его не могла. Рухнув на колени, она всё же сдалась, опустив голову вниз. Какой тогда был толк этой душащей ревности, боли, что мужчина перед ней причинял днями? Лишь то, что она отдала свой поцелуй не тому, играло свою роль? Тихий шепот вырвался из её губ и Алистер, уже отошедший от неё, резко развернулся.       — Что ты сказала?       — Я хотела этого поцелуя и клянусь Семерыми, я не жалею, что целовала его в ответ. За один поцелуй я испытала больше счастья чем за всё общение и связь с тобой.       Пощёчина окончательно повалила её на пол и прижав руку к пылающей щеке, она с пылающим ненавистью глазами смотрела за тем, как он уходит. Кью заплатит за каждую её слезинку, за каждую рану, что причинил ей. Что-то тёплое, даже горячее, словно коснулось её головы, ласково погладив. Резко обернувшись и не заметив никого, Амарея выдохнула, показалось. Явно и сама сходит с ума, но находясь в обществе сумасшедших, это не было удивительно.       Обиднее всего было то, что девушка получала всё за то, к чему не приложила и руки. На эмоциях сказав о собственных желаниях, Эшворд пожалела почти сразу, но виду не придала. Они не разговаривали на протяжении недель, Алистер словно забыл о ней и вновь её жизнь наполнилась счастьем. По-прежнему ночуя в одной каюте и постели, мужчина не посягал ни на что, хотя, она думала, что будет, ведь они сильно повздорили, а заявлять свои права на её тело было у него в нормах. В голову правда, проникали и другие мысли: Кью явно услышал о её готовности понести бастарда Таргариена и принял слова в оборот. Если повезёт, он не станет трогать её до тех пор, пока они не вернутся с турнира, чтобы точно быть уверенным, что ребёнок был от него. Слова, сказанные в опале, внезапно возымели эффект, а уж с побоями девушка разберётся, найдёт выход.       Стоя почти на самом носу корабля, Амарея прикрыла глаза и подставила лицо морскому ветру и солнцу. За время проведённое в пути, она успела подзагореть и это даже нравилось ей. Жаль только, что в столице с сомнением будут смотреть на цвет её кожи, вместо белоснежного видеть другой тон они не привыкли, не смотря на дорнийцев при дворе, а значит, девушка становилась почти красной мишенью для них. Конечно, были ещё риски на какие-то заболевания, но, если тут существовал озоновый слой, то он не был разрушен, а леди действительно могла полюбить это. И почему выбор её пал не на Веларионов? Да и были ли они сами там? Самой себе махнув рукой, она резко распахнула глаза, услышав странные звуки. Взглянув вниз, леди едва не запищала. Дельфины! В своей прошлой жизни увидеть их ей удачи не представилось, здесь же, они не отличались от дельфинов в её мире. Взгляд сиял как никогда, наблюдая за животными. Подумать только, когда Рея ехала в Солнечный Дом, в её мыслях зрело желание утопится в этих прекрасных водах. Нет, если Эшворд было и суждено покончить с жизнью самостоятельно, то точно не в море станет это делать.       — Наслаждаетесь?       Глубокий, с нотками опасности, голос заставил обернуться на высокого мужчину с серебряными волосами, а затем, она кивнула.       — Более чем, я люблю море, оно завораживает. И гляньте, дельфины сопровождают нас, это забавляет.       — Прекрасно, что море Вам нравится.       — Из моря мы рождаемся, в море мы погибаем, — произнесла она с каким-то торжеством внутри. — Так, кажется, говорится при похоронах членов одного дома и я склонна согласиться. Если не ошибаюсь, это слова Веларионов, нет? Честно говоря, я слаба в похоронных традициях других домов. Извините, напомните, как Вас зовут?       — Кар.       Она нахмурилась. Кар? Вероятно, он был одним из наследников или бастардов Веларионов или непризнанным бастардом Эйгона 4, иначе такую схожесть с валирийцами было сложно объяснить. Правда, глаза у члена команды были не валирийскими, а практически чёрными, с каким-то странным агатовым отливом. Вернув свой взгляд на воду, Амарея всё ещё ощущала его взгляд на себе. Хотел сказать что-то ещё или же это было всё? Однако, мужчина молчал и со временем ей стало всё равно. Сейчас бы позагорать на пляже, попить каких-нибудь коктейлей, а не плыть на очередной турнир. Хорошо хоть, Дункан и Эгг ушли в Дорн, ещё одного такого испытания она не переживёт. Да и предложить даже ей было бы нечего, всё что было девушка отдала Алистеру.       — Знаете, смотрю на море, а оно словно меня защищает.       — Почему так думаете?       — Мой муж мучается от морской болезни, а я не могу нарадоваться свободе, что получила. В пору молится Богу в которого верят на Железных Островах.       — Почему ему?       — А кто ещё является Богом моря?       — Караксес, например.       — Это… Валирийский Бог, да? Так и знала, Вы кто-то из Веларионов.       Мужчина ухмыльнулся и кивнул.       — Не совсем правда, я бастард ныне покойного лорда Алина Велариона.       В голове лениво перемещались мысли, пытаясь вспомнить, кто это был такой. Алин… Её глаза переместились из стороны в сторону. Чёрт, ей придётся затребовать у Киры обратно её записи, иначе она всё позабудет напрочь. Главное глупую теорию помнит, а это нет и, судя по всему, информация была важной, Кар ожидал какого-то ответа. Неловко улыбнувшись, на них внезапно налетел ветер. Руки покрылись мурашками и неожиданно, ею вспомнился, кто такой Алин. То ли сын, то ли внук известного Корлиса Велариона и муж леди Бейлы, что её явно не ценил, ведь зачал как минимум двух бастардов с младшей дочерью короля Эйгона. И теперь перед ней стоял ещё один его бастард. Алин явно времени не терял, не скучал в море по жене.       — Неужели любовь к морю у этой семьи рождается вперёд ребенка? — со смехом произнесла девушка, на что получила ответную улыбку.

