Бал Сатаны. Helloween Снов...

Замок Готический, что на горе, Засеребрился при полной луне. Средь обветшалых вещей и картин Сказку послушайте про Хэллоуин. Сам Сатана стал гостей созывать Ведьмы, вампиры и прочая знать, Следом ундины, чуток упырей. В замке теперь день открытых дверей! Ангелы падшие, сбросив крыла, И перекидней луна привела… Будет сегодня ужасный аврал! У Сатаны хэллоуинский здесь бал! Взмывши из Ада со скрипкой в руках, Ловок, прекрасен, хитёр и лукав, Тоже спешит Он на Бал Сатаны, Вырвав из прошлого памяти сны. Солнечный лучик сквозь ставни проник, Чистой души не иссякший родник. В зеркале дева в короне и трон. Скрипку услышала — вырвался стон. Скинув корону пропела лучу: «Этого больше совсем не хочу!» Яркие рыжие кудри-огонь, Глаз изумруды, улыбки гармонь. «Тяготы сбрось, что познать довелось Снова пятнадцать и платье сошлось!» Прочь из покоя тайком пробралась, Крыльями ветра играла смеясь. Думала ли, что спустя шесть веков Будет телесный так лёгок покров?! Смелая, юркая, как егоза! Капля в ресницах… неужто слеза? Вспомнила крики в предсмертном бреду: «Встретимся милый, с тобою в Аду…» Там у колен её плакал старик. Жалкий и сгорбленный, дряхлый. Приник к коже пылающей слюнявым ртом И причитал, что свою жизнь готов Он обменять. Да неужто он слеп?! Тело красиво ещё, только в склеп Просится; рвётся из плена душа. Бог лишь судья. И ему всё решать. И не тебе адресован сей крик. Кайся, не кайся, убогий старик… Крестик со вдохом прижала к груди, Крикнула: — Мама! Спаси, помоги! — выдох… И стелется мягкий туман, Что над водою, как сладкий обман… Спущена шлюпка на воду в реке. Смерти река. Рай и Ад вдалеке. Спутник на веслах не грозен, но мил. Еле заметной улыбкой польстил. Куталась в плащ до ближайших ворот. — Нам мимо Рая и Ада. Вперед! Снова улыбка, но только в глазах. Это ошибка? Там дальше гроза… Чёрные тучи клубятся и шторм. — Кто трижды проклят, тот трижды спасен! В Рай не пускают и в Ад путь закрыт. — Что же мне делать? Куда теперь плыть? — Вот он твой берег, зовется Покой. Плакать не время. Твой ангел с тобой. И увлекают два легких крыла, Чтобы босая по тропке пошла. Чистый ручей. Тихий маленький сад. Домик ничей, на столе виноград. Эта обитель теперь для тебя. Душу очистишь в Покое любя. Только Создателя, только его. И будешь петь для него одного… Слёзы сморгнула, лишь дернув плечом, Воспоминания ей нипочём! И полетела над городом в ночь, Между мирами священника дочь. Звёздочкой в Замка влетела окно. Тут всё сверкает, совсем не темно! Трон из бриллиантов, на нём Сатана. Нечисти праздной вся зала полна. Масками лица, среди падших душ, Снова свободная, снова воздушная! Скрипка запела, и там у окна, Где в облаках розовеет луна, Профиль точёный красавца блеснул Белой улыбкой и росчерком скул. Музыкой бала полна голова. — Милый, мы живы, как искра жива! Голос услышал, узнал, подмигнул. Скрипку отбросил и в залу шагнул. Ближе и ближе… Уж девичий стан, Стиснул в объятиях: — Будь проклят султан! Ты прилетела! Я верил, я знал! Грешники все собрались тут на Бал! Я тебя звал — ты явилась на зов. На Хэллоуин нам приём здесь готов. Ты погляди, как рубины горят, Перлами зло совершает обряд, Жемчуг сияет и злато блестит. С ним изумрудов роскошный магнит. Ярче сокровищ твоя красота! Молвить не дал, змеем впился в уста. Ей бы отпрянуть, но льнет ее плоть, К плоти его. И не внемлет Господь, тихому ропоту небытия. Бога тут нет. Люцифер здесь судья… Яду напившись с пылающих губ, Одновременно и нежен и груб, Демон желанный её давних грёз ; Не отпускает. И пальцы всерьёз, вдоль по спине, Вмиг из петель крючки. Искр в лунном свете сверкнули зрачки! Ненависть — Боль. Это замкнутый круг! Платье трещит, дева рвётся из рук. Музыка громче и пары кружат. — Будешь моей, нет дороги назад! Лихо качаясь, хохочет луна: — Ведьму венчает теперь Сатана. Разве оружие Страх или Мрак?! Дух твой могучий — меч в хрупких руках Сила твоя — хитрость, песни и смех! Так побеждала, пронзая их всех! Пальцы ужами в его волосах, Путы лукавства в зелёных глазах. Дерзко смеётся, предвидя успех — Ну, перестань, я не стану при всех! За руку взял. — Я с тобой не шучу! Снова нагую увидеть хочу! — Нет, сперва танец! Пойдём танцевать! Это же бал, прекрати целовать! Их вихрь вальса стремглав подхватил, Ввысь унося к звёздам ярких светил Прошлого чаша до края полна. Нет, не вина… А вина — прощена…