In the end

      Магистр Телло никогда не интересовался властью и путями ее достижения. Впрочем, он итак ею обладал, будучи по рождению альтусом, чему многие завидовали, а иные – боялись. Его гораздо больше увлекал процесс изучения тени и природы магии, а для этого занятия не нужен был помпезный дворец в Минратосе, достаточно было небольшого особняка в предместьях Азариэля. Он приобрел его давно, когда погибла жена, а после смерти единственной дочери старик переехал туда окончательно, совершенно отрешившись от мира и не заботясь о том, какие слухи вызывает его добровольное отшельничество. В лучшем случае его называли старым чудаком, а родня Данариуса с недавних пор и вовсе проклинала последними словами.       Телло с трудом выпрямил затекшую спину, оторвавшись от личного дневника, страницы которого были исписаны мелким аккуратным подчерком, и тяжело вздохнул. Его внучке Серене исполнилось пятнадцать зим, а магический талант так и не проявился. И если после смерти жены в Данариусе еще сохранялись нежные чувства к своему чаду, но только не теперь. Рождение сопорати в столь влиятельной семье было делом неслыханным, и каждый считал своим долгом ткнуть вдовца в этот прискорбный факт. Ходили слухи, что это даже не его дочь.       Телло, развивший за долгие годы практики талант сновидца, мог рассказать правду о внучке, но предпочитал отмалчиваться, не желая делать ее объектом исследований и экспериментов. Он наблюдал за Сереной из тени и в реальном мире, дивясь тому, какой она была необычной, и страшился, что ее тайна всплывет наружу. И все же молчал, охваченный неутолимым любопытством натуралиста, терпеливо наблюдающего за тем, как распускается бутон редкого цветка.       Когда всему магистериуму стало известно об отсутствии у девочки магического таланта, старик всерьез решил уговорить Данариуса передать Серену под его покровительство. Телло предлагал это и раньше, но гордость не позволяла отцу пойти на поводу у общественного мнения и публично отказаться от бесполезной дочери. Что ни говори, с его ослиным упрямством могла справиться только Клаудия, и многие в свое время завидовали их успешному тандему. Заглушив поток воспоминаний щедрым глотком Агреджио, против которого так бунтовал целитель, Телло принялся за составление очередного послания бывшему зятю. ***       Несмотря на то, что Серена была лишена матери, она не чувствовала недостатка внимания и любви, по крайней мере, всегда убеждала себя в этом. Она редко виделась с вечно занятым отцом и потому не знала, что с каждым годом он относится к ней все холоднее.       В раннем детстве девочка была неугомонной и смешливой, капризной в силу своего привилегированного положения. Она носилась по особняку со звонким смехом, и солнце ласково серебрило ее пепельные волосики, тонкие, блестящие и мягкие. Ее обучали языкам, наукам, истории и географии лучшие наставники. Девочка имела личного учителя магии, который обязан был обучить ее основам мастерства и проконтролировать развитие дара. В остальном Серена была предоставлена себе: отец никогда не выводил ее в свет, из-за малого возраста и из стыда.       Серена была общительна и любопытна и нуждалась в друзьях, но ей не разрешалось покидать пределов родового поместья, и потому приятелей пришлось искать в стенах дома. Помощники отца брезгливо воротили нос, когда видели, как она играет в саду с детьми рабынь, но вмешиваться было бы ниже их достоинства. Рабы, напротив, относились к ребенку теплее, так как большую часть времени она проводила именно под их присмотром и питалась с их скудного стола. Какое счастье, что господин Данариус был слишком занят делами, чтобы заметить, как опустилась его покинутая дочь.       К счастью или нет, но Серена смутно представляла, как устроено общество Тевинтера, поскольку росла в обособленном маленьком мирке, и никто не потрудился разъяснить ей детали подробно. Так, например, она не понимала, почему сопорати стоят ниже по социальной лестнице, чем магически-одаренные люди, почему домочадцы не любят эльфов и почему относятся к рабам так пренебрежительно. Она как-то рискнула спросить об этом учителя истории и была удостоена нудной лекции о гордости тевинтерцев, чистоте крови и о недоразвитости иных рас. И все же Серена не понимала, оторванная от высшего круга знати, чьи взгляды на жизнь повлияли бы на ее собственные. Настоящего зла и действительной жестокости она не видела со дня рождения и до своих пятнадцати лет. Тогда ее солнечный мир, наполненный романтическими мечтами, обернулся жутким кошмаром.