Принцесса огня

Спустя два часа Изуми открыла глаза. Дневной зной за окном немного спал, а сквозь плотные шторы пробивались длинные косые лучи предзакатного солнца. Малышка сладко потянулась, окончательно сбросив остатки сна, и сразу же перевела взгляд на стул у изголовья кровати. Мадам Бэй сидела всё в той же позе — с неестественно прямой спиной и сложенными на коленях руками. Казалось, она вообще не шевелилась эти два часа. Изуми села на постели, свесив ножки, и с надеждой заглянула служанке в лицо. — Зуко закончил тренировку? — звонким голоском спросила принцесса, поправляя растрепавшиеся волосы. — Я хочу к нему. Пойдём на пляж! Лицо мадам Бэй осталось абсолютно непроницаемым. Она медленно поднялась со своего места, и её высокая тёмная фигура нависла над кроватью. — Нет, Ваше Высочество, — сухо и твёрдо ответила служанка, отсекая любые возражения. — Принц Зуко ещё не закончил свои занятия с учителями. Но даже если бы он освободился, вам запрещено бегать по пляжу без ведома вашего отца. Изуми вскочина на ноги на кровати, обиженно прикусила губу, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. С Минг всё было так просто, а эта женщина рушила все её весёлые планы. — Но я хочу к Зуко! — упрямо топнула ножкой по матрасу трёхлетняя принцесса. — Принцессы Народа Огня не капризничают, — ещё холоднее произнесла мадам Бэй, протягивая руку к золотой заколке-короне на столике. — Сейчас время для вашего полдника и чтения исторических хроник. Пожалуйста, сидите смирно. Я буду приводить в порядок ваши волосы. Малышка покорно замерла, надув губы. Она поняла, что эта строгая няня ни за что не пустит её к брату. Спустя полчаса в покои принцессы вошёл пожилой учитель в строгих одеждах Народа Огня, и началась лекция. Для трёхлетней Изуми это было настоящим испытанием. Наставник монотонно читал свитки о великих завоеваниях предков и генеалогическом древе Хозяев Огня. Малышка, конечно же, ничего не понимала в силу своего возраста. Каждые пять минут её взгляд ускользал от сухих иероглифов. Сидя на коленях, она с огромным интересом принималась разглядывать пол из татами. Изуми крошечным пальчиком увлечённо обводила переплетения соломенных соломинок, изучала аккуратные ровные швы на стыках матов и пыталась сосчитать узоры на плотной тканевой кайме. Мадам Бэй стояла у двери, словно каменное изваяние, и каждый раз, когда девочка слишком сильно отвлекалась, строго откашливалась, заставляя Изуми выпрямлять спину. Спустя час лекция наконец завершилась. Старый учитель поклонился и покинул комнату. Изуми, у которой уже затекли ножки и разболелась голова от скучных речей, устало поднялась. — Я хочу к Зуко, — упрямо и уже со слезами на глазах повторила принцесса, глядя на няню. — Зуко хороший. Он не читает скучно. Пойдём к нему! Мадам Бэй даже не шелохнулась. Её лицо оставалось суровым маской. — Нет, Ваше Высочество, — ледяным тоном отрезала служанка, пресекая всякую надежду. — Я уже говорила вам: принц Зуко занят. До ужина вам запрещено покидать эти покои. На сегодня ваши обязанности — это тихие игры в пределах этой комнаты. Проявите терпение, недостойное поведение лишь разгневает вашего отца. Изуми бессильно опустила ручки и шмыгнула носом. Золотая заколка-корона на её голове казалась ей сейчас ужасно тяжёлой, а сама комната — настоящей золотой клеткой. — После моих занятий Минг меня отпускала! — звонко и отчаянно воскликнула Изуми, топнув маленькой ножкой по полу. Из её глаз брызнули слёзы обиды, но в голосе прозвучало небывалое для трёхлетней девочки упрямство. — Я знаю, что Зуко сейчас не тренируется! Я хочу к брату! Мадам Бэй даже бровью не повела. Её высокая фигура осталась неподвижной, а суровый взгляд сверху вниз пригвоздил малышку к месту. — Минг больше здесь не работает именно потому, что потакала вашим капризам, Ваше Высочество, — отчеканила служанка, и её голос прозвучал сухо, словно шуршание старого пергамента. — Что делает принц Зуко — вас не касается. Мой приказ остаётся прежним: вы никуда не пойдёте. Садитесь за стол и займитесь тихими играми. Изуми резко замолчала. Она сердито нахмурилась, так сильно сведя брови к переносице, что между ними появилась забавная крошечная складка. Её пухлые губки плотно сжались, а кулачки сжались от бессильной ярости. В этот момент, несмотря на свой нежный возраст, она была поразительно похожа на своего отца, принца Озая, когда тот бывал кем-то крайне недоволен. Малышка демонстративно отвернулась от мадам Бэй, уселась посреди ковра спиной к ней и упрямо уставилась на запертую дверь, всем своим видом показывая, что она ни за что не покорится этой злой, строгой женщине. Вдруг снаружи послышался глухой щелчок замка. Тяжёлая деревянная дверь покоев медленно приоткрылась, и в комнату заглянул Зуко. Семь лет — а он уже выглядел уставшим после долгого дня, но стоило ему увидеть сестрёнку, как его лицо посветлело. Изуми мгновенно подскочила с ковра, позабыв про все свои обиды на злую няню. Она со всех ног бросилась к выходу, весело перебирая ножками, а её личико озарилось счастливой детской улыбкой. — Зуко! — звонко