Key to your chains

Несмотря на то что Наоми чувствовала себя невероятно сильной после того, как узнала истинное отношение своих друзей, она не могла отрицать тяжелого бремени, которое начало давить на её плечи. Это было так, словно невидимая, безжалостная сила прижимала её к земле, замедляя шаги и окутывая чувства непроницаемым туманом. И это пугало; напряжение, выросшее из этого чувства, было густым, почти осязаемым. Все вели себя осторожно, словно ожидая чего-то необычного и опасного за каждым углом, словно внезапно превратившись в дичь. Бесшумными шагами она приблизилась к Карлайлу, стоявшему на верхней площадке лестницы. Его взгляд скользил по собравшимся внизу людям, но мысли, казалось, витали где-то бесконечно далеко. — О чём задумался? — её голос был тихим, едва громче шепота; в глазах читалось беспокойство, а губы тронула утешающая улыбка. Тихий вздох, сорвавшийся с его губ, лишь подтвердил, что он вовсе не так спокоен, как пытался казаться большую часть времени. Он небрежно положил руку на перила и еще раз окинул взглядом происходящее внизу, прежде чем слегка повернуться и встретиться с ней взглядом. — Ты слишком хорошо меня знаешь, — спокойно произнес он с тихим смешком. Карлайл сделал глубокий вдох, после чего полностью повернулся к стоящей рядом женщине. — Надеюсь, наших общих усилий хватит, чтобы по-настоящему их убедить. Наоми перенесла вес на одну ногу и слегка кивнула. — Каждый из них знает правду, мы все это видели. — Она облизала губы и сделала глубокий вдох. — Нас много, не только твой клан, и им придется с этим считаться. Она сделала небольшой шаг к нему, пытаясь взглядом вернуть ту надежду, которую он когда-то подарил ей самой много лет назад. Из груди Карлайла вырвался тихий смешок. — Именно это Аро и может использовать против нас. Он заявит, что я попытался собрать против них армию, что будет расценено как еще одно нарушение закона. Наоми закатила глаза, и с её губ сорвалось тихое, неразборчивое бормотание. — Аро и его законы, — парировала она чуть громче, чтобы он услышал, и Карлайл не смог сдержать веселой усмешки. Он знал, что она никогда не встречалась ни с Аро, ни с кем-либо еще из Вольтури, но он рассказывал ей истории о тех временах, когда сам был одним из них. Он всегда пытался показать ей, что они вовсе не те злобные тираны, какими их все считают, и что у них есть веские причины создавать и поддерживать нынешние законы. В глубине души она понимала, что он прав: если бы они не сохраняли существование своего вида в тайне от людей, мир был бы совершенно иным и, вероятно, куда более мрачным. — Тебе стоило как-нибудь нас навестить, — внезапно произнес Карлайл с теплой улыбкой на губах, оставляя их прежнюю тему. — Эсми была бы очень рада познакомиться с тобой пораньше, — продолжил он, глядя на жену, стоящую на нижнем этаже. — Мы с Эдвардом тоже были бы счастливы наверстать упущенное, — он сделал короткую паузу. — Но я понимаю. У тебя были свои обязанности, и я рад, что ты нашла своё предназначение. Наоми на секунду закрыла глаза и удовлетворенно вздохнула. — Я действительно скучала по тебе, Карлайл. Мне не хватало твоего оптимистичного взгляда на людей, независимо от их прошлого, и того, как ты умеешь возвращать свет тем, кто переживает свои самые темные времена. Её голос слегка дрогнул — это мог услышать только тот, кто слушал очень внимательно, и Карлайл услышал. Автоматическим жестом Наоми положила руку ему на предплечье, слегка сжав в знак утешения. — Никакая сила не смогла бы удержать меня от того, чтобы встать на твою сторону. Мы справимся с этим; правда на твоей стороне, и они это поймут. Поверь мне, — пообещала она со всей искренностью, на которую была способна в этот момент. Она верила каждому своему слову и намеревалась сдержать обещание. В последующие дни напряжение продолжало расти, и все начали осознавать, что