Твой профессор Р.

      Неизвестный трансгрессировал к берегу моря, разделяющего сушу и остров Азкабан, находящегося неподалеку. Дальнейшая трансгрессия была невозможна — на территории острова висело антитрансгрессионное заклятие, не позволяющее переместиться оттуда куда-либо, как и туда из любой точки. Парень не хотел привлекать к себе внимания. Он достал из кармана небольшую версию лодки, и спустил её на берег. Одним взмахом она приобрела свои истинные размеры, превратившись в комфортную, но лишённую излишеств лодку. Парень ступил в неё ногой, усевшись на сидении. С помощью магии он заставил её плыть по воде: тихо и аккуратно. Его красные глаза блестели в нетерпении, видя приближающуюся к нему тюрьму. На берегу острова было какое-то движение. Видимо охранники Азкабана, проверяли периметр. Неизвестный хмыкнул, конечно, после легендарного побега Сириуса Блэка, они боялись вновь опозориться. Между тем он почувствовал неудовлетворение. Он хотел, чтобы право первенства принадлежало лично ему — Барти Крауч младший был не в счет, ему помог отец, и умирающая мать. Подумать только, Лорд Волан-де-Морт, в одиночку осуществивший освобождение стольких заключенных из самой охраняемой тюрьмы магической Британии. Он бы уже торжествовал, упиваясь собственным восторгом, хотя было одно НО. По-настоящему оценить его поступок смогли бы лишь преданные ему пожиратели смерти, но никак прекрасная Гермиона Грейнджер, которую он оставил в замке, считая, что ей пока рано знать об этой его стороне. Наконец, лодка упёрлась в берег острова и он одним движением, заставил её самоликвидироваться, разлагаясь на частицы в воздухе. Тёмный Лорд сразу же трансфигурировал одежду в своё форменное одеяние, а на лице появилась знакомая для соратников маска Повелителя. Она была полностью белой, исключая область вокруг глаз, которая была платинового цвета. Уверенным шагом он прошел мимо охраны первого уровня, которая словно не замечала его. Невербальный империус, показатель истинного мастерства мага. Подняв голову наверх, он посмотрел на старое здание, выточенное из старого камня, хранившего в себе такую мощь, что его будет невозможно разобрать на кусочки полностью. Только лишь часть. Лорд усмехнулся. Он одним махом переместился на уровни верхних этажей Азкабана, зависая в воздухе, оставляя после себя только тёмный дым. Чары левитации, которые он придумал лично и владели ими только несколько. Избранных. «Стоит показать их мисс Грейнджер. Позднее» — мысль проскользнула в голове практически незаметно, но была до того привлекательна, что он невольно облизнул верхнюю губу. Оценив крепость, было решено, что легкой бомбардой он не обойдётся. Азкабан построил наитемнейший волшебник Экриздис, который зашёл в изучении темных искусств намного дальше любого. Он смог вывести таких существ как дементоры так, чтобы они охраняли его дом. Министерство не может их уничтожить. Хотя Тёмный Лорд находил их достаточно интересными и полезными. Лорд повернул голову налево, где рядом с ним завис дементор, не обращая на него никакого влияния. Волшебники, владеющие окклюменцией, могли спокойно находиться рядом с дементорами, так как не показывали никаких эмоций и мысленных образов. Нацелившись волшебной палочкой из тиса в сторону одного из трёх углов крепости, Тёмный Лорд произнес заклинание разложения. Буквально заставив стену осыпаться самостоятельно, он сощурил глаза. Беллатриса Лестрейндж. Когда-то невероятно красивая женщина, с шикарными блестящими волосами, цвета вороного крыла, с не менее шикарными формами, воплощение изящества и красоты рода Блэк. С ней не могла сравниться Нарцисса, даже будучи её родной сестрой. Импульсивная, талантливая ведьма. Она притягивала взгляды мужчин, что провожали её глазами, стоит ей только пройти мимо них на очередном светском рауте. Даже он, уже, будучи достаточно взрослым и не особо заинтересованным в построении романтических отношений, обратил на неё свой взор. Он тренировал её лично, заставляя отрабатывать проклятья и заклинания сутками напролет, забывая о сне и еде. Беллатриса падала замертво, изнывала от боли в мышцах, обнуляла магическое ядро, дважды они её чуть не потеряли, но шла напролом. Тёмный Лорд уважал её за несгибаемую силу воли. Она была подобно алмазу — сверкала и привлекала внимание, но в то же время, как и камень, обладающий среди всех минералов наиболее высокой прочностью, была невероятно тверда в своих решениях. Ему стоило признать, он относится к мисс Грейнджер намного мягче, чем это было с Беллатрисой. Женщина отчаянно нуждалась в его внимании, от него не укрылась её одержимость им. А ему нужен был солдат, выполняющий приказы беспрекословно, обладающий лебединой верностью. В конце концов, никакой романтики. С Гермионой все было несколько иначе. Чистое желание обладать ею. Ревностное, бьющее в то место, где когда-то бился его пульс, ещё тогда, когда он был молод и полон надежд. Внутри поднималось изнывающее желание не выпускать её из своей хватки, заставить быть с ним, любыми способами — даже если она предпочтет этого талантливого, но раздражающего Поттера, что вечно вьётся за ней хвостом, как услужливая собачка. Может ли он допустить того, чтобы она предпочла другого, вместо него? Ответ очевиден — нет. Она была неограненным алмазом, венцом его будущей коллекции. Он чувствовал в ней силу, которой не было в Беллатрисе — она била изнутри чистым родником. Выпусти она всю свою магию на волю, и сможет конкурировать с ним, конечно, если будет тренироваться столько же, сколько и он. Но он был уверен — когда-нибудь они смогут выйти на дуэль в качестве равных соперников. Ему не представлялось возможности когда-либо убить её, или приказать кому-то из пожирателей сделать это за него. Он слишком сильно обязан ей. И был слишком сильно одержим ею. Что может сделать кровь с душами людей? Пускай даже с искалеченными. Очень многое. И если изначально — он негодовал, мысленно расчленяя Амбридж за то, что она перегнула и слишком сильно напитала заколдованное им перо кровью, то теперь, был благодарен: за представленный ему шанс перехватить у Ордена Феникса этот алмаз. Но желание расчленить Амбридж, подвергая в процессе её заклинанию некроза, все ещё было актуальным и практически в топе списка. Десять полностью преданных ему пожирателей смерти — его соратники, ближний круг, оказались в тюрьме. Он невольно заскрипел зубами. Помотанные, со слипшимися от грязи волосами, они стояли у стен, что уцелели от его проклятья, на негнущихся ногах, подходили ближе, не веря своему счастью. Он мог даже на расстоянии понять, о чем они думают. Невероятное счастье захлестнуло их с головой. Тёмный Лорд жив и пришёл их освободить. Дементоры устремились к пленникам, защищая крепость от вероломного проникновения. Повсюду зазвучали сирены. Еще немного, и сюда явятся авроры. Ему это на руку. Люди должны знать — Тёмный Лорд вернулся и в отличной форме. Переместившись к пожирателям, каждому из них он раздал порт-ключ, ведущий в поместье Мраксов. Они смотрели на него с замиранием, готовые упасть тотчас на колени и облепить его как идола. — Ждём, — он коротко кивнул пожирателям, которые сразу отстранились опуская вниз головы. Дементоры не решались приближаться к нему — чувствовали превосходство соперника. Внизу послышались хлопки трансгрессии. Это означало только одно — авроры уже здесь. — Сейчас! — тон его голоса был холодным, не терпящим возражений. Все освобожденные пожиратели зажали порт-ключи и они подхватили их в заготовленное поместье, где их ждали колдомедик и домовик. Лорд Волдеморт обнажил зубы в полуулыбке, смотря сверху на опешивших авроров. Левитацией он спустился вниз, оставляя за собой черные клубы дыма. Появившись перед аврорами во всей красе, он занял атакующую позицию. Воспользовавшись растерянностью олухов в алых мантиях, он вычленил среди них командира. Простейшим левиосо, он заставил его приблизиться к нему. Невербально, он нанес одно противнейшее проклятье, заставляющее мышцы жертвы сокращаться начиная от самых крупных, до самых крошечных, вызывая спазмы. Лицо командира покраснело, мышцы шеи свело, заставляя горло сжиматься, будто выталкивая язык вперед. Авроры застыли в святом ужасе. Вдоволь насладившись представлением, он резко отпустил бедолагу, который начал сразу же хвататься за горло, но вот не задача — не получилась. Все его тело было сжато, словно струна, натянутая на гриф. Из-за рта густо вышла пена, а зрачки закатились. Скользнув в одну из теней Азкабана, Лорд Волдеморт исчез также незаметно, как и появился.