***

      Вонь заполнила её нос почти сразу, стоило им пришвартоваться в порту. Отвратительный запах. Крепко державшись за руку супруга, ведь сама рисковала свалится, девушка слабо скривилась. Как тут жили люди? Если сейчас так воняло, то что ждало столицу через сотню лет, когда количество народа превысит миллион? Они быстро залезли в карету и кажется, они впервые с Алистером сошлись в одном — это было отвратительно. Догадываясь, что в замке ситуация с запахами едва ли была лучше. Амарея тяжело вздохнула, закрывая все окна. Алистер уткнулся носом в надушенный платок, выглядя всё так же бледно-зеленого оттенка. Морская болезнь не отступала до конца их путешествия, а эта вонь окончательно его добила. Как бы не окочурился по пути в замок, стать обвиняемой в смерти мужа ой как не хотелось.       Гомон от людей был даже оглушающий. Не нужно было быть гадалкой, чтобы сказать, что их карету рассматривают внимательно. Стражники их дома отгоняли особо наглых, а девушка от чего-то зевнула. Кажется, даже организм желал отключится от этого всего. Качало их в карете сильно и чуть скривив губы, Амарея наклонилась вперёд, словно проверяя, жив ли Алистер.       — Ты как?       Тот лишь кивнул, прижимая платок к носу сильнее. Карма явно существует и если это было подарком за все мучения, то она точно сделает подношение всем возможным Богам. Выпрямившись и откинувшись на подушки, девушка вновь зевнула. Что ж такое то… Её почти сморило, когда карета остановилась во внутреннем дворе и подав руку слуге, леди вышла первая. Здесь ситуация с запахами была лучше, он почти не чувствовался, но какие-то нотки заставляли слабо кривить нос. Лорд Кью вышел следом за ней и убрал платок, кажется, радуясь твёрдой земле и отсутствию лишнего. Стоило им шагнуть за слугой, как двери в замок отворились и наружу выскочили две девочки, за которыми гнался рыжий мальчик лет двенадцати. Они громко смеялись и Амарея еле успела отступить с их пути, чтобы не свалиться. Девочке помладше явно было всё равно на эту её попытку, поэтому она нырнула под её дорожный плащ, прячась там.       — Рей, это не честно! — вскрикнула другая девочка, явно лишь чуть младше мальчика, прежде чем пасть под хваткой мальчугана.       — Всё честно, — глухо раздалось из-под плаща.       Ошарашено глядя то на детей, то на мужа со слугой, Амарея не знала даже, что делать. Рей значит… Под её плащом пряталась принцесса крови, дочь Мейкара и девушка определённо где-то согрешила в прошлой своей жизни. Говорила же мама, что сериалы до добра не доведут, зря не послушалась. Пухлая служанка выскочила во двор и с причитанием бросилась к принцессе, попутно вычитывая третьего наследника престола. В том, что это был Матарис теперь сомнений не оставалось и рыжие волосы от матери действительно у принца имелись. Женщина стала оглядываться вокруг в поиске другой принцессы и тогда уже Эшворд чуть приоткрыла полы голубого плаща, откуда выглянула малышка.       — Ох простите, миледи, эти дети… Не углядишь.       — Ничего страшного, — улыбнулась она, приглаживая волосы принцессы больше на автомате. — Но сводить глаз точно не стоит, мой плащ точно безопасен, а остальное сомнительно.       С усмешкой подойдя ближе к мужу, что практически неотрывно следил за ней, леди кинула взгляд на девочек и слабо улыбнулась другой, Дейлле, кажется, прежде чем возобновить свой путь. Принять ванну после моря было прекрасно. Служанки Красного Замка и её собственные из Солнечного Дома, натирали её тело восхитительными маслами, от запаха которых кружилась голова, хотя, может это было от горячей воды? Так или иначе, выйдя вся раскрасневшаяся из ванны, всё что ей хотелось, это лечь поспать, а не готовится к вечернему балу, который состоится по случаю начала турнира на следующий день. Печально взглянув на кровать, она села за стол, на котором стояли разные лёгкие блюда. Куда делся Алистер ей было всё равно, но тот пришёл тут же, стоило девушке взять в руки горсть винограда. Устало сев напротив и уложив на стол кучу свернутых писем, тот сразу стал их читать.       — Мы только приехали, а дела уже ждали тебя?       — Такова участь Лордов, ты прекрасно знаешь это. И чем это пахнет?       — Лаванда кажется, я не особо смотрела чем меня мажут.       Она закрутила на палец прядь мокрых волос и отправила виноградину в рот. Сладкий, это хорошо, жаль только, что с косточками. Заметив взгляд Алистера, леди тяжело вздохнула и закатила глаза. Серьёзно? Как запах лаванды навёл его на мысли о измене? Ну нет, бред да и только. Раздражённо поджав губы, она развернулась к нему.       — Серьёзно? У меня в покоях стабильно пахнет разными цветами и ты заметил это только сейчас? Ради Семерых, не доводи, итак голова кругом.       