Красная королева Севера

Дредфорт, 281 год от З.Э.

      Воздух в родовой комнате замка был необычайно тяжелым и спертым, пропитанным запахом пота, крови и горящих трав. За окнами, узкими бойницами, вырезанными в толще древних стен, завывал стылый северный ветер, но внутри, у очага, пляшущего зловещими тенями по каменной кладке, царил удушливый жар. Леди Бетани Болтон, урожденная Рисвелл, металась на пропитанных потом простынях, ее темные волосы, обычно уложенные в строгую прическу, спутались и прилипли ко лбу.        Её супруг, лорд Русе Болтон стоял в тени, у дальней стены, его бледные, почти бесцветные глаза, подобные двум осколкам льда, не выражали ничего, кроме холодной отстраненности. Он был одет в простой темный дублет, и лишь искусная вышивка в виде ободранного человека на воротнике напоминала о его принадлежности к дому Болтонов. Его неподвижность и молчание создавали гнетущее напряжение, куда более ощутимое, чем крики его жены. Рядом с ним, почтительно опустив голову, стоял мейстер замка, старик с дряблой кожей и бегающими глазками, в руках он перебирал склянки с настоями. Этот год был обманчиво теплым, в истории его назовут Годом ложной весны. Но здесь, в стенах Дредфорта, весна не ощущалась. Холод древних камней, казалось, впитался в самые души его обитателей.       Роды были долгими и мучительными. Бетани, дочь лорда Рисвелла, известная своей сдержанностью и тихим нравом, кричала так, что, казалось, сами камни замка стонали в ответ. Повитуха, женщина с суровым, обветренным лицом, что-то шептала, обтирая лоб леди влажной тканью, но ее слова тонули в агонии роженицы. Наконец, с последним, истошным воплем, на свет появился первый ребенок. Мальчик. Мейстер торопливо обрезал пуповину и, обмыв младенца, завернул его в чистые пеленки. Он был крепок и здоров, с пучком темных волос на голове. — Домерик, — тихо, но властно произнес Русе Болтон, выходя из тени. Его голос, всегда тихий и ровный, заставил всех вздрогнуть. Он подошел к повитухе и заглянул в лицо сына. В его бледных глазах на мгновение промелькнуло нечто похожее на удовлетворение. Наследник. Это было главное. Имя «Домерик», означающее «принадлежащий Богу», было выбрано им заранее — ироничный выбор для лорда, чья вера в Богов, Старых или Новых, была предметом сомнений. Но муки леди Бетани не закончились. Повитуха, с удивлением и тревогой переглянувшись с мейстером, объявила, что будет еще один ребенок. Эта новость не вызвала на лице лорда Болтона никаких эмоций. Он лишь молча кивнул и вернулся к своему месту у стены, вновь погрузившись в тень.       Второй ребенок родился быстрее, но его появление на свет ознаменовалось не криком боли, а пронзительным, чистым звуком, который эхом отразился от каменных стен. Это был не плач новорожденного, а нечто иное — высокий, звонкий и на удивление мелодичный звук, подобный удару маленького серебряного колокола.       Все в комнате замерли. Даже леди Бетани, обессиленная, приподняла голову, услышав этот странный, почти неземной звук. Повитуха, держа на руках крошечную девочку, с благоговейным страхом смотрела на нее. Младенец, такой же темноволосый, как и ее брат, издал этот звук лишь раз, а затем затих, жадно хватая ртом воздух.       Русе Болтон снова подошел к ложу. Он взял дочь на руки, его холодные глаза внимательно изучали ее крошечное лицо. Девочка была меньше брата, но в ее чертах уже угадывалась будущая красота дома Рисвеллов.       — Она будет зваться Белла, — произнес он, и в его тихом голосе впервые за долгие часы прозвучала нотка, похожая на интерес. — Потому что ее первый крик был подобен колоколу. Пусть ее голос всегда звучит так же ясно и пронзительно, напоминая о ее рождении в стенах Дредфорта.       — Да, милорд, её голосок как звонкий колокольчик, — утомленно со слабостью сказала леди Бетани.       Он вернул дочь повитухе. Два наследника в один день. Мальчик, который унаследует его земли и имя. И девочка, чей необычный первый крик уже выделил ее из череды обычных северных леди. Лорд Болтон посмотрел на своих детей, и никто не мог бы сказать, какие мысли и планы рождались в этот момент в его холодной, расчетливой голове. В Дредфорте, где редко слышался смех, рождение близнецов Болтон ознаменовалось истошным криком и звоном колокола, предвещая новую главу в мрачной истории древнего дома. И одной из них было предназначено изменить судьбу не только потомков Красных королей, но и всего Вестероса, когда придет её час.