Падение в бездну

      Итан хмуро изучал документы на прозрачном столе. Перед самым исчезновением персонал Базы №18 получил сообщение с ближайшей Базы №19: коллеги заметили странности в поведении местных животных, а несколько исследователей оказались инфицированы. Ситуация там была критической, и они советовали персоналу восемнадцатой базы проявить крайнюю осторожность. О конкретных симптомах или характере инфекции в сообщении не говорилось.       Он невольно вспомнил червя и то, как слизь монстра впиталась в тело Джеффа.       В разгаре этих раздумий чья-то рука внезапно легла ему на плечо. Итан был так напряжен, что едва не подскочил на месте. Обернувшись, он увидел Сэмюэла, который умудрился подойти со спины совершенно бесшумно.       — Уже светает. Ты не собираешься спать? — спросил Сэмюэл. Он был по пояс голым, демонстрируя крепкие мускулы медового оттенка. Запустив руку в спутанные волосы, он полусонно щурился на Итана.       Итан вздохнул: — Я не рискнул… да и не усну теперь.       Сэмюэл плюхнулся на диван рядом с ним, оттеснив Итана в угол. Рослый омега удобно откинулся на спинку, закинув одну руку за голову, а другой достал сигарету и прикурил от простой старой зажигалки. — Раз не спится, давай кое-что обсудим.       Итан закашлялся и отклонился, чтобы дым не попал в лицо: — О чем ты?       — Тебе наверняка непросто дается эта роль ради меня. Если передумал — еще не поздно всё отыграть назад.       Итан закатил глаза: — И это всё? У тебя есть время переживать о такой ерунде?       — Когда вернемся в Запретный город, жалеть будет поздно.       — Для начала нужно вернуться живым. К тому же мне не привыкать: я никогда не строил из себя крутого парня, так что сойду за омегу. Пока ты меня прикрываешь, проблем не будет.       — В таком случае, — Сэмюэл вынул сигарету изо рта и пристально посмотрел на него, — я должен тебя пометить.       Итан не сразу нашелся с ответом. Он ошарашенно переспросил: — А?       — Все знают, что ты мой человек, но на твоей шее нет метки, — продолжил Сэмюэл. — Как думаешь, что они решат? Либо что я не воспринимаю тебя всерьез, либо что со мной что-то не так. Оба варианта нам не на руку. Мы и так в опасности, лишние подозрения ни к чему.       Итан замялся. Он пытался быстро найти убедительную причину для отказа: — Но я бета, у меня нет желез омеги. А ты сам омега, у тебя нет слюны альфы. Укус заживет через неделю, метка не продержится долго.       — Ничего страшного, — усмехнулся Сэмюэл. Он затушил сигарету о край стола и внезапно навис над Итаном, заполняя собой всё пространство.       — Я просто буду кусать тебя каждый день. В крайнем случае прикушу посильнее и сбрызну сверху гормонами-имитаторами.       Тело Сэмюэла источало резкий «альфа-аромат» ингибитора, а в глазах застыла темная решимость. Он уперся руками в спинку и подлокотник дивана, лишая Итана путей к отступлению. Его лицо медленно, неотвратимо приближалось к шее Итана, заставляя того судорожно сглотнуть. Аргументы Сэмюэла звучали логично, но Итана не покидало странное чувство: почему ему кажется, что им просто нагло пользуются?       В замешательстве он уперся ладонями в грудь Сэмюэла: — Это… давай обсудим позже? Ты… дай мне подумать…       Однако Сэмюэл не шелохнулся. Жар его кожи передавался Итану через ладони, сбивая с толку и лишая воли, словно это было искусное соблазнение. Без омега-железы метка на теле беты не приносила ни сексуального, ни психологического удовольствия — только боль. Но по какой-то причине, когда Сэмюэл смотрел на него так, источая силу и уверенность альфы, Итан почувствовал непреодолимый импульс подставить шею.       Он задумался. Может, Сэмюэл не просто притворяется альфой, а является им в душе, просто родившись не в том теле?       