Not Yours To Bleed

Когда на следующее утро Нил постучал в дверь Эндрю, его впустил Жан. Он уже пережил разбор ситуации с Табе и не собирался упускать ни секунды общения с Жаном и Эндрю, если это было в его силах. Он даже проглотил холодный завтрак над раковиной, чтобы как можно быстрее добраться до дома. Он лишь слегка хромал , мышцы болели после ночи, но боль утихала по мере того, как он двигался. Он на мгновение прижался к Жану, позволяя себе запомнить ощущение его объятий, а затем выглянул из-за него, туда, где Эндрю и Рене придвигали диван к стене, а кот цеплялся за него широко раскрытыми, растерянными глазами. -Что они делают? — спросил Нил, и губа Жана слегка дрогнула. -Они собираются провести спарринг, а я пойду выпью кофе. Как только диван был убран и гостиная превратилась в пустое пространство, Эндрю схватил кота и подошел к Нилу, его взгляд, как обычно, скользнул вниз, и он заметил нового обитателя дома. -Что у тебя на запястье? — спросил Эндрю, указывая на черную повязку, которая покрывала его от ладони почти до локтя. -Сегодня мне нужно его надеть, — сказал им Нил, протягивая котенка для осмотра. Эндрю переложил котенка в свободную руку, без слов отдав приказ держаться подальше. -Я, в принципе, не пострадал. Но, видимо, когда я не появился ни в одной из социальных сетей с прошлой ночи… люди запаниковали. Они вызвали полицию. Брови Эндрю удивленно взлетели вверх. -Да, Бароны выпустили заявление, в котором говорилось, что я что-то вывихнул и мне нужна медицинская помощь, чтобы объяснить, где я нахожусь. Так что сегодня мне придётся выйти и сфотографироваться в этом.-Табе выглядел довольно раздражённым из-за всего этого сегодня утром, но на этот раз его недовольство никак не было связано с Нилом. В аккаунте @BaronsOfficial Бароны опубликовали фотографию, сделанную вчера вечером , где он сидит, положив ракетку на плечо, с подписью: « Наш игрок под номером 10 вчера вечером проходил медицинское обследование после нашей победы в чемпионате! Не волнуйтесь, его запястье в достаточно хорошем состоянии, чтобы подписать контракт на следующий год. Ищите Нила Джостена в нашем стартовом составе этой осенью — Вперед, Бароны! » -Что? — спросила Рене, подойдя поближе, чтобы послушать. -На стадионе был рейд. И много людей арестовали. Но это не моя вина, — поспешил он добавить. -Я был там, где должен был быть. -Они арестовали десять человек», — сказала Рене, пролистывая новости на телефоне. -Кто они были? -Я не знаю, — сказал Нил. -Это не имеет ко мне никакого отношения. Жан бросил на него резкий взгляд, словно хотел поспорить, но Эндрю, видимо, больше не хотел продолжать разговор, занял позицию посреди гостиной и, как обычно перед физическими нагрузками, начал разминать плечи. Нилу это тоже нравилось — наблюдать за движением лопаток под футболкой, за появлением и исчезновением сухожилия на шее, когда он хрустел позвоночником. На нем были спортивные штаны и обычные нарукавники — одежда, не стесняющая движений. Закончив разминку, он повернулся к Нилу, встретившись с ним взглядом. -Это может обернуться неприятностями, — предупредил его Эндрю, и Нил растерянно моргнул, посмотрев на Жана. -Они очень сильно сопротивляются, это может вызвать у тебя негативную реакцию> -Вас это беспокоит? -Сначала так и было. Могли бы лучше пойти прогуляться, — предложил Жан, но Нил уже качал головой. Даже когда Эндрю достал ножи, он испытывал скорее любопытство, чем страх. -Можно мне одолжить нож, Эндрю? — крикнула Рене, стоя у двери, ведущей на балкон, и вытянув одну руку на груди. -Если вы сможете отнять у меня хотя бы одну. -Ага, так вот как? -Так оно и есть. На мгновение они просто стояли, глядя друг на друга с небольшими, казалось бы, дружелюбными улыбками. Рене была одета в мягкую одежду, не стесняющую движений, но ее руки были обнажены от плеч до запястий. Она дважды подпрыгнула на носках, а затем бросилась на Эндрю. Нил ожидал, что это будет похоже на тренировку, или, по крайней мере, на что-то более разумное. Он ошибался. Это было так же жестоко, как и те поединки, которые Нил видел в детстве, хотя крови было значительно меньше. Их движения были такими же яростными, такими же безжалостными — несколько раз Нил был уверен , что даже если Эндрю на самом деле не пытался вонзить нож в живот Рене, у него не было бы времени нанести удар, если бы она не заблокировала его руку в последнюю секунду. Это казалось реальным, и на мгновение единственное, что удерживало его здесь и сейчас, — это виляющая кошка у него на руках и присутствие Жана рядом. Потребовалось несколько глубоких вдохов и несколько моментов, когда Рене вступала в схватку с Эндрю, прежде чем он смог убедить себя, что никому на самом деле ничего не угрожает. Нил ожидал, что Рене избежит хватать Эндрю, избежит прикосновений, поскольку Эндрю был категорически против этого. Но она этого не сделала. Рене, не имея ножа, попыталась приблизиться и контролировать удары Эндрю, крепко сжимая его запястья, отчего у Нила пересохло во рту от беспокойства. Он искал в глазах Эндрю хоть какую-то пустоту, отстраненность, которые охватили его во время панической атаки, но видел лишь ясное, сосредоточенное намерение. Эндрю использовал её хватку как рычаг, чтобы приблизиться к его коленям на расстояние удара, воспользовавшись тем, что она не могла отпустить его руки, если хотела избежать удара ножом. Когда её хватка наконец ослабла, он резко ударил ножом, лезвие издало отчетливый звук от скорости и силы удара. Нил понял, что крепко держит котёнка, когда тот мяукнул в знак протеста, и с извинениями положил его на столешницу, надеясь, что у котёнка хватит инстинкта самосохранения, чтобы не прыгнуть в импровизированный ринг. Когда Жан коснулся его руки, заставив отвести взгляд от драки, его расслабленное выражение лица помогло прочистить гул в ушах; пульс участился, когда он пытался успокоиться. Теперь у Рене был нож — это произошло, пока он отвернулся, и она дразнила Эндрю, когда он тряс запястьем, пытаясь снять с него нож. Ее майка почти доходила до бюстгальтера, обнажая бедра и живот. Она не стала терять времени, поправляя одежду, и снова принялась за дело с Эндрю. На этот раз, вместо того чтобы прижаться к нему, она двинулась вперед, чтобы нанести удар лезвием, и только повернув его плоской стороной к животу Эндрю, ей удалось предотвратить убийство. Эндрю замер и кивнул, отдавая ей очко, но не было ни паузы, ни возобновления игры. Просто Эндрю начал давить на нее, толкая ее через всю комнату, пока не добился своего собственного очка. Они продолжали в том же духе, постоянно находясь в шаге от катастрофы, словно его и Жана не было с ними в одной комнате. Эндрю ни разу не взглянул на него, но Рене не дала ему ни секунды, чтобы его внимание отвлеклось. Не если он хотел остаться в живых. Она воспользовалась тем, что Эндрю нанес удар коленом, схватила