Тот подозрительно сощурился, но решил ей поверить, неужели. Он вообще стал подозрительно спокойным в последнее время, а на откровенную дерзость даже не бил. Неужели на него подействовали слова, сказанные женой? Надежда вновь засияла где-то на задворках сознания, может, не всё было потеряно? Медленно поглощая фрукты один за другим, она наслаждалась тишиной, что прерывалась лишь шелестом пергамента. Периодически подкручивая пряди волос, Амарея всё же засыпала. Встав со стула и потянувшись, от чего раздался тихий хруст, девушка довольно улыбнулась, стало даже легче дышать. Опустившись перед сундуками и планомерно став перебирать их, девушка прикусила губу. Красный нельзя, разозлит мужа, синий надоедал, а на пиру хотелось выглядеть более чем просто «прилично». Ей же шили платье, где оно было? От распущенных волос становилось жарко и в голове мигнула мысль, почему бы не послать служанок, но тут же самой себе дала ответ. Молча сидеть рядом с мужчиной и тонуть в вечных вопросах не хотелось, а заняться чем-то да нужно было.       Через время, всё же позвав служанок для начала сбора, Рее удалось найти нужное платье. Корсеты выводили её из себя, но терпеливо сжав губы, леди глубоко вдохнула. Идиотское приспособление для скрытых пыток девушек, что сдавливало все органы. В Дорне все ходили без них, в Эссосе вроде тоже, а про Кварт вообще даже говорить не хотелось, будь она и Алистер там, ему явно бы зашла тамошняя мода. Служанки стали закалывать её волосы шпильками с камнями и вскоре, придирчиво осмотрев себя, она неуверенно кивнула. Лорд придирчиво оглядел её тёмно-фиолетовое платье с золотой вышивкой и протянул руку. Путь до тронного зала не был далёк, а рука Алистера сжимала её всё сильнее, будто стоит Таргариену явиться перед ними, как она прыгнет на него. Двери в главный зал замка были распахнуты полностью и помещение было почти что знакомо до какой-то боли в груди. Столько видеть его на экране и теперь находится здесь было даже волшебно. На троне царственно восседал нынешний король Дейрон, принимая приветствия от гостей, а где- то подле стояли принц Валарр со своей супругой Кирой. Королева Мирия ярко выделялась в своём платье теплого оранжевого цвета, от чего девушка даже засмотрелась.       — Лорд Алистер из дома Кью и леди Амарея из дома Кью и Эшворд, — объявил их герольд, когда они подошли ближе к трону.       Чинно поклонившись королю, девушка еле сдержала улыбку, подходя к Кире. Лёгкий книксен и с удивлением приняв объятия от жены наследника трона, Амарея всё же широко улыбнулась, прикрывая глаза. Ощущение безопасности и комфорта заполнило всё естество и отпускать жену наследника престола не хотелось. Если и были причины, по которой она не притворилась больной, чтобы не ехать, то одна из этих причин прямо сейчас даже не пряталась под юбками платья. Кира была беременна, вторая попытка родить наследника и сама Амарея хоть пластом ляжет, но даст малышу родится, а Кире пережить роды.       — Я так рада видеть тебя, мне жутко тебя не хватало, — прошептала она.       — Ну, я смотрю, ты не скучала.       Розоволосая смущённо улыбнулась, а затем сжала кончики её пальцев. Осторожный взгляд от неё заставил нахмурится, а ощущение себя так, словно её изучали, заполнило полностью. Валарр тоже вёл себя даже напряжённо с Алистером, но лишнего не показывал. Что здесь происходило? Они упустили что-то важное? Может, Кью возглавил тайно восстание и все про это прознали? Уступив место следующим гостям, Рея посмотрела по сторонам. Мужчина почти сразу оставил её у стены, уходя к каким-то лордам Простора и девушка прикусила губу, пытаясь найти знакомые лица. Талии тут точно не было, она недавно родила, а имён леди, с которыми состоялось знакомство на Эшвордском турнире, сама Амарея помнила слабо. Найдя слугу, что разносил вино и взяв один из кубков, девушка сделала глоток. Шокировано уставившись на него, губы изогнулись в улыбке. Наконец, достойное вино, что было приятно на вкус. Королевской семье явно подавали самое лучшее и это только что подтвердилось. От такого даже хотелось напиться, у кого бы только узнать, откуда оно?       — Леди Амарея Эшворд, угадала? — притягательный голос раздался позади неё и девушка тут же развернулась, кивая. — Мой сын и племянницы уже успели всё рассказать о Вас и смотрю, они не лгали. Ровно как и другой мой сын с невесткой.       Быстрым взглядом окинув новую собеседницу, в горле даже пересохло. Рыжие локоны волос были заколоты наполовину, а платье приглушенного кроваво-красного цвета сразу сказали, кто перед ней. Сделав книксен, леди слабо улыбнулась. Что-то подозрительно-странное пробежало в глазах жены крон-принца, но женщина всё же виду не подала, продолжая улыбаться ей.       — Леди Дженна, рада видеть вас. Прекрасный бал и уверена, турнир в честь вашего внука будет ещё блистательнее.       — Боюсь, что по сравнению с вашим, об этом будут слабо говорить. Надеюсь, здесь кроме обозначенных соперников сражаться никто не будет.       — Не поверите, я тоже, — губы дёрнулись в подобии улыбки, меньше всего хотелось неожиданных смертей.       — Честно говоря, я давно ждала Вас и искала, чтобы поблагодарить.       — То, что я спрятала принцессу Рей под своим плащом не стоит благодарности, ваше высочество.       — Не за это, а за то, что не оставили меня вдовой.       Лицо Амареи изменилось в одну секунду и она тут же тяжело вздохнула. Сжав зубы так, что жевалки проступили на щёках, ей еле удалось сдержать мысли о жестоком расчленении принцев при себе Просила же, не говорить, но драконы были сами себе на уме, что им до просьб. Раз знала Дженна, значит знал и Бейлор, а тот мог сопоставить их разговоры. Чтоб их крапивой побили, да они чесались, не возможно. Найдя в себе силы, Эшворд улыбнулась, делая глоток вина. И что теперь нужно было сказать?       «Не за что, всё равно оба ваших сына умрёт скоро, не расстраивайтесь» — это даже звучало смешно, что уж говорить о прямой угрозе власти.       Она еле сдержала себя, чтобы не потереть лицо в раздражении. Пальцы постукивали по боку, но всё же собравшись и расправив складки фиолетового бархата, девушка встретилась с ней глазами.       — Извините за грубость, Ваше высочество, но Вашему сыну и племяннику стоило бы научиться держать язык за зубами. Я должна была это сделать, это мой долг как подданной короны.       — Леди Дианна, покойная супруга принца Мейкара, говорила точно так же о них, — оживленно произнесла Дженна. — Но не волнуйтесь, не они мне сказали. На удивление, я лишь случайно услышала их разговор.       На удивление случайно? Амарея прикрыла глаза на момент, следом кивая. Кто вообще дёрнул принцев обсуждать это в замке, где у всех полно чужих ушей? К слову об ушах, кто был здесь о ветственным за шпионов при короле?       — Его высочество, принц Бейлор…       — Не знает, но, я думаю, догадывается, между нами сказано.       Амарея сдерженно покивала и сжала кубок пальцами. Дженна, на первый взгляд, казалась хорошей женщиной и, судя по Валарру, прекрасной матерью. Хотя Дондаррион обладала высоким статусом при дворе, некоего презрения в глазах не было, наоборот, хотелось прильнуть к ней и получить какую-то ласку. Было не удивительно, что Бейлор полюбил её в каноне и не изменял, хотя порой изменяют даже тем, кто был совершеннен, а старший сын Бейлора и вовсе был наследным принцем, которому стоило лишь помнить девушку. Достойный пример от родителей, а не от деда, показал ему как нужно относится к жене и та теперь процветала рядом с ним. Эшворд могла даже и помечтать о таком браке, а не о том подобии, что был у неё. Взгляд заскользил по гостям и встретился с проницательным взглядом Бейлора. Чуть кивнув ему и словив такие же странные нотки замешательства в его глазах, как и у остальных, нахмурилась сама. Были удивлены видеть её тут или что? Почему они так смотрели на неё?       Едва заметно окинув себя взглядом, может, что-то было не так с её платьем и все просто боялись сказать? Наряд был цел, хорошо сидел и в принципе ничего подозрительного не было, от чего тогда было всё это внимание? Когда заиграла мелодия, она осталась стоять у стены, рядом с Дженной. Где был Алистер девушка не знала, да и знать, если честно, не особо то и хотела. Даже если зажал где-то служанку, главное, не рядом с ней и Эщворд могла насладиться вечером.       Подошедший к ним молодой лорд, подозрительно напоминавший её саму, поклонился Дондаррион, а затем пригласил Амарею на танец, чем вызвал удивление последней. Ей отдали предпочтение перед будущей королевой Вестероса? Отставив кубок и с вежливой улыбкой согласившись, они вышли в центр зала. Двигаясь слаженно, не отрывая взгляда друг от друга, леди позволила телу отдаться мелодии. Опуская себя вот так танцу, не заботясь ни о чём было, тело наполнялось неизвестным чувством, что нельзя было и описать. Па за па, музыка то ускорялась, то замедлялась, а порой каким-то образом становилась громче обычного. Конечно, она уставала, так и не привыкнув к более активным танцам за все три года, да и когда там ей танцевать, но усталость была эта прекрасна, а напряжение в мышцах была не более чем мелкой проблемой.

***

      — С кем ты разговаривала? — тихо подошедший Бейлор заставил жену вздрогнуть.       — Бейлор, сколько я тебе говорила, не подкрадываться!       — Прости.       Он слабо улыбнулся, беря руку супруги в свою и целуя кончики её пальцев. За столько лет в браке, его любовь лишь возросла в разы и всегда любуясь своей прекрасной супругой, наследник даже не представлял себе боль, что пережил его младший брат. Потеря Дианны была повальной для их семьи, а Дженна с Элинор и Алис и вовсе тогда впали в отчаяние, потеряв близкую подругу. И это мужчина молчал о шестерых детях, что сводили с ума его братца и которые после смерти матери почувствовали себя свободными.       — О ком ты говорил?       — Девушка, в фиолетовом платье.       — Я со многими леди разговаривала в фиолетовых платьях, ты же знаешь, я ищу фрейлин для Киры, да и себе, вместо Элларии, хотелось найти.       — Её вроде увёл наследник Виллум танцевать.       — А, ты о ней? Это Амарея Эшворд.       Удивление отразилось в глазах мужчины и найдя танцующую леди взглядом, он смотрел и не верил. Поразительное сходство было даже повальным. Ему сначала даже показалось, что призрак пришёл к ним, но это была уже знакомая им девушка, что всё не давала покоя некоторым членам их семьи. Даже забавно получилось, при их встрече она выглядела иначе, в голову и близко не приходило сравнивать с покойной женой Мейкара, а теперь, чуть кожа ставшая на несколько томов темнее делала своё дело. Голос супруги вывел из мыслей и он лишь кивнул, соглашаясь. Боги помилуйте их, его брат сойдёт с ума       — Мейкар не должен видеть её.