Что до него самого… Итан всегда знал о своих мазохистских наклонностях. За внешней строгостью и приличным видом скрывались фантазии о подчинении и грубом обращении. Именно поэтому он всегда предпочитал альф, а не омег. И вот теперь это долго скрываемое нутро пробудил омега. Итан сглотнул, раздумывая, не позволить ли ему это. В конце концов, это просто укус.       Вдруг Сэмюэл резко поднял голову и нахмурился, словно почуявший опасность гепард. — Что случилось? — спросил Итан.       — Ты не слышал?       — Слышал что?       — Крик, — Сэмюэл указал на коридор, ведущий к спальным капсулам. — Кажется, донеслось оттуда.       Итан ничего не слышал. Спальные капсулы имели идеальную звукоизоляцию — даже если бы там резали свинью, снаружи не донеслось бы ни звука.       В тот момент, когда Итан и Сэмюэл вскочили, дверь в коридоре распахнулась, и Танисиэль, чья способность к восприятию была намного выше, чем у землян, торопливо вышел наружу. Он выскочил так спешно, что даже не успел застегнуть пуговицы — одежда была распахнута, обнажая крепкую грудь, кубики пресса и линию V, уходящую под пояс брюк. Едва ли такая фигура подобала жрецу. Бросив взгляд на Сэмюэла и Итана, он, не говоря ни слова, постучал в дверь одной из комнат отдыха.       Ответа не последовало, дверь никто не открыл.       Танисиэль активировал свою сферу с десятью тысячами функций, и луч света спроецировал карту с координатами всех «нелюдей». Система показывала, что в комнате за дверью в этот самый момент находится человек.       Джефф.       Случилось нечто непоправимое.       Итан покрылся холодным потом и немедленно вызвал Джину, главный ИИ базы: — Открой дверь! Чрезвычайная ситуация!       Сэмюэл не знал всей предыстории, поэтому в замешательстве наблюдал за тем, как Итан с застывшим от ужаса лицом отдает команды ИИ. Поскольку база №18 не обновляла свои данные, Итан всё еще обладал полномочиями секретаря высшего уровня. Джина послушно разблокировала дверь. Как только створка скользнула вправо, наружу вырвалось густое и едкое зловоние, ударившее в нос. Казалось, из комнаты клубами повалил черный газ.       Троица невольно отшатнулась. Итан прикрыл рот и нос рукавом и увидел… человека(?), лежащего у самого порога.       Это всё еще была человеческая фигура, но голые руки и шея Джеффа были покрыты бесчисленными буграми, уходящими под одежду. На первый взгляд Итану показалось, что это увеличившаяся в разы «гусиная кожа», но присмотревшись, он понял: бугры шевелятся. Он отчетливо видел в центре каждого вздутия круглую черную точку — точь-в-точь как в лягушачьей икре!       Приступ тошноты подкатил к горлу. У Сэмюэла волосы на теле встали дыбом, он оцепенел, не решаясь сделать ни шагу вперед. В этот момент человеческая фигура резко подняла голову. Лицо, когда-то принадлежавшее Джеффу, распухло до неузнаваемости. Черты исказились — один из бугров под кожей сдавил их, продолжая пульсировать.       Глядя на него, Итан невольно вспомнил странную морду того червя.       — Помогите мне… — его голос изменился. Казалось, в горле у него что-то застряло, а дыхание стало липким и тяжелым.       Сэмюэл, увидев его мучения, порывался подойти, но Итан схватил его за руку и предупредил: — Это может быть заразно.       Жрец поднял голову и холодно посмотрел на Итана. Этот бета явно что-то знал, иначе он не занервничал бы так сильно, услышав, что за дверью именно Джефф.       Итан поежился под этим взглядом — чувство вины нарастало. Если бы он рассказал о том, что видел, быть может, Джеффа удалось бы спасти?       Странная слизь, проникающая сквозь человеческую кожу, сигнал о помощи с Базы №19 перед её исчезновением, заражение через кровь… всё это складывалось в единую картину.       Неужели… оно уже началось?       