Вино со вкусом пепла

      Утром проснувшись вся опухшая от слёз и абсолютно разбитой, она морщась села в кровати. Алистер спокойно собирался, поправляя свой дублет, даже не смотря на неё. Чувствовал ли мужчина хоть каплю сожаления или же это было ему не ведомо? Мейстер говорил ему ждать, они обсуждали это на корабле и Амарея действительно надеялась, что угроза пройдёт и он не станет трогать её до возвращения в его замок, но ему оказалось всё равно. Поджав одеяло к груди, пустой взгляд уставился в одну точку. Если она попросит здешнего мейстера сделать ей лунный чай, доложит ли он лорду Кью или промолчит? Когда раздался стук и внутрь вошла служанка с пергаментом в руках, супруги нахмурились одновременно. Прислужница проигнорировала протянутую руку Алистера и встав с постели, леди забрала письмо. Надежда, что это было письмо от её родных, вспыхнула в глазах девушки. Как же она скучала по ним! Стоило посланию оказаться в руках, как служанка ушла, а Эшворд стала вчитываться в строчки.       — Что там?       — Леди Дженна приглашает меня на завтрак с ней, леди Кирой и их фрейлинами.       — Вот как, они уже приглашают тебя на завтраки? Что ты такого сделала, ублажила их мужей и зятьей?       — Хватит выставлять меня шлюхой и переносить свои проблемы на меня.       — Внимание от королевской семьи получить не просто так.       — Не нужно было тогда жениться на мне, раз в каждом взгляде подозреваешь, что я сплю с кем-то.       — Знал бы, что мне придётся думать о твоей чести — не женился.       Когда Алистер ушёл, оставляя её одну, девушка схватила подсвечник со стола и швырнула его в дверь, представляя на её месте мужа. Морщась от лёгкой боли и вызвав своих слуг, она подошла к зеркалу, смотря на себя в ужасе. То, что ей думалось, будто лицо опухло от слёз, было на деле распухшим от синяка, что теперь разливался под глазом. Служанка промолчала, когда пришла к ним, значит, либо не заметила, либо не придала значения. Для её слуг синяки были не новинкой, всегда молча помогая принять ванну, они так же собрали девушку на завтрак. Отчаянно пытаясь замазать хоть чем-то синяк и с грустью вспоминая про тональник в своём мире, она тяжело вздохнула через время, придирчиво смотря на себя в зеркале. Маленький паж сопроводил Эшворд в покои леди Дженны и Амарея растянула губы в слабой улыбке, заходя внутрь и кланяясь ей.       — Леди Амарея, добро пожаловать, садитесь рядом с Кирой, — кивнула женщина на стул, а сама внимательно посмотрела на неё.       — Благодарю за приглашение, признаться, оно меня удивило.       — Почему же? Считаете себя недостойной этого круга?       Высокая девушка с темно-коричневыми волосами придирчиво оглядела её. Стало быть, все сейчас изучали новую леди в окружении и взяв чашку с чаем, она очаровательно улыбнулась, особенно дружелюбно ей. Быстро окинув взглядом и наряд этой выскочки, Эшворд чуть поджала губы, на идеально-голубом платье не было и намёка на дом собеседницы.       — Я всего день в столице, поэтому и удивлена.       — Вы, кажется, были хозяйкой прошлого турнира в начале этого года, осенью, верно?       — Моя сестра считалась хозяйкой турнира, я лишь организовывала его.       — Вы рады, что он стал таким известным теперь? Готова поспорить, все будут сравнивать этот турнир и ваш, — подала голос другая леди, блондинка с мягкой улыбкой.       — Я бы предпочла чтобы турнир в честь моей сестры был без обвинений в измене короне, но что поделать.       Неопределённо махнув рукой, уголок губ поднялся в усмешке, а затем фрейлины рассмеялись. Кинув внимательный взгляд на Киру и лишь ярче улыбнувшись тому, как та поглаживает свой живот, Амарея вернула свой взор на девушек. Изначально идя сюда словно на казнь и готовясь к миллионам расспросам, девушка не прогадала, нет бы им заткнуться печеньем, что лежало перед ними. И почему это вообще называлось завтраком, где нормальная еда, а не одни лишь сладости? Если в Королевской Гавани это считалось завтраком, то остальные приёмы пищи вызывали сомнения, чтобы родился у Киры здоровый ребёнок, нужно будет пересмотреть её рацион и определённо исключить вино из оборота для беременных. Тирошийка потянулась к очередному печенью, но она оказалась быстрее, уже протягивая ей нарезанное яблоко. Дженна, до селе молчавшая, лишь внимательно следила за ними, явно изучая новую гостью. Чувствуя себя лягушкой для экспериментов, Эшворд поспешила сделать глоток. Таргариены вели себя с ней странно и если внимание Валарра с Дейроном и Дженной было понятно, то вот почему Мейкар и Рей вели себя максимальной странно? К слову о девочке… Уместно ли это спрашивать в этом окружении или же стоило перейти на разговор тет-а-тет?       — Как Ваше замужество, леди Амарея?       Вопрос заданный Кирой заставил на секунду замереть. Ужасно, отвратительно, это полный провал — слова, которыми она могла описать этот брак. Так отвечать было нельзя, но и откровенно врать не хотелось. Опустив глаза на колени, её губы едва дрогнули, чуть ли не скривившись и Эшворд вздохнула. Собравшись с духом и подняв всё же взгляд, девушка обвела потолок взглядом, пожимая плечами.       — Мне сравнить не с чем, если честно, опыта нет, в отличии от леди Роанны Веббер, — с усмешкой неопределённо озвучила она.       Почему это имя ей вспомнилось было не понятно, Амарее было необходимо получить записи обратно, её пугало то, что память подводила настолько сильно. Леди Пламм рассмеялась, а затем покивала довольно. Кажется, девушка только-только стала вдовой и жена принца Бейлора решила взять её под своё крыло. Начав крутить локон на палец, Эшворд, наконец, перестала быть их объектом внимания и разговоры потекли в другое руслов впитывая в себя все интересующие её вопросы, она лишь иногда вставляла своё мнение, по большей части тихо слушая. Почти вся суть разговоров касалась нарядов и украшений, но это не удручало, наоборот, было интересно узнать нынешнюю моду, особенно, если учесть, что до смерти матери девушка доверяла её вкусу.       Ощущая себя в этом кружке сплетниц словно на своём месте, Амарея иногда крутила кольцо на пальце, иногда уходя в себя. Это ведь всё кончится, когда они вернутся в Солнечный Дом и вновь её дни будут наполнены презрением и попыткам смириться с агрессией со стороны мужа. Да стоило это того? Ей было нужно всеми силами задержаться тут подольше, Кире где-то через четыре месяца рожать, а было важно быть с ней. Сфокусировав взгляд на одной точке и продолжая крутить кольцо, она и не заметила, как оно упало. Опомнившись и наклонившись к нему, девушка поморщилась от прострелившей голову боли, голова не слабо так закружилась и когда Амарея выпрямилась, то замерла, смотря на сидящую напротив женщину с серебряными волосами.       — Что за? — она тут же огляделась и не найдя никого рядом из леди, вжалась в кресло.       — Ты правильно поняла, дитя. Моё имя — Мелейс, рада познакомиться с тобой.       — Я делаю что-то не так?       — Нет, всё так, я лишь пришла предупредить быть внимательной с твоей подругой. Ворон сейчас не здесь, но амбиции его велики.       — Ворон? Почему вы не вмешаетесь сами?       — Мы крайне ослабли после гибели Валирии, Амарея, но всё, что происходит, дело не наших рук. Ворон плетёт свои интриги, вплетая амбиции в них. Вам стоит как можно скорее исчезнуть из-под его взора.       Исчезнуть из-под его взора? Конечно, в саду Красного Замка росло чардрево, через которое древовидцы могли путешествовать. Где бы Бринден, а Вороном явно был он, не находился, то через чардрево мог прийти сюда. Но как бастард может повлиять на беременность Киры не находясь здесь непосредственно? Насколько он был силён, зачем ему это всё и почему ей добавились новые проблемы? До этого думая, что главная проблема будет устранена не принимай принц Бейлор участия в турнире, ей как сугроб на голову свалилась новая информация. Главным врагом своей жизни она считала своего мужа, но как оказалось, это было совершенно не он. Валирийские Боги решили столкнуть Амарею с одним из самых категоричных людей в истории Вестероса и кажется, даже рассчитывали на победу. Интересно, понимали ли они где она, а где Кровавый Ворон? Бред да и только, Боги там точно посходили с ума.       — Амарея, — раздался встревоженный голос Киры, что трясла её за руку.       Девушка моргнула и медленно подняла взгляд от сапфира в камне на жену принца Валарра. Все остальные сидящие вокруг, тоже смотрели на неё с подозрением и какой-то взволнованностью, на что леди Эшворд лишь слабо улыбнулась, наконец, приходя в себя. Что за странные видения были в её голове, не уснула же она, а просто засмотрелась в одну точку. Сама себя накрутила, точно и тут явно не было Мелейс, поехала головой, вот и всё. С сумасшедшим жить, сама поедешь крышей       — Да?       — Всё в порядке? Ты так замерла.       — Да, просто задумалась, извините, что заставила переживать.       — И о чём же Вы задумались? — ухмыльнулась Мирайя Айронвуд, в чьи планы, как ей казалось, входили опозорить её.       — Кто получит корону турнира, разумеется. Столько кандидатов, интересно, кто победит.       Восторженно защебетав, девушки тут же погрузились в рассуждения и чуть погодя, включилась в их разговоры и Амарея. Многие ставили на принца Валарра как победителя, кто-то вспоминал и других именитых рыцарей, продвигая своих родственников. Алистер желал принять участие в сражениях так же и со всей присущей ей, по отношению к нему, злости, она надеялась, что его спешат в первом же раунде, позоря. Дети короля Дейрона, как и на прошлом турнире, активного участия принимать не будут, а несколько леди стали гадать, примет ли этот вызов наследник принца Мейкара. Кажется, он не особо был фаворитом здесь, да и в принципе в стране. Какая-то леди заговорчески сказала, что даже сам принц Мейкар не особо ставил на старшего сына, на что тут же была одернута леди Дженной.       