его за руку и перебросила через бедро, сбив его с ног и прижав к земле так, что у Нила сжался желудок от начинающегося страха. Эндрю относился к экстазу как к работе. Иногда Нилу удавалось увидеть, как он пытается это сделать, но это случалось нечасто. Здесь же его внимание было абсолютным. Здесь Рене полностью завладела его вниманием, его глаза сверкали, когда он следил за ее движениями, его грудь тяжело вздымалась, когда она следовала за ним вниз, на пол. Оказавшись там, он ударил ее рукой по ковру, чтобы заставить ее отпустить нож, и несколько напряженных мгновений прошли, пока она наконец не смогла обездвижить его. Но он остановился. Он, по какому-то невысказанному сигналу, ослабил хватку на своем ноже, пока они боролись за превосходство. Нил вздрогнул, когда спина Эндрю перекатилась по его лезвию, и искренне надеялся, что порезался не случайно, а намеренно. Несколько раз ему удавалось перехватить ее хватку и прижать к себе, и только после нескольких мучительных мгновений беспомощности кто-то из них касался земли, сигнализируя об окончании текущей схватки. В отличие от Балтимора, победитель не праздновал победу, набирая очки, а как можно быстрее восстанавливался, не делая передышки. Они молчали, сосредоточившись, вскоре оба вспотели насквозь и тяжело дышали. В тот момент, когда Эндрю крепко держал Рене, прижав её руку к горлу, из гостевой спальни вышел Джереми, с встали дыбом волосы, одетый только в рубашку и трусы. Он обошёл Рене, не глядя ни на одну из них, и направился к кофейнику. -Нил, — пробормотал он, а затем, казалось, полностью проснулся. -Привет, Нил, доброе утро. Есть кофе? -Я только что сварил кофе, — сказал Жан своему мужу, притянув его к себе для поцелуя. Он показал Джереми, где стоят кружки, воспользовавшись случаем, чтобы достать одну и для Нила. -Нил, как ты любишь свой кофе? Этот вопрос застал его врасплох настолько, что он отвернулся от того места, где Рене каким-то образом умудрилась выскользнуть из объятий Эндрю и сесть ему на бедра, обрушивая на его руки град ударов, пока он пытался прикрыть голову. Она нанесла ему удар по челюсти с такой силой, что звук его скрежета зубов заставил всех троих зрителей вздрогнуть. В гнезде Нил съел его с таким количеством сахара и молока, какое только смог найти, пожертвовав кофеином ради калорий. -Черный, — сказал он, теперь, когда мог, и обхватил пальцами горячую кружку, когда ее поднесли к нему. Сделав несколько осторожных глотков и понаблюдав, как котенок сворачивается калачиком в корзинке, Жан положил руку на плечо Нила. -Я хотел бы задать тебе вопрос, и ты можешь смело ответить отказом. -Ты говоришь как Эндрю, — с улыбкой сказал Нил. -Хорошо, — перебил Джереми, но успокаивающий взгляд Жана заставил его замолчать. В гостиной раздался сдавленный вскрик, означавший еще одно попадание. -Можно ли будет мне когда-нибудь увидеть вашу татуировку? Нил моргнул, обдумывая вопрос. Он не понимал, зачем Жану это нужно; иногда Нил мог вообще забыть об этом. Из всех отметок на его теле, которые он носил против своей воли, он полагал, что это единственная, которую Жан не видела. Было время, когда они с Жаном знали каждый сантиметр кожи друг друга, и, возможно, как и его заказ кофе, эти перемены ему нужно было испытать на себе. Нил поставил кружку, закатал рубашку, вытащил одну руку из рукава и обнажил туловище от бедра до плеча. -Я не это имел в виду, — сухо ответил Жан, но всё же сократил расстояние между ними, слегка коснувшись пальцами бедра Нила. Нил поднял глаза, ожидая увидеть на лице Джереми либо бесстрастное, либо шокированное выражение, как это обычно бывает при виде его кожи, но тот потягивал кофе и наблюдал за дракой, совсем не глядя на Нила. Пальцы Жана медленно скользнули по голове демонического пса у него на бедре, затем по его телу вверх, к хвосту, который ниспадал между лопатками, а ладонь покоилась на восходящем солнце. На обратном пути он провел пальцами по шрамам под ними, оставляя рваные следы. -Vous pouvez toujours les voir , — тихо сказал он Нилу, проводя особенно чувствительным пальцем по неокрашенной стороне его спины. Нил вздрогнул от этого ощущения, но только потому, что нервные окончания казались странными. Он не боялся прикосновений Жана. И никогда не будет бояться. Бесчисленное количество раз его прикосновения будили его посреди ночи, после долгих дней, когда он едва мог выносить собственные руки, и он сразу понимал, что это такое. Безопасность. Даже когда кончики пальцев Жана коснулись ушибленной, горячей кожи следа от укуса на его плече, он не отшатнулся. Он ответил на том же языке. - C’est juste une autre marque. Жан задумчиво промычал, не отрывая руки от кожи. -Может быть… — он замолчал, не закончив фразу. Нил резко повернулся, подняв руку, чтобы коснуться лица Жана там, где раньше была черная татуировка в виде цифры «3». За исключением небольшого, едва заметного пятна, ее уже не было. Кевин решил закрасить свою, а Жан решила полностью ее стереть. При этой мысли Нил понял, что его татуировка – не единственное новшество для Жана. Он приподнял другую сторону рубашки, обнажив шрамы от ожогов на противоположном бедре, отчего Жан яростно выругался. Повышенный голос испугал Джереми, который посмотрел на него, увидел, что Нил все еще полураздет, и силой воли снова обратил внимание на Рене и Эндрю. Жану пришлось отложить кофе и присесть, чтобы осмотреть бедро, что было неудобно из-за травмированной ноги. Ему было трудно опуститься на пол, и, скорее всего, ему понадобится помощь, чтобы встать. Нил должен был встать на стул, понял он с опозданием, чтобы лучше рассмотреть место, где когда-то на его коже было вырезано имя Рико. Жан провел рукой по всей ожоговой ране, и Нил вздрогнул, когда потрогал чувствительную кожу. -Мы вам мешаем?»— сладко спросила Рене, и Нил покраснел, поняв, что звуки драки незаметно для него затихли, и что она видит только макушку головы Жана и его обнаженный торс. -Да пошли вы к черту, ​​— сухо сказал ей Жан, опираясь на столешницу, чтобы подняться на ноги. Он пошатнулся, но сумел самостоятельно восстановить равновесие. -Кто это сделал? — потребовал он ответа. -Рико? Нил покачал головой и пожал одним плечом. - Кто? — настаивал Жан, и Нил снова покачал головой, но Жан уже был непреклонен и не собирался отступать. -Это был Ичиро? — выдохнул он, его темные глаза пристально смотрели на Нила, который резко покачал головой. - Мой отец, Жан, пожалуйста , — коротко ответил он, и Жан несколько поник, выглядя немного виноватым в том, что вытянул из него ответ. Нил не хотел, чтобы тот расстраивался, поэтому он подошел к нему ближе, позволяя знакомой тяжести своей внешней стороны бедра лечь на менее поврежденный тазобедренный сустав. -Простити, — резко выпалил Жан по-английски, понимая, что все четверо теперь смотрят на него. -Мне не следовало давить. -Не извиняйся, — резко