Between Fine Lines

      Мерлин подери, что вообще такое джинсы?       Римус, как оказалось, имел доступ к хранилищам Блэков — факт, который Регулус аккуратно зафиксировал в памяти на потом, когда наконец сможет увидеть брата, где бы тот ни был на своей «миссии». А пока — Римус и Гермиона таскали его по маггловским магазинам, скрупулёзно скупая всё, что может понадобиться на три месяца жизни в доме Грейнджеров.       Три месяца с магглами. Одна только мысль оставляла во рту вкус… не то чтобы отвращения, нет. Скорее, как если бы еда оказалась подозрительно несвежей, но понял ты это уже после того, как проглотил. Привкус ложится на язык, тянется по горлу и не сходит. И, к несчастью, эту горечь тыквенным соком не запить. Идея жить в доме Гермионы, с её родителями, которые к тому же прекрасно осведомлены о волшебном мире, в его картине мира для этого не было места. Хотя, признаться, он никогда и не задумывался, что вообще происходит с маггловскими детьми и их семьями после письма из Хогвартса. Теперь знал.       Римус и Гермиона говорили с ее родителями тихо, почти шёпотом. Объясняли только самое необходимое: угрозы от Регулуса нет, палочки при нём нет, жить он будет у них всё лето, деньги на еду и остальное Римус ему уже оставил. А когда Гермиона уедет на свадьбу Билла Уизли и Флёр Делакур, Регулус поедет с ней. Он сбился со счёта, когда Римус произнёс «мы вам очень признательны» не меньше десятка раз. Признательны… ну, допустим.       Он не мешал, оставив их разговор за спиной, и медленно обошёл нижний этаж. Кухня показалась опасной территорией — слишком много странного: то ли устройство для пыток, то ли маггловская бытовая магия. Помещение казалось наполненным странными, подозрительно гудящими вещами. Он двигался осторожно, взгляд зацепился за блестящий чайник, неестественно чистую раковину, прямые линии шкафов. В соседней комнате явно был обеденный зал, не такой, как в их поместье на Гриммо, разумеется. Без лепнины, без дорогих тканей. Но аккуратно, светло, даже уютно. Как будто всё стояло на своих местах, не крича о себе, не пытаясь впечатлить. Уютная, в том самом смысле, от которого внутри становилось чуть неловко. Он прошёл дальше, и взгляд зацепился за строгую, почти стерильную комнату — кабинет, скорее всего, мистера Грейнджера. Регулус остановился у порога, но не переступил. Такие комнаты всегда хранили след владельца глубже, чем спальня — этому его научил отец. Он мельком заглянул в крошечную уборную без ванны. Только раковина и унитаз. Видимо, для гостей. Регулус едва скользнул по ней взглядом и пошёл дальше, в большую гостиную, которую, судя по всему, использовали, когда приходили гости. Просторная, светлая. Под такие комнаты собирают людей: посидеть, поговорить, разлить вино, показать, что у тебя всё в порядке.       Ступенька под ногой предательски скрипнула, Регулус поморщился. Гермиона, сидевшая в глубине комнаты, тут же подняла голову, обращая на него внимание. Их взгляды встретились. Она что-то коротко сказала своим, и поднялась, направляясь к нему. Регулус не шевелился. — Просто… хотел узнать, где моя комната, — фраза прозвучала неубедительно даже для него самого. Регулус стучал пальцами по перилам, будто это могло компенсировать неловкость. Гермиона не стала комментировать. Лишь кивнула, коротко, вежливо. — Пойдём, покажу. Устроишься поудобнее, я знаю, день выдался длинным.       