От чего-то на груди было неприятно от этих слов, пусть и условно девушка была согласна. Из Дейрона был так себе боец, как бы прискорбно это не звучало. Услышанное, однако, из уст других подтверждение в этом, вызывало какой-то инстинкт защищать.       «Не всем же сражаться, да жертвовать жизнями.» — хотелось возразить Рее, но эти её слова здесь бы не приняли, покрутили б у виска, мол, как же так, чтобы принц, рыцарь и не сражался.       Тем наследникам, которых отправляли в Старомест учиться на мейстеров, тоже не редко доставалось презрения. Это в её мире каждый может быть кем захочет, здесь всё определено было задолго до их рождения. Подобие завтрака закончилось и помогая Кире встать, Амарея слабо ей улыбнулась, все фрейлины ушли готовиться к турниру, чтобы потом уделить время леди Дженне и Кире с их подготовкой.       — Ощущение, будто во мне сотня детей, живот с каждым днём всё больше раздувается, — пожаловалась тирошийка. — Ещё и Валарр заставляет переживать с этим участием в турнире.       — Мой сын наследник своего отца, дорогая, так нужно, ты знаешь.       — Миледи, с утра меня интересует вопрос, позволите?       — Дай угадаю, принцесса Рей? Она в порядке, вчера немного расстроилась, вот и всё.       Кивнув и поклонившись, Амарея покинула их общество. Что-то всё равно не укладывалось в её голове и это совершенно не устраивало, все старшие члены семьи смотрели на неё как на призрака, а Рей и вовсе матерью назвала. Дело было точно не в расстройстве, но в чём? Дианна Дейн была матерью шестерых детей принца Мейкара и Рей стала последним их ребёнком. Девушка была дорнийкой, явно имела фиолетовые глаза, насколько ей помнилось из канона, и была любима своим мужем, иначе наличие шестерых детей у четвертого наследника было не объяснить. Где-то должны быть портреты, шестерёнки в мозгу двигались как сумашедшие, пытаясь всё соотнести, но сначала ей нужно было увидеть леди Дейн.       Петляя по многочисленным коридорам Твердыни, она чувствовала, что что-то упускала. Хранили ли здесь вообще портреты членов королевской семьи? Может, они вывешены в основной части замка в какой-нибудь галереи, чтобы придворные не забывали в чьём доме находятся? Амарея завернула за очередной угол и вздохнула, видя количество комнат. Нет, явно лучше найти кого-то и спросить. Стоило ей развернуться, как на рот легла рука и затянула в ближайшую комнату. Впившись зубами в неё и резко дёрнув ногой обратно, её похититель издал болезненный стон и выпустил её. Амарея развернулась через мгновения и вновь ударила его коленом, со страхом смотря на скривившегося от боли шатена. Прижавшись спиной к двери и дёрнув её за ручку, она пожала губы, не открывалось.       — Знал бы, что Вы так ногами махаете, не согласился бы, — просипел он, выравнивая дыхание.       — Ты кто такой? Зачем похитить удумал?       — Похитить? Да сдались Вы мне, попросили передать Вам это, а получил так, что Боги помогите. Хорошо удар поставлен.       Взяв ткань из рук пострадавшего, девушка нахмурилась, разворачивая её. Разные травы, перемотанные и подписанные, а под ними пергамент с ровным подчерком. Рецепт лунного чая и усыпляющий порошок. Амарея замерла, смотря на записку и не веря. Кто был её невидимым спасителем? Открыв рот и подняв глаза, она замерла, в комнате никого не было и если бы ткань с содержимым не лежала в её руках, то Эшворд явно могла поспорить о реальности этого момента. Спрятав своё сокровище в карман платья, объяснить которые было сложно для портного, она вышла из покоев. Портреты подождут, сейчас ей было нужно избавиться от вероятности зачатия этого ребёнка, не известно сколько раз её ещё прилетит от мужа и вновь терять малыша Амарея не желала. Она прижала руку к животу и прикусила внутреннюю сторону щеки.             Вернувшись в свои покои и не обнаружив Алистера, леди приказала принести ей горячую воду и заварочные листья. Служанка предложила уже готовый, но решив сыграть в дурочку, Амарея притворилась, что хочет попробовать смешать несколько разных видов и вкусов и вскоре получила свою воду. Внимательно выполняя все инструкции, девушка ощущала себя ученицей Хогвартса на уроке зельеварения: истолките так, порежьте ещё так, помешать, дать настоятся. Часто этот способ для прерывания беременности делать было нельзя, можно лишиться возможности родить в принципе. Её ждали спазмы, которые предстояло пережить будучи на турнире и собравшись с духом, гадкое варево было проглочено за секунду. Спрятав остатки и порошок для усыпления, она быстро навела беспорядок в чаинках и вкинув по частям разных ягод к чайным листам, заварила их, чтобы избавиться от запаха других трав.       Когда солнце вошло в зенит, были объявлены первые соперники. Видов сражений было несколько и рыцарь мог принять участие только в одном из них, большинство, разумеется, хотело показать навыки владения мечом, ведь сейчас было свободно одно место в Белой гвардии короля, а попасть туда для вторых, третьих сыновей дома было престижно. Алистеру смысла не было принимать участия в этом, поэтому выбрав схождение с пиками, он сейчас сидел рядом с ней. Скучающе наблюдая за тем, как рыцари проявляли свои навыки в стрельбе, она почти что зевала. Вечером состоится первый этап фехтования и было жаль, что время просто так нельзя перемотать.       — Видишь того мужчину? — кивнул Алистер на лорда где-то с боку от них. — Лорд Рокстон, его сын родился с пол года назад, наша дочь выйдёт за него замуж.       — Наша дочь, замуж? Алистер, я даже не беременна, а ты уже отдаешь нашу дочь невесть кому?       — Я питаю надежду, что ты скоро меня обрадуешь и не невесть кому, я знаю лорда Рокстона ещё с детства, мы оба воспитывались у Вестерлингов.       Девушка поджала губы, откровенно выражая своё недовольство. О какой помолвке между сыном этого лорда и их, не рождённой ещё, дочкой могла идти речь? Мало того, что не известно когда та родится, так ещё и не понятно каким вырастет сын Рокстона. Заставлять собственного ребёнка выходить замуж за такого же как Алистер ей не хотелось, убьётся сама, но не позволит и пальцем тронуть дочь, а сыновей станет воспитывать в уважении к их будущим жёнам. Тяжело вздохнув и взглядом проскользив до королевской трибуны, она чуть внимательно стала вглядываться туда. Дейрон отсутствовал и Амарея могла догадаться в какой степени было его пьянство. Эшворд уткнулась глазами в очередного лучника, сжимая в руке ткань платья, вот бы кто промазал и стрела совершенно случайно влетела в неё или Кью. Лучше конечно в Кью, чтобы после её смерти он не мучал других, но там как пойдёт.       После окончания этого этапа победителем вышел наследник лорда Фаулера. Теперь им предстояло ещё три раза смотреть на это и Эшворд уже раздумывала как бы аккуратно сбежать со стрельбища. Увидев Киру, спускающуюся под руку с Валарром и приблизившись, она поклонилась, едва приподняв уголки губ. Принц от чего-то напрягся и переведя взор на жену, кивнул. Только ещё мысленных разговоров ей не хватало от этих двух, итак ничего не понимала, а тут ещё и это.       — Лорд Кью, разрешите мне украсть вашу супругу?       — Только если вернете мне её, леди Кира.       Он улыбнулся, целуя кончики пальцев жены наследника. Та кивнула и вытянув руку из руки Таргариена, протянула ей. С готовностью подставив руку, Амарея незаметно выдохнула. Кто знает, что планировал с ней сделать Алистер, окажись они наедине. На ночь ей ещё предстояло подсыпать в вино или еду тот порошок, а это уже было испытанием. Медленным шагом идя рядом с тирошийкой, леди наслаждалась лёгким ветерком. В саду, куда они и пришли, запахи столицы отсутствовали, зато прекрасно благоухали многочисленные цветы. Рядом с Кирой было хорошо молчать, никакого напряжения и неловкости, а по её спутнице было видно, что этот комфорт от тишины тоже находил отклик и у неё.       Вспоминая то, что Эшворд удалось раскопать в своей памяти, девушек из Эссоса здесь не особо любили, особенно, если они становились претендентами на роль супруги будущего короля. Кира столкнулась с выраженной ксенофобией и презрением не только из-за своего происхождения из Вольных Городов, но и за цвет кожи. Как обстояли дела в каноне и была ли каноничная Кира темнокожей ей не припоминалось, но факт её рождения в Эсоссе сохранялся, за что получался своеобразный буллинг. В лицо не скажут, а за спиной осудят сто раз и пустят слухи. Были и нормальные люди, которым было всё равно на происхождение леди из Тироша, но они в основном молчали. Может поэтому, Кира так прикипела к ней? Даже имея поддерживающего мужа и его семью, найти пристанище ещё в ком-то было нужно каждому.       — Помните, я давала Вам записи? Они сейчас тут?       — А? Нет, мы сразу от Эшворда поехали к ближайшему порту, а оттуда до Драконьего Камня, я там и спрятала, как ты просила.       — Печально.       — Они тебе нужны? — девушка состроила печальное выражение лица, от чего захотелось её обнять. — Я не знаю когда мы туда отправимся, увы.       — Ничего, там всё равно ничего важного, переживу.       Всего-то вся её память об этом мире. И, кажется, о её собственном. Девушка чуть нахмурилась, пытаясь вспомнить имя своей школьной подруги, на месте котором зияла дыра. Неужели память стала стирать и это? Паника отразилась в её глазах, взмахнув головой, она прогнала наваждение. Вновь улыбнувшись, Амарея поддалась Кире, что повела её в беседку. Помогая удобно утроиться той, сама Эшворд аккуратно села рядом, расправляя полы платья. Раздавшийся смех заставил их обеих обернуться и увидев несущихся принца с несколькими лентами в руках, а за ним таких же бежавших принцесс, на губы сама по себе легла улыбка. Матарис прошмыгнул в беседку, быстро запрыгивая на сидение и перепрыгивая через ограждение. Тот показал язык девочкам, что рванули так же за ним, а леди в последний момент успела подхватить Рей, что практически была готова поцеловать пол. Она тут же подняла взгляд на неё, а нижняя губа затряслась как при готовности плакать. Мягко подняв девочку к себе на сидение рядом и заметив, что Дейлла так же сконфужено стоит рядом, леди взволнованно перевела взгляд на Киру       — Что успел сделать Матарис?       — Он украл у нас ленты! Мы хотели повязать их на копья Валарра и дяди Артура, — обижено произнесла Рей, прижимаясь к ней и кладя голову на грудь.       — Он завидует, что брат выступает, а он нет, дурак!       — Дейлла, что тебе говорил отец за ругательства?       Девочка тяжело вздохнула и скрестила руки на груди. Запыханная, со сбитыми волосами и с таким недовольным лицом принцесса выглядела забавно. Кира посмотрела на неё со всей строгостью, на которую только была готова и Амарея не сдержала смешка. Сощуренный взгляд беременной тут же оказался на ней, но страха не вызвал, лишь наоборот. Строгая тирошийская дева с огромным животом была максимально комична и чтобы не рассмеяться, она опустила взгляд на Рей, что до этого внимательно рассматривала её. Подмигнув ей, младшая дочь Мейкара тут же опустила взгляд вниз, улыбаясь.       — Мы выбирали их так давно, подбирали цвет специально под них и наши платья, а теперь!       — Я думаю, принц Матарис вернёт Вам ленты, принцесса. Что же он будет с ними делать иначе? Вряд ли станет заплетать свои волосы?       Принцессы представили это и рассмеялись, а Кира приказала подать им фруктов. Старшая из девочек села на сидение и серьёзно покивав, согласилась с её доводами. Когда принесли подносы, Амарея взяла с него яблоко и аккуратно разрезав на весу, вручила половинку в руки Рей. Порой ей казалось, что она переходит все границы: нянчится с принцессами, весьма фривольно общается с другими представителями королевской семьи, едва ли другие так себя вели. Но к ней принцессы прибились сами, её вины здесь не было, Эшворд лишь вежливо ведёт себя с ними.       — Лорд Алистер будет принимать участие в поединках?       — Он выбрал копья.       — Стало быть, наши мужья могут встретиться на поле? Интересно, кто победит.       — Гадать может каждый, даже если проводить расчёты и делать предсказания, всё может неожиданно повернуться и самый сильный проиграет удачливому.       — Но ты, болеешь за него?       — Он мой муж.       К огромному сожалению и разочарованию. Мама явно что-то чувствовала ещё тогда, именно ведь Алистер пустил слухи о ней. Слабо улыбнувшись, Амарея махнула головой, прежде чем взять яблоко и вонзить в него свои зубы. Вести речи о муже и близко нехотелось.       — Дейлла, Рей, составите мне компанию, я хотела бы прогуляться до роз?       — Я могу Вам помочь, — чуть привстала леди, но тут же была усажена Кирой обратно.       — Мы быстро, туда и обратно, да девочки?       Принцессы быстро спрыгнули с лавочек и побежали вперёд их невестки. Улыбнувшись этому, сама Эшворд лишь откинулась на ограждения, прикрывая глаза. Побыть одной в тишине сада было хорошо, даже слишком. Не понятно было почему Кира решила уйти с дочерьми Мейкара, но это едва ли сейчас заботило её. Закинув ноги на лавку, она не сразу поняла, что лавка обычно отнюдь не мягкая, а так же не имеет рук, стягивающих с неё обувь. Резко распахнув глаза и уставившись на мило улыбающегося принца Таргариена, Рея тут же рванула свои ноги на себя, поправляя платье.       — По-моему тебе было удобно.       Посмотрев на него из-под лба, Амарея наклонилась к своей обуви, но та была забрана Дейроном прямо под носом. Возмущённо посмотрев на него и уловив какое-то странное переживание в его глазах. Это было непривычно, видеть это в нём, хотя, ночью он смотрел точно так же.       — Ты поджидал меня?       — Не совсем, скорее договорился с Кирой. Она должна была уйти пораньше, но сёстры всё испортили.       — Вы что, сговорились?       — Твой муж вокруг тебя как коршун кружит. Выбора не было.       Парень покачал плечами, а затем откуда-то достал книгу, протягивая её. С заинтересованным видом став её листать, она расширила глаза от удивления. Принц что, помнил о чём они разговаривали тогда у Чардрева? Она сама толком не помнила их разговоры, лишь последний, с поцелуем, запомнился ею до мельчайших деталей. С улыбкой изучая каждую страничку, девушка подняла сияющий взгляд на него.       — Звёзды Известного мира? Где ты нашёл это? Я прочитаю и отдам тебе, можно?       — Это было сложно, пришлось здорово помучаться и она твоя. Мой подарок тебе.       — Я не могу принять такой подарок от тебя.       — Боги, это книга, а не яйцо дракона, считай подарок на день рождения.       — Он не скоро.       — А это на прошлый.       Дейрон нахально улыбнулся, а затем потянулся к её лицу. Амарея тут же помрачнела и замерла как испуганная лань. Принц лишь заправил прядь её волос за ухо, на секунду нахмурившись.       — Я покажу тебе звёзды, обещаю.       «Слова ничего не значат от дракона» — пролетело в её голове и она сжала книгу.       Почему в такой момент ей вспоминались слова человека, которого презирала сама? Застекленевший взгляд опустился на подносы с фруктами и девушка даже не заметила, как взгляд у принца сменился. Тихо вздохнув, леди тут же вернула серьёзный взгляд на Дейрона.       — Мне приятно, но не надо этого делать. Я не буду изменять своему мужу.       — Это просто подарок, если волнуешься о вопросах, скажешь, что это Кира подарила, она знает.       Чего он хотел добиться? Почему решил действовать лишь тогда, когда она оказалась замужем за другим мужчиной? Она знала, что существуют люди, которые спят лишь с замужними, но Дейрон не казался ей таким. Какие цели двигали им? И хуже всего, почему у неё самой были эти желания, несмотря на то, как пытается разум их выпнуть. Принц был запретным плодом, а Амарея была готова стать Евой и это пугало.       — Тебе больше не приходят пророчества?       — Нет, а тебе?       — Странное ощущение, напрямую не снится, но во сне становится так не по себе, то жарко, то холодно. Не могу понять, что не так.       — Твоих братьев и сестёр с Кирой нужно увезти куда-то, Дейрон. Ещё до турнира в Эшворде мне снилось подобное и поверь, приятного лицезреть было мало. И Леди Дженну с твоим дядей, на всякий случай, но обязательно в разные стороны, чтобы в одном месте не было кучи людей.       Принц нахмурился и кивнул. Если она говорила так, то стоило прислушаться. Только бы придумать как убедить семью уехать из столицы, из всех к его бреду прислушивался лишь Валарр, да пытался Бейлор, но всё было слишком мутно. Сказать, что ночью ему было плохо означало лишь подтвердить статус пьяницы, сколько раз так уже было. Амарея взяла виноград и кинула его в рот, прежде чем оглядеться по сторонам. Когда вернутся сёстры её скрытого любовника и Кира? Если кто-то ещё станет свидетелем этого нахождения наедине, беды не миновать. И это она не знала о том, где Алистер был. Вдруг в кустах сидел, да палил, как их первый с Дейроном поцелуй? Представив Кью сидящим в кустах, смешок сам вырвался из неё. Таргариен непонятливо посмотрел на неё, но девушка махнула рукой.

***

      Алистер вновь перестал к ней прикасаться, но заслугой этому была далеко не проснувшаяся совесть. Подсыпая каждый вечер то в вино, то в еду порошок, в самый ответственный момент, он просто засыпал, а ей оставалось лишь судорожно поправлять задранное платье, да сдерживать себя от убийства. Не хотелось опускать руки в кровь из-за такого мерзкого человека. Это не мешало ему порой бить её, особенно, если он думал, что она с кем-то флиртовала, но было всяко лучше. Зато, в общении с другими девушками, в ней, наконец, начала просыпаться знакомая уверенность. И почему в Вестеросе не было психологов? Она даже не замечала за собой, насколько другой стала. Была тихой, да, этого не занимать, но Амарея никогда не сомневалась в себе и своём видении мира. Пытаясь подстроиться под желания мужа и его семьи, чтобы получить хоть каплю уважения, она потеряла себя. С какого чёрта ей подстраиваться под них, если у семейства Кью лишь агрессия как активный язык?       Вечно крутясь вокруг Киры, да Дженны с Алис и Элинор вместе с другими фрейлинами, Эшворд медленно понимала, насколько раньше ей нравилось всё контролировать. Часто гуляя на солнце вместе с какой-нибудь леди, она не замечала, как кожа порой становилась всё загорелее, а это прошла лишь неделя турнира. Только встречавшийся на пути Мейкар всё ближе становился цветом кожи к своим волосам при её появлении. Особенно, если платья были закатного цвета.       — Сейчас бы поплавать, — растянувшись на покрывале, протянула Амарея, пока рядом сидели её новые подруги. — И почему так жарко стало, вроде зима приближается, нет?       — Тут это всегда, — махнула фрейлина леди Алис, Джасинд Графтон. — Перед зимой резко теплеет, а потом прилетают вороны.       Их группка была максимально сумбурно собрана. Фрейлины принцесс, кажется ещё была самая юная фрейлина королевы и она. Открытость к новым знакомствам и её доброжелательность даже к некоторым особо неприветливых сделала своё дело, не все конечно её полюбили, но Амарея и не гналась за этим. Эшворд больше преследовала цели заставить их закрыть глаза на свою ксенофобию и наконец, стать ближе к Кире. Когда ей всё же придётся уехать, оставить подругу хотелось на доверенных руках, а получать известия, что её вновь презирают.       — Говорят, после сегодняшнего вечера, в честь окончания первой недели турнира откроют галерею с картинами семьи.       — Да, королева приказывала слугам там всё подготовить.       — Расщедрились, никогда до этого не впускали, даже на первую беременность леди Киры.       — Да не успели, вот и всё. Все ждут когда она наконец родит, поэтому и такая суматоха, как-никак утверждение линии наследования.       Открытие галереи? Она приподнялась на локтях, вслушиваясь в их разговоры. За неделю ей совсем позабылось об этом и теперь старый вопрос возник в голове. Может, ответ таился там? Почему принцесса Рей так отчаянно жалась к ней при каждой встрече, а принцесса Дейлла прятала глаза? Сегодняшним вечером будет первый день схождения на копьях и её муж примет участие в этом этапе.       — Миледи, вас желает видеть леди Кира, — подошедший паж окликнул её.       Эшворд кивнула и встав с места, пожелала хорошего пикника, прежде чем пойти за мальчиком. Путь был крайне странным и даже запутанным, леди была готова поставить все свои украшения на то, что им было нужно свернуть в другом коридоре. Что-то было не так. Только ей хотелось окликнуть мальчишку, как тот остановился перед дверьми и открыл их, пропуская внутрь. Стоило Амарее зайти, как дверная защёлка издала звук закрытия, чем вызвало панику у неё, она стала дёргать ручку, но когда та, очевидно, поддалась, то Эшворд оглянулась.       У окна стоял Дейрон в одной лишь рубашке да штанах и улыбался.       В одной полурастёгнутой тунике.       Дейрон…       Сильно зажмурившись и прогнав наваждение, Рея скрестила руки на груди.       — И что это значит?       — Ты кажется называешь это дружескими встречами.       — Дружеские встречи не происходят наедине в закрытой комнате.       — Резонно, но это правда дружеская встреча. Ты как-то обмолвилась, что любишь рисовать, поэтому вот.       — Я умею рисовать, это другое.       — Холст и краски тут, в любом случае. Я вообще не умею рисовать, но глянь, уже в процессе.       Принц сократил расстояние между ними и, играючи, мазнул краской по её щеке.       — Дейрон!       Девушка тут же схватила ткань со стола рядом и вытерла щёку, смотря на него весьма осуждающе. Тот лишь улыбнулся и протянул кисть, словно в знак примирения. На протяжении недели их встречи были тайными, но и не слишком частыми, большую часть дней проводя возле Алистера и иногда переругиваясь меж собой, мужчина в итоге не выносил её внезапно развязанного языка. А когда он уходил, приходил Дейрон с какой-нибудь очередной глупой идеей или ещё чем-то. Как Таргариен так прекрасно вычислял время было не понятно и ей до сих пор это не раскрывалось. Не сидел же он за стенкой всё это время? Взяв кисточку в руку и закатив глаза, Амарея подошла к холсту, делая первый мазок. Она не любила рисовать и слабо вообще умела. Даже все черновики отданные в руки леди Киры были полны самых банальных изображений: палка, палка, овал и получился какой-нибудь там Робб Старк.       На абсолютном беспорядке размазывая краски, что явно были дорогим удовольствием, ей стало казаться, что что-то да получается. Где-то в стороне в художественном хаосе был похоронен Дейрон, как можно было измазаться полностью в краске, рисуя лишь на полотне?       Она не знала как объяснить то, что происходило между ними. Эти встречи, смех, всё действительно выглядело так, будто они дружили. Именно что дружили в том понимании слова, что знала Эшворд. Но друзья не мечтают о поцелуях друзей, они не устраивают полуинтимные свидания в каких-то странных участках замка при использовании других друзей. Таргариен не пытался её как-то склонить к чему-то, словно отвёл кто-то после той ночи, если так подействовали слова девушки, то ей нужно было сказать их раньше. До того, как она расшатала себе психику, а ведь здесь психологов не было и это удручало.       Какое-то подобие фона вырисовывалось на холсте и Амарея пыталась вспомнить хоть какие-нибудь уроки рисования, просмотренные ею в период воодушевления, но выходило скверно. Не быть ей великим художником, ой как не быть. Ещё и краска ложилась плешиво. Тихие шаги Дейрона на сей раз вздрагиваний не вызвали и когда он взял её руку в свою, она даже почти не замерла. Сощурив подозрительный взгляд, леди наблюдала за тем, как принц пытается нечто нарисовать чужой рукой. Каракули смотрелись странно и портили общий вид картины, если там вообще было что портить.       — Так, ты что делаешь?       — Рисую.       — У себя рисуй, мою картину не трогай.       — Надо будет повесить её в нашей галерее, вот люди удивятся, когда вместо портрета Джехейриса Таргариена увидят это.       Девушка вытянула свою руку из его и обнаружив на ней огромное пятно краски, тяжело вздохнула и посмотрела на явно веселого Дейрона. Он точно пил до их встречи, запах алкоголя был отчетлив, и теперь ещё и издевается! Она тут же попыталась вытереть свою руку об его рубашку, но тот отскочил, а девушка шагнула за ним, не убежит, не сегодня. Вновь попытаясь нагнать принца, когда тот отбежал в сторону, Эшворд не рассчитала, что собственное платье сделает такую подставу. Наступив на его край и полетев вперёд, Таргариен успел её поймать и поднять, крепко прижимая к себе. Мир замер на секунду, пока их глаза смотрели друг на друга и Амарея сдалась первой. Её губы накрыли губы принца, все убеждения полетели к чёрту, к Богам, плевать к кому. Тело Амареи Эшворд было отдано в руки Алистера Кью, но душа леди принадлежала парню, что сжимал её в своих руках. Она отстранилась первой и что удивительно, Дейрон так же отступил, словно наконец упёрся в границу. Они оба тяжело дышали, но затем она отвернулась и стала вытирать краску на одежде, надеясь, что сделает это легко. Следы её слабости.