ответил Нил, теперь понимая, что заставило Жана захотеть увидеть его татуировку. -Да, если ты нанесешь татуировку поверх неё, она всё равно останется-. Ему не нужно было, чтобы Жан раздевался. Ему не нужно было спрашивать, какой из шрамов Жана он ненавидит больше всего. Это он сам поддерживал его в чистоте, предотвращая инфекцию, пока им было запрещено зашивать его. -Они сказали, что дермабразия не подходит, — тихо сказал Джереми, подойдя, чтобы налить себе кофе. -Я всё ещё думаю, что татуировка, возможно, была бы неплохой идеей. -Это не такая уж большая… — Жан оборвал себя на полуслове. — Это очень важно. Но иногда я забываю об этом. -Вы закончили драться? — спросил Нил Эндрю, который выглядел так, будто всерьёз подумывал о новом раунде. Им обоим нужен был душ, но почему-то не врач. Самой серьёзной травмой был синяк, закрывающий челюсть Эндрю, уже опухший и начинающий синеть, и порез, из которого сочилась кровь на бицепсе Рене. Рене ответила за них обоих: -Я закончила. Я бы хотела принять душ, а потом мы планировали встретиться со всеми в парке, и вы можете присоединиться к нам. -Мне нужно поговорить с Эндрю перед тем, как мы уйдем. Наедине, — сказал им Нил, найдя руку Жана и крепко сжав ее, чтобы успокоить его и на удачу. Эндрю резко повернул голову в сторону своей комнаты, а Нил, вздохнув, приготовился и последовал за вратарем. Спальня Эндрю была точно такой же, как и в ту ночь, когда ею пользовался Нил, и когда Эндрю закрыл за ними дверь, у него возникло то же ощущение, будто он находится в недоступном для него месте. Он позволил себе на мгновение насладиться этим чувством, на случай, если это был последний раз, когда он его испытал. Он закрыл глаза, глубоко вздохнул, и когда открыл их, Эндрю был совсем рядом, так близко. Его золотистые глаза впились в глаза Нила, кожа все еще была покрасневшей, а мышцы расслабленными после драки. -Ты всё ещё можешь уйти от меня, — заставил себя выпалить Нил, вывернув палец назад так сильно, что боль приковала его к этому месту. Он должен был выговориться, так или иначе, это было наименьшим из того, чего заслуживал Эндрю. Блондин моргнул, застигнутый врасплох. Нил чувствовал себя здесь не на своем месте, в этом святилище, которое Эндрю построил для себя и когда-то разрешил ему одолжить. Стоя здесь и видя Эндрю в его собственной комнате, он не мог не почувствовать, что его присутствие каким-то образом оскверняет это место. -Объясни, — приказал Эндрю, скрестив руки. Его футболка, все еще пропитанная потом, плотно облегала грудь и прилипала к вмятинам на бицепсах, отвлекая Нила, пока тот пытался объяснить. -Вчера вечером Табе сообщил мне, что лорд Морияма в курсе, что я сбежал. Из Вашингтона. Вместе с тобой. Моё наказание… не за горами. Он ещё не решил, каким оно будет. И он может напасть на тебя за причастность. Но ты всё ещё можешь уйти. Если хочешь — если хочешь, мы можем прекратить… встречи наедине. Я не буду злиться, обещаю. Эндрю склонил голову, глядя на него. -Как ты будешь? Нил сглотнул. -Расстроен, — сказал он. Я буду расстроен, но пойму. Нет причин рисковать. -И в чём именно заключается этот риск?- Лицо Эндрю снова приняло привычное скучающее выражение, и Нилу это было не нужно. Он хотел видеть тот румянец, который покрывал его нос и щёки, сосредоточенность в глазах, ту энергичную походку, которую он так жаждал видеть на корте. Он не хотел этого разговора, не хотел, чтобы Эндрю воспринимал это всерьёз, но знал, что это необходимо сделать. -Мой… наш план состоит в том, чтобы сказать лорду Морияме, что я… что мы стали друзьями-. Он подождал, пока Эндрю кивнет, прежде чем продолжить. -И для тебя будет безопаснее, если мы так и оставим. - Нил проигнорировал пустое чувство, которое возникло у него в животе, когда он говорил о будущем, которого не хотел. -Мы могли бы просто поговорить.- Нил заставил себя вызваться добровольцем. -Это не обязательно должно быть чем-то большим. -Поцеловать тебя, да или нет? -Что бы ты ни решил, Эндрю… -Нет-. Он подошел ближе, почти касаясь меня, его мокрые волосы, подсвеченные гирляндой, приобрели золотистый оттенок, когда он приблизился. -Дело было не в том, чтобы получить то, чего я хочу, Нил. Дело было в нас обоих. В поцелуе с тобой. Да или нет? Нил кивнул головой. -Да. Да, я этого хочу. Но… -Прикасаться к тебе, да или нет? -Да. В следующий раз голос Эндрю заговорил хриплым. -Касаться твоего члена, доводить тебя до оргазма. Доводить тебя до оргазма. Да или нет? -Да, — выдохнул Нил, и руки Эндрю потянулись к нему, схватив за запястья и раздвинув его руки. Эндрю прижал его к стене, так что у него не осталось возможности убежать. У него перевернулся желудок, но не от чувства незащищенности, а от головокружения, от того, как быстро его тело переключилось с разговора на желание почувствовать руки Эндрю. Его тело помнило это место. Эндрю растянул это, заставил его подождать, прежде чем прижать их губы друг к другу, открыть рот и начать лизать Нила, разгадывая все споры, все здравые мысли, стирая их зубами и языком, словно он родился, чтобы играть на Ниле как на музыкальном инструменте. Вскоре у него задрожали колени не от того, насколько плохо все это закончится, а от отчаянной потребности в том, чтобы руки Эндрю исследовали его глубже, чем когда-либо прежде. -Как я это вижу, — прохрипел Эндрю, проводя губами по ключице, в то время как его руки, его руки , отпустили запястья и нащупали пояс. -Этот Ичиро … — Эндрю произнес это с невнятной интонацией. — …использует любой предлог, чтобы наказать тебя, даже если мы ничего не сделаем-. Он прервал свою мысль, отвлекшись на очередной поцелуй с Нилом. -Я не делаю ничего, чего бы мне не хотелось делать. Он легким движением большого пальца расстегнул пуговицу на джинсах Нила, позволив поясу расстегнуться, а молнии начать расстегиваться. Его ладонь коснулась члена Нила, и даже несмотря на слой ткани между ними, он дернулся, словно сам по себе напрягаясь, ожидая прикосновения Эндрю. -Я никому не позволяю указывать мне, чего я не могу делать. И это в полной мере относится и к вашему господину. -Эндрю… — Нил попытался еще раз; было гораздо труднее сосредоточиться на том, почему им не следует этого делать, когда руки Эндрю лежали на нем, а его член наполнялся. -Мы еще можем это остановить. Мы еще можем сказать… -Нет, Нил, — перебил его Эндрю. -Я остановлюсь, если ты скажешь мне остановиться. Я всегда остановлюсь, если ты скажешь мне остановиться. Но несмей … — он подчеркнул это слово сильным нажатием руки на его член, отчего Нил зашипел, почувствовав давление и тепло, разливающиеся по его телу. -Открывать рот и позволять ему пользоваться собой. -Это буквально всё, что я для него делаю, — сказал Нил, прежде чем передумал и поморщился. К своему удивлению, Эндрю усмехнулся. Это был зловещий смех, но в его глазах читалось настоящее веселье. -Не