и радостно закричала трёхлетняя принцесса. Она подбежала к брату и с разбегу крепко обняла его за пояс, утыкаясь носом в его одежду. Золотая заколка-корона на её макушке снова весело покачнулась. Зуко удивлённо охнул от такого напора, но тут же ласково обнял малышку в ответ, погладив её по спине. Однако радость Изуми длилась недолго. Из глубины полумрака комнаты послышался сухой, покашливающий звук. Мадам Бэй медленно поднялась со своего жёсткого стула, расправила плечи и устремила на юного принца свой фирменный ледяной взгляд. Почувствовав, как в комнате снова похолодало от одного лишь взгляда мадам Бэй, Изуми мгновенно растеряла всю свою радость. Она испуганно притихла и прижалась к Зуко ещё сильнее, буквально вцепившись пальчиками в его алое одеяние. Малышка спряталась за его плечо, оставив снаружи только один большой, испуганный глаз, и замерла в надежде, что старший брат ни за что не отпустит её и не отдаст этой страшной, строгой женщине. Зуко почувствовал, как сестрёнка мелко дрожит, и его сердце сжалось от жалости. Он покрепче обнял её одной рукой за плечи, защищая от холодного взгляда няни, а вторую руку непроизвольно сжал в кулак. Мадам Бэй тем временем сделала два размеренных, бесшумных шага вперёд. Её высокая тёмная фигура замерла прямо перед детьми. — Принц Зуко, — сухо и ровно произнесла служанка, наклонив голову в безупречном, но лишённом всякого тепла поклоне. — Рада видеть вас в добром здравии. Однако Её Высочество принцесса Изуми сейчас занята тихими играми в своих покоях. Ей не положено покидать комнату до самого ужина. Прошу вас не нарушать установленный порядок. Зуко сглотнул вставший в горле комок. Ему самому было жутко под этим пронзительным взглядом мадам Бэй, которую одобрил сам отец. Но когда маленькая Изуми жалобно шмыгнула носом у его бока, семилетний принц понял, что просто так не уйдёт. Зуко почувствовал, как Изуми ещё сильнее вжалась в его бок. Он перевёл взгляд на мадам Бэй и, постаравшись придать своему семилетнему голосу максимальную твёрдость, произнёс: — Хорошо. Если Изуми нельзя выходить, тогда я останусь здесь. Я поиграю с ней в её комнате. Маленькая принцесса, услышав это, мгновенно повеселела. Она ослабила хватку, подняла голову и сияющим взглядом посмотрела на брата. Поняв, что Зу-зу её не бросит, она победоносно зыркнула на строгую няню. Мадам Бэй недовольно поджала свои и без того тонкие губы. Придраться было не к чему: принц не нарушал приказ Озая, Изуми оставалась в покоях, а тихие игры королевских детей не были запрещены. — Как пожелаете, принц Зуко, — сухо ответила служанка, плавно отступая назад к своему жёсткому стулу. — Но помните: игры должны быть тихими. До ужина остался один час. Я буду наблюдать за порядком. Она снова опустилась на стул, превратившись в безмолвное бордовое изваяние. Зуко выдохнул, взял Изуми за руку и увёл её вглубь комнаты, подальше от ледяного взгляда няни. Они уселись на мягкий ковёр у кровати. Малышка тут же вывалила перед братом кучу своих игрушек и камушков, бережно собранных на пляже, полностью готовая к самой весёлой игре этого вечера. - Знаешь, Зуко, - весело начала Изуми. – Сегодня я взяла в руку такой камешек, оранжевый и сжала ладошку…и он исчез! А потом взяла дургой, серый камешек, сжала ладошку, и он не исчез! Это был волшебный камень! Зуко почувствовал, как у него внутри всё похолодело от страха. На лоб выступила холодная испарина. В его семилетней голове мгновенно сложилась страшная картинка. Если отец узнает, что трёхлетняя Изуми, просто играя на пляже, без всяких тренировок смогла развить такой сильный внутренний жар, что расплавила янтарь... Зуко будет опозорен окончательно. Озай и так считал старшего сына слабаком и никчёмным магом, а на фоне такого феноменального таланта младшей сестры Зуко просто превратится в глазах отца в пустое место. Отец разозлится ещё сильнее и сделает его жизнь невыносимой. Да и саму Изуми Озай тут же запрёт на изнурительные тренировки, лишив её всякого детства, как он уже делал с Азулой. Зуко испуганно скосился на мадам Бэй, проверяя, не расслышала ли она. Строгая служанка сидела неподвижно, глядя прямо перед собой. Тогда юный принц наклонился к самому ушку сестрёнки и схватил её за пухлые плечи, отчаянно и горячо зашептав: — Изуми, послушай меня внимательно. Тс-с-с! — Зуко прижал указательный палец к своим губам. — Больше никому, слышишь, никому об этом не говори! Ни маме, ни Азуле... и особенно папе! Обещаешь? Малышка испуганно захлопала ресницами, глядя на взволнованное и бледное лицо брата. На её макушке тревожно качнулась золотая заколка-корона. — Папе нельзя? — тихонько, едва слышно переспросила она, интуитивно понимая, что папа действительно бывает очень грозным. — Нельзя, — твёрдо подтвердил Зуко, сглотнув ком в горле. — Если папа узнает про волшебный камень, он заберёт у тебя все игрушки и заставит весь день учиться, как Азулу. Пожалуйста, Изуми. Это наш с тобой секрет. Изуми серьёзно кивнула своей маленькой головкой и крепко прижалась к брату. Тайну янтарного камня они спрятали глубоко в своих сердцах.