неизбежное столкновение с Вольтури не за горами. Наоми чувствовала покалывание во всем теле, видя, как окружающие нервничают и находятся на взводе. Даже всегда невозмутимый Карлайл чувствовал себя не в своей тарелке; она замечала, как его взгляд беспокойно мечется от одного свидетеля к другому, оценивая их шансы на успех и, вероятно, уже прокручивая в голове свою речь. Ей хотелось помочь ему, но рядом с ним уже была Эсми, и Наоми знала, что никакие слова не смогут снять это напряжение. Часть её души просто надеялась, что всё это скоро закончится. Когда удушливая атмосфера начала окончательно давить на неё, Наоми сбежала из дома. Она остановилась лишь тогда, когда перестала слышать и чуять остальных. Закрыв глаза на мгновение, она сосредоточилась на своем дыхании, чтобы выровнять его, а затем переключила внимание на слух, вслушиваясь в крики лесных животных и шум волн где-то невдалеке. Ей потребовалось несколько минут, чтобы наконец успокоиться; её поза расслабилась, и, когда она снова открыла глаза, на губах появилась улыбка. С облегченным вздохом она побрела на звук воды, не заботясь о том, куда именно идет, и просто наслаждаясь музыкой волн. Однако далеко она не ушла. Её расслабленная прогулка резко оборвалась, когда она услышала приближающиеся шаги оборотней и почувствовала тот самый резкий запах, ударивший в нос. Нахмурившись, она повернулась в их сторону, приняв слегка оборонительную позу, так как не была уверена, знают ли эти приближающиеся о её лояльности. Наоми отставила правую ногу назад и чуть присела, готовая в случае необходимости либо защищаться, либо бежать. Всего несколько секунд спустя два огромных волка, которых она раньше не видела, остановились прямо перед ней. Их зубы были оскалены, а головы опущены; они сверлили её угрожающим взглядом. Тот, что с темно-серебристой шерстью, даже сделал шаг вперед, своей массивной фигурой заставляя её попятиться. Второй, коричневый, но с более темной мордой, последовал его примеру, заняв позицию так, чтобы не дать ей обойти их. Глухое рычание эхом вырывалось из их глоток, пока они оттесняли её в сторону, противоположную той, куда она направлялась. Её темно-красные глаза изучали обоих волков. Она старалась сохранять спокойствие, двигаясь медленно, чтобы не злить их еще больше. Она не знала, чем заслужила такую реакцию, но была уверена, что они пришли сюда не для переговоров. Как только Наоми открыла рот, чтобы что-то сказать, из-за деревьев появился третий оборотень. Он был в человеческом обличье, одетый лишь в джинсы. Его взгляд был пристальным, испытующим и осуждающим. Он подошел к волкам, которые немедленно расступились перед ним, но остались стоять между ним и вампиршей. — Тебе здесь не место. — Его голос был низким и властным, давая Наоми понять, что именно он здесь главный. Она знала, что существуют две стаи, одну из которых возглавляет Джейкоб. Этот человек, судя по всему, был вожаком второй. — Уходи! Наоми чувствовала, что он с трудом сдерживает себя от того, чтобы не разорвать её на куски. Привилегию уйти невредимой она получила лишь благодаря особым обстоятельствам и тому, что они знали, почему она здесь. Она перевела взгляд с волков на полуголого мужчину. Издав ненужный вздох, она натянула на лицо извиняющуюся улыбку. — Прошу прощения, я не знала, что вторглась на вашу землю. Она постаралась, чтобы её голос звучал искренне и виновато, какой она себя и чувствовала, но на мужчину это, казалось, не произвело желаемого эффекта. Она осторожно подняла руки успокаивающим жестом, что, похоже, лишь еще больше разозлило ближайшего к ней волка. Из его глотки вырвался рык, и он облизнул пасть, словно собираясь наброситься. Он переминался с лапы на лапу, готовясь к атаке. — Пол! Предупреждение, прозвучавшее в этом имени, заставило волка от досады топнуть лапой, но он слегка расслабил стойку, не теряя