здесь, — поправил он. -Ты не будешь делать так поступать ради него, будучи со мной-. Он отодвинул трусы Нила, освободив его. Холодный воздух был шоком для чувствительной кожи, но он раздвинул ноги, позволяя Эндрю обхватить его пальцами, чтобы почувствовать, как сильно он этого хочет. Эндрю нежно поглаживал его от основания до кончика, отчего Нил встал на цыпочки, пытаясь догнать его пальцы, когда они оторвались от его кожи. -Я дал себе обещание, что никогда не позволю никому другому так мной управлять-. Эндрю прижался ближе, снова упер руку в бока и провел ртом по шее Нила. «Менее стойкий человек, — подумал Нил, — развеселил бы его банальными фразами о том, что он в безопасности, о нем заботятся и что никто больше никогда не причинит ему вреда. Он попытался бы успокоить его ложными обещаниями и заверил бы, что все будет хорошо». Всё это было нехорошо. Нилу было всё равно. Если это было разрушение, он наслаждался каждой секундой падения. -Я тебя разберу на части. И когда я закончу и соберу тебя заново, ты откажешься от мысли, что мы не можем быть вместе. Договорились? -Договорились. Долгое время это были последние слова, которые они произнесли, Эндрю снова прижался губами к его губам, и Нил перестал замечать что-либо, кроме медленных, дразнящих движений его руки и ощущений от прикосновения его губ к его губам. -Эндрю, м-можно ли мне, м-можно ли это… -Выкладывай, Нил, я занят.- Эндрю царапал пальцами нижнюю часть его члена, и Нил застонал громче, чем когда-либо мог себе представить. -Можно поцеловать тебя в шею? Или это нежелательно? Эндрю замер на несколько мгновений, перечитывая просьбу, а затем слегка наклонил голову в сторону, давая ему доступ. -Остановись, если я скажу. В ответ Нил лизнул длинную полоску кожи Эндрю от ключицы почти до уха и зашипел сквозь зубы, когда рука Эндрю крепко сжала его член. Эндрю вздрогнул под ним, вкус его кожи и пота был пьянящим на языке. Он повторил движение, и Эндрю резко отдернул шею, щеки его покраснели. Его глаза были почти полностью озарены желанием, а дыхание прерывистым. Нил облизнул губы. -Прислонись головой к стене и перестань вести себя как… -Тебе понравилось, — сказал Нил с уверенностью, которую обычно испытывал только с ракеткой экси в руках. В ответ Эндрю несколько раз резко дернул его за член, и Нил забыл, как говорить. Он зашипел сквозь зубы от боли, когда ладонь Эндрю зацепила ожог от ковра, оставшийся с прошлой ночи. Эндрю тут же отстранился от него, положив обе руки на бедра Нила и ожидая, пока тот откашляется и заговорит. Он старался не надавливать слишком сильно на уже имеющиеся синяки, нежно проводя большим пальцем по его тазовой кости — манера, которая уже стала для него привычной. Его глаза были так близко, так полны чего-то, что Нил не мог назвать, пока он ждал объяснения. -У меня есть шишка, она болит, когда к ней прикасаешься, — объяснил он, и Эндрю опустил взгляд, словно впервые увидел член Нила. С опозданием Нил понял, что Эндрю не очень внимательно его рассмотрел, когда они начали. -Можешь п-посмотреть, — неуверенно сказал Нил, и Эндрю тут же присел перед ним на корточки, опустившись на колени. Нил изучал это движение, такое умелое, такое непривычное. Его учили вставать на колени ещё в детстве, и обычно он делал это грациозно, если только кто-то не бил его при опускании. Эндрю не стал тратить время на то, чтобы придать движению красивый вид, он просто опустился на колени перед ним, как будто осматривал члены каждый день своей жизни. Его пальцы осторожно ласкали его, оценивая размер, форму, раздражение от ожога от ковра, о котором он почти забыл. -Ты сказал, что мой минет был на десятку, — сказал Эндрю, глядя на него снизу вверх и не отпуская его член. Нил сглотнул, вспомнив смелые слова, которые он отправил по СМС со своего мобильного телефона, и то, как они внезапно оказались очень актуальными для его нынешней ситуации. -Мне нужен словесный ответ, Нил. Мой рот на твоем члене, да или нет? -Да, но… — он слегка заерзал в объятиях. — Это что-то новое. Для меня. Поэтому я могу оказаться не очень хорошим. Эндрю поднял одну бровь. -И… — он замолчал. Он чувствовал, как его возбуждение слегка угасает; он так нервничал, что эрекция уже не была полной. Его пульс участился, он был уверен, что то, что он собирался сказать, заставит Эндрю передумать. -Я не… я не могу… я не думаю. Я… -Хорошо, — перебил его Эндрю. -Во-первых, это не обмен. Во-вторых, мне это от тебя не нужно. Я, наверное, никогда не захочу, чтобы ты делал мне минет, но это тема для другого разговора.- Одна из рук Эндрю обхватила его бедро, слегка впиваясь в него. -Так что, да или нет, мой рот на тебе? Нил сглотнул, не желая говорить вслух, что он был бы более чем счастлив ответить взаимностью, если бы Эндрю решил, что хочет, чтобы ему сделали минет, он просто не думал, что сможет избежать кровотечения, если переспит с ним. Он не знал, как сказать Эндрю, что если тот попытается, Нил сломается. Что у него до сих пор всё болит после вчерашнего. С трудом он оторвал эти мысли и сосредоточился на том, что предлагал ему Эндрю. -Да, — кивнул Нил, нервно теребя всё тело от волнения и предвкушения. Он хотел попробовать, и, похоже, Эндрю тоже. Эндрю снова и снова говорил ему, что он может остановиться, если это потребуется, ему просто нужно будет что-то сказать, если дело зайдёт слишком далеко. Эндрю поднялся на ноги и порылся в верхнем ящике комода, пока не нашел небольшой фольгированный пакетик. Нил успел почувствовать холодное прикосновение смазки к кончику своего члена, прежде чем на него надели презерватив. У него сжалось сердце, он подумал, не думает ли Эндрю обо всех местах, где побывало его тело, обо всех его испытаниях. Не чувствует ли он, что ему нужно защитить себя от того, кем был Нил. -Это со вкусом колы, — сказал Эндрю, махнув бедром так, будто точно знал, о чем думает Нил, и был этим не впечатлен. Эндрю снова и снова повторял, что делает только то, что хочет, и это не имело никакого смысла: Эндрю предлагал это, если Нил на самом деле этого не хотел . С ним. Нил был никем, у него ничего не было, Эндрю ничего не хотел. Он не был готов к тому, что горячий рот Эндрю опустится на него и проглотит целиком. Он вскрикнул, внезапно испугавшись, что сейчас же кончит, но затем его тело расслабилось, и он обмяк, прислонившись к стене. Это было слишком. Влажное сосание на его члене, язык Эндрю, прижатый к нижней части, стараясь не слишком сильно надавливать на натертое место, жар его тела. Даже едва заметная искорка боли от трения заставила его желудок бешено закружиться. Нил лихорадочно теребил руки о стену позади себя, впиваясь ногтями в краску, пытаясь удержаться на ногах, а внизу Эндрю с непристойным звуком кончил ему на член. Нил посмотрел вниз на золотистые глаза, устремленные на него снизу вверх, отчаянно надеясь, что то, что Эндрю увидел на его