Темный путь к себе

В покоях стояла тишина. Король все еще спал, а его обнаженное тело окутывала лишь легкая простыня. Шоё подходил медленно, стараясь не разбудить. Он знал, что как только Тобио очнется — все снова изменится. Несмотря на все время, что они провели за последние месяцы. Несмотря на то, что произошло между ними этой ночь. Парень тихо приземлился в мягкое кресло рядом с кроватью и принялся молча разглядывать короля.  «Мы с тобой прошли слишком многое. От дворцовых тренировок и потайных прогулок до запретных поцелуев в пустых коридорах. Тогда мне казалось, что ты — единственное светлое, что у меня есть. И может быть, так и было…» Шоё сжал пальцы. В груди что-то защемило от той чистоты, которая была когда-то — и от того, как изуродовало ее время. Он вспоминал тот вечер, когда Тобио впервые поцеловал его. Тот взгляд — полный нежности, волнения и смятения. А потом… был страх. И гнев. И кровь. «Ты знал, Тобио?..» — Хината продолжал молча, наблюдать за спокойным, даже почти беззащитным лицом. Спящим, и от этого кажущимся добрым. Но за этим лицом скрывалось слишком многое. Шоё вспомнил, каким он сам был эти месяцы. Спокойным. Немного странным. Наивным. Он вспомнил, как смотрел в глаза королю ночью. Как чувствовал на себе его руки. Его дыхание. Он вспомнил, как сильно хотел его оттолкнуть — и как отчаянно тянулся обратно. И теперь, вернув все — память, боль, сны, запах крови — он вдруг усмехнулся: «Малыш Шо, ты был таким искренним и честным... Потому что не знал, кого ненавидел все это время». Нет. Он не ненавидел конкретно Кагеяму. Он ненавидел прошлого короля. Корону. Этот замок. Тобио не был его врагом. Но и не героем этой истории. Неизвестно сколько прошло времени с тех пор, как Шоё погрузился в мысли. Но король наконец зашевелился на мягкой кровати. Глаза еще не открылись, но руки рассеянно шарили по простыням рядом. Хината тихо усмехнулся, наблюдая за этим. Знал, что ищет король. Точнее — кого.  —Доброе утро, Тоби — бросил парень полушепотом, с легкой ухмылкой. Кагеяма замер. Глаза тут же распахнулись. Он знал этот тон голоса. Знал, кто его так когда-то называл. По телу пробежала дрожь, когда взгляд метнулся в сторону кресла. Он резко сел, простыня соскользнула на пояс. Смотрел на Хинату широко раскрытыми глазами, будто не веря в происходящее. Но выражение лица Шоё не оставляло сомнений. —Ты... ты вернул память? — прошептал он хрипло, опуская ноги на пол. Сидел теперь напротив и пронзительно всматривался в чужие глаза. Хината не ответил сразу. Лишь выпрямился в кресле, позволив свету упасть на черную ткань мантии. Она была не просто символом — сейчас она была вызовом. —Да. Вернул — наконец спокойно произнес он. Взгляд короля метнулся к мантии, и он словно побледнел. —Она же не означает, что ты… —Она означает, что я — это я. Весь. Со всей историей. Шоё встал, голос не был злым. Он был тихим. Глубоким. Словно говорил не с врагом, а с кем-то, кто... Парень подошел медленно. Каждый шаг приближал его к нужному ответу. —Тоби, ты знал? Знал... что твой отец убил мою семью? — почти прошипел парень, встав прямо перед королем. Смотрел на него сверху вниз. И понимал, что от ответа зависит очень многое. Король замер. Он не верил. Даже не сразу понял, что только что услышал. Его лицо исказилось от ужаса. —Что?.. Нет. Это... это невозможно. Он... он любил тебя, ты же был рядом, ты... —Он казнил их. Хладнокровно. На моих глазах. Меня... только по счастливой случайности не добили. Шоё говорил спокойно. Слишком ровно для такой информации. Даже с легкой улыбкой. Но глаза были полны невысказанной боли и ненависти. И в эту секунду Кагеяма потерял равновесие — не физически, но внутренне. Словно пол под ним треснул. Все, что он считал правдой — рассыпалось. Хината долго стоял молча. Вглядывался в реакцию, анализировал поведение. Пока наконец не выдохнул, устало, проведя рукой по волосам.  —Так ты и правда не знал... — пробормотал он. Не знал, что чувствовать и что делать в этой ситуации. Если бы Тобио знал обо всем — было бы проще. Проще мстить. Или проще уйти. Спустя мгновение Шоё молча протянул королю письмо, которое пряталось в его кармане. —Прочти, если хочешь знать больше. Тобио медлил. Но затем, не отрывая взгляда от лица парня, все же взял письмо. Тонкие пальцы развернули пергамент. Глаза быстро скользили по строчкам. И с каждой новой фразой черты его лица становились все напряженнее. Он застыл, рука с письмом опустилась, не сразу смог вдохнуть. —Я не понимаю... Почему все произошло так? Отец ведь всегда... — пробормотал он без эмоций, глухо и пусто. —Всегда что, Тоби? — тихо продолжил Шоё — Всегда любил меня? Всегда присматривал и воспитывал? Когда-то, наверное, так и было. Но результат ты и сам видишь. —Да нет же...ЧЕРТ! — выпалил король вскакивая на ноги. Простыня тихо скользнула на пол. Он сделал шаг ближе — Здесь точно что-то не так. Отец не был таким. Ты же сам знаешь.  Перед глазами Хинаты всплыло воспоминания. То самое, что пришло ему в видении у зеркала. Но теперь он помнил все до мельчайших подробностей. Прошлый король и правда улыбался, когда умирал. Благодарил по непонятным причинам. И смотрел так... как когда-то давно. Когда все было простым, мирным и теплым. Как отец смотрит на сына.  «Нет. Нельзя. Не сомневайся, Шо» мысленно скомандовал себе парень. А Кагеяма медленно шагнул еще ближе, заглядывая в карие глаза. —Даже если все было и так. Это ведь был не я, Шо — прошептал он, почти умоляюще — Не я приказывал. Не мои руки исполняли. Я не знал. Ты сам это понял. Парень слабо усмехнулся. На лице читалась болезненная усталость. —Ты не приказывал. Но ты — король. И этот замок по-прежнему подчиняется старым законам — Он не сделал ни шага назад. И Кагеяма тоже. Напряжение между ними сгущалось. Король потянулся вперед и едва коснулся пальцами чужой линии подбородка. —Ты все еще... — он запнулся, вопрос казался неуместным в такой ситуации , но Тобио не мог его не задать — Ты все еще хочешь быть со мной? Шоё замер, взгляд дрогнул. А затем — опустился. Сейчас он не мог дать ответ ни себе, ни Кагеяме. Тобио чуть прикусил губу. Рука уже не просто касалась, а нежно скользила по щеке, затем — за ухо, по шее. Он придвинулся ближе, и дыхание снова стало общим. Он не касался губ, но почти... —Я не... — начал Хината, но голос короля перебил его. Будто Кагеяма знал, что сейчас мог сказать парень. И намеренно не хотел слушать. —После этой ночи… я не могу смотреть на тебя как прежде — прошептал он почти в губы. —И я — выдохнул Шоё, прежняя стойкость и спокойствие дали небольшую трещину — Но это не делает все проще. В этот момент в дверь раздался громкий стук.  —Ваше Величество, прошу прощения, у меня срочное посла — прозвучал взволнованный голос слуги. Тобио разочарованно выдохнул и нехотя отстранился. Легкий халат скользнул на его плечи и только потом слуге было позволено войти внутрь. Хината тем временем тихо упал обратно в кресло.  Слуга, бледный и запыхавшийся, замер на пороге, увидев обоих мужчин и опустил голову, в поклоне. —Ваше Величество… Советник Ойкава. Он просил срочно доложить, что появились новые данные по расследованию. Настаивает, чтобы вы явились как можно скорее. Он говорит… это касается внутренних заговоров. Тобио нахмурился. Напряжение, едва приутихшее в комнате, снова выросло. —Хорошо. Я иду — коротко бросил он. Слуга снова склонился и исчез за дверью. Король бросил последний взгляд на Шоё, не хотел уходить. Но тот лишь пристально взглянул в глаза. И прошептал едва слышно: —Тоби. Что бы ни случилось там... не говори Ойкаве, что я все вспомнил. Ни слова. Ни намека. Кагеяма удивленно посмотрел на него: —Почему? —Иногда правда опаснее молчания. Доверься мне… хотя бы раз — слегка усмехнулся парень. Кагеяма отнесся к этой просьбе с подозрением, но все равно кивнул. И приведя себя в порядок, тут же покинул покои. Он шел быстро. За такое количество времени Тоору наконец проявил себя. И королю нужно было понять, что происходит, как можно скорее. Даже не смотря на противоречивые эмоции, которые бушевали внутри после разговора с Хинатой.  