Она двинулась вверх по лестнице, осторожно обходя его, а он — за ней. Медленно. Впитывая дом. Дом очень странный, особенно фотографии. Ни один кадр не шевелился. Как будто запечатлённое в них — мёртвое. Регулус останавливался у каждой рамки: Гермиона на пляже. Гермиона с книгой. Гермиона и родители. Всё неподвижно, ни один снимок не шелохнулся, никакого движения, никакой жизни. Просто… картинка. Маггловская. Ему от этого было не по себе. — Вот здесь кладовка с бельём, если понадобятся лишние полотенца или что-то вроде того, — Гермиона указала на маленькую дверь, когда они поднялись на второй этаж. — А эта комната — моих родителей. Лёгкий стук в дверь, как будто из уважения. Регулус невольно заглянул внутрь — просторная спальня, а сбоку ещё одна дверь, приоткрытая. Вероятно, это ванная. — Моя комната в конце коридора, — она указала на другую дверь. — А это будет твоя. Между ними совмещённая ванная: две раковины, отдельно душ и туалет. Он не ответил. Потому что уже свернул. Повернув голову, Гермиона заметила, что Регулус не идёт за ней. Она нахмурилась, сделала несколько шагов назад и обнаружила, что он уже зашёл в её комнату. — Могу чем-то помочь? — ее голос раздался позади, Регулус рассматривал её книжную полку. — Просто интересно, что ты читаешь, — он провёл пальцами по корешкам. Некоторые названия были знакомы. Большинство — нет. — Если честно, не ожидал, что твоя комната будет такой… голубой? — А ты ожидал, что она будет вся в красном, как у гриффиндорки? Красное знамя и табличка: «Добро пожаловать в ад»? — с интересом уточнила Гермиона, наблюдая, как Регулус дотянулся до одной из книг и обхватил корешок пальцами. — По крайней мере ожидал увидеть флаг и пару львов. Моя матушка ненавидела, насколько красной Сириус сделал свою комнату. Он усмехнулся, вытаскивая книгу. — В моей смесь чёрного, бежевого и зелёного. Вкус у меня, очевидно, эстетичнее, — с ленцой заметил Регулус, читая надпись на корешке. — «Фантастические твари и где они обитают», хм? — Блэк взглянул на Гермиону, та кивнула. — Одна из моих любимых. Существа, с которыми сталкивался Ньют Скамандер, очень увлекательны, — он полистал страницы, заметив пометки Гермионы, разбросанные по полям. — Крайне предсказуемо… твоя комната, в смысле, — пробормотал Регулус. — Я наполнила книжную полку в твоей комнате для тебя, — сказала Гермиона после паузы. — Раз у тебя нет палочки, подумала, ты, возможно, захочешь почитать. Это было моим любимым занятием до того, как я узнала, что я ведьма. Регулус поднял на неё взгляд: — Было? Похоже, всё ещё так. Я одолжу эту, — он захлопнул книгу и спрятал её под мышку. Он уже направлялся к двери, когда вдруг обернулся: — Подожди, ты сказала — ванная общая? Только не говори, что я делю раковину с гриффиндоркой. — он развернулся и направился к двери в её спальне, которая вела в ванную, заинтересованно изучая две раковины и ту самую вторую дверь к душу и туалету. — Я — очень аккуратная, — хмыкнула Гермиона, следуя за ним. Регулус не ответил, а просто перешёл в комнату для гостей, которая теперь была его. Втайне он был благодарен, после комнаты Сириуса даже общая ванная казалась подарком. — Уже поздно, — сказала Гермиона, остановившись в дверях. — Пойду попрощаюсь с Римусом и спать. Если что-то понадобится — зови. — Не буду— тихо отозвался он, направляясь к книжной полке, чтобы рассмотреть, чем она её заполнила. На втором ярусе его внимание привлёк значок. Регулус положил «Фантастических тварей» на стол и протянул к нему руку. — Гражданская Ассоциация Восстановления Независимости Эльфов… — пробормотал он, приподняв бровь. Он повернулся к двери — но Гермиона уже ушла. Лёгкая усмешка тронула его губы. Регулус вернул значок на место. Несколько раз постучал по нему пальцем.       