лице, заставит его продолжить; Нил не был уверен, что способен говорить в данный момент. Правая рука Эндрю поднялась, чтобы соединить их пальцы, крепко сжав их в кулаке, что отвлекло Нила, когда он снова принялся за работу. Эти две точки соприкосновения — губы Эндрю, обхватившие его член, и кончики пальцев, впивающиеся в тыльную сторону ладони, — зафиксировали Нила там и воспламенили его. Он не мог сказать, как долго это длилось, или были ли слышны издаваемые им звуки гостям Эндрю, — всё, что он знал в то время, это то, что он чувствовал. Когда Эндрю сглотнул, его пылающие золотистые глаза метнулись к лицу, Нилу стало плохо. Он даже не успел предупредить его, прежде чем кончил, его член дернулся в горле Эндрю. Эндрю смотрел на его лицо во время оргазма, или, по крайней мере, предполагал, потому что перед глазами у него побелело. Как только Нил закончил, у него подкосились ноги, он сполз вниз по стене, а рубашка задралась сзади. Руки Эндрю обхватили его бедра, когда его ягодицы с тихим глухим стуком ударились об пол, и их взгляды снова встретились. Эндрю стоял на коленях между его раздвинутыми ногами, и в данный момент всё, что мог делать Нил, — это смотреть на него, его мысли были приятно пусты, он тяжело дышал, словно только что сыграл две партии подряд. У Эндрю щелкнуло горло, когда он сглотнул, глаза широко раскрылись. Он не задыхался, как Нил, но его штаны выпирали спереди, давая Нилу понять, насколько сильно это на него повлияло. Он вспомнил, что Эндрю не смотрел на его член, пока он сам не позволил, и с трудом заставил себя снова посмотреть на лицо Эндрю. Тот снова красиво покраснел, цвет выделялся на его щеках. -Можно ли мне… — начал Нил, а затем перефразировал. -Что бы… -Можешь посмотреть, — сказал ему Эндрю, и Нил позволил себе рассмотреть тело Эндрю. Тот был все еще одет — ничего нового в обнаженном виде не было, но изменилось то, как Нил смотрел на него. Нил почувствовал, как легкое покалывание в животе, оставшееся после оргазма, вспыхнуло вновь, когда он увидел, как мышцы бедра Эндрю проминают влажную хлопчатобумажную ткань, окутывавшую их, заставляя ткань натягиваться и морщиться вокруг его мощных бедер. Как выпирал его член, напрягаясь у шва между ног. Было ли это темное пятно ткани от его предыдущих выходок, или же член Эндрю умолял о собственном внимании? Нил только что кончил, но подумал, что, возможно, если Эндрю кончит, он сможет повторить. Когда он наконец поднял взгляд, Эндрю уже пристально смотрел на него, его румянец стал ещё ярче, а дыхание прерывистым. -Дайте мне несколько минут, я сейчас вернусь. -Эндрю с трудом поднялся на ноги и закрыл за собой дверь в ванную, оставив Нила сидеть на полу с расстегнутыми штанами и отвратительным скользким следом использованного презерватива. Он с гримасой снял его и глубоко вздохнул, ожидая, когда его накроет тошнота, как это обычно и случалось. Эндрю долго пробыл в ванной; к тому времени, как он вернулся, Нил перебрался на кровать, выбросил презерватив, спрятал свой член обратно в штаны и приоткрыл дверь, чтобы впустить взволнованного кота. Он тут же свернулся калачиком на подушке Эндрю, как будто имел полное право там находиться, мурлыкая, пока Нил гладил его по спине. К тому времени, как Эндрю оделся и лёг с ним на кровать, стыд, вина и отвращение к самому себе ещё не настигли его. -Ты в порядке? — проворчал Эндрю, и этот вопрос был настолько неуместным, настолько нехарактерным для него, что Нил рассмеялся. Это заставило Эндрю повернуться к нему лицом, губы сжались в тонкую линию. -Обычно после этого меня начинает трясти. Я не люблю, когда меня трогают. Трудно усидеть на месте. Я должен был сказать тебе об этом до того, как мы начали. -В этом-то и странность, я не чувствую себя виноватым. Эндрю изучал выражение лица кота, который бодал его головой, требуя больше внимания. Он не знал, что делать с этим чувством покоя. Это было похоже на переход к тяжелой ракетке — одновременно знакомой и непривычной, — и нарушало его равновесие. -Я всё жду этого. Я… — он оборвал себя на полуслове, но Эндрю сделал свой привычный жест «продолжай». -Обычно это происходит потом. Я стараюсь подождать, пока останусь один, и тогда это как-то внезапно настигает. Всё сразу. -Попробуй прямо сейчас. Нил фыркнул. -Эндрю, я не могу. Ты здесь, так что я не один. -Хочешь, я вернусь в душ? — саркастически спросил он. -Нет, — сказал Нил, чуть было не повернувшись, чтобы ударить его, как бы ударил Жан. Но он вспомнил замечание Эндрю о том, что ему не нравится, когда его трогают после этого, и не стал этого делать. Он глубоко вздохнул, позволяя воздуху проникнуть вглубь легких, прежде чем выдохнуть. -Я не чувствую себя плохо, — наконец сказал он, и Эндрю улыбнулся ему. -Именно это все хотят услышать после минета. Эндрю продолжал подшучивать над ним, дразнить его, пока они покидали безопасность его спальни. Они собрали обувь и приготовились присоединиться к своим друзьям. Нил пытался понять, что он чувствует, но его мысли были слишком заняты Эндрю. Эндрю, который целовал его влажными волосами, нежно покусывая нижнюю губу. Эндрю, который шел с ним так близко, что их плечи почти соприкасались, но не совсем. Эндрю, чьи золотистые глаза напоминали ему о том, как он смотрел на него снизу вверх, обхватив его член ртом каждый раз, когда тот смотрел в его сторону. Нет, он не понимал, что чувствует. Но в тот момент, когда они пересекали кованую железную границу Центрального парка, он точно знал, что Эндрю Миньярд только что разрушил его жизнь.

***

Они почти сразу заметили Жана, Рене и Джереми, которые делали селфи посреди пешеходной дорожки. Жана было трудно не заметить в толпе, но также бросалось в глаза то, как люди, казалось, оставляли для них пространство, разветвляясь, словно река вокруг ветки. Было тепло, идеальное утро для прогулки на свежем воздухе, и количество людей в парке немного пугало. Пока Нил и Эндрю пробирались сквозь толпу, Рене заметила их и повела своих парней навстречу. Жан заметно хромал, делал короткие шаги на травмированной ноге и отставал. Это было бросалось в глаза, и даже незнакомцы, проходя мимо, поглядывали на его наколенник; его напарники никак не могли этого не заметить. -Мы только что видели водохранилище! — сказал Джереми, ухмыляясь, когда они приблизились на расстояние, позволяющее говорить. -Почему ты хромаешь? — тут же спросил Нил у Жана, которая в ответ поморщилась. -Я постепенно восстанавливаю силы. -По условиям контракта мы не обязаны контролировать количество пеших прогулок Жана во время этого отпуска, — сказала Рене, и лишь легкая нотка неодобрения прозвучала в ее голосе. -Ну, я на это не соглашался, — сказал Нил, подталкивая Жана к черной железной скамье. -Садись. -Со мной все в порядке, — попытался он возразить, хотя и соглашался с этим. Но, сев на скамейку, он старался не сгибать ногу, а вытянул