при этом бдительности. Если бы ситуация не была такой напряженной, Наоми рассмеялась бы от этого зрелища. Вместо этого она решила опустить руки по швам. Пытаясь еще немного разрядить обстановку, она снова посмотрела на мужчину. — Я ценю ваш долг и ту защиту, которую вы даруете здешним людям, — тихо произнесла она. И она действительно так думала, несмотря на своё презрение к их навязчивому запаху. У неё не было дурных намерений, когда она это говорила, но оборотни, очевидно, восприняли это иначе. Полуголый мужчина, чье имя она уже успела забыть, раздраженно нахмурился и окинул её полным отвращения взглядом. — Не смей насмехаться над нами, пиявка, — прошипел он. Он сделал глубокий вдох, чтобы вернуть самообладание. — Уходи сейчас же, или мы выследим тебя, несмотря на перемирие. В его голосе звучала абсолютная серьезность, и Наоми не хотелось больше испытывать их терпение. Проглотив саркастическое замечание, она попятилась, увеличивая дистанцию между собой и оборотнями, не сводя с них глаз. Коричневый волк следовал за ней еще несколько метров, прежде чем тоже остановился, провожая взглядом её удаляющийся силуэт. С хмурым выражением лица Наоми направилась к одному из близлежащих городов. Солнце начало садиться за горизонт, что облегчало ей задачу по поиску подходящей жертвы для утоления жажды. Она намеревалась добраться до более злачного района города, чтобы найти одиноких прохожих, но, к своему удивлению, наткнулась на пьяного мужчину прямо за городской чертой. В своем нетрезвом состоянии он, должно быть, даже не понял, что вышел за пределы города вместо того, чтобы пойти домой. Это обстоятельство сыграло Наоми только на руку: она следовала за мужчиной до тех пор, пока он не оказался на безопасном расстоянии от любого источника света. Умелым движением она бросилась к мужчине и с той же скоростью утащила его в лес. С его затуманенным разумом он даже не успел среагировать, когда вампирша вонзила зубы ему в горло. Полные страха и боли крики мужчины приглушались её холодной ладонью. Это был один из тех редких моментов, когда Наоми отпускала свой самоконтроль, поддаваясь природе. Её хватка на теле жертвы была безжалостной; её совершенно не волновало, сломают ли ребра её сильные руки, обвившие его торс, или причинит ли боль ладонь, зажимающая ему рот. Утолив жажду, она свернула ему шею просто для перестраховки. Она слышала о вампирах, которые случайно создавали новорожденных, не убив жертву до конца. Чтобы избежать подобного исхода, она предпочитала ломать шею, прежде чем оставить тело падальщикам. Если бы её разум всё еще не был затуманен неприятной стычкой с оборотнями, она могла бы поискать жертву-женщину, чтобы раздобыть нормальную обувь. К сожалению, размер ноги этого мужчины был больше её собственного, поэтому она просто бездумно оттащила труп в место, где остро пахло хищниками. Они с удовольствием полакомятся легкой добычей, которую она им преподнесла. Низкое звериное рычание сорвалось с её губ, когда она вновь пережила недавнее воспоминание о свежей крови, стекающей по горлу. Сунув руки в карманы брюк, она неспешно брела по темному лесу. Её ярко-красные глаза выхватывали силуэты животных на деревьях и летучих мышей в кронах, выискивая потенциальную добычу, а на губах появилась веселая улыбка. Наоми думала о мифах, окружающих её вид, и не могла поверить, как кому-то вообще могла прийти в голову идея, что они способны превращаться в летучих мышей. Всё остальное казалось отчасти логичным, хотя «сгорание на солнце» было, пожалуй, слишком преувеличено. Впрочем, это давало людям ложное чувство безопасности — иллюзию того, что у них есть хоть какой-то шанс против вампира. Клеймо демонов делало использование религиозных атрибутов в качестве защиты хоть как-то объяснимым. Наоми с усмешкой покачала головой: порой она сама бывала весьма изобретательна, но