#недопишу

Иногда Чимин слишком счастлив, чтобы мыслить здраво. Тревоги и заботы испаряются в солнечных лучах и растворяются в воздухе. — Хён, идём? Он протягивает руку Юнги, чтобы поднять с дивана — им пора на тренировку. Юнги тянет на себя, резко и сильно, роняя рядом. Чимин не успевает даже охнуть, оказываясь вмятым в подушки. Его пытаются утрамбовать в углу, похлопывая. — Хён хочет спать, потому что кое-кто шумел всю ночь. — Не всю! В эту секунду Чимин счастлив. Он хрипит, он смеётся, вяло отбиваясь. Его вдохновляет белизна потолка и голубое небо за окном. Его восхищает видеть фигуру Юнги на любом фоне, если быть честным. На себя не посмотреть со стороны, чтобы осознать в полной мере — я здесь, сейчас я здесь, тут красиво, ярко. Но он видит других, рядом, важных, нужных и любимых. Юнги нависает сверху, зафиксировав в нелепой позе, и хочется его обнять хоть как-то — Чимин вытягивает шею, чтобы чмокнуть в щёку. — Эй! Вы на треню идёте или как? — Конечно! Помоги отлепить Чимина, он отказывается вставать. Чонгук лезет защекотать. Юнги, отойдя в сторонку, стряхивает пылинки с футболки. На завтрак были яйца с жидким желтком. Опустив ноги в прохладную воду бассейна, Чимин вслушивается в шуршание пальмовых листьев. Он закрывает глаза. Всё... непривычно, хоть и уже было в прошлом. Америка. Совместное проживание с одногруппниками. Взаимодействия, в которых пытаешься нащупать общую тему и поймать одинаковое настроение. Перед разговорами всегда пауза и многозначительный вздох — слов так много, не знаешь, какие именно подобрать. Находясь в армии, думал что на воле будешь жить полноценно, круто, и всё возможно. А оказалось, что пустота внутри никуда не девается и порой ты в полной растерянности и в заднице. Всё, что радовало секунду назад, начинает давить. Слёзы стекают по лицу, скапливаясь под подбородком. Груз ответственности прибивает. Хосок называет всех мякишами и тащит растрястись. — Вперёд! Быстренько! Чимин оборачивается на Юнги, чтобы проверить, с ними он или нет. — Хён? Вновь протянутая рука, и вновь — ладонь в ладони, но Юнги начинает танцевать некое подобие классического танца, подходя и отходя и кружа Чимина на месте.