***

      Переждать сражение на копьях было сложно. Алистер блистал в своём доспехи и она была готова поспорить, что услышала, как некоторые леди обсуждали его красоту. Забрали б тогда и она меньше мучалась. Сидя недалеко от королевской ложи и порой ощущая на себе взгляд Дейрона, Амарея едва сидела ровно. Зачем ей было нужно делать это, если поцелуй не выльется во что-то большее? Сама просит не давать надежду, просит не быть таким, а в итоге проигрывает самой себе в убеждениях. С количеством измен от мужа это не сравниться, но хотелось быть честной самой с собой, что получалось из рук вон. Алистер подъехал к её месту на лошади и протянул копьё, сиятельно улыбаясь. Вот бы кто ему это копьё да в... Натянутая слабая и смущённая улыбка была на её лице, когда она встала, повязывая ленту на его копье.       — Удачи, супруг мой.       Тот кивнул и шлем закрыл его лицо, пока Амарея села обратно рядом с Джоселин Фарман и та намекающе ухмыльнулась. На людях они были образцовыми супругами, кто-то и вовсе ударился в поэзию, воспевая любовь лорда Кью к прекрасной леди, благо, таких было немного, от любви этой хотелось тошнить и рвать на себе волосы, не иначе. Первый рыцарь был побеждён, а через ещё несколько раундов Кью вновь и вновь выходил победителем, выходя на послезавтрашие испытания. Даже было жаль, но наверно, он точно будет сегодня и завтра нормальным, на фоне собственного «величия» и не тронет её, замазывать синяки становилось всё сложнее, а почти все закрытые платья кончались, оставляя в сундуках лишь платья столичной моды. Прозвучал горн и обсуждая сегодняшние сражения, все двинулись в открытые двери галереи.       Бродя мимо кучи картин с изображением Таргариенов разных эпох правления и их семей, она остановилась возле одной из них. Величественный вид ребёнка в украшениях был смешон, хоть и вызывал какое-то странное ощущение, будто ей была известна личность принцессы на картине. Но кто это был, Амарея не понимала. Подошедшая Алис Аррен лишь грустно улыбнулась, смотря на картину и её словно по голове осознанием ударили. Конечно, какая ещё принцесса могла быть удостоена чести быть нарисованной в таких богатых одеждах?       — Я считала, все портреты Рейниры Таргариен были сожжены её братом.       — Некоторые да, а что-то восстанавливали при правлении её сына.       — Второй брак Таргариенов и Арренов, после которого в крови каждого Таргариена течёт их кровь, воспроизвёл одну из самых противоречивых представительниц династии. Леди Алис, не сочтите за грубость, но я созрела лишь сейчас, почему принц Мейкар и его дети смотрят на меня так… даже не знаю как сказать.       — Всё же заметила. Идём, — она кивнула головой в сторону одного из коридоров обширной галереи.       Идя следом и ощущая в груди странные чувства, будто она лезет куда-то не туда, в слишком запретное место, они остановились возле одной из картин. В сидевшем на диване парне угадывался Мейкар, вокруг дети, а рядом сидела Дианна в фиолетовом платье, смуглой кожей и мягкой улыбкой. Амарея выглядела почти что так же от загара. Боги милостивые, каждый раз Мейкар видел в ней почившую любимую, а принцессы видели мать. Вот какую боль она причиняла им. Приложив руку ко рту, Эшворд тихо выдохнула, они не были слишком схожи друг с другом, но общие черты угадывались легко. Полюбив до этого свой приобретённый загар хотелось отодрать его до красноты кожи. Виновато взглянув на Аррен и сделав быстрый поклон, девушка ушла оттуда, на ходу влетая в парня. Тот тут же её удержал и улыбнулся, когда Рея встала ровно.       — Кузен, — нервно кивнула она, оглядываясь. — Как твои дела?       — Завтра буду сражаться, надеюсь победить как и твой муж.       — Победа моего мужа зависела только от наличия моей ленты на его копье, — ухмыльнулась Амарея.       — Тогда свою удачу мне подарит моя невеста. А вот и она кстати, познакомься, Мирайя.       Взгляд сменился на уничтожительный. Серьёзно? Айронвуд и невеста её кузена? Кажется, плохой выбор в партнерах тёк в их венах через кровь Виллумов. Как Дерек вообще мог такой выбор сделать? Состроив радостную улыбку, Эшворд покивала приличия ради, а затем ушла из галереи, не заметив чей-то ожидающий взгляд. Ей было не по себе от того, кого в ней видела королевская семья. Одно дело, лишь ловить взгляды и не понимать, а другое, узнать причину. Эшворды, насколько ей помнилось, никогда не связывали себя с домом Дейн, так от чего была эта практически повальная схожесть? Тяжело вздохнув и выскользнув из очередного коридора, леди замерла, увидев чардрево. Не долго думая и махнув рукой на предупреждение от Богов, Амарея рухнула в корнях дерева, прикрывая лицо руками.