Смотри мне в глаза, пока не сдохнешь

***

Сынмин не должен был идти на эту вечеринку. Запах дешевого виски мешался с сыростью мха и прелой листвы. Заброшенный пионерский лагерь за городом гудел басами. Сынмин натянул капюшон своей огромной толстовки, пряча светлые волосы, и засунул руки в карманы, чувствуя себя лишним. — Ну же, Мин! Расслабься, это же просто тусовка, — хлопнул его по плечу знакомый, таща за собой к костру. Сынмин не ответил. Он чувствовал спиной чей-то взгляд. Тяжелый, голодный, изучающий. Из черных провалов окон разрушенного корпуса на него кто-то смотрел. Он ошибся. Объект его беспокойства стоял прямо за его спиной. — Ты не из наших, — раздался голос — низкий, хриплый, с металлическими нотками. От него по позвоночнику побежали мурашки, совсем не похожие на страх. Сынмин резко обернулся. Перед ним стоял мужчина. Широкие плечи, черная футболка в обтяжку, открывающая рельефные бицепсы. Темные волосы падали на глаза, а на скуле белел тонкий шрам, подсвеченный пламенем костра. Но самое страшное и притягательное — это его улыбка. Оскал хищника, в котором мелькнули слишком острые клыки. — Я жду друзей, — выдавил Сынмин, хотя в горле пересохло. — Врешь, — усмехнулся незнакомец, делая шаг вперед. От него пахло грозой, озоном и старой кровью. — Ты пришел сюда, потому что чувствовал, что здесь что-то есть. Я прав? Сынмин попятился, но сильная ладонь с железной хваткой сжала его запястье. Кожа была ледяной. Нереально холодной. — Меня зовут Бан Чан, — прошептал он, наклоняясь к самому уху Сынмина. Горячее дыхание обжигало шею. — И если хочешь выбраться отсюда живым сегодня ночью, ты будешь делать только то, что я скажу. Не вздумай спорить. В этот момент лес за спиной Бан Чана взорвался воем. Из чащи вылетело нечто огромное, лохматое, с горящими красным глазами. Оборотень. Настоящий, в полный рост, с пеной на морде. — Беги, — приказал Чан, но сам даже не шелохнулся. Сынмин не мог дышать. Он прирос к месту, наблюдая, как зверь прыгает на Чана. Но Бан Чан двигался быстрее. Быстрее, чем позволяла человеческая физика. Он перехватил оборотня в воздухе, и звук удара о бетонную стену разнесся эхом. Чан вонзил свои клыки в загривок зверя. Кровь брызнула фонтаном, оставляя алые брызги на его щеке и футболке. — Смотри, — прорычал Бан Чан, обернувшись к Сынмину. Его глаза больше не были карими — они горели чистым, белым, первобытным свечением. — Смотри мне в глаза, пока эта тварь не сдохнет. Сынмин смотрел. Не мог отвести взгляд. В этих глазах была бездна, жестокость и абсолютная свобода. И почему-то вместо ужаса Сынмин почувствовал, как кровь приливает к его лицу и к низу живота. Ему нрав илось быть пойманным этим чудовищем.