***

      Раздав последние указания домовику, Лорд Мракс уверенным шагом, цокая каблуком туфель прошел в малую гостиную. Сейчас она была переоборудована в лазарет для пострадавших соратников. Свое поместье, доставшееся ему по крови от родственников матери он смог восстановить относительно недавно. Наконец-то отказавшись от магловского имени отца, он смог вступить в наследство и открыть двери заброшенного поместья. Его мать не жила в нем — когда она родилась, на тот момент старший из Мраксов, закрыл доступ к поместью и к семейному счету от его деда за какой-то проступок. Вероятно, он и тогда был слишком безумен. Доказав перед магией и гоблинами из банка то, что он бесспорный и единственный наследник Мраксов, он смог вырваться из затхлого поместья Реддлов. Торжествующая улыбка расплылась по его лицу, стоило дверям открыться перед ним. Его люди. Снова были с ним. Многие из них были под усыпляющими чарами, чтобы лучше восстановиться. Беллатриса с трепетом посмотрела на него, пытаясь встать с кровати. Лорд Мракс выставил вперед руку, приказывая ей оставаться в горизонтальном положении. Сев на краешек её постели, он провел рукой по её упругим кудрям, которые не сошли, несмотря на длительное заключение. Женщина замерла от такой неожиданной ласки. — Мой Лорд… — начала она. — Тш-ш, — он приложил палец к своим губам, — просто послушай, только тебе я могу сейчас доверять. Женщина кивнула, готовясь к разговору. — Вынужден признать, мои планы несколько поменялись, — вкрадчиво произнес он, а Беллатриса вскинула брови, — я слишком многое потерял в нашу последнюю битву. Только сейчас я понял — брать что-либо силой не всегда лучший вариант. Но моя первостепенная задача — помочь вам за вашу абсолютную преданность мне. Слезы застыли у женщины в глазах, а брови изогнулись сломанной прямой. — Я никогда не забуду, все то, что вы сделали ради меня. — Спасибо… — женщина смотрела на него во все глаза, не веря происходящему. — Я знаю, — продолжил он, — твой рассудок помутнен Азкабаном, но не беспокойся, я сам тебя излечу. А сейчас, отдохни. Женщина благодарно кивнула и стоило ей только закрыть глаза, как она сразу же провалилась в царство Морфея. Лорд Мракс вышел, тихо закрыв за собой дверь. Одернув у зеркала, как всегда, идеально выглаженную мантию, он вступил в камин, где его обволокло зелёным пламенем.