Between Fine Lines

Когда вихрь трансгрессии наконец улёгся, Гермиона с трудом удержалась на ногах. Голова кружилась, но она была цела, на фоне полного отсутствия выбора это уже казалось удачей. Трое егерей поволокли её вперёд, и, едва подняв глаза, она увидела перед собой мрачное здание поместья. Она больше не сопротивлялась. Без палочки сбежать было невозможно: ни атаковать, ни трансгрессировать она бы не смогла. У ворот стоял высокий мужчина. Гермиона узнала его мгновенно, после битвы у Астрономической башни она никогда бы не забыла этого лица. Фенрир Сивый. Он склонился к ней, втягивая воздух, и в горле у него прорезалось глухое рычание. — Что вы для меня притащили, Струпьяр? — глухо проворчал он, в голосе — явное веселье. — Не для тебя, волчара. Для Хозяина, — отозвался тот, кого, по всей видимости, и звали Скэбиором. — Думаем, у неё важная информация. Или она укрывала кого-то, не простая она. Сивый громко хохотнул и распахнул ворота. — Какого ещё хозяина? Люциуса или Лестрейнджа? — усмехнулся он и качнул головой. — Не верится, что Лорд заставляет нас сидеть в этом чертовом поместье Малфоев. Не знаю, кто жалобнее выглядит - Люциус или его сын. У Гермионы похолодело в груди. Поместье Малфоев. Значит, она… здесь. Паника скользнула по позвоночнику и сжалась в горле. Она шла между двумя егерями, стараясь запоминать обстановку. Казалось, поместье тянулось бесконечно. Наконец их провели в просторную комнату, и взгляд Гермионы столкнулся с чужим взглядом. — И что мне с ней делать? — произнёс голос. Перед ней стояла Нарцисса Малфой. По обе стороны от Гермионы егеря, державшие её за руки. Она видела Нарциссу всего один раз, перед шестым курсом, когда Гарри сцепился с ней по поводу освобождения Сириуса и ареста Люциуса. Если Нарцисса её узнала, ни один мускул на её лице этого не выдал. Она была воплощением сдержанности: волосы безупречно уложены, мантия из дорогой ткани. Спокойная, безэмоциональная, она не отводила взгляда. — Нашли в Лесу. Полагаем, знает что-то важное. Где ваш сын? — Струпьяр огляделся, заметив, что Нарцисса встречала их одна. — Люциус и Драко ещё не вернулись. На задании Тёмного Лорда. Отведите её в подземелье, к остальным. Разберёмся, когда они прибудут. Можете быть свободны. Нарцисса вышла, даже не бросив на Гермиону прощального взгляда. Её спустили вниз, два пролёта лестницы, за железную решётку. Кто-то толкнул в спину, Гермиона едва не рухнула на каменный пол. — Эй? Тут кто-нибудь есть? — донёсся лёгкий голос из темноты. Гермиона приподнялась, оглядываясь. — Кто-то ещё здесь? — спросила она, с трудом различая тени. — Гермиона? — второй голос, мужской, хрипловатый. — Дин? — Она вскинула брови. — Луна? Из темноты выступили знакомые фигуры. Света почти не было, но Гермиона сразу различила яркие волосы когтевранки. — Мистер Олливандер и мистер Крюкохват тоже тут, — сообщила Луна. — А где Гарри с Роном? — Мы… мм… мы разделились, — Гермиона опустила глаза. — А вы что здесь делаете? — Им были нужны сведения о Дарах Смерти. Меня забрали у отца, потому что он отказался сотрудничать. Я горжусь им, — с мягкой улыбкой добавила Луна. — Тед… он прятал меня от регистрации, — тихо сказал Дин. — Его убили. Гермиона нахмурилась. — Это не твоя вина, Дин. Ты должен это знать. — Те же егеря и тебя, поди, схватили? — спросил он, пожав плечами. Гермиона кивнула. — Думаю, мать Драко меня не узнала. Потому и бросили сюда, пока не разберутся. Она старалась не думать, что будет потом. Пальцы невольно нащупали браслет, без палочки она не могла активировать чары, а значит, не знала, где сейчас Гарри, Рон или Регулус. — Давно вы тут? — спросила Гермиона. — Дольше всех - Олливандер. Он сейчас спит, кровать тут одна. Крюкохвата взяли не так давно. Луна появилась через несколько дней, или раньше… сложно понять, пока… — Дин замолчал, взглянув на Луну. — Пока? — нахмурилась Гермиона, ощущая, как боль начинает стучать в висках. Луна открыла рот, и в этот момент железные ворота заскрипели. Трое обернулись. На пороге стоял Драко Малфой. В руках поднос с едой, который тут же с грохотом упал на камни, стоило ему увидеть Гермиону.

***

Трое суток в попытках нагнать Рона. Один вечер - бегство от егерей с парой встречных заклятий, почти провалившееся появление и несколько часов, чтобы сляпать хоть какие-то простенькие заклинания трансфигурации и затеряться в Лондоне. Теперь Гарри и Рон стояли под мантией-невидимкой напротив дома № 12 на Гриммо, глядя на него в полной тишине. Без охранных чар, вписавших их имена в список допущенных, здание выглядело бы обычным многоквартирным домом. — Я этого знаю, он Пожиратель, — прошептал Рон, указывая на мужчину, сидящего у соседнего крыльца. — Значит, ждут, что Орден объявится, — так же тихо отозвался Гарри, пока они пересекали улицу, крадучись. Они подошли достаточно близко, чтобы Гарри незаметно наложил на того Пожирателя смерти Конфундус, и вдвоём юркнули в дом, всё ещё скрытые под мантией. Гарри прикрыл за ними дверь, та сразу щёлкнула, закрываясь магией. — Кто там? — донёсся голос из глубины дома. — Сириус? — Гарри мгновенно сорвал с себя и Рона мантию, в голосе радость. — Это ты? — А ты как думаешь? — хмыкнул Сириус, выходя в коридор. Гарри подскочил, обняв крёстного. — Судя по тому, что нас не вышвырнуло с порога, — усмехнулся Гарри, — скорее всего, да, Сириус, это ты. — Весь в Джеймса, — расплылся Сириус в улыбке, хлопнув Гарри по спине. Втроём они направились в гостиную. Рон и Гарри бросили свои вещи. Рон, не раздумывая, бухнулся на диван напротив Римуса, Гарри последовал за ним, только теперь осознав, насколько устал. — Кого-то не хватает, — заметил Сириус, окинув комнату взглядом и посмотрев на парней, опускаясь рядом с Римусом. — Где Гермиона? — С ней всё в порядке, она в безопасности, — начал Гарри, но Рон только фыркнул. Сириус и Римус синхронно повернулись к нему, удивлённо. Рон сменил выражение лица с недовольного на изумлённое, глядя на Римуса: — Ты ему не сказал? — спросил он, округлив глаза. Щёки Римуса порозовели, что только подтвердило догадку. — Гарри! Он ему не сказал! — Не сказал чего? — нахмурился Сириус. — Я дома всего час, было много чего… обсудить, — он многозначительно посмотрел на Люпина, а тот в ответ толкнул его в плечо и с шумом отпил чаю, пылая до ушей. — Регулус жив.