Свет в конце лабиринта

Глава 3. Настоящий На следующее утро в убежище новость уже знали все. Ньют жив. Эти два слова передавали из комнаты в комнату почти шёпотом. Будто кто-то боялся, что если сказать их слишком громко, чудо исчезнет. — Можно? Фрайпан осторожно заглянул в палату. Томас поднял голову. — Да. Фрайпан вошёл, держа в руках поднос. — Я подумал… больничная еда выглядит так, будто ею пытаются наказать человека за выздоровление. Он поставил тарелку на тумбочку. — Поэтому принёс нормальную. Ньют перевёл взгляд на еду. Потом на Фрайпана. Очень медленно кивнул. — Спасибо. Фрайпан улыбнулся. — Слышать твой голос — уже лучший комплимент. Он развернулся к двери, но на секунду задержался. — Мы скучали. И вышел. Ньют долго смотрел ему вслед. Ничего не сказал. — Все хотят тебя увидеть. Тихо произнёс Томас. — Нет. Ответ последовал слишком быстро. Слишком резко. Томас удивлённо посмотрел на него. Ньют отвёл взгляд. — Пока нет. — Хорошо. Никаких вопросов. Никаких уговоров. Просто… — Хорошо. От этого короткого слова Ньют заметно расслабился. Днём пришёл врач. Осмотр длился почти полчаса. Проверили раны. Сменили повязки. Послушали лёгкие. Томас стоял у окна. Он не собирался смотреть. Но случайно… Увидел. Когда врач осторожно приподнял больничную рубашку. Вся спина Ньюта была покрыта шрамами. Не старыми. Не такими, какие остаются после драки. Они были длинными. Почти параллельными. Будто… Томас резко отвернулся. Он не хотел додумывать. Не сейчас. Не здесь. Когда врач ушёл, в палате повисла тяжёлая тишина. — Томми. Томас обернулся. Ньют смотрел на него очень внимательно. — Не спрашивай. Просьба прозвучала спокойно. Но в ней было столько усталости, что сердце болезненно сжалось. — Не буду. Ответил Томас. — Пока ты сам не захочешь рассказать. Ньют закрыл глаза. И впервые за всё время его плечи немного опустились. Словно ещё один груз стал легче. К вечеру Томас наконец согласился сходить в душ. Только потому, что Бренда почти силой вытолкала его из палаты. — Пятнадцать минут. Сказала она. — Иначе я сама тебя помою из шланга. — Это угроза? — Нет. Обещание. Минхо хмыкнул. — Иди уже. Мы посидим с ним. Томас неохотно кивнул. Перед тем как выйти, он обернулся. — Я быстро. Ньют чуть заметно улыбнулся. — Знаю. — Он реально ушёл. Тихо сказал Минхо, заходя в палату. — Да. Ответил Ньют. — На пятнадцать минут. Минхо сел рядом. Несколько секунд оба молчали. Потом он тихо спросил: — Почему ты не вернулся раньше? Ньют застыл. Взгляд медленно потускнел. — Не мог. — Искал дорогу? — Нет. — Тогда что? Очень долгая пауза. — Не сейчас. Минхо кивнул. — Ладно. Потом вдруг усмехнулся. — Знаешь… За эти два месяца Томас стал совершенно невыносимым. Ньют вопросительно посмотрел на него. — Каждое утро ходил к воротам. Каждый вечер. Иногда ночью. Я уже думал, придётся привязывать его к кровати. На лице Ньюта мелькнуло что-то похожее на боль. — Правда? — Ага. — Зачем? Минхо посмотрел на него так, будто ответ был очевиден. — Потому что ждал тебя. … Ньют ничего не ответил. Только медленно опустил голову. Когда Томас вернулся, Минхо уже выходил из палаты. — Всё нормально? Спросил Томас. — Да. Минхо хлопнул его по плечу. — Он тебя ждал. Томас нахмурился. — Я отсутствовал пятнадцать минут. — Именно. Минхо улыбнулся краешком губ. — Не заставляй его ждать слишком долго. И ушёл. Ночью Томас снова остался в палате. Врач пытался отправить его спать. Безуспешно. В итоге ему принесли раскладушку. Но Томас так и не лёг. Сидел рядом. Читал старую книгу, которую нашёл на полке. Иногда поднимал глаза. Проверяя. Дышит. Спит. Здесь. Около трёх часов ночи он услышал тихий шорох. Ньют снова проснулся. На этот раз резко. Тяжело дыша. Озираясь по сторонам. Как человек, который не понимает, где находится. — Ньют. Томас сразу оказался рядом. — Всё хорошо. Это убежище. Ты дома. Ньют часто дышал. Взгляд метался по комнате. Останавливался на окне. На двери. На стенах. И только потом — на Томасе. Очень медленно дыхание стало ровнее. — Прости. Хрипло сказал он. — За что? — Разбудил. Томас не удержался и тихо фыркнул. — Ты серьёзно сейчас извиняешься? Ньют смущённо отвёл взгляд. — Привычка. Томас замер. — Какая привычка? Ответа не последовало. Ньют снова закрылся. Будто только что случайно сказал лишнее. Томас понял это сразу. Но не стал спрашивать. Вместо этого он просто придвинул стул ещё ближе к кровати. Так, чтобы Ньют видел его, стоило лишь открыть глаза. — Спи. Тихо сказал Томас. — Я никуда не уйду. Ньют долго смотрел на него. Потом едва заметно кивнул. И впервые за долгое время уснул без кошмаров. Потому что, просыпаясь, он больше не оказывался один.