Первый месяц Регулус почти не показывался. Он спускался к ужину, вёл себя вежливо — безупречно, как учила мать. Ни резких слов, ни лишнего шума. но большую часть времени проводил в своей комнате. Он жил в этом доме, но оставался в тени, как будто по привычке. Гермиона заранее заполнила полки: маггловская классика, чуть-чуть фантастики, тонкие обложки, плотная бумага. Он читал всё, что дала Гермиона. А когда она была на первом этаже или уходила из дома, заходил в её комнату и незаметно вытаскивал с полки волшебные книги.       Регулус не хотел, чтобы Гермиона или её родители узнали две важные вещи: Во-первых, он постоянно пытался выяснить, осталась ли в нём хоть капля магии. Тянуло испытать хотя бы малейшее проявление невербальной магии. А во-вторых… метка, выжженная у него на руке.       Разумеется, Регулус понимал, что Гермиона умна. Это было ясно по разговорам за столом, по книгам на её полке и по тому, как она общалась с Гарри и Роном за тот единственный день, который он провёл в их компании. Она, скорее всего, знала, что у него есть Тёмная метка, Сириус наверняка успел рассказать им, что Регулус умер как Пожиратель Смерти.       И всё же, от этого не становилось легче. Он всё равно стыдился. Так что Регулус почти всегда ходил по дому в свитерах с длинным рукавом, засовывал руки в карманы, старался занять разум, чтобы не остаться наедине с мыслями. Руку он оголял только перед душем и перед сном. Честно говоря, ему и самому не нравилось на неё смотреть. Он был уверен в своём решении: он поможет Гарри победить Тёмного Лорда. Как и пытался сделать это раньше… до того, как почти погиб.       Регулус часто думал о Волан-де-Морте. Не о человеке — о существе, которое оставило после себя только страх, кровь и осколки души. Сколько крестражей он создал? Сколько они успели уничтожить? Уничтожили ли хоть один?       Вопросы копились. Он перебирал их в голове каждый вечер, но за ужином не поднимал. Обсуждать убийства и магические извращения за картошкой и запечённым мясом казалось… неэтичным. К тому же, Регулус подозревал, что Гермиона его немного избегала, или же просто была очень занята своей семьёй. Может быть, поэтому он и забыл запереть дверь в ванную, когда пошёл в душ. Слишком увлёкся мыслями о том, как убить Тёмного Лорда.       Сначала он её не заметил — полотенце всё ещё закрывало глаза, он вытирал мокрые волосы после душа, вода ещё стекала по плечам, мысли далеко. Но лёгкий вздох, сорвавшийся с её губ и долетевший до его ушей, ударил по нему, как скорый поезд. Полотенце соскользнуло с лица. Регулус откинул мокрые пряди и замер. Гермиона стояла в дверях. Замерла с горящим румянцем. — Прости, я не услышала, что ты в душе, и спешила, и… — начала она сбивчиво, но её голос постепенно стих, Регулус проследил за её взглядом, устремлённый к его левой руке.       Регулус посмотрел вниз. Метка. Он машинально прикрыл её, запоздало, рефлекторно. Уловил, как её взгляд сначала задержался выше — грудь, плечи, тонкая линия ключиц, капли воды. Он знал, что выглядел как из рекламы проклятых духов, но она не на это смотрела. Не теперь. Регулус сжал челюсть.       Молчание между ними растягивалось. Долго. Слишком долго. Он уже хотел отвернуться, когда она наконец заговорила. — Всё в порядке. — наконец выговорила она, заставив себя смотреть ему в лицо, а не на капли воды, стекающие по его плечам и груди. — Я просто… никогда не видела их так близко. Вживую. — Это… уже не часть меня, — тихо ответил Регулус. Ещё одна пауза. — Я могу замаскировать её, — она сделала паузу, подбирая слова. — Если хочешь.       Он не сразу ответил. Просто кивнул. Смотрел на неё, и всё происходящее вдруг будто замедлилось. Она протянула руку, пальцы коснулись кожи — Регулус вздрогнул. Она прошептала заклинание, и метка исчезла, будто её никогда не было. — Спасибо, — пробормотал он. Это не было избавлением, не было искуплением. Но хотя бы передышкой. Хоть на минуту не видеть на себе всё то, что сжигало изнутри.