***

      Танец за танцем отдаваясь музыке, Эшворд словно не могла остановиться. Взяв перерыв лишь на пару из них, она вскоре оказывалась в чужих руках, но ни разу в руках Алистера. Тот пропал, кажется, даже вовсе из зала и от этого, чувствуя свободу ещё больше, девушка с готовностью отвечала на очередное приглашение. Леди переговаривалась с лордами, улыбалась на их шутки, но не позволяла себе большего, не давала надежд и чётко устанавливала границы. Кью за её честь драться вряд ли будет, а получить за закрытыми дверьми покоев за то, что неправильно улыбнулась, ей не особо хотелось. Очередной танец, новая мелодия и первая за вечер смена партнёров.       Улыбка пропала с лица за секунду. Руки парня сжались на её талии, а в глазах вспыхнула скорбь. В мгновение стало тяжело дышать, а сердце замерло где-то на середине удара. Но скорбь по чему читалась в лиловых глазах напротив? Они бы так и стояли оцепеневшие, если бы Дейрон не опомнился, не стал двигаться в танце. Мелодия сменилась на более плавную, с явными дорнийскими мотивами и принц лишь молча сглотнул. Напряжение меж ними практически было осязаемо. Тепло ладони, что держала её руку запустило биение сердца, а из губ вырывался выдох.       Сделав круг вокруг их оси, руки разъединились, чтобы сблизиться вновь, не касаясь. Не в силах отвести взгляды друг от друга и двигаясь по заученным точкам, Амарея практически не дышала. Дейрон вновь сблизился с ней, практически врезаясь, но тут же избегая столкновения и в какой-то момент ей подумалось, что это игра, но тут же всё становилось слишком приличным, до скрежета зубов. Руки вновь соединились и леди была готова поклясться, что Таргариен вздохнул почти облегченно. Неловкость в движениях зашкаливала, а вместо с ней и тревожность. Хоть бы Алистер действительно куда-то пропал и так бы не узнал о её танце. Не выдержав, их совместные переглядки разошлись на секунды, прежде чем они оказались в опасной близости друг к другу, как того и полагал танец.       — Ты выглядишь прекрасно, Амарея, — тихо прошептал он, всё же набравшись храбрости. — Настолько прекрасно, что я хочу напиться, лишь бы позабыть о нашей встрече, иначе мне не прогнать тебя из мыслей.       — Вы и без того этим занимаетесь, мой принц, мною прикрываться не стоит.       Слова, произнесённые мужем на корабле ударили как поддых и захотелось плакать. Дейрона девушка не видела долгие месяцы, расплачивалась за их поцелуй, а первым делом парень сказал о вине. Он и не обещал меняться, как бы не заявлял Кью и Амарея всё понимала кристально ясно, хотя эгоистичное желание быть той, ради которой меняются, томилось в глубине сердца. По всей видимости, таких подвигов ради неё не станут совершать, что было даже обидно. Эшворд не могла требовать что-то ни от кого, ни от принца, чьи и к кому чувства были под вопросом, ни от собственного мужа. В их браке только Алистер мог что-то требовать. Старший сын Мейкара не отводил от неё глаз, продолжая делать плавные танцевальные па. Она даже не ожидала, что тот мог так танцевать, была даже больше вероятность, что именно леди наступит ему на ноги, чем он сам. Сходясь и расходясь с ним, девушка ощущала, что на них смотрели, но определить хозяина этого взгляда было сложно. Их ладони вновь соприкоснулись и тут же отдалились, прежде чем сделать поворот.       — Как твоё замужество?       — Всё в порядке, спасибо.       Принц нахмурился, явно находясь в замешательстве. Неужто, ожидал другого ответа? Но почему? Да и скажи она правду, чтобы он сделал, уж явно бы не вступился за неё, что вызывало бы скандал. Дейрон откровенно проигрывал её супругу в навыках владения мечом, да и в принципе в боевом искусстве. Очередное сближение, их лица оказались слишком близко, а губы почти физически защищало от желания поцеловать чужие. Амарея резко отступила, чуть не сбивая другого мужчину за собой и сбивчиво извинившись, ускользнула из тронного зала, оставляя провидца стоять там. Воздуха не хватало категорически, платье словно в одно мгновение оказалось клеткой и найдя балкон, она быстро вышла туда, пытаясь вздохнуть. Руки не были послушны, расслабить корсет было бы неприлично, а так хотелось. Впившись ногтями в ладонь до появления отметин, леди приложила руку к груди. Сбежала, как идиотка какая-то и от чего? От возможности уничтожить себя или познать толику ласки, которую действительно заслуживала? Почему её сердце так начинало биться лишь от присутствия принца рядом? Любовь к нему отсутствовала, но было так странно на душе, словно Амарея обманывала саму себя. Да и за что было вообще его любить, они толком не общались близко, так, разговоры на отдалённые темы о пророчествах, правда, она не помнила о чём говорила в дни перед свадьбой. Возникал и другой вопрос, за что он мог полюбить её?       