Итан в панике прижался к стене и спросил прерывистым голосом: — Что теперь?       — Пока остальные не проснулись, его нужно немедленно изолировать. Сэмюэл, живо неси два скафандра. Итан, подготовь всё в медотсеке, — скомандовал Танисиэль тоном, не терпящим возражений.       Джефф на полу, казалось, еще сохранял остатки сознания. Услышав слова жреца, он вскинул глаза, полные первобытного ужаса, — это было единственное, что еще позволяло его узнать. — Нет… Помогите… Мне плохо! Мне так плохо!       Его голос звучал жутко, будто разорванная, а затем грубо сшитая ткань. Танисиэль смотрел на него с неким подобием жалости. Он видел, как Джефф тянет к нему руку, покрытую омерзительно шевелящимися буграми, но и не думал менять решение. Джефф не был человеком Сэмюэла, так что тот ограничился кратким сочувствием, развернулся и бросился в холл за вещами.       Итан приказал Джине направить его в медицинский блок. Это было абсолютно герметичное, слабо освещенное пространство, где рядами, подобно полупрозрачным гробам, стояли изоляционные боксы. Здесь он чувствовал себя чужаком и не сразу сообразил, что делать. Пришлось вызвать сервисного робота, чтобы тот помог открыть крышку капсулы и ввести параметры на мониторе в изголовье. Итан не знал названия болезни, поэтому просто вписал: «НЕИЗВЕСТНО». К его удивлению, после ввода этого слова уровень изоляции автоматически переключился на максимальный. Очевидно, конструкторы предусмотрели риск столкновения с внеземной заразой.       Вскоре Сэмюэл и Танисиэль в скафандрах занесли Джеффа. Тот обмяк, словно лишился костей, но всё еще мучился от невыносимой боли. Его одежда пропиталась липкой жидкостью, многие бугры на голой коже лопнули, и содержимое капало на пол. Итан тут же приказал роботу трижды провести дезинфекцию зоны.       Как только Джеффа уложили на кровать бокса, он начал неистово биться. Сэмюэл едва удерживал его, одна нога больного выскользнула из захвата. В этот миг Итан заметил что-то черное, что высунулось из штанины Джеффа и мгновенно втянулось обратно.       — У меня что-то под кожей! А-а-а! — Джефф зашелся в истошном крике, и все бугры на его лице лопнули одновременно!       Нет, слово «лопнули» здесь не подходило… скорее, их расперло изнутри. Кожа, багровая и натянутая от быстрорастущих «гнойников», лопнула, и оттуда полезли бесчисленные черные существа. Они походили на того первого червя, но были гораздо тоньше и меньше. Нижние части их телец всё еще оставались в плоти Джеффа, а верхние извивались и тянулись в воздухе, словно дождевые черви. Казалось, всё его лицо покрылось серовато-черными жгутиками.       От этого тошнотворного зрелища даже крепкий Сэмюэл в ужасе отшатнулся и с грохотом врезался в соседний бокс.       Танисиэль держался спокойнее, но заметно побледнел и быстро отнял руку. Похоже, Джефф потерял сознание. Половина его тела лежала в капсуле, ноги свешивались через край. Непонятно было, черви это или волосы — они заполнили всё лицо, дико пляша в воздухе. Жив он был или мертв, разобрать не представлялось возможным. Тело еще время от времени содрогалось в конвульсиях, на руках начали вскрываться новые «гнойники». Сквозь трещины в коже сочилась желто-черная слизь, под которой копошились новые существа.       Танисиэль среагировал первым: он затолкал тело в капсулу и ударил по красной кнопке. Три слоя защитных люков стремительно закрылись. Через наностекло еще можно было разглядеть растущие черные нити, напоминавшие танцующих медуз в глубоком море. Существа бились в герметичную крышку, словно вежливо спрашивая: «Выпустите меня».       Закончив, трое мужчин молча переглянулись. Вероятно, они никогда не забудут эти полчаса.       Оставалось лишь молиться, чтобы Джефф был мертв — по сравнению с тем, что они увидели, смерть казалась милосердием.