ее в сторону. -Кажется, я повредил ее сегодня утром. Мне действительно нужно походить, чтобы восстановиться… -Да, я уверен, что именно это и имел в виду доктор Бадвай: «тренироваться до изнеможения, не обращая внимания ни на что…» — Джереми замолчал, когда Джин бросила на него холодный взгляд. -Извини. Молчу. У Жана было знакомое Нилу выражение лица — упрямая несгибаемость, которая обычно проявлялась только тогда, когда он сам вел себя необычайно упрямо. Поэтому он разыграл свой лучший козырь, надеясь, что этого будет достаточно. -Ты хочешь сказать, что, получив первый шанс отдохнуть после травмы, ты его упустил ? Жан бросил на Нила совершенно равнодушный взгляд, но ей не пришлось придумывать язвительный ответ, так как прибыли остальные члены их компании. Эш, Эллисон, Уайлдс, Бойд, Дэвид Ваймак, Би, а также Аарон и Кейтлин пробирались сквозь толпу к ним, образуя фалангу в море незнакомцев. Они образовали свободный полукруг вокруг скамейки, где сидели Жан и Нил, отчего он слегка напрягся из-за внезапной близости такого количества людей. Единственным признанием своего дискомфорта Нил позволил себе лишь слегка приблизиться к Жану так, чтобы их ноги соприкоснулись. Взгляд Эндрю метнулся к нему, заметив движение, прежде чем переключить внимание на своего близнеца. На мгновение Нил слышал только жужжание голосов, возбужденных, граничащих с криками, когда они приветствовали друг друга. Толпа позади них прижала группу ближе, и Нил сложил руки на коленях, отвечая на приветствия людей улыбками, которые, как он надеялся, не выглядели слишком натянутыми. Ему отчаянно хотелось и того спокойствия и уверенности, которые сопровождали его из квартиры, и возможности побыть на улице, но такое количество людей, так близко, вызывало у него отвращение. -Джереми, — позвал Жан, и муж тут же резко повернул голову к нему. -Принеси мне кофе, пожалуйста. То, как тело Джереми совершило полный круг, пытаясь понять, где Жан видела кофе, было достаточно комичным, чтобы разрядить нарастающее напряжение Нила. -В двух кварталах отсюда есть магазин, — сказал Эндрю, указывая налево. Рене достала свой телефон, и они немного посовещались, почти соприкасаясь плечами, глядя на экран. Нил не совсем понимал, как Эндрю мог чувствовать себя так комфортно, когда её тело почти касалось его, или как он оставался таким спокойным во время их утренней спарринг-схватки. Синяк на его челюсти от её кулака теперь был в полном расцвете, но, похоже, его совершенно не волновала их близость. Однако он незаметно отошёл, когда остальные Лисы столпились, чтобы посмотреть на её телефон. Нил подумал, может быть, это потому, что она женщина, но она определённо доказала, что способна причинить ему боль этим утром. -Мы оба пойдем? — спросил Джереми у Рене. Ее взгляд остановился на Жане и Ниле, которые все еще сидели на скамейке, с мягкой улыбкой на лице. -Мы устроим гонку, — решила она, и, поскольку Джереми хотел уточнить, убежала. Наступила секундная неразбериха, после чего Джереми громко выругался и бросился за ней, а за ним следом Дэн, Мэтт, Кейтлин и, мгновение спустя, Эллисон, которая, сунув каблуки в объятия растерянного Эш. -Вот они и ушли, — пробормотал Ваймак, воспользовавшись внезапно появившимся вокруг них свободным пространством и сделав несколько шагов назад. Нилу стало немного легче дышать, теперь, когда его не окружали. -Вижу, у тебя было продуктивное утро, — тактично сказала Би Эндрю, указывая на свое лицо без синяков. -Я вижу, вы с Рене всё ещё избиваете друг друга ради забавы, — продолжил Ваймак. В ответ на этот допрос Эндрю лишь слегка пожал плечами. -Нил тоже теперь в этом замешан? Что вы сделали, задушили его? -Как твоя нога, Жан? — спросила Би, успешно переведя разговор в другое русло после того, как тишина стала неловкой. У Жан было достаточно историй о том, как властно вела себя Рене во время его выздоровления, чтобы их хватило до возвращения команды. -Черный, — сказал Джереми по возвращении, протягивая Нилу чашку и сжимая в его руке бублик. Он протянул еще одну чашку Жану. -Не черный. Нил удивленно моргнул, увидев, как остальные лисы расположились, скрестив ноги, на земле вокруг них. Он посмотрел на Жана, чтобы понять, нормально ли это, и увидел в ответ легкую понимающую улыбку и пожатие плечами. Эш даже не колебался, чтобы броситься к ним, поэтому Нил решил, что все в порядке. Странно. Но в порядке. -Вы не возражаете, если я сяду с этой стороны? — спросил Ваймак, и тишина снова затянулась, пока Нил не понял, что вопрос задают ему самому. Он кивнул, не зная, хочет ли он встать и освободить ему место, или же остаться между ним и Жаном. В конце концов, он выбрал второй вариант, и Нил лишь слегка напрягся, садясь, оставив достаточно места между ними для еще одного человека. -Я бы тоже сел на землю, но никогда бы не встал. У меня больное бедро. -От игр? — спросил Жан, и Нил начал разворачивать свой бублик, скорее для того, чтобы посмотреть себе на колени, чем для того, чтобы действительно его съесть. -Да. Когда это случилось, я был значительно старше тебя. Ты еще молод, Жан, я бы поставил сто долларов на то, что этой осенью ты вернешься в основной состав. -Поздравляю с победой! — крикнул кто-то пробегающий мимо Аарону, который сморщил нос, а остальные лисы разразились смехом. В нескольких шагах от группы Эндрю спрятал зажигалку в карман и пожал плечами, когда Нил посмотрел в его сторону. Дэн и Мэтт потрепали «нового Эндрю» по волосам, а тот в знак протеста отмахнулся от их рук. -Ты всё ещё играешь? — спросил Эш, и Аарон закатил глаза. -У меня нет времени, я учусь в медицинском институте. -Вам бы еще как-нибудь прийти поиграть! Мы можем посмотреть, сохранились ли у вас с Эллисон потенциал. Аарон сказал, что подумает об этом, и разговор затих, когда люди начали всерьез есть. Когда все закончили, они направились на юг, неспешно прогуливаясь по парку. Нил немного волновался, о чем от него ожидают разговора. Он решил, что с Экси, вероятно, все будет в порядке. Большая часть сложного разговора была посвящена последствиям скандала с Воронами, а не вопросам о его происхождении, что было хорошо, потому что у Ваймака было больше информации, чем у Нила. Тренер обнаружил, что ему приходится отбиваться от вопросов, на которые Нил и понятия не имел бы ответа. -Они официально начали полицейское расследование, и NCAA запрещает им возобновлять свою программу в этом году. Но зато они каким-то образом вернули свою футбольную команду». -Тэцудзи? — спросила Уайлдс, и Ваймак вскинул руки над головой, отчего Нил вздрогнул. -Я понятия не имею, почему они просто не могут его уволить и покончить с этим раз и навсегда. -Привет, Нил! — окликнул его Мэтт Бойд через плечо, улыбаясь, словно они были старыми друзьями. Нил провел с ним всего один день, но, полагаю, они неплохо поладили. -Я видел, ты вчера получил контракт, хорошие