Безусловная любовь никогда не работала по отношению к человеку, о котором ты знаешь лишь поверхностно. Да и все её знания ограничивались книжными сухими фактами. В каноне Мартина у Дейрона толком глубины не было, как факт сказано, о способностям к пророчествам, что был вечно пьяным и женился на Кире, заделав ей ребенка. И как же забыть, что умер принц подцепив какую-то заразу от шлюх. Если Рея знала хотя бы эти сухие факты то сама девушка для Дейрона была закрытой книгой, которую ему никогда не открыть. Вряд ли парень этого и хотел, верно? Подняв взгляд на простирающиеся над ней звёздное небо, Амарея ощущала, как самообладание медленно возвращается к ней. Хоть что-то хорошее в этом замке. Шторы за спиной зашевелись и топот детских ног побеспокоил её уединение. Развернувшись к принцессе Рей, тут же натягивая улыбку на лицо, Эшворд наклонилась к ней. Девочка, правда, тут же сдвинула брови, а губы её задрожали.       Влетевшая в неё малышка чуть не скинула её с балкона и еле удержавшись, Амарея болезненно опустилась на колени, обнимая семилетнюю принцессу. Что у неё случилось, что та стала искать утешения в руках незнакомой леди? Тихий всхлип заставил её сердце сжаться.       — Мамочка…       Слова сказанные принцессой вогнали леди в ступор. Мамочка? Она скучала по ней, по собственой матери и видимо, сегодняшний бал что-то тронул в детской душе, может, последняя мелодия была любима покойной Данной. Почти залазя на неё и крепко обнимая вынужденную подушку для слёз за шею, от чего девушка издала тихий пиак, настолько крепко она её взяла.       — Ну-ну, не плачьте принцесса, ничего не случилось ведь, всё хорошо.       — Ты вернулась, мамочка, я говорила тёте Дженне, а она не поверила, — заплаканным голосом сообщила Рей, хлюпая носом.       Вернулась? Находясь в абсолютном непонимании, она достала платок из рукава и принялась вытирать носик и заплаканное лицо сестры Дейрона. Девочка полностью унаследовала внешность Таргариенов и вспомнив маленький и забавный факт, Эшворд едва не рассмеялась, но всё же, не сделала этого. Девочка, что сейчас плакала на её руках и искала в ней утешение, когда-то варила любовное зелье для Эгга. Поверить только, Амарея же может увидеть и Ширу, и Кровавого ворона, а до неё дошло это только сейчас. Вновь протирая щечки ребёнка от слёз, ей не хотелось разбивать сердце Рей, но и обманывать плачущее дитя мало желания было. И почему она приняла Эшворд за свою мать?       — Принцесса Рей, простите, но я не ваша мама, меня зовут Амарея. Помните, мы утром виделись? Вы у меня под плащом прятались.       Насупленные брови вызывали сожаление и желание прижать её сильнее к себе. Милостивые Боги, один взгляд этих лиловых глаз и она станет кем угодно для их обладательницы. Поглаживая принцессу по спинке успокаивающими движениями, она слабо улыбнулась, когда та вновь прижалась к ней. Рей не хватало материнской заботы и хоть леди была уверена, что жёны братьев Мейкара и королева Мирия пытались заменить младшим детям их мать, это всё равно было не то. Водя пальцами узоры по спине малышки и печально улыбаясь, девушка вспомнила, как была разбита её собственная сестра в момент смерти Сериссы. Она пыталась её тогда утешить, но это было невозможно. Интересно, как сейчас была там Гвин, Роберт и Эндроу? Скучали ли по ней, ведь писем из Эшворда не приходило. Может, здесь было обычной практикой не писать своим детям, если они уехали в другой дом, но ведь они обещали писать.       Тихое сопение от ребёнка на её руках заставило мысленно простонать. Как теперь ей было встать, да и не оставить же малышку на балконе. С горем пополам поднявшись с пола максимально аккуратно, девушка обхватила тельце, устраивая его удобнее на своих руках. Хорошо, что принцесса была лёгкая, иначе подняться самой и с ней бы не удалось. Словно на зло, пропали все слуги в коридорах. Темнота окутывала их и редкие свечи заставляли даже чего-то опасаться. Рей явно жила в Твердыне Мейгора, но пропустят ли Амарею туда? Впрочем, для начала туда нужно было понять как дойти, ведь сбылся один из её кошмаров — она оказалась в коридорах Красного Замка.       Придерживая принцессу и мысленно взвывая к Богам, чтобы те послали хотя бы кого-то из постоянно проживающих при дворе лордов или слуг, Эшворд свернула за очередной угол. Да сколько тут было уже петлять? Ей казалось, что просто ходит кругами и уже начинали уставать руки, перехватив Рей по-другому, внезапный шум где-то из коридоров вызвал у Амареи воодушевление. Чуть ускорившись вперёд и выйдя под приглушённый свет свечей, леди счастливо выдохнула. Взволнованный сир Крейкхолл стоял рядом с принцем Мейкаром, что-то пытаясь ему объяснить, мужчина был откровенно зол и оставалось лишь гадать, почему. Может, Дейрон что-то натворил после её ухода? Эшворд даже не знала сколько времени провела на балконе, утешая то себя, то принцесса. Она ускорилась и стук каблуков заставил мужчин обернуться на них. Мейкар же, стал выглядеть так, будто был готов свалится с инфарктом.       — Ваше высочество, прошу простить, принцесса Рей застала меня на балконе и была весьма опечалена, а затем уснула. Я пыталась найти хоть кого-то, но Вы первые, кто встретился мне.       