такие небылицы выходили за рамки её самых смелых фантазий. Она задавалась вопросом, что бы сделали люди, если бы наконец узнали, что они больше не на вершине пищевой цепи. Что на этот раз они — дичь, а не охотники. При этой мысли на её лице расплылась зловещая ухмылка, но она быстро взяла себя в руки. Усмешка так и осталась на её губах, когда она осознала, что проводит слишком много времени в компании румын с момента их прибытия. Её мысли блуждали, пока солнце поднималось за плотным слоем облаков. «Еще один день», — подумала она про себя и тяжело вздохнула. Она продолжала думать об Инуретах и о том, в безопасности ли они до сих пор. Она понимала, что, вероятно, слишком сильно о них заботится, учитывая, что они умудрялись выживать без её вмешательства многие годы. Но она всё равно их любила; неудивительно, что Стефан время от времени называл их «её питомцами». Впрочем, это не мешало ей продолжать о них заботиться. Большинство кочевников, пересекавших этот регион, к тому времени уже знали, что этих людей трогать нельзя. Наоми приходилось время от времени напоминать об этом некоторым из них, используя свою способность, чтобы показать, что с ними станет, если они когда-нибудь посмеют на них поохотиться. Была середина дня, когда Наоми вернулась в дом Калленов, где сразу же наткнулась на Рэндалла. С забавным выражением лица он присоединился к ней по пути к двери. — Ты определенно умеешь заводить друзей, — констатировал он. Понимающий блеск в его красных глазах подсказал Наоми, что он тоже недавно охотился. Тем не менее его слова сбили её с толку. — Что ты имеешь в виду? — нахмурив брови, она посмотрела на идущего рядом кочевника, пока они поднимались по ступенькам на крыльцо. Рэндалл тихо рассмеялся. — Оборотни. Я видел, как ты вчера на них наткнулась, и сначала хотел помочь, — ответил он, снова усмехнувшись своим воспоминаниям. — Но зрелище было еще то: как они кипели от ярости, а ты вела себя так невинно и заботливо... — он на мгновение замолчал, глядя ей прямо в глаза, — ...с собаками. Он ухмыльнулся, когда они вошли в дом, а Наоми лишь пожала плечами, не в силах скрыть широкую улыбку, расплывающуюся на губах. Судя по всему, все вампиры были одного мнения об оборотнях, но Наоми была уверена, что никто из них — ну, за исключением, может быть, двоих — не захотел бы ввязываться с ними в драку. Все были милыми и дружелюбными ровно до тех пор, пока на повестке дня стояла встреча с Вольтури. Когда всё это закончится, любой вампир, подошедший так близко к их резервации и людям, которых они защищали, станет объектом охоты. Несмотря на довольно разочаровывающую стычку с другой стаей, Наоми оставалась верна своим словам. Она действительно ценила их попытки защитить людей на своей территории и придерживалась этого мнения. Но, если быть откровенной, она предпочла бы просто сосуществовать с этими оборотнями, а не контактировать с ними вживую. Как только Рэндалл и Наоми оказались в гостиной, женщине тут же вспомнилось то напряжение, от которого она сбежала. Оно вновь обрушилось на неё, и когда она посмотрела на приближающегося Эдварда с его серьезным видом, ей пришлось тяжело сглотнуть. Когда их взгляды встретились, она хотела подойти и спросить, что случилось, но он лишь покачал головой и кивнул в ту сторону, откуда появился Карлайл. Остальные свидетели последовали за ним в просторную комнату, и когда все собрались, Карлайл сделал небольшой шаг вперед, привлекая к себе внимание. Натянутая улыбка на его губах не коснулась глаз, и у Наоми появилось предчувствие, что момент, ради которого они все здесь собрались, уже совсем близок. Она выпрямилась, бросив взгляд на стоящих рядом Рэндалла и Мэри, прежде чем снова переключить внимание на своего наставника. Её руки были сцеплены перед собой, и она машинально потирала большим пальцем правой руки тыльную сторону левой ладони.