Как только за Тобио закрылась дверь, Шоё решительно поднялся на ноги и подошел к зеркалу. С которым теперь было связано много воспоминаний. Разговоры с собой в одинокой тишине комнаты. Воспоминания пронзающие голову. Признание. Пронзительный взгляд короля, направленный прямо ему в глаза. Тела в отражении — сплетенные в полумраке ночи. Пальцы дрогнули на холодной поверхности зеркала. Он видел себя. Уже не наивного, не сломанного, но и не прежнего. —Кого ты любишь, Хината Шоё? Тобио был первым. Тем, кому он отдал себя без остатка. Тем, кто научил мечтать, а потом — бояться. Его голос до сих пор звучал в памяти, как колыбельная. А теперь — как напоминание. Кенма был тихой гаванью. Тем, кто спасал без слов. Кто не требовал, а просто ждал. Кто поцеловал — не чтобы взять, а чтобы остаться. Атсуму... был бурей. Болью. Привязанностью. Напоминанием о том, что даже в пустоте можно смеяться. Что можно жить с ожогами. Что можно вернуться. И быть встреченным. Он сжал кулаки. Ответов не было. Только осознание: он все еще на границе. Между сердцами. Между людьми. Между решениями. Но Шоё понимал, что время сделать окончательный выбор придет уже совсем скоро. Наконец он выдохнул и приложил ладонь к холодной поверхности. Под кожей появилась небольшая магическая руна и парень пробормотал с усмешкой в голосе: —Эй, лис. Я знаю, что ты меня слышишь. Если не появишься через 5 секунд, то я тебя... Хината не успел договорить. В зеркале появилась знакомая черная воронка. Вот только уже не такая маленькая. Он отступил на пару шагов назад. И спустя мгновение оттуда вылетел Тсуму с широченной улыбкой на губах. Крепкие руки тут же подхватили парня и закружили по комнате.  От удивления Шоё на несколько долгих секунд замер в этой хватке. Но, в конце концов, не слабо так стукнул блондина по затылку.  —Ай-ай — зашипел тот и поставил парня на ноги — Именно вот такой встречи я и ожидал в прошлый раз — последовал короткий смешок. —Хватит дурачиться — усмехнулся Хината. Без злобы. Даже с искренней радостью и теплом в глазах. Атсуму долго смотрел на парня, не отрывая глаз. Потом медленно, демонстративно, опустил взгляд по мантии повстанцев и насмешливо приподнял бровь. —Черный тебе, конечно, идет, Феникс… но мне больше нравится, когда ты в одной рубашке и с лихорадкой, а я тебя... —Вот уж нет — фыркнул Хината, толкая его в грудь ладонью и какое-то общее воспоминание тут же мелькнуло перед глазами — Больше ты меня так на руках не потащишь. —Может, я и не врач, но все равно знаю, как тебя лечить — ухмыльнулся Мия, поймав ладонь. Шоё на секунду растерялся от намека, но затем усмехнулся. —Слишком поздно. Я уже принял королевскую дозу… теперь, кажется, никакие народные средства не помогут. —Ты что, блин, всю ночь был с ним? — Атсуму резко изменился в лице, уже без иронии. —Вообще-то отчасти благодаря тебе это произошло. И я говорил тебе. Всё сложно. — Хината ответил спокойно, лишь пожав плечами. —А я тебе говорил, что с такими сложностями можно остаться без союзников — и хоть в голосе звучал упрек, руки Мия все равно вновь обняли его — чрезмерно крепко, чтобы быть просто дружескимм жестом. Шоё снова удивленно округлил глаза, когда почувствовал себя в крепких объятиях. Но тут же лениво усмехнулся и мягко потрепал Тсуму по волосам. —Ладно, ладно, лис. Я тоже рад тебя видеть. Но я тебя позвал не за объятиями. Сцена уже готова. Мне нужна твоя помощь.  Мия отстранился. В глазах горел вопрос, но губы уже растянулись в коварной улыбке. Такие слова от главы могли значить лишь одно — нужно привести к исполнению какой-то интересный план.  Так и было. Хината спокойно посвятил блондина в свой план. Четко рассказывая и инструктируя, где именно ему может понадобиться помощь. Когда он замолчал, Тсуму не на шутку взволнованно затараторил: —Эй, эй, лепесток. Подожди. Ты же это не серьезно? Не говори, что ты правда на это пойдешь! —Пойду, если придется. Во всем этом хаосе... возможно это будет последним моим правильным решением — с дрогнувшей улыбкой ответил он — Именно поэтому мне нужно, чтобы ты был рядом, когда придет нужный момент. Мия знал, что спорить нет смысла. Поэтому у него не оставалось другого выбора, кроме как быть во всеоружии и надеяться, что Хината все-таки отбросит эту идею так далеко, как только это возможно.