Сбивчиво произнесла Амарея, всё ещё прижимая ребёнка к себе. Та продолжала сопеть, не обращая внимания на шум, крепко обнимая её за шею и сжимая волосы в ладонях. Белый плащ взволновано посмотрел на принца, а затем тихо кашлянул. Мейкар тут же сузил глаза, словно присматриваясь и раздражённо выдохнул.       — Снова Вы, леди Эшворд, наша семья не оставляет Вас в покое. Находите это забавным?       — Никак нет, ваше высочество. Встреча с принцессой — случайность.       Мужчина закатил глаза и принял попытку забрать дочь с её рук, но леди тихо охнула, когда голову прострелила боль и волосы, сжатые в кулачке, потянулись следом, а принцесса лишь сильнее стала прижиматься к ней. С виноватым видом улыбнувшись, девушка отвела взгляд, с каждой встречей у Мейкара, кажется, всё усиливалась нелюбовь к ней и характер мужчины явно тут играл далеко не близкую роль. Он тяжело посмотрел на неё, а затем велел идти за ним. Сир Роланд неловко пожал плечами на направленный леди взгляд и махнул головой на фигуру наследника. Спешным шагом идя за ним, Амарея начинала думать уже не о спящей принцессе, а о том, как ей уберечь Таргариенов от повальной лихорадки. Может, Рей не случайно оказалась на том же балконе и уснула на её руках? Завоевать доверие королевской семьи через детей звучало максимально неприятно, но и выбора не было, вроде как. Массивные двери открылись перед ними и всё ощущение вокруг будто сменилось. Они оказались в Твердыне Мейгора.       Путь до покоев младшей дочери принца лежал в трёх коротких коридорах и наконец, войдя внутрь, Эшворд поняла всё без слов. Подойдя к постели ближе и опустив принцессу на неё, она неловко наклонилась, пытаясь обмануть сонную девочку. С большими усилием выпутав волосы из её пальцев и выпрямившись, она тут же заботливо накрыла её одеялом. Выскользнув из покоев и сконфуженно опустив глаза, девушка дождалась пока принц закроет дверь.       — Простите, я правда не хотела. Принцесса была так расстроена и я пыталась её утешить, вот и всё. Я не лезу к Вашей семье, правда.       — Спасибо, леди Эшворд.       — Что?       — Не заставляйте меня повторять дважды.       — Извините.       — Сир Роланд проводит Вас в Ваши покои.       Кивнув и сделав книксен, она направилась следом за рыцарем. Её поблагодарили, причём не просто кто-то, а самый тяжёлый морально человек в королевской семье. Молча переваривая всю произошедшую ситуацию, девушка так же думала, что ей стоило сказать Алистеру. Тот явно поймёт, что Амарея была не на балу, а присутствие одного из белых плащей даже всё сделает лишь хуже. Они подчинялись лишь королевской семье, а значит, мужчина накрутит себя до невозможности. Начав щёлкать пальцами от нервов, леди заметила, как они сравнялись и теперь Крейкхолл смотрел на неё периодически.       — Вы изменились, миледи.       — Я просто загорела, это естественный процесс, когда проводишь время на корабле.       — Не об этом речь, хотя, загар тоже изменил Вас. Если позволите, я о Вашем характере. Мне запомнилась другая девушка, что была так зла, но при этом, не молчала и даже нашла в себе неосторожность посмеяться над принцем с королевским гвардейцем, а до этого, была готова противостоять другому принцу. Сейчас, я вижу напряжение в каждом Вашем действии, словно Вы тщательно выбираете каждое слово.       — Для Белого плаща Вы слишком разговорчивы с той, кто членом королевской семьи не считается, — против воли, улыбка набежала на её губы. — Я вышла замуж, вот и всё. Новые заботы, обязанности, сир. Ничего особенного во мне не сменилось.       Мужчина недоверчиво посмотрел на неё, прежде чем замолчать. В тишине дойдя до дверей, он тут же оставил её и тяжело вздохнув, Амарея толкнула дверь. Комнаты тонули в темноте и привыкнув к ней, девушка обнаружила, что Алистера здесь всё ещё не было. Подозрение, павшее на городские бордели, было принято ею с радостью и лёгким переживанием одновременно. Ей было всё равно, имел он постоянную любовницу или нет, но если Элис она могла стабильно отправлять на какие-никакие проверки к мейстеру, то что ждать от шлюх было не понятно. Подцепить от «любящего» супруга какую-то заразу не особо то и хотелось, сам пускай помирает, а ей хотелось иметь нормальное здоровье.       Без помощи слуг расшнуровав платье и кинув его на кресло, Эшворд прошлась к сундукам. Вытянув оттуда ночное платье и став переодеваться, девушка бубнела песню себе под нос, не замечая никаких лишних шумов. Стоило ей развернуться, как она тут же дёрнулась, отскакивая с места и едва не врезаясь плечом в камин. На кровати сидел Дейрон и явно был доволен открывшимся видом. Подхватив с кресла подушку и швырнув её в него, Эшворд огляделась в поисках халата. Принц это понял и мгновенно оказался возле неё, хватая за руки, от чего всё в ней задервенело и замерло с опаской. Взгляд словно перед опасным прыжком, внимательно пытался выудить эмоции на лице наследника Летнего замка.       — Что Вы тут делаете? — прошипела тихо Рея.       — К тебе пришёл, не рада видеть меня после танца?       — Не в таком виде! Как Вы вообще оказались тут?       — Это будет моим секретом, а вид мне нравится, не волнуйся.       Она покраснела и вырвав руки из его, скрестила их на груди, раглости у сыновей Мейкара было не занимать. Темнота делала их встречу ещё более интимнее, от чего девушка стала переступать с ноги на ногу. Дейрон сделал шаг к ней навстречу и благодаря, что свечи не были зажжены, Амарея проскользнула мимо него. Парень на это лишь улыбнулся, наклоняя голову.       — Зачем Вы тут?       — Пришёл в гости, считай. А вообще, тебя увидеть.       — Увидели, можете идти, если мой муж застанет нас в таком виде…       — Я когда увидел тебя не мог поверить, что это ты. Словно призрак восстал, клянусь Богами, мне казалось, что сошёл с ума.       — Какой призрак, о чём ты? Дейрон, прошу, уходи.       Рука парня легла на её щеку и мягко огладила. Тело, всё ещё будучи в напряжении тут же расслабилось и она поддалась навстречу ласке, прикрывая глаза. Чёртовы эндорфины, изучение которых здесь даже и близко не начали. Её организм подводил свою хозяйку и явно был не против этой близости, хотя от другой замирал как лань на свету. Особенно от той, что дарил принц ей перед свадьбой, тело и вовсе начинало гореть. Тепло разлилось по телу и чуть приоткрыв губы, Амарея с готовностью ответила на жаркий и такой желанный поцелуй. Это было безумием, обвив руками его шею и сжав волосы меж пальцами, девушка прижалась к Дейрону лишь ближе, пока тот водил руками по спине.       Все убеждения полетели к чёрту, стл собраться почти не оставалось, наоборот, Эшворд была готова позволить драконьему принцу разрушить её окончательно, но она всё же нашла в себе каплю сознания и оттолкнула его. Шальной взгляд бегал от его губ к глазам и больших усилий стоило отвернуться.       — Прости, я… сам не понимаю, что нашло. Просто поговорить хотел.       — Дейрон, умоляю тебя, не делай так больше, я замужняя женщина, я не могу позволить себе это. Не могу позволить жить мыслями, что я готова предать брачные клятвы с тем, к кому ничего не понимаю. И тебе стоит забыть, твоя будущая жена должна быть счастлива с тобой, а не это все, что не приведет к чему-то, — сглотнула она, смотря на принца с болезненной решимостью в глазах. — Я отдана другому. И буду верна ему, пока Боги не решат иначе.       — Амарея, прошу, хотя бы выслушай, ты не давала мне спать все эти дни. Клянусь, я не знаю, почему стал так одержим тобой. Мне даже эти пророчества почти перестали сниться, я впервые не знал что делать.       — То, что надо было, ты не сделал.       Парень не пытался понять её, помочь хоть как-то, хоть и не обязан был это делать. Но всё, что он пытался после её обручения, это тайно целовать, тайно ласкать и даже сейчас, все так же тайно набросился на неё как изголодавшийся зверь. Зачем были эти слова ей? Испытывать ненависть самой к себе было отвратительно, а ведь Алистер даже за целый день плохого толком ничего не сделал, что модно стать хорошим знаком. Дейрон же не пытался её понять и вместо простого разговора, за которым явно пришёл изначально, набросился с поцелуем, а она ответила. Дура, влюблённая дура, желавшаяхоть на какое-то настоящее тепло по отношению к себе, тоже молодец.       Раздавшийся шум шагов, что приближался к двери заставил вздрогнуть. Дейрон тут же прошмыгнул к стене и открыл потайной проход на глазах у ошарашенной девушки. Быстро бросившись к столику и схватив гребень со стола, Амарея стала делать вид, что расчёсывает волосы, сидя на постели. Вошедший Алистер был явно пьян, пошатывался, а запах алкоголя пробивался даже с расстояния и она напряглась. Взгляд бросился к стене, за которой скрылся Дейрон.       — Насладилась вечером? — стальной голос отдавал грубостью и Кью, вставая перед ней, схватил пальцами за подбородок, причиняя боль. — Видно, что насладилась, танцевала так с каждым, словно готова отдаться ему. Мои руки ты едва терпишь, а с другими то как двигалась, улыбалась.       — Алистер, ты пьян, ничего подобного не было. Ложись спать, прошу.       Удар пришёлся по щеке и Эшворд сжала зубы.       — Я не люблю ложь. И не люблю когда ты забываешься, жена.       Мужчина тут же стал стягивать с себя дублет и штаны, а закинув её ноги на кровать, задрал юбку. Став вырываться и пытаться что-то сказать, её рот был закрыт рукой, а лорд навис над ней. Благодаря Богов за то, что короткий поцелуй с Дейроном пробудил в ней возбуждение, девушка смогла принять в себя член мужа в разы безболезненней чем до. Хоть бы он этого не заметил, явно же спросит про влагу меж бёдер. Жёсткий толчок заставил выгнуться, впиваясь в его руку зубами. Тот же в ответ лишь вновь резко вошёл в неё, сосредоточенно двигая бедрами и обдавая лицо запахом перегара. Слёзы текли из глаз, а когда раздался стон Кью, леди так и не услышала скрип с хлопком у потайной двери.