условия? -Понятия не имею, — безэмоционально произнес он, отчего Мэт рассмеялся, словно только что рассказал анекдот. Нил неуверенно улыбнулся. -Мне дали восьмипроцентную премию за повторное подписание контракта, — добавила Дэн, бросив чашку кофе в ближайшую мусорную корзину. Ваймак протянул руку и взъерошил ей волосы, отчего Нил снова вздрогнул . Он прикусил губу, злясь на себя. Жан смотрела на него, он это чувствовал, а Нил отказывался смотреть в ответ. -Надо было потерпеть побольше, — грубо сказал ей Эндрю, не дожидаясь ее ответа. -В этом году у тебя было 63-процентное соотношение бросков к голам. Дэн переглянулся с Эллисон, на лицах обоих читалось легкое изумление, сменяющееся от шока к восторженной радости , когда они повернулись к Эндрю. Оба глубоко вздохнули, вероятно, чтобы начать его дразнить, но Эндрю прервал их, прежде чем они успели что-либо сказать. -У меня двадцать. -Что ты сказал ? — Джереми резко обернулся и, идя спиной вперед, уставился на Эндрю, который пожал плечами. Его лицо было совершенно бесстрастным, но Нил видел в нем веселье, теперь, когда он так привык его искать. В его глазах мелькнул проблеск хаоса. -Как, черт возьми , у тебя получилось двадцать? -Он только что принес им чемпионство, — добавил Ваймак. -Полагаю, да-. Дэн была явно недовольна. -Они проводят переговоры о продлении контрактов до вручения ежегодных наград, так что у нас нет времени собраться и понять, что нас обманывают. -Да, если вас не продлят до съезда, у вас будут проблемы. Вы уже подписали новые контракты? — спросила Дэн у Жана, который покачал головой. -Мне мой контракт дали, на десять процентов больше, но с Жаном они тянут время. Я сказал им, что не подпишу свой, пока он не получит свой. - Джереми, всё ещё идущий спиной вперёд, споткнулся о бордюр, и Рене протянула руку, чтобы удержать его. Вскоре они свернули, чтобы купить пиццу; у Нила закрутило живот. Он уже дважды завтракал , а было едва полдень. Другие спортсмены не разделяли этой проблемы, что, к сожалению, привело к тому, что Нил остался один на тротуаре с Би и Уаймаком. Он почти, почти , решил рискнуть и позавтракать в третий раз. Эндрю протянул ему зажженную сигарету, направляясь внутрь, и Нил затянулся; две чашки кофе, лишние углеводы и никотин бурлили в его крови. -Значит, вы с Эндрю во всем разобрались, да? — спросил Ваймак, когда они остались одни на тротуаре. Прежде чем Нилу пришлось догадываться, что это значит, он добавил: -Я рад. Что он мог сказать, чтобы это не создало проблем ни для одного из них? Би слушала разговор, но ее взгляд был прикован к Ваймаку, а не к нему. -Он не находится под моей защитой, и я не нахожусь под его защитой, — попытался объяснить Нил так, чтобы они оба поняли. -Конечно, — легко ответила Би. -Мы просто…- Нил понятия не имел, что, черт возьми, он делает; объяснять казалось чем-то совершенно немыслимым. -Я постоянно за него волнуюсь, — признался Ваймак, и Нил внимательно посмотрел ему в лицо. Он смотрел не на Нила, а через окно на лис, которые шлёпали Эша по спине, словно тот чем-то подавился. -Я волнуюсь за него, даже когда в этом нет необходимости. Он это ненавидит,— он перевёл взгляд на Нила, который быстро отвёл глаза. -Я волнуюсь за всех них, но больше всего за него и Кевина. -Дэвид, — пробормотала Би. Нил не понимал, почему. -Они справятся, — сказал Нил, удивляясь тому, насколько ровно он произнес эти слова. Ведь еще мгновение назад он не был уверен, что именно нужно сказать. Но как только он произнес их вслух, он понял, что это правда. Осторожно, очень медленно, он встретился взглядом с Ваймаком. Его глаза были совсем не похожи на карие, кожа Ваймака была чуть темнее, даже когда он был загорелым. У него была широкая челюсть, нос был сломан как минимум дважды. Он пропустил участок кожи во время бритья. Нил выпрямил плечи. -Они справятся,— повторил он. Лисы, выскочившие из пиццерии, так его удивили, что он вздрогнул в третий раз, но Жан замедлил движение толпы позади них, дав ему секунду, чтобы прийти в себя. Они начали отставать, продвигаясь… куда бы они ни направлялись, Нил не спрашивал. Ему, впрочем, было все равно. Солнце невероятно приятно грело кожу, Жан шел рядом, а Эндрю задержал пальцы, когда украл сигарету. Они могли идти в «Аман», и ему было бы все равно. Ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что Жан замедляет движение специально, позволяя остальным рассредоточиться впереди, чтобы их не услышали. - Senryaku o tatete ikimasu. — сказала Джин, когда они отошли на достаточное расстояние, и от этих слов, как и от их манеры говорить, Нил вздрогнул. -На самом деле нет, — попытался сказать Нил, но Жан не собирался это терпеть. -Мы собираемся поговорить о вашей ситуации и о том, что можно сделать, — повторил он. Нил огляделся, чтобы убедиться, что никто не обращает на них внимания, но никто не отступал, чтобы забрать их. -На самом деле говорить не о чем, — попытался Нил снова, но мрачный блеск в глазах Жана говорил об обратном. Нил остановился, и Джин тоже замерла. -Жан... -Мы должны>>> -У меня целый день, чтобы побыть на улице, — перебил его Нил, раздраженно проведя рукой по волосам. -Знаешь, когда у меня в последний раз было такое? Никогда. Ни разу. У меня было… Эндрю… — он оборвал себя и глубоко вздохнул, его вздох был слегка дрожащим. Жан очень медленно протянул руку и взял его за руку, переплетая их пальцы. Он не извинился и не стал прерывать. Просто держал его за руку, пока тот не пришел в себя. -У тебя отлично получается с Эндрю, — наконец сказал он. -Правда? -Да.Нам нужно поговорить о другом вопросе. -Не могу. Не сегодня.- Он ожидал, что Жан будет с ним драться, но вместо этого просто кивнул. Нил поспешил объяснить: -Просто я на улице … -Тебе не нужно мне это объяснять, — сказал Жан, потянув его за руку. К тому времени, как они продолжили идти, их компания почти скрылась из виду. -О чём вы с Эндрю говорили сегодня утром? — спросил Жан, и Нил почувствовал, как кончики его ушей запылали от смущения. -Ах, — лаконично ответил Жан, преграждая путь локтю Нила, когда тот попытался ткнуть им ему в ребра. -Сегодня хороший день? -Сегодня хороший день, — подтвердил Нил. -Ты всё время отшатываешься от отца Кевина, — сказал Жан, и Нил понял, что был глупцом, надеясь, что тот этого не заметит. -Да уж, я не думаю что для этого существует подходящмй день. , — тихо сказал Нил, и Жан понимающе кивнула. Нил ожидал, что кто-то косо посмотрит на то, что он и Жан все еще держатся за руки, но, похоже, никому не было дела. Толпа становилась все больше, и ему почти приходилось держать Жана рядом. Он отпустил его только тогда, когда Джереми подозвал его к себе, чтобы сфотографироваться. Нил смотрел, он это знал. Стоял на тротуаре с отвисшей челюстью, как турист или ребенок. Но вокруг было так много всего, что просто захватывало дух. Вокруг него толпились люди и машины, было шумно, оглушительно. Пахло немытыми телами, едой, дымом от марихуаны и обычным дымом. Невозможно было выбрать, на чем бы остановиться его взгляд. В конце концов, как это всегда бывало, словно выбор был очевиден с самого начала, его взгляд остановился на Эндрю, который смотрел прямо на него, наблюдая, как он впервые всё это осознаёт. Остальные фотографировались вместе, а Кейтлин, Аарон и Эндрю наблюдали за Нилом. -Ты раньше не был на Таймс-сквер. -Аарон угадал правильно. Нил покачал головой. -Ты здесь впервые, ты же здесь целый год! — воскликнула Кейтлин. Нил не знал, как ответить, поэтому и не стал. -Это прекрасно, — сказал он вместо этого. -Здесь многолюдно и всё переоценено, — поправил его Эндрю, подойдя ближе. Они стояли рядом, чуть-чуть слишком близко, так что Нил мог представить, как подходит ближе. Его взгляд скользнул по губам Эндрю, которые изогнулись в едва заметную улыбку, словно он точно знал, о чём думает Нил. Нил попытался выразить словами свои чувства. Такое ощущение, что на меня никто не смотрит, — наконец решил он. Некоторые протиснулись мимо него, и на мгновение его бедро уперлось в бедро Эндрю, когда тот поднял руку, чтобы поддержать Нила. -Такое ощущение, что меня никто не видит. Мне это нравится. -Ты ошибаешься, — прошептал Эндрю, прежде чем оттолкнуть его назад, чтобы тот смог встать самостоятельно. Нил моргнул. Он был немного не в себе, когда они планировали свой вечер; хотя день был хорошим, он был измотан к тому времени, как солнце начало скрываться за небоскребами. Каким-то образом они оказались в продуктовом магазине, его взгляд остановился на тысяче разных товаров, совершенно не организованных по расписанию, а затем он вернулся в квартиру Эндрю, пил газировку и сидел на кухонном острове с котом на коленях, пока Джереми и Джин готовили пасту. Его фиксатор на запястье лежал рядом с ботинками, брошенный. Его тело словно парило, не обязательно в плохом смысле, но так же, как перед сном. Однажды он повернулся, чтобы поцеловать Эндрю, который сидел на стуле «как нормальный человек». Его губы мягко коснулись его губ. -Нет, сэр, это не для кошек,— поправил Джереми, когда котенок попытался исследовать их еду. Он недовольно мяукнул, когда Жан посадил его обратно на колени к Нилу, и как только его маленькие лапки коснулись его, Нил снова почувствовал себя комфортно в его шкуре, запах свежего чеснока полностью вернул его в реальность. Остальные гости ушли ужинать, Эллисон утащила с собой полупротестующую Рене, и Нил был очень рад, что они решили остаться дома. Лисы были ужасны; они шумели, но, в общем-то, не так уж и плохи. Он наблюдал, как Жан и Джереми серьезно спорят из-за кипящего котла с водой, и подумал, что и это не так уж плохо. «Чему ты улыбаешься?» — спросил Джереми Нила, оставляя Жана. -Это может быть несъедобно, не стоит слишком радоваться. -Лисы милые,— сказал ему Нил. -Они мне нравятся. -Эндрю всегда был худшим из них, но ты с ним неплохо ладишь,— поддразнил Джереми. -Ты встречаешься с Рене, тебе не позволено говорить гадости, — поправил Эндрю, даже не поднимая глаз от телефона. -Они работали с Кевином, они более чем способны работать и с тобой,— Жан с ухмылкой обернулся через плечо. Ужин, несмотря на их опасения, оказался вполне съедобным, и весь вечер они по очереди курили на балконе и уютно устроились на диване. -Завтра нам нужно встать пораньше,— напомнил Джереми Жан, который в этот момент зевнул. -У Рене есть ключ, верно?- Эндрю кивнул, Нил встал и протянул руку Жану, но покачал головой. -Я ещё немного побуду с Нилом. Эндрю наклонился, чтобы поцеловать Нила на ночь, откинув пальцами волосы с его лица. Они ничего не сказали, но это было нормально, потому что в этом не было необходимости. На этот раз он был уверен. Эндрю ткнул пальцем ему в щеку, чтобы заставить его перестать смотреть на него, отчего Нил рассмеялся. Эндрю вошёл в свою спальню, но через мгновение появился снова с котом, бросив его на колени Нилу. -Тебе нравятся кошки? — спросил Нил, проводя рукой по спинке котенка, который ушел с его колен, отдав предпочтение Жану. Жан пошел ему навстречу и выпрямил спину, пока котенок устраивался у него на коленях. -Мне нравится этот кот, — успокоил его Жан. -Я больше люблю собак. -Я не мог поверить своим ушам, когда Эндрю сказал, что котенок может здесь жить. -Правда, Нил? — Жан ухмылялась ему. — Ты не мог поверить? -Нет.-Он был уверен, что Жан собирается подшутить над ним по поводу того, что могло произойти сегодня утром, поэтому Нил уклонился от ответа. -Ты собираешься сделать татуировку поверх этого?— тихо спросил он и увидел, как руки Жана на мгновение замерли. -Я не знаю. -Что бы ты набил? -Я не уверен. -Портрет. Рене и Джереми. Жан снова усмехнулся и, наклонившись, легонько шлёпнул его по макушке. -Да, фотография моих любовников у меня на ягодицах, чтобы они могли любоваться собой, когда… -Ладно, ладно, я перестану! — рассмеялся Нил, прежде чем Жан успел продолжить. Он потянулся, хрустнув позвоночником, и переставил их троих так, чтобы они легли: Жанн — к спинке дивана, Нил — на краю, а котенок — на бедре. Ему почти показалось, что они снова дети, свернувшиеся калачиком рядом друг с другом и возбужденно шепчущие о том, как плохо нынешние первокурсники усваивают упражнения, которые они освоили в десять лет. Когда самым страшным для них была трость учителя. -В любом случае, это лучше, чем паяльная лампа, — небрежно заметил он, и Жан напрягся, прижавшись к нему, а затем заставил его мышцы расслабиться одну за другой. -Я уже говорил это однажды и скажу еще раз: ты меня старишь. Что случилось сегодня утром, после того как мы ушли? Нил закрыл лицо руками, но Жан тут же отдернула их. Нил застонал, вместо ответа уставившись в потолок. -Я сказал Эндрю, что мы можем просто остаться друзьями, если он этого захочет. -А потом? -А потом он сказал нет, он этого не хочет. А потом он… э-э… своим ртом…- Нил почувствовал, как от его лица исходит жар, и, к счастью, Жан не нуждался в дополнительных подробностях. -И всё было хорошо? Тебе… понравилось? — спросил он, и Нил кивнул, перестав пытаться скрыть улыбку. -Я очень-очень рад за тебя. -Ты не считаешь, что это плохая идея? — неуверенно спросил Нил, а Жан пожал плечами. -Мне кажется, раньше тебе было все равно, если что-то было плохой идеей, — тихо ответил он. -Ты говорила мне, что издевательство над Рико — это достаточная причина, чтобы сделать что угодно. -Я... -Ты заслуживаешь хороших дней, — просто сказал Жан, как будто это решило все вопросы, и, как ни странно, так оно и было. Он был прав и в другом: раньше он бы с радостью воспользовался возможностью почувствовать себя так, как сегодня утром, словно ничто не может его контролировать. Словно он свободен. Эта мысль была слишком ошеломляющей, поэтому Нил уткнулся лицом в шею Жана